Полная версия

Главная arrow Политология

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Русская традиция политического либерализма

Либерализм в России не стоит искать в письмах Екатерины II, у первых масонов и западников. Восстание декабристов разбудило политическую мысль в России, в которой уже четко прослеживалось два направления - республиканское и монархическое. Среди монархистов не было единства, так как одни из них выступали за сохранение в России абсолютной монархии, а другие - за установление монархии конституционной. Предтечей республиканских настроений в России явились идеи Михаила Михаиловича Сперанского (1772-1839), который по поручению императора Александра I разрабатывал план политических реформ в стране. В 1810 г. был учрежден Государственный совет, который был первым этапом к ограничению законодательной функции императора и к реализации кантовской идеи разделения властей на исполнительную, законодательную и судебную. Однако установление в России конституционной монархии не состоялось, а сам М. М. Сперанский попал в опалу.

В 40-х гг. XIX в. столичная интеллигенция разделилась на западников (В. Г. Белинский, Т. Н. Грановский, А. И. Герцен и др.), которые были сторонниками Чаадаева, и славянофилов (А. С. Хомяков, И. С. Аксаков, братья И. В. и П. В. Киреевские, Ю. А. Самарин и др.), которые были его противниками. Западники фактически продолжили развитие республиканских идей декабристов, а славянофилы считали западный путь развития России, основанный на рационализме, господ стве права во всех сферах общественной жизни, неправильным и неприемлемым для России. По сути, оба течения были утопическими и не принесли ничего полезного русскому народу и государству, однако они способствовали формированию либерального, консервативного и революционного учений в русской общественно-политической мысли, которая активизировалась после Крымской войны. Н. И. Цимбаев отмечал: «Политическая доктрина славянофильства при всем ее глубоком своеобразии может быть верно понята только в русле традиций российского либерализма. В основных, принципиальных вопросах (отношение к крепостному праву, реформистский путь решения социально-политических проблем, враждебность революции) славянофилы неотличимы от западников. Подлинный двуликий Янус» [Цимбаев, 1986, с. 120].

В России после крестьянской реформы 1861 г. быстрое развитие получили капиталистические отношения. В отличие от Европы, процесс либерализации общества начался сверху, что наложило специфический отпечаток на развитие российского либерализма XIX столетия. Умеренными или радикальными либералами в России были К. Д. Кавелин, Б. Н. Чичерин, А. Д. Градовский и целый ряд других ученых. В 1862 г. Б. Н. Чичерин отмечал, что «общественное мнение в России решительно либерально» [Чичерин, 19976, с. 38] и имеет три главных направления:

  • - уличный либерализм, который «питает непримиримую ненависть... ко всякому авторитету», науке, а искусство считает «плодом аристократической праздности» [там же, с. 42];
  • - оппозиционный либерализм, который отрицает существующий порядок по системе «отменить, разрешить, уничтожить», для которого «верхом благополучия представляется освобождение от всяких законов, от всяких стеснений» [там же, с. 44];
  • - охранительный либерализм, который «состоит в примирении начал свободы с началами власти и закона. В политической жизни лозунг его: либеральные меры и сильная власть» [там же, с. 49]. К охранительному направлению российского либерализма относились либеральные профессора, писатели, политики и государственные деятели.

Одним из родоначальников самобытного российского либерализма, не основанного на полном заимствовании европейских моделей политической и правовой систем, был Константин Дмитриевич Кавелин (1818-1885). Он писал, что русский народ, после 1861 г. вышедший из рабского состояния, безграмотный и бедный, не сможет составить конкуренцию дворянству в предвыборной борьбе в народно-представительный орган. Это приведет к формированию этого института только из представителей одной социальной группы и принятию таким составом парламента чисто дворянской конституции.

Конституционные принципы, по мысли Кавелина, вообще не имеют в России никакой почвы. Во-первых, конституция закрепит разделение властей и будет служить тем слоям населения, которые с ее помощью захватят руководство страной в свои руки. Саму идею разделения властей Кавелин считал обманом, фальшью и иллюзией. Во-вторых, введение конституции в России приведет к захвату власти дворянством, что придаст этому сословию политический характер.

Все европейские конституции, по его мнению, - это договоры богатых людей государства со своими правительствами, где сильные стороны диктуют слабым свои законы. Кроме того, разграничение и распределение властей на законодательную, судебную и исполнительную предполагают разные интересы у государя и народа, их враждебность. Поэтому в системе распределения властей Кавелин видел скрытую теорию разделения общества на классы и опасность этого для России. Введение конституции привело бы в России к столкновению царской власти с политическим народным представительством и к политическому кризису в стране.

