Советская и постсоветская историография

В советской России единственным течением историко-правовой науки с 30-х годов XX в. было марксистское. Это направление возникло еще в начале XX в. и было связано с именами М. Н. Покровского и Н. А. Рожкова.

В 1934-1936 гг. были приняты решения об утверждении марксистско-ленинской методологии изучения истории. Несмотря

на ограниченные возможности исследователей представлять альтернативные концепции, отступать от жестко регламентированных идеологических установок разработка вопросов истории государства и права юристами и историками продолжалась. Советская историография характеризуется, с одной стороны, значительным объемом научных исследований по проблемам истории государства и права, в которых содержится интересный фактический материал по истории отдельных отраслей государственного управления и права. С другой стороны, здесь отсутствуют обобщающие труды.

Достаточно плодотворно изучался дооктябрьский период Б.Д. Грековым, С. В. Юшковым, Л. В. Черепниным, А. А. Зиминым, В. В. Мавродиным, И. Я. Фрояновым, Б. А. Рыбаковым, Н. М. Дружининым, И.Д. Мартысевичем, С. О. Шмидтом, Ю.Г. Алексеевым, П. А. Зайончковским, Б. В. Виленским и др.

Несколько подробнее остановимся на некоторых работах. С именем Б.Д. Грекова связано утверждение в середине 30-х гг. XX в. в советской историографии марксистской концепции генезиса и развития феодализма в России. Ее суть в том, что Русь миновала стадию рабовладельческого строя (из советских историков о рабовладельческом характере Киевской Руси говорил Б. И. Сыромятников, но эта концепция не нашла поддержки среди ученых) и Киевское государство было раннефеодальным. Итогом исследований этой проблемы стала его монография «Киевская Русь», последнее издание которой вышло в 1953 г. после смерти автора.

Анализируя на основе разных (археологических, письменных византийских, арабских, русских) источников общественный строй восточных славян на протяжении длительного времени, а также общественный и политический строй Древнерусского государства, Б.Д. Греков устанавливает наличие преемственности и отмечает, что образование государства является результатом длительного общественного развития. Поэтому он отмечал, что советская наука разрывает с устоявшейся традицией в дореволюционной историографии начинать историю государства с «призвания варягов», поскольку она противоречит фактам и теории. VI—VIII вв. в истории восточного славянства он определяет как переходный период от родового строя к классовому, феодальному. Это — время перерастания военной демократии в небольшие государственные образования, на основе которых в IX в. возникло раннефеодальное Древнерусское государство. Объединение Новгорода и Киева — это только важное событие в истории Руси, но отнюдь не начальное, а вытекающее из всей ее предшествующей истории[1].

Характеризуя древнерусское право, в частности Русскую Правду, Б. Д. Греков выделял в ней три части. Первая, древнейшая, ее часть датируется им VII—VIII вв. Однако эта точка зрения не стала преобладающей в науке. Вторая и третья части датируются соответственно серединой XI в. и временем правления в Киеве Владимира Мономаха. В работе содержится обстоятельный анализ экономического и правового положения разных социальных слоев населения (гл. V) и важнейших черт политического строя Киевской Руси (гл. VI).

В 1949 г. вышла монография С. В. Юшкова «Общественно-политический строй и право Киевского государства», которая отличается скрупулезным анализом первоисточников. Он аргументированно отстаивал тезис о том, что Киевское государство не было однородным в общественно-политическом и правовом отношении с момента возникновения и до его конца. Автор выделял в развитии Киевского государства несколько стадий. На начальном этапе (до XI в.) оно было разновидностью варварского, дофеодального государства. Отличительными признаками такого государства были следующие. Его социально-экономическое развитие характеризовалось наличием трех борющихся укладов — первобытнообщинного, рабовладельческого и феодального. В политической структуре дофеодального государства сохранялось много черт военной демократии.

Государственное устройство характеризовалось тем, что Киевское государство являлось комплексом первоначальных русских

государств и племенных княжений. Стоявший во главе государства князь являлся главным образом военным вождем, деятельность которого направлялась Советом, состоявшим из представителей родовой знати и наиболее видных дружинников. Господствующей системой управления была десятичная система. Начинает развиваться система феодального права, княжеская юрисдикция, возникает феодальная собственность.

