Полная версия

Главная arrow Политология

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Французская политическая мысль Нового времени

Галерею представителей теории государственного суверенитета во Франции в Новое время открывает Жан Боден (1530-1596). Одним из первых мыслителей Нового времени Боден выступал за веротерпимость. Его перу принадлежат следующие произведения: «Шесть книг о государстве», «Диалог семи человек». Он обосновывал деистическую идею о «естественной религии».

По его убеждению, общество формируется под влиянием естественной среды, что отражается не только на социально-психологическом портрете народа (южане и северяне-ски фы), но и на сущности его институтов права и государства. Само общество образуется совокупностью кровнохозяйственных союзов. Государство происходит из разрастающейся семьи либо учреждением из нее самой, либо отделяясь от бывшей метрополии. Резко критикуя эгалитаристские идеи Платона, Т. Мора и полагая частную собственность требованием естественного закона, Боден между тем основную причину политических переворотов видел в чрезмерном имущественном неравенстве. Главным признаком государства он полагал суверенитет как абсолютную, не связанную никакими законами и постоянную власть государства (но не обязательно государя) над своими подданными. При этом источником установленного права выступает верховная государственная власть. В функции суверена, кроме того, входят: отмена законов, назначение должностных лиц, объявление войны и заключение мира, взимание налогов, право верховного суда. В семье как основе государства Боден выделял три вида власти: супружескую, родительскую и господскую. Но при этом он являлся противником разрушающего суверенитет государства разделения в нем властей, ибо все равно один из элементов будет превалировать над другими. К демократии Боден относился отрицательно, описывая ее, скорее, как охлократию. Так же негативен он и в оценке аристократического государства, где правит не всегда компетентное меньшинство, отчего оно чрезвычайно нестабильно и подвержено внутренним раздорам. Симпатии Бодена на стороне монархии, в наибольшей степени отвечающей понятию суверенного государства. Здесь обеспечена компетентность (ибо советуют многие) и энергичность (ибо решает один) власти.

Боден выделяет господские (вотчинные) государства и «законные монархии». Первые характерны для Востока, вторые возникли на Западе. Если политические отношения в господских государствах строятся по принципу «государь - отец, подданные - дети», то в государствах западного типа взаимосвязи господства-подчинения определяются законом (источником которого, впрочем, является тот же монарх). Но при этом границы власти монарха положены неприкосновенностью собственности и естественными свободами подданных. Выборная монархия (на манер Речи Посполитой) неприемлема по той же причине, что и государство аристократии. Однако при суверенитете верховной монаршей власти государственное управление лучше иметь сложное, т. е. сочетающее элементы аристократии (на ряд должностей, преимущественно в войске и суде, монарх назначает знатных) и демократии (ряд должностей в государстве может быть доступен всем). При этом верховная власть должна опираться на сословно-представительный орган, имеющий статус совещательного. Боден различал два вида государственных объединений, говоря о сложных государствах: основанные на неравенстве, где их части находятся в вассальной зависимости от суверена (сюда же отнесена и федерация, в которой лишь союз в целом обладает суверенитетом), и основанные на равенстве, каждый из членов которых с момента их объединения сохраняет суверенитет.

Настоящим классиком французского Просвещения и либерализма XVIII в. был Шарль Луи де Монтескьё (1689-1775). Он стал известен своей критикой деспотизма после опубликования в Голландии в 1721 г. «Персидских писем». Однако главным его произведением является труд «О духе законов».

Он отстаивал мысль, что только политические свободы и республиканский образ правления являются гарантией процветания и мощи государственного организма. Из факта единства природы и человеческого общества проистекает тот факт, что общественные явления, как и природа, подчинены постоянно действующим законам. По мнению Монтескьё, он установил общие начала и увидел: частные случаи как бы сами собой подчиняются им и история каждого народа вытекает из них как следствие. Совокупность юридически оформленных законов (законодательство) имеет определяющее значение в жизни общества[1]; понять ту или иную общественную форму -

значит прежде всего разобраться в ее законодательстве. Из двух детерминаций общественно-исторического развития -физической (природной) и моральной (системы законодательства) - философ отдает предпочтение последней. Именно она существенна на поздних этапах развития народа.