Политический строй, который мог бы адекватно отразить быт России XIX в., Кавелин называл «самодержавной республикой». Организовать верховную власть в такой республике он планировал в форме наследственной неограниченной монархии, которая не должна допускать политического разграничения сословий. Русский либерал писал, что ни в коем случае нельзя допускать параллельного существования верховной власти государя и выборного органа народного представительства, а на уровне местного управления - власти губернатора, назначенного царем, и выборного представительства. Существование двух представительных институтов на всех уровнях власти с аналогичными функциями неминуемо привело бы к столкновению различных точек зрения на проблемы и методы их разрешения.

Помимо монарха «самодержавная республика» основывается на системе трех сенатов: Законодательного, Административного и Судебного. Законодательный Сенат должен быть органом, доступным для всех сословий. Треть его состава избирают земства, треть назначает сам государь, а еще треть избирается из числа уходящих членов предшествующего состава Сената. Этому органу принадлежит власть в случае отсутствия или смерти государя, он координирует все институты государственного управления на коллегиальной основе. Административный Сенат должен соединять в себе власть Государственного совета, Комитета министров и первого департамента Правительствующего Сената. Будучи совещательным органом при императоре, Административный Сенат призван координировать работу правительства в соответствии с принятыми законами, обеспечивать единство в управлении страной. Судебный Сенат должен быть по численности в два раза меньше административного и законодательного и состоять только из лиц, имеющих юридическое образование и стаж работы в системе правосудия. Последующие обновления состава сенатов должны проходить постепенно, каждые пять лет. Председатели сенатов должны утверждаться императором из числа двух или трех кандидатов, избираемых каждым сенатом из своей среды.

В статье К. Д. Кавелина «Разговор с социалистом-революционером» (1880) центральной проблемой является вопрос о социализме, который русский либерал исследует утонченно и всесторонне, с учетом положительных и отрицательных черт 216

этого учения. Положительным Кавелин считал саму доктрину социализма, построенную на стремлении создать общество счастья для всех. Отрицательным - нигилистическое отношение к историческому опыту народа и его культуре, отсутствие взаимообусловленности старого и нового.

К. Д. Кавелин не принимал всерьез утверждение революционеров о том, что революция возможна без диктатуры. По его мнению, революционеры знают, что диктатура будет, но скрывают это. К тому же эта диктатура будет «самая жестокая, самая убийственная». Кавелин подчеркивал: «Насильно освободить кого бы то ни было - значит убивать свободу в самом ее источнике, обращать людей в рабов свободы, т. е. в нравственных уродов» [Кавелин, 1989, с. 427]. Пропаганда революционных идей в России, по мнению Кавелина, является большим злом, которое грозит вылиться в величайшую трагедию - социальную революцию. Весь пыл и благие стремления революционеров он желает направить на борьбу с придворной партией, на поддержание реформационных перемен в области государственного управления России.

Кавелин предполагал осуществить территориальное устройство страны по принципу автономии общин, союза общин, союза областей под эгидой Земского собора России. В вопросе о форме правления идея Кавелина не была полностью поддержана видными отечественными либералами конца XIX - начала XX в.

Ученик К. Д. Кавелина, взгляды которого на будущее государственное устройство России отличались от взглядов его учителя, Борис Николаевич. Чичерин (1828-1904), не только предлагал свой государственный идеал России, но и был автором фундаментальной работы «Философия права». Выпускник юридического факультета Московского университета, профессор права Московского университета в 1861-1868 гг., в 1868 г. он ушел в отставку в знак протеста против нарушения университетского устава и стал заниматься общественно-политической и научной деятельностью. В 1882-1883 гг. был городским головой Москвы.

В развитых обществах признается человеческая личность, а там, где этого нет, там только зачатки общежития, а поэтому «индивидуализм, состоящий из признания свободы лица, составляет краеугольный камень всякого истинного человеческого здания» [Чичерин, 1900, с. 66]. Б. Н. Чичерин различал внутреннюю (свобода воли, мысли) и внешнюю (действия) свободу человека. В силу этого право у него понимается как «внешняя свобода человека, определяемая общим законом» [там же, с. 84].

В вопросе политического идеала Б. Н. Чичерин, как и М. М. Сперанский, выступал за конституционную монархию, за народное представительство. По его мнению, «все народы, способные к развитию, рано или поздно приходят к представительному порядку. Свобода составляет один из самых существенных элементов как общественного благосостояния, так и политического могущества, а свобода, естественно, неудержимо ведет к участию народа в решении государственных вопросов» [Чичерин, 1997а, с. 53]. Народы Европы уже пошли по этому пути. По этому пути пойдет и Россия. По его мнению, для России идеалом представительного устройства может быть лишь конституционная монархия. Люди должны быть равны и свободны, поскольку «равенство без свободы не возвышает, а унижает людей» [там же, с. 63]. Создание народного представительства, по мнению Б. Н. Чичерина, будет способствовать консолидации целей общества и государственной власти. Он призывал правительство начать соответствующие реформы сверху [там же, с. 75]. При этом русский либерал выступал против всякого насилия над личностью и обществом при движении к идеалу общественной и государственной жизни. Ошибку католической церкви в Средние века он видел в том, что она вела народ к спасению путем принуждения.