Второй этап развития Киевского государства берет начало с XI в. При князьях Владимире и Ярославе дофеодальное государство превратилось в феодальное. Феодальный уклад становится господствующим способом производства. Окончательно оформляется феодальная поземельная собственность на землю, что сказалось на форме правления и территориального устройства. В Киевском государстве утвердилась одна из начальных форм феодального государства — раннефеодальная монархия. В плане территориального устройства оно являло собой «совокупность феодальных сеньорий, во главе которых стояли братья или сыновья великих князей» и носило относительно централизованный характер. Развиваются иммунитеты, как составная часть феодальной системы права. Усиливается роль Совета при князе. Для решения наиболее важных государственных вопросов созывалось вече.

Третий период Киевского государства С. В. Юшков именует феодальной раздробленностью и датирует его с 1169 г. до начала XIV в. Это — время дальнейшего развития феодальных отношений («окня-жение» и «обоярение» земли), превращения всей массы сельского населения в феодально-зависимое крестьянство. Достигает наивысшего развития раннефеодальная монархия как особая политическая форма государства, базирующаяся на отношениях сюзеренитета-вассалитета. Окончательно утверждается система феодального права[2]. Вышеназванные тезисы автор раскрывает в соответствующих разделах книги.

Много места уделено анализу права. В первой части работы в разделах II—III освещается развитие права в IX-X вв. Во второй части книги в разделе II «Источники права» значительное место уделено Русской Правде, церковным уставам князей Владимира и Ярослава. Раздел IX «История права» посвящен анализу права феодальной собственности, обязательственному праву, семейному праву, наследственному праву, суду. В условиях утвердившейся теории раннефеодального государства выводы С. В. Юшкова о дофеодальном периоде Киевского государства не были поддержаны большинством ученых. Но, на наш взгляд, они не потеряли своего новаторского характера.

Интересные обобщения по проблеме Киевского государства связаны с именем И. Я. Фроянова. В отличие от подавляющего большинства советских исследователей автор отказался от представления о существовании единого государства. Он развивал теорию досоветской историографии о городах, бывших центрами городской волости и являвшими собой государственные образования. Автор выделяет в их развитии несколько этапов. В IX-X вв. города складывались на родоплеменной основе. В них политическая власть состояла из трех структур: военный вождь-князь, наделенный определенными религиозными и судебными функциями; совет племенной знати (старцы градские) и народное собрание (вече).

С конца X в. начинается новый этап в развитии городов-государств, выразившийся в складывании «городских (городовых) волостей», составленных из главного города с пригородами и сельских округов. В них население размещалось в основном по территориальному принципу. Имело место федеративное устройство волостей — государств. Структура политической власти в них включала: вече (верховный орган власти); правителя-князя, которого избирало вече, и совет знати. Период упадка и прекращения существования городов-государств связывается с монгольским завоеванием[3].

Проблеме ликвидации феодальной раздробленности и образования централизованного государства посвящена монография Л. В. Черепнина[4]. Во второй и третьей главах книги содержится анализ социально-экономических предпосылок объединения русских княжеств. В главах IV-VI освещен ход политического объединения русских земель вокруг Москвы, национально-освободительной борьбы против монгольского ига и литовского княжества, а также формирование централизованного аппарата власти. По мнению Л. В. Черепнина, процесс образования территории централизованного государства, реорганизация центрального аппарата власти и кодификация феодального права в основном завершается к 80-м гг. XV в.

В плане изучения источников права большое научное значение имеет его двухтомное исследование «Русские феодальные архивы XIV-XV вв.» (ч. 1. М. — Л., 1948; ч. 2-1951).

В 60-е гг. Л. В. Черепнин выходит в своих исследованиях за рамки XIV-XV вв. Он изучает последующее развитие централизованного государства. Итогом научных изысканий стала монография «Земские соборы Русского государства в XVI-XVII вв.» (М., 1978). В ней автор определяет сословно-представительную монархию, сложившуюся на рубеже XV-XVI вв., как начальную форму политической централизации в России. В середине XVI в. формируется орган сословного представительства — Земский собор. Дальнейшая история земских соборов автором тесно увязана с изменениями в социальной структуре и сословном строе, с эволюцией государственного аппарата. Им выявлено количество земских соборов, дана их периодизация и классификация, определена компетенция. Земские соборы изучались в сопоставлении с сословно-представительными институтами в других европейских государствах с целью выявления общего и особенного.

В сущности Л. В. Черепнин в своих трудах рассмотрел историю феодальной формации на Руси с момента ее становления до эпохи абсолютизма.