Монтескьё различал два вида законов: естественные, вытекающие из самой природы человека, в том числе из его природно-биологической сущности, и определяющие его поступки в естественном состоянии; и собственно общественные. Наиболее общие, естественные законы, которым подчинены основы социальной жизни, следует отличать от тех «частных» законов, которые устанавливаются законодательством. Монтескьё считал, что законы в самом широком значении этого слова суть необходимые отношения, вытекающие из природы вещей. Свои принципы люди извлекают не из предрассудков, а из самой природы вещей. К важнейшим естественным законам он относил: установление мирных отношений между людьми в естественном состоянии; добывание пищи; биологическую тягу людей друг к другу; стремление быть взаимно полезными (социальность). Находясь в естественном состоянии, человек должен был подумать о сохранении своего существования; он должен был чувствовать свою слабость и быть чрезвычайно пугливым. Здесь агрессия была ему чужда. До-общественное состояние естественным образом превращается в гражданское, общественное, ибо самим естественным законом люди объединяются друг с другом. Возникновение права связывалось с появлением острых социальных конфликтов. При этом философ выделял три основных вида установленного права: международное (регулирует отношения между государствами), гражданское (между гражданами) и политическое (между правителями и управляемыми). Подобно Вольтеру он отождествляет политическую свободу с личной безопасностью, независимостью индивида от произвола властей. Политическая свобода «есть право делать все, что дозволено законами». Гражданская свобода состоит в безопасности или в уверенности гражданина в своей безопасности (поэтому здесь центральным элементом выступает уголовное законодательство).

Цель государства - погашение зарождающейся вражды, примирение индивидов и направление конфликтов между ними в правовое русло. Но на нем лежит и обязанность обеспечить всем гражданам прочные средства к жизни, пищу, приличную одежду и род жизни, не вредящий здоровью.

Формы правления Монтескьё называл образами/видами правления и выделял следующие: республика (аристократическая и демократическая), монархия, деспотизм. Каждая из форм правления отличается собственной природой (это ее внутренняя, сущностная сторона, означает количественный признак) и принципом (внешняя сторона правления, характеризующая государство с деятельной стороны, т. е. с точки зрения взаимоотношения с гражданами). Принцип - стержневой элемент образа правления, выражающий господствующие здесь «человеческие страсти», побуждающие их действовать так, чтобы он имел устойчивое существование. В республике это - добродетель («действенная любовь к отечеству и равенству»); в монархии - честь; в деспотии - страх. Республика есть государство, где власть принадлежит всему народу (демократия) либо его части (аристократия). Первая с наибольшей полнотой обеспечивает свободу и равноправие большинства нации; здесь правление осуществляется в строгом соответствии с политическими законами. Однако и у монархии есть несомненное преимущество: здесь государственные дела ведутся одним лицом, а значит, и указы исполняются скорее. Особо останавливается Монтескьё на критике деспотизма, где страх пронизывает все поры общества. В нем нет твердых законов, их заменяют прихоть и воля тирана (почему и он фактически несвободен, а раб их); нет и прочных гарантий жизни и собственности подданных, которые лишены всех политических прав. Деспотизм делает их льстивыми, жестокими, коварными, робкими. Поэтому они имеют право на восстание: «Неограниченная власть не может быть законной». Монархия отличается и от республики, и от деспотизма; это то правле ние, «при котором управляет один человек, но посредством установленных неизменных законов», в результате чего здесь, как и в республике, царит «благодетельная политическая свобода». Социальным носителем монархии выступает дворянство.

Образы правления приходят в упадок с разложением их принципа. Также гибельна и «прививка» чуждого принципа. Так, деспотическое правление рушится, если подданные становятся приверженцами «политической добродетели» или «чести», а «страх» перед правителем исчезает; республики же приходят в упадок при ослаблении в них «добродетели» (в монархии - «чести»). Цель деспотических государств - тишина, а погибнуть они могут из-за расширения или сужения своих пределов.

Главная цель трактата «О духе законов» - обоснование объективной детерминированности «законодательств» всех государств. Это Монтескьё называл «духом законов» и определял как совокупность отношений, в которых находятся законы определенной страны к ее климату, рельефу местности, плодородности почвы, протяженности территории и плотности населения (физическая детерминация), из чего проистекают особенности хозяйствования, нравы, религия и обычаи народа, а значит, специфика законодательства (пресловутый «дух законов») и политический строй. «Власть климата сильнее всех властей».