Сергей Андреевич Муромцев (1850-1910) был гуманистом и либералом, который верил в действенную силу человеческой личности, в ее разум и совесть, в идею справедливости как творческое начало в истории. Он был одним из основателей и лидеров кадетской партии в России. В 1906 г. был избран Председателем первой Государственной думы.

Как многие либералы, С. А. Муромцев выступал против смертной казни и за гуманизацию законов. Интересны суждения С. А. Муромцева о справедливости, так как это понятие он мыслил как юридическое. «Под справедливостью, - писал он, - следует разуметь присущую в данное время данной общественной среде совокупность субъективных представлений о наиболее совершенном правовом порядке» [Муромцев, 2004, с. 146]. Справедливостью первоначально считали такой правопорядок, к которому надо стремиться и которым нужно заменить существующий. Он видел две главные причины, которые ведут к несоответствию правового порядка и справедливости. Первая заключается в отсутствии баланса интересов членов общества, а вторая - в несоответствии действующего права справедливости из-за несовершенства правовой организации законодательных и судебных органов власти, в «заблуждениях и ложных привычках судебного персонала».

Павел Иванович Новгородцев (1866-1924) был сторонником теории правового государства, критиковал славянофильские учения, выступал против самодержавия в России, за разрыв с прошлым и за политические перемены. В 1910 г. он издал труд «Политические идеалы древнего и нового мира. Очерки по истории философии права». В этой работе он писал, что мыслители всегда хотели усовершенствовать действительность. При этом все политические идеалы решали «одну и ту же проблему справедливого устройства общественных отношений, и, несмотря на видимое разноречие, все они в наиболее глубоких и классических своих выражениях приходят к одному и тому же выводу, что для разрешения этой проблемы недостаточно одних внешних политических средств, что для достижения прочной и устойчивой гармонии общественных отношений... необходима также и гармония душ» [Новгородцев, 1910, с. 10].

В 1917 г. вышла в свет главная работа П. И. Новгородцева «Об общественном идеале», в которой получили развитие его ранние воззрения. Он одинаково критиковал либеральное правовое государство, социалистическое государство и анархизм. П. И. Новгородцев при этом возлагал большие надежды на русское православие, считая, что оно приведет всех к взаимной любви. Без этико-религиозных ценностей не может быть истинной свободы, равенства и справедливости. Как сторонник И. Канта, русский мыслитель тоже вынашивал идею построения планетарного государства.

Будучи либералом, П. И. Новгородцев считал, что он сам и его партия «народной свободы», к которой он принадлежал, занимаются подготовкой человека к «лучшему будущему». Вечный идеал политики заключается в полном расцвете личности, в создании для нее достойных условий существования. Неутопическим идеалом партии «народной свободы», основанным на научных и философских убеждениях, было построение правового демократического государства.

Идея конституционной монархии в России во втором десятилетии XX в. стала терять популярность и уступила место республиканскому идеалу, отмене смертной казни и др.

Иоанникий Алексеевич Малиновский (1868-1932) в 1909 г. издал книгу «Кровавая месть и смертная казнь», в которой выступил за отмену смертной казни. Приговоры смертной казни, по его мнению, «не есть уголовное наказание, а кровная месть. В основе их лежит не идея права, просветленного разумом и облагороженного нравственными началами, а животный инстинкт, опирающийся на грубую силу» [Малиновский, 1909, с. 76]. Причем это классовый инстинкт, поскольку «законы о смертной казни всегда были направлены... против низших классов общества» [там же, с. 109].

И. А. Малиновский считал, что самодержавие не является самобытным устоем русской жизни, ее исконным началом. Поэтому со временем оно должно уступить место другому образу правления, а именно демократической парламентарной республике. По мнению Малиновского, за 11 лет после установления в России ограниченной монархии народ увидел несовершенство монархической формы правления. Фактически сама жизнь выдвинула требование замены монархии республикой. «Если раньше, всего каких-нибудь 11-12 лет тому назад, установление республики было бы актом насилия над русским народом, над его политическими воззрениями и традициями, то теперь актом насилия над русским народом была бы реставрация монархии» [Малиновский, 1909, с. 25].

С осени 1905 г. российские либералы провозгласили своими программными целями установление в России конституционной монархии и равенства всех граждан перед законом. Пропагандой этих идей либерализма занимался непосредственно председатель ЦК конституционно-демократической партии с 1907 г. Павел Николаевич Милюков (1859-1943). Его деятельность в Государственной думе во многом способствовала февральскому перевороту 1917 г. В 1917 г. пункт о конституционной монархии в программе либералов был заменен положением о создании демократической парламентской республики.

Взгляды либералов на оптимальную для России форму государства не отличались постоянством, что и привело позднее к потере популярности этих идей в годы гражданской войны.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>