А. А. Зимин вслед за Л. В. Черепниным продолжил разработку проблемы централизованного государства. Его труд «Россия на рубеже XV-XVI столетий (очерки социально-политической истории») посвящен второму периоду правления Ивана III, который начался после освобождения России от монгольского ига. Важнейшим итогом общественно-политического развития России к началу XVI в. автор считал объединение основных русских земель вокруг Москвы, создание единого многонационального государства и строительство общерусского государственного аппарата[5]. Созданию общерусского государственного аппарата посвящен отдельный очерк. Данный вопрос нашел отражение и в его монографиях «Реформы Ивана Грозного», «Опричнина Ивана Грозного». Кроме того, А. А. Зимин был основным составителем собрания нормативных правовых актов — «Памятники русского права».

Политическая история периода правления Ивана Грозного была в центре научных интересов С. О. Шмидта. В 1973 г. издается его монография «Становление российского самодержав-ства. Исследование социально-политической истории времени Ивана Грозного». Автор, анализируя проблемы земских соборов и местничества, приходит к ряду интересных выводов. В частности, он не противопоставляет такие формы правления, как сословно-представительная и абсолютная монархии, которые могли сосуществовать. Институт местничества, по его мнению, в XVI в. способствовал приближению абсолютизма, а в XVII в. являлся помехой на пути к его окончательному утверждению.

То есть аргументируется тезис о том, что абсолютизм берет начало в XVI в. Поэтому, видимо, неслучайно было переиздание книги в 1995 г. под названием «У истоков российского абсолютизма. Исследование социально-политической истории времени Ивана Грозного». В текст не было внесено никаких изменений. В качестве приложения в книгу был включен материал о Боярской думе и приказном делопроизводстве во второй половине XVI в.

Однако это мнение С. О. Шмидта большинством исследователей не было поддержано. К тому времени, в конце 60-х гг., во время дискуссии об абсолютизме в советской историографии определились господствующие воззрения на время возникновения, признаках и сущности данного явления. В частности, утвердилось мнение о том, что переход от сословно-представительной монархии к абсолютной начался во второй половине XVII в. и завершился в основном в первой четверти XVIII в., в правление Петра I. В это время произошло не только фактическое, но и юридическое оформление неограниченной монархии в России. Были также созданы политические институты, на которые Петр I опирался: регулярная армия и флот, бюрократический аппарат управления, полиция, централизованная фискальная система.

Законодательное оформление основных политических институтов абсолютной монархии было проведено за сравнительно короткий срок, занявший чуть более двадцати лет. Один из известных исследователей проблемы абсолютизма С. М. Троицкий объясняет это в том числе и использованием опыта западноевропейских стран в «форме синтеза, а не слепого копирования идей, норм права и политических институтов». По его мнению, это было обусловлено как сходством отдельных явлений социально-экономического и политического развития России с европейскими государствами, так и их различием[6]. Большое внимание уделялось сущности абсолютизма, преобразованиям в системе органов власти, государственного управления,

суда в период буржуазного развития России, а также в период империализма[7].

Значительное место в работах занимал вопрос о политическом порядке, возникшем после принятия новой редакции Основных законов от 23 апреля 1906 г. Он определялся как лжеконституционный. В лучшем случае о нем говорили лишь как о порядке с зачатками конституционализма или о формально-конституционном государстве. Деятельность Государственной думы, прежде всего первого и второго созывов, оценивалась как противостояние бюрократии и либеральной общественности.

Одним из актуальных тем для советских исследователей была проблема закрепощения крестьян. Эта тема освещалась в трудах Б.Д. Грекова, В.М. Панеях, М.М. Шевченко, Н.М. Дружинина, П. А. Зайончковского и др.

В первую очередь как источники по социально-экономической и политической истории советские ученые рассматривали и законодательные памятники. Так, Ю. Г. Алексеев в своей монографии «Псковская Судная грамота» в качестве одной из задач видит следующее: «Реконструировать хотя бы некоторые черты социально-экономической действительности, ее время, особенно новые черты,

отличающие время грамоты от времени Правды»[8]. Псковская Судная грамота возникла в феодальной городской республике и является памятником вечевого законодательства. Поэтому, отражая основные общерусские процессы развития феодальных отношений, закон делает это сквозь призму особых черт городского общинно-вечевого строя.