Идеал образа правления для Монтескьё - английская конституционная монархия (для Франции, во всяком случае). Это -«смешанная форма правления», где верховная власть ограничена другими элементами (у монарха - исполнительная власть, у парламента - законодательная, а у «большого жюри нации» -судебная). Установление республиканского строя еще не означает достижения свободы членов общества. Для обеспечения законности и свободы необходимо как в республике, так и в монархии провести в жизнь принцип разделения властей. В отличие от подобного у Д. Локка, Монтескьё особо подчеркивает, что различные ветви власти в государстве должны быть различными государственными органами и быть независимыми друг от друга. Это система «сдержек и противовесов», как в английской политической системе. Сосредоточение всей полноты власти в одних руках (или сословия, или органа) ведет к произволу и злоупотреблениям. Законодательная власть должна принадлежать народу, который ее делегирует парламенту. Кроме того, в качестве самостоятельной Монтескьё выделяет власть судебную. Двухпалатный парламент предполагает выборную нижнюю и не избираемую верхнюю палату, состоящую из наследственной аристократии власти.

Приверженцем идей общественного договора, народного суверенитета и плебисцитарной демократии во Франции и Швейцарии был Жан-Жак Руссо (1712-1778). Еще 1750 г. на конкурсный вопрос Дижонской академии: «Способствовало ли возрождение наук и искусств очищению нравов?» - он один парадоксально ответил отрицательно. В дальнейшем этот подход предопределит его основные идеи, изложенные в трактатах «Об общественном договоре...» и «Рассуждение о причинах неравенства между людьми». Будучи одним из авторов и основоположников знаменитой «Энциклопедии», он во многом заложил основы интеллектуальной моды того времени.

Выступая критиком феодализма, причиной перехода к общественному состоянию Руссо полагал присущую человеку «способность к совершенствованию», выражающуюся в развитии его ума, что было обусловлено жизненными потребностями людей при расселении их из первоначально благодатных мест в области, где питание добывается исключительно трудом. Люди тут жили «как звери». Множился род людской, климат менялся, становился холоднее, и люди вынуждены были прибегнуть к строительству жилищ («первый переворот» в их бытии). Это физически означало появление обособленных семей, которые затем объединились из необходимости выживания в племена.

«Второй переворот» в естественном состоянии - исчезновение равенства, появление рабства и нищеты. Основой этого было возникновение частной собственности. Этому предшествовал еще один переворот - открытие искусства открывания и обработки металлов и земледелия, что привело к возникновению разделения труда, а следствием этого стала обработка земли и ее раздел. Значит, собственность возникла из труда. Физически более сильный и производил больше. Возникли раздоры и войны из-за собственности. Возникает потребность в единой высшей власти для защиты всех. Возникли человеческие сообщества с единым законом и правлением.

Было бы ошибкой думать, что естественное состояние существовало на самом деле. Мы должны принимать это лишь в качестве гипотезы, которая способствует лучшему пониманию существа человека. В этом гипотетическом состоянии человек должен был жить в идиллии с природой и с другими людьми, никого не бояться, не знать горестей и бед, быть независимым и счастливым. Все это благолепие исчезает с появлением частной собственности: «Первый, кто, огородив участок земли, придумал заявить: “Это мое!” - и нашел людей достаточно простодушных, чтобы тому поверить, был подлинным основателем гражданского общества» [Руссо, 19696, с. 72]. Труд становится необходимостью, а природное равенство исчезает.

Равенство между людьми заложено природой, а неравенство установлено людьми. Но физически люди тоже не равны. В государстве имущественное (социально-экономическое) неравенство дополняется делением общества на правящих и подвластных (политическим). Если в естественном состоянии права не было (понятие «естественного права» Руссо использует лишь как обозначение «свободы морального выбора», чем люди наделены от природы и что порождает врожденное чувство справедливости), то законы (политическое) появляются только с возникновением государства и основаны на договоре («сила не создает права»).

Крайний предел неравенства наступает с перерождением государства в деспотию, где нет законов, нравственности, правительства, «одни тираны и одно насилие». Здесь индивиды тоже равны, но в своем рабстве. Отсюда обоснование правомерности свержения деспота народом. В этом смысле деспотизм - возврат в естественное состояние, «второе естественное состояние».