Для этого строя характерны две системы противоречий. Одна из них — это противоречия между господствующей городской общиной и подчиненными ей сельскими и пригородными общинами. Другая система противоречий — внутри самой городской и сельской общины. Эти противоречия отражают нарастающее социальное неравенство внутри общины, но носят еще незавершенный характер. Сохранение территориально-общинных связей еще смягчает противоречие между государем и наймитом в городе, государем и изорником в селе. Этим слоям населения в работе отведены отдельные главы — соответственно VII и VIII. Ю. Г. Алексеев в первую очередь освещает те вопросы, которые в Русской Правде не нашли отражения, и вносит коррективы в вопросы, уже решенные Русской Правдой.

А. Г. Маньков в монографии «Уложение 1649 г. Кодекс феодального права в России» через призму права показывает состояние вотчинного и поместного землевладения, положение господствующего и феодально-зависимого классов, государственный и политический строй, а также судопроизводство. Автор пришел к следующим выводам. Уложение во многих отношениях отразило поступательное развитие феодального общества.

В экономической сфере оно закрепило путь образования единой формы феодальной земельной собственности на основе слияния двух ее разновидностей — поместий и вотчины. В социальной сфере — отразило процесс консолидации основных сословий и процесс закрепощения крестьянства и посадского населения. В сфере

политической — отразило начальный этап перехода от сословнопредставительной монархии к абсолютизму.

В отношении церкви были определены некоторые пути подчинения ее государству. В сфере суда и права это был определенный этап централизации судебно-административного аппарата. Уложение было шагом вперед и с технико-юридической точки зрения[9].

Изучение отраслей материального и процессуального права нашло отражение в работах под редакцией В. С. Нерсесянца и Е. А Скрипилева. Одна из них посвящена соответственно периоду Московского государства, а другая — времени становления и утверждения абсолютизма в России. В них анализируются развитие государственного, административного, гражданского, семейного, уголовного права, судоустройства и судопроизводства, а также влияние на развитие международного права.

Давая общую оценку трудам советских ученых, посвященных дореволюционному периоду, можно сказать, что речь идет о критическом описании перманентного «кризиса» самодержавия.

Научные труды по проблемам советского государства и права прежде всего освещали вопросы, связанные со строительством нового советского типа государства, его конституционных основ. Монографические труды были посвящены вопросам кодификации

отраслей советского права[10]. Отдельный большой массив работ составляли труды, написанные через призму руководящей роли КПСС в развитии советского государства и права.

К специфическим обобщающим трудам можно отнести учебную литературу. Советские учебники обычно состояли из двух частей, которые включали материалы досоветского (ч.1) и советского (ч. 2) периодов. Первый учебный курс «Истории государства и права СССР» (ч. 1) был подготовлен С. В. Юшковым и издан в 1940 г. (ч.1.). Учебник по истории советского государства и права (ч. 2) им был издан в 1947 г. С позиций марксизма он переработал научный понятийный аппарат историкоправовой науки. Была дана периодизация истории, исходящая из формационного подхода. Его учебники переиздавались в 1950,1961 годы.

Кроме того, весьма полезны его работы по источниковедению правовых источников. Он стоял у истоков вышедших в 1952-1963 гг. восьми выпусков «Памятников русского права», в которых опубликованы важнейшие источники права, начиная с эпохи Древнерусского государства и заканчивая временем Петра I. Первые два выпуска вышли под его редакцией. Третий-пятый, седьмой выпуски были изданы под редакцией Л. В. Черепнина, а шестой и восьмой — под редакцией К. А. Софроненко.

Известны учебники под ред. С. А. Покровского — ч. 1 (М., 1959); под ред. Г. С. Калинина и Г. В. Швекова — ч. 2 (М., 1981); под ред. О. И. Чистякова и Ю.С. Кукушкина — ч. 2 (М., 1971); под ред. О. И. Чистякова и И.Д. Мартысевича (М., 1985); авторский учебник А.М. Давидовича (Свердловск, 1971). С именем О. И. Чистякова связано и издание девяти томов «Российского законодательства Х-ХХ вв.» (М., 1984-1994 гг.). Это фундаментальное издание до сих пор остается образцом историко-правового исследования.

Современная российская историография рубежа XX-XXI вв. Здесь важно отметить, что проблемы курса юристами и историками

изучаются с разных теоретико-методологических позиций. В исследованиях приоритет отдается досоветской истории государства и права. Сохраняется интерес к истории государственной власти, институтам управления, проблемам политического и правового реформирования[11]. Особое внимание в работах уделяется реформированию государственного аппарата России в начале XX в.

Многим исследованиям присущ взвешенный подход и объективные оценки по сравнению с советской историографией. Дадим общую оценку некоторым из них. Отметим две монографии В. А. Демина, которые представляют комплексное исследование законотворческой деятельности российского парламента. Он отказался от негативных оценок российского парламента, присущих советской историографии. Вместе с тем он отмечает, что Государственный совет продолжал оставаться бюрократическим учреждением, послушным воле правительства, а Государственная дума не отражала общественное мнение.

Интересны монографии А. В. Ремнева и К. А. Соловьева. Главный вопрос, который решается в книге А. В. Ремнева и обозначен как «самодержавное правительство», заключается в стремлении понять,

насколько можно говорить о «правительственной политике», какие институты были задействованы в ее выработке и реализации. Акцент в исследовании смещается с традиционного для прежней историографии конфликта власти и общества к противоречиям внутри самой власти. Автор показывает, как отсутствие единства министров и правовая неопределенность в разделении полномочий Комитета министров, Госсовета, Сената и Совета министров, а также создание целого ряда высших комитетов вели к неустойчивому распределению функций между ними.

К. А. Соловьев в своей монографии сосредоточил внимание на диалоге исполнительной и законодательной власти в процессе разработки, согласования и утверждения законопроектов.

Отдельно проблеме конституционализма посвятили свои работы Ю. В. Пуздрач и К. В. Арановский[12]. В своем труде Ю. В. Пуздрач рассматривает историю российского государства сквозь призму анализа усиления самодержавия и попыток его ограничения. Отдельные параграфы посвящены роли земских соборов в механизме ограничения единовластия, первому опыту ограничения самодержавной власти после Петра I. Заключительная глава отведена реальным предпосылкам конституционного развития, которые автор связывает с Манифестом 17 октября 1905 г. и принятием новой редакции Основных законов 23 апреля 1906 г. Особое внимание обращается на характер общественного сознания, которое влияет и на политику правительства, и на поведение граждан.

Итогом его размышлений является вывод о слабости конституционных традиций в России. В монографии К. В. Арановского дан анализ конституционного права как разновидности государственноправовой традиции. В этой традиции автор акцентирует внимание и учитывает смысловую, эмоциональную и правовую стороны права. Таким образом, государственно-правовая традиция им не сводится лишь к основному закону государства или совокупности норм. Она

автором понимается как часть психосоциальной деятельности человека в собственной среде. По его мнению, досоветская и советская традиции мало способствовали укоренению конституционных идей.

О проблемах советского конституционализма в постсоветский период писал прежде всего О. И. Чистяков. В новой редакции были изданы его труды о конституциях РСФСР и СССР.

В монографиях нашла отражение история советской юстиции[13].

Обратим внимание на некоторые работы проблемно-тематического характера, охватывающие историю вопроса и современность. Истории трудового права дореволюционной и советской России посвящена работа И. Я. Киселева. Эта проблема в контексте возникновения и развития теории трудового права нашла отражение и в монографии М. В. Лушниковой и А. М. Лушникова. История судебной системы нашла отражение в ряде работ. Особо выделим 6-томное фундаментальное издание «Судебная власть в России», охватывающее время с XI в. до нашего времени. Это — комплексное исследование. Каждый том издания содержит исторические и историографические очерки и источники права, регламентирующие деятельность судебных органов и порядок организации процесса. Однако работ проблемно-хронологического характера немного. Сквозная история большинства отраслей права еще ждет своего исследователя.

Важной частью историографии является учебная литература, представленная учебниками, учебными и учебно-методическими пособиями. Наиболее известными, на наш взгляд, являются издания под редакцией О. И. Чистякова, Ю.П. Титова, С. А. Чибиряева; авторские издания И. А. Исаева, В. М. Сырых.

Определенный вклад в разработку вопросов российской государственности и права связан с именами зарубежных исследователей: Э. Карра, Н. Верта, Р. Пайпса, А. Тойнби[14].

Таким образом, для постижения истории отечественного государства и права большое значение имеет не только овладение Источниковой, но и историографической базой учебной дисциплины.