Переход в состояние свободы предполагает заключение подлинного общественного договора. В результате создается некое общее управление, «которое ранее именовалось Гражданской общиной, ныне же именуется Республикой, или Политическим организмом: его члены называют этот политический организм Государством, когда он пассивен, сувереном, когда он активен, Державой, при сопоставлении его с ему подобными». Члены ассоциации в отдельности называются гражданами, как участвующие в верховной власти, и подданными - как подчиняющиеся законам, а в целом - народом [Руссо, 1969а, с. 161-162]. По условиям общественного договора человек теряет свою естественную свободу и неограниченное право, приобретает же он свободу гражданскую и право собственности на все, чем обладает. Исходя из своей концепции суверенитета, Руссо отвергает теорию разделения властей, вместо нее предлагая разграничение функций и полномочий единой власти. Формы организации правительства могут быть различны (монархия, аристократия или демократия; а из сочетания могут возникать различные смешанные формы правления, однако при этом должен соблюдаться главный принцип: число высших магистратов должно находиться в обратном отношении к числу граждан), но при народоправстве возможна только одна форма правления - республика, где правят законы, а не люди. Поэтому, кстати, и монархия может быть республикой. Распад государства происходит двумя путями: когда правительство не управляет государством сообразно законам и когда оно узурпирует верховную власть/суверенитет. Злоупотребление властью означает анархию; демократия может выродиться в охлократию, а аристократия - в тиранию.

При заключении общественного договора имущество и личность человека поступают под защиту сообщества. Суверенитет в государстве принадлежит народу и проявляется 191

в осуществлении им законной власти. Свобода в том и заключается, что народ подчиняется законам, которые принимает непосредственно сам (принцип плебисцитарной демократии: «Общая воля всегда права»). При этом суверенитет обладает тремя атрибутами: он неотчуждаем, непредставляем и неделим. Суверенитет непосредственно выражается в перманентном общественном договоре - плебисците, народном собрании, которое проводится в установленные законом сроки и не нуждается в санкции правительства. Значит, такая демократия возможна лишь в малых государствах, с небольшой плотностью населения (аристократия - в средних, а монархия -в больших). Поэтому философ являлся противником представительной формы правления (в том числе и демократии парламентского типа). Депутатство появляется, когда служение обществу перестает быть главным делом граждан и они нанимают своих представителей, служа обществу своим кошельком.

Представителем направления французского консерватизма был Жозеф Мари де Местр (1753-1821) - французский политический деятель, философ и публицист. Его основные произведения: «О папе», «Опыт о порождающем принципе политических учреждений», «Петербургские вечера...». Острие критики своего мировоззрения де Местр направил против идей Просвещения и Французской революции, принципов естественного права и общественного договора. Альтернативой революциям он полагал реставрацию политического порядка теократической средневековой Европы, где конституирующая роль принадлежит авторитету института папства. Особую критику де Местр направил на концепцию рационального законодательства: «Изобрести конституцию столь же невозможно, как и придумать язык». Законы никем не учреждаются, не изменяются, а отражают божественный общественный дух, который уже существует. Высказывая взгляды, близкие классическому консерватизму, де Местр полагал, что все конституции складываются исторически из начал, инклюзивных характеру и обычаю народа, причем основные законы создавались не в результате теоретического, предварительного обсуждения, а политическими практиками - аристократами и царями. Конституции закрепляют ту или иную степень свободы, которая обусловливается исключительно потребностями народа. Поэтому изменение основных законов зависит от изменения шкалы человеческих потребностей. Для Франции, считал он, единственный выход заключен в возврате к традиционной форме правления, к историческому основному закону - к монархии, - и через нее возможно получить свободу. Причем это возможно и путем реставрации Бурбонов, и с помощью власти Наполеона, и даже революционного правительства, поскольку оно освободилось от террористической анархии; отсюда его идея о палаче как вершителе порядка. Основная идея де Местра - о воссоздании единства политики и религии. Это основано на его убеждении в греховности природы человека, который настолько зол, что нуждается более в порабощении и обуздании, нежели в свободе. Палач и страх более потребны человеку, чем равенство и закон. А религия является основанием всех человеческих учреждений (науки, политического быта, воспитания). Революции происходят от ослабления веры в Бога и ослабления освященной историей общественной традиции. При этом де Местр нащупал действительно слабое место в идеологии Просвещения - это незыблемая вера во всемогущество человеческого разума и во всесилие рационального законодательства, при недооценке традиционных общественных установлений.