В советской науке господствовала периодизация, основанная на формационном делении. Оно базировалось на способе производства, который определял политическую и правовую надстройку. Соответственно ему каждой формации (рабовладельческой, феодальной, буржуазной, социалистической) был присущ отдельный тип государства и права. С. В. Юшков первым поколебал в советское время чисто экономическую основу периодизации. Он создал 3-этапную конструкцию периодизации по досоветской истории, где в основу были положены не только экономические, но и государствоведческие критерии. Он выделял: 1) раннефеодальное государство (X — первая половина XVI вв.), 2) сословно-представительную монархию (середина XVI — середина XVII вв.), 3) абсолютную монархию. Однако в их рамках в разбивке на узкие периоды он сохранял в качестве приоритета социально-экономический аспект.

Уже в постсоветский период О. В. Чистяков, в целом оставаясь на позициях марксизма, также обращал внимание и на фактор самостоятельности государства и строил периодизацию по государство-ведческим признакам. Так, на стадии раннефеодального государства на первый план выступали проблемы организации государственного единства: 1) относительное единство, 2) феодальная раздробленность, 3) централизация. В период же абсолютной монархии

важнейшим фактором становилась форма правления — возникновение, развитие, кризис, крушение неограниченного самодержавия[15].

И. А. Исаев в числе важнейших факторов для периодизации называет социально-экономический уклад общества и государственное развитие. Он выделяет девять периодов, из которых пять досоветской и четыре периода советской истории. Ю. К. Краснов на основе проблемно-хронологического подхода выделяет шестнадцать периодов.

Падение советского строя и связанной с ним идеологии привело к тому, что некоторые авторы вовсе отказались от марксизма. Но трудно не согласиться с тем, что экономический фактор играет важнейшую роль в развитии вообще, в том числе — политической и правовой надстройки. Из марксистского наследия следует брать то, что сохраняет научное значение. В противном случае это чревато возвратом к методологическому монополизму. Наш подход к периодизации базируется на формах государства и права в контексте влияния на них комплекса факторов.