Либеральный вектор французской политической мысли представлял Бенжамен Констан (1767-1830) - французский политический мыслитель, писатель, идеолог либерализма и теоретик литературного романтизма. В своем творчестве основное внимание он уделял проблемам личной свободы, понимаемой как свобода совести, слова, предпринимательства, частной инициативы. Констан различает политическую свободу и свободу личную. Древние народы знали исключительно свободу политическую, которая сводится к праву соучастия в осуществлении политической власти; в то же время граждане были подчинены государственной регламентации и контролю в частной жизни. Народы Нового времени политическую свободу ценят меньше, потому что государства стали большими и голос одного человека уже ничего не значит. А воинственный дух древних народов сменился коммерческим духом; современники более заняты торговлей и промышленностью, и у них просто нет времени заниматься политикой. Поэтому приоритет отдается личной, гражданской свободе, и люди уже болезненно реагируют на вмешательство потестарных органов в их частную жизнь. Государство не может вмешиваться в промышленную деятельность, потому что оно ведет дела «хуже и дороже, чем мы сами». Оценивая угрозу личной свободе со стороны монархического государства, вместе с тем Констан возражает и сторонникам идеологии народного суверенитета (в духе Ж.-Ж. Руссо), которые отождествили свободу с властью. Неограниченный народный суверенитет не менее опасен для гражданской свободы, чем неограниченный суверенитет монарха. Он осуждает любую форму правления, где существует «чрезмерная степень власти» и отсутствуют гарантии индивидуальной свободы (общественное мнение, разделение властей и т. п.). Выступая за расширение муниципального самоуправления, власть муниципальную он оценивает как власть особую. Теория Констана обстоятельно была изложена им в «Курсе конституционной политики».

Особое место в политико-правовой мысли Франции XIX в. занимает исследователь и политический деятель Алексис де Токвиль (1805-1859). Его главное произведение - «О демократии в Америке». Работа написана на основе многолетних наблюдений во время пребывания автора на американском континенте. В результате сформировались либеральные взгляды мыслителя на основе идей Ф. Гизо о том, что весь ход истории ведет к триумфу среднего класса - основы демократии. Цель книги: «по возможности полно и научно описать» функционирование американских политических и правовых институтов, о которых в Европе имели весьма смутное и превратное представление.

Понятие демократии Токвилем используется в нескольких значениях: всеобщее избирательное право; «народ»; обозначение представительной формы правления; стремление к уравниванию всех сторон общественной жизни. Фактически демократия означает тот общественный строй, который противоположен феодальному и не знает социальных, сословных границ между низшими и высшими классами. Составляющие демократии - это равенство и свобода. Вот только их соотношение неоднозначно, и для людей ценность их неодинакова. Равенство - это равенство общественного положения индивидов, одинаковость их «стартовых возможностей» в экономике, политике, социальной деятельности. Дни аристократии сочтены, и процесс ее вытеснения плутократией (власть «денежных мешков») необратим. Люди склонны между равенством и свободой всегда выбирать первое, которое им дается легче и которое большинство «переживает с удовольствием». Радости, доставляемые равенством, не требуют ни жертв, ни чрезмерных усилий. А вот существование в условиях свободы требует от человека дополнительного напряжения сил, связанного с необходимостью быть самостоятельным и нести ответственность за сделанный самим выбор. Свобода по сути -свобода выбора; правительство же должно выступать лишь в роли некоего сдерживающего фактора, к помощи которого следует прибегать, если исчерпала себя частная инициатива, а извращенная склонность к равенству, присущая всем правительствам, низводит всех до уровня массы и приводит к равенству в рабстве. «Кто ищет в свободе чего-либо другого, а не ее самой, тот создан для рабства».

Сам мыслитель убежден: современная демократия возможна лишь при единстве свободы и равенства. Токвиль постулирует неизбежное движение всех стран к демократии, ибо торжество просвещения и цивилизации одновременно знаменует победу демократии. Кроме того, основной чертой демократического общества является право, когда люди относятся к закону как к своему личному делу, любят его и без труда подчиняются ему. Когда каждый человек наделен правами

и уверен в неотъемлемости их, между основными классами устанавливается доверие. При этом Токвиль видит и недостатки демократии: она устанавливается «в грохоте сражений» и порождает революционные беспорядки, что просто надо пережить; мысли людей, живущих в демократических странах, часто имеют неустойчивый характер, это - стиль «абстрактного слова» и убеждения, где лидер - демагог.

Демократия - это не самая искусная форма правления, но только она может постепенно возвысить толпу до своего уровня. Путь к деспотизму - централизация всех методов управления в обществе. А путь к демократии - постепенное развитие свободы «на местах».

  • [1] В XX в. этот взгляд получил название «юридического мировоззрения», или «юридического позитивизма».
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>