1Глава2

  • [1] Греков Б.Д. Киевская Русь. М., 1953. С. 450, 451, 528. 2 Там же. С. 529.
  • [2] Юшков С. В. Общественно-политический строй и право Киевского государства. М., 1949. С. 12-14.
  • [3] Фроянов И.Я. Киевская Русь: Очерки социально-политической истории. Л., 1980. С. 228-232, 236, 242, 243.
  • [4] Черепнин Л. В. Образование русского централизованного государства в XIV-XV веках: Очерки социально-экономической и политической истории Руси. М., 1960. 2 Там же. С. 895, 896.
  • [5] 'Зимин Л. А. Россия па рубеже XV-XVI столетий (очерки социально-политической истории). М., 1982. С. 233, 234. 2 Там же. С. 233-262. 3 Шмидт С. О. Становление российского самодержавства. Исследование социально-политической истории времени Ивана Грозного. М., 1973. С. 261, 300.
  • [6] Троицкий С. М. Русский абсолютизм и дворянство в XVIII в. Формирование бюрократии. М., 1974. С. 24, 25.
  • [7] Зайончковский П.А. Правительственный аппарат самодержавной России в XIX в. М., 1978; он же. Кризис самодержавия на рубеже 1870-1880 гг. М., 1964; Аврех А.Я. Царизм и третьеиюньская система. М., 1966; он же. Царизм накануне свержения. М., 1989; он же. Царизм и Дума. 1912-1914 гг. М., 1981; Давидович А. М. Самодержавие в эпох}7 империализма. М., 1975; Коротких М. Г. Самодержавие и судебная реформа в России. Воронеж, 1988; Виленский Б. В. Судебная реформа и контрреформы в России. Саратов, 1969; Флоринский М.В. Кризис государственного управления в России в годы первой мировой войны. М„ 1988. 2 Греков Б.Д. Крестьяне на Руси с древнейших времен до конца XVII в. 3 В 2-х т. М., 1952-1954; Панеях В.М. Холопство XVI — начала XVII вв. Л., 1975; 4 Шевченко М. М. История крепостного права в России. М., 1981; Дружинин Н. М. 5 Государственные крестьяне и реформа П.Д. Киселева. В 2-х т. М., 1946, 1958; 6 он же. Русская деревня на переломе. 1861-1880. М., 1978; Отмена крепостного 7 права в России. М., 1968.
  • [8] Алексеев Ю. Г. Псковская Судная грамота. М., 1980. С. 4, 5. 2 Там же. С. 229-230.
  • [9] Манъков А. Г. Уложение 1649 г. Кодекс феодального права в России. М., 1980. С. 257-258. 2 Развитие русского права в XV- первой половине XVII в. / Отв. ред. В. С. Нерсесянц. М., 1986; Развитие русского права второй половины XVII-XVIII вв. / Под ред. Е. А. Скрипилева. М., 1992. 3 Городецкий Е.Н. Рождение советского государства 1917-1918 гг. М., 1987; Якубовская С. И. Развитие СССР как союзного государства. М., 1972;. Чистяков О. И Конституция РСФСР 1918 г. М., 1984; его же. Становление Российской Федерации (1917-1922). М., 1966; Кукушкин Ю.С., Чистяков О. И. Очерк истории Советской Конституции. М., 1987; История национально-государственного строительства в СССР 1917-1978. М., 1978; Конституция общенародного государства. М., 1978; Портнов В.П., Славин М.М. Этапы развития Советской Конституции. М., 1982.
  • [10] Развитие кодификации советского законодательства. М., 1968; Семи-д ер кин Н.А. Создание первого брачно-семейного кодекса. М., 1989; Новицкая Т.В. Кодификация гражданского права в Советской России 1920-1922 гг. М., 1989; Швеков Г. В. Первый советский уголовный кодекс. М., 1970.
  • [11] Момотов В. В. Формирование русского средневекового права в IX-XIV вв. М., 2002; Петров И. В. Государство и право Древней Руси. СПб., 2003; Фроянов И. Я. Русь IX-XIII в. и народные движения. Княжеская и вечевая власть. М., 2012; Солодкин Я. Г. Земские соборы Московской Руси конца XVI в. (спорные вопросы истории и историографии). НГГУ, 2010; Серов Д.О. Судебная реформа Петра I. М., 2009; Середа Н. В. Реформа управления Екатерины Второй. М., 2004; Писаръкова Л. Ф. Государственное управление России с XVII до конца XVIII века. Эволюция бюрократической системы. М., 2007; Рогов В. А. Уголовные наказания и репрессии в России середины XV — середины XVII в. М., 1999; Жильцов С. В. Смертная казнь в истории России. М., 2002; Нижник Н. С. Правовое регулирование семейно-брачных отношений в русской истории. СПб., 2006. 2 Демин В. А. Государственная дума России (1906-1917): механизм функционирования. М., 1996; он же. Верхняя палата Российской империи. 1906-1917. М„ 2006. 3 Соловьев К. А. Законодательная и исполнительная власть в России: механизм взаимодействия (1906-1914 гг.). М., 2011; Ремнев А. В. Самодержавное правительство: комитет министров в системе высшего управления Российской империи (вторая половина XIX — начала XX в.). М., 2010.
  • [12] Пуздрач Ю. В. История российского конституционализма IX-XX веков. СПб., 2004; Арановский К. В. Конституционная традиция в российской среде. СПб., 2003.
  • [13] Кудрявцев В., Трусов А. Политическая юстиция в СССР. М., 2000; Соломон П. Советская юстиция при Сталине. М., 1998. 2 Киселев И. Я. Трудовое право России. Историко-правовое исследование. М., 2001. 3 Лушникова М. В., Лушников А. М. Очерки теории трудового права. СПб., 2006. 4 1 Кутафин О. Е., Лебедев В. М., Смагин Г. Ю. Судебная власть в России: история документы. В 6 т. М., 2003; Бабенко В.Н. Судебная система в России: история и своременность. М., 2007.
  • [14] ' Карр Э. История Советской России. Большевистская революция 1917— 1923. М., 1990; Верт Н. История советского государства. 1900-1991. М., 2003; Пайпс Р. Россия при старом режиме. М., 1993; он же. Русская революция. В 2 т. М., 1994; Тойнби А. Цивилизация перед судом истории. М., 1995. 2 Юшков С.В. Общественно-политический строй...С. 12-19; История отечественного государства и права / Под ред. О. И. Чистякова. М., 2001. Ч. 1. С. 9.
  • [15] Там же. С. 10. 2 Исаев И. А. История государства и права России. М., 2012. С. 7. 3 Краснов Ю.К. История и государства и права России: Учебное пособие. М., 1997. Ч. 1. С. 5.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >