Полная версия

Главная arrow Право arrow Advances in Law Studies (бывш. НИР. Право) -

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Объективные элементы мошенничества

В российской науке уголовного права выделяют объективную сторону преступления как элемент состава преступления. В германском праве отсутствует такое понятие и используются понятия объективного состава (ObjektiverTatbestand) и состава деяния (Tat- bestand).

Объективная сторона мошенничества заключается в хищении чужого имущества или приобретении права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием. Понятие хищения закреплено в примечании к ст. 158 УК РФ и звучит следующим образом: «Под хищением в статьях настоящего Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества». Исходя из указанного определения, можно выделить следующие признаки, относящиеся к признакам объективной стороны хищения (признаки субъективной стороны будут рассмотрены ниже): 1) изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или иных лиц; 2) противоправность; 3) безвозмездность; 4) причинение ущерба собственнику или иному владельцу имущества. Рассмотрим подробнее каждый из них.

В уголовно-правовой литературе высказываются различные позиции относительно первого признака. Так, Н.А. Лопашенко [12, с. 211, 262] и С.М. Кочои [10, с. 122] считают, что деяние при мошенничестве представляет собой изъятие и обращение чужого имущества в пользу виновного или иных лиц. А.И. Бойцов отмечает, что обращения без изъятия не существует [2, с. 228]. На взгляд автора, при мошенничестве потерпевший сам передает виновному имущество, и как такового изъятия не существует

Вышеописанное деяние должно осуществляться противоправно. Однако С.М. Кочои предлагает вовсе исключить этот признак из примечания к ст. 158 УК РФ, так как он закреплен в ч. 1 ст. 14 УК РФ и присущ всем преступлениям [10, с. 78]. Но на этот счет высказываются и другие мнения. Так, с точки зрения П.С. Яни, под этим признаком понимается противоправность гражданско-правового характера [31, с. 14], в рамках которой у виновного нет ни действительных, ни предполагаемых прав для обращения имущества в свою пользу или пользу других лиц. Аналогичной позиции придерживаются А.В. Бриллиантов и И.А. Клепицкий и говорят о противоправности как об отсутствии права на изъятие, пользование и распоряжение имуществом [9].

Другой признак, характеризующий мошенничество как разновидность хищения, — это безвозмездность. В уголовном праве безвозмездность понимается как изъятие (обращение) чужого имущества без соответствующего возмещения, т.е. бесплатно или с символическим либо неадекватным возмещением [18, с. 315]. Л.Д. Гаухман под безвозмездностью понимает отсутствие не просто явно несоразмерной, а полной компенсации потерпевшему стоимости противоправно изъятого у него имущества [7, с. 35].

Следующий признак объективной стороны мошенничества-хищения — это общественно опасные последствия или имущественный ущерб, причиняемый собственнику или иному владельцу этого имущества. Это типичный результат мошенничества, как и других форм хищения. Ущерб сводится к утрате имущества, и иные убытки объективной стороной хищения не охватываются (например, упущенная выгода), т.е. ущерб равен стоимости похищенного имущества. Сложно согласиться с А.Г. Безверховым, который считал гражданско-правовое понятие убытков и уголовно-правовое понятие ущерба тождественными [1, с. 141].

Как отмечалось выше, объективная сторона мошенничества может выражаться и в другом деянии — приобретении права на чужое имущество. В уголовно-правовой литературе высказываются различные мнения по поводу того, считать приобретение права на чужое имущество хищением или нет. Так, по мнению Б. В. Волженкина, понятие мошенничества объединяет два различных преступления [5, с. 20]. А.В. Бриллиантов и И.А. Клепицкий считают, что «приобретение права на чужое имущество приравнено к хищению и соответствует всем признакам хищения» [9]. Под приобретением права на чужое имущество вышеупомянутые авторы предлагают понимать оформление любого права на вещь, в том числе и право на ее получение. Такая точка зрения представляется правильной.

Каждое из вышеописанных действий реализуется путем обмана или злоупотребления доверием, которые являются способами совершения преступлений. Действующий уголовный закон не содержит определений вышеперечисленных способов совершения преступления. Однако понятие обмана было закреплено на законодательном уровне в примечании к ст. 187 УК РСФСР 1922 г.: «Обманом считается как сообщение ложных сведений, так и заведомое сокрытие обстоятельств, сообщение которых было обязательно». С таким определением согласны не все ученые, высказываются различные позиции. Например, Н.А. Лопашенко определяет обман как «информационное воздействие на потерпевшего, при котором он вводится в заблуждение» [ 13, с. 126]. С позиции Г.Н. Борзенкова, обман следует охарактеризовать как «искажение истины» [3, с. 29—30]. Автор считает, что это выражение более полное, чем «сообщение ложных сведений», предполагающее лишь словесный обман, в то время как обман может быть совершен и иными действиями.

Для более детального рассмотрения необходимо разобраться в разновидностях обмана. Из примечания к ст. 187 УК РФСФР 1922 г. следует вывод, что существует активный обман (сообщение ложных сведений) и пассивный обман (несообщение верных сведений). Наличие активного и пассивного обмана признают большинство исследователей [2, с. 324; 7. С. 387]. Пленум Верховного Суда РФ в п. 2 постановления № 51 от 27.12.2007 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» также разделил обман на активный и пассивный [27, с. 3]. Однако в юридической науке пассивный обман не всегда считался уголовно-наказуемым [ 19, с. 250]. С позиций исследователей обман может осуществляться в отношении 1) личности, 2) предметов, 3) различных событий и действий, 4) намерений. Любой обман, причиняющий имущественный ущерб, считается уголовно-наказуемым в отношении чего бы он не совершался и в как он был осуществлен — устно, письменно, путем бездействия [2, с. 338—371].

Следующий возможный способ совершения мошенничества — это злоупотребление доверием. В уголовно-правовой литературе злоупотребление доверием относят либо к способу, либо к средству совершения преступления. Правильной представляется позиция, что злоупотребление доверием — это способ, так как средствами являются вещи, предметы, механизмы и иное, что используется лицом для совершения посягательства [11, с. 87].

В уголовно-правовой литературе встречаются различные позиции по поводу того, что понимать под злоупотреблением доверием. По определению

В.А. Владимирова, злоупотребление доверием — «использование в корыстных целях в противоречии с имущественными интересами потерпевшего того доверительного отношения, которое сложилось у последнего к преступнику» [4, с. 100]. Достаточно простое и емкое определение предложил А.И. Бойцов: «Злоупотребление доверием заключается в использовании лицом в корыстных целях доверительных отношений, которые сложились у него с потерпевшим, во вред последнему» [2, с. 406]. Встречаются и противоположные мнения — злоупотребление доверием не должно рассматриваться как самостоятельный способ совершения преступления, а это разновидность обмана [32], и обман является единственным способом совершения преступления [34].

Как видно из вышеприведенных точек зрения российских юристов, единого понимания рассматриваемого способа преступления нет. Попытку устранить противоречия предпринял Пленум Верховного Суда РФ в п. 3 постановления № 51 от 27 декабря 2007 г., определив злоупотребление доверием как «использование с корыстной целью доверительных отношений с владельцем имущества или иным лицом, уполномоченным принимать решения о передаче его третьим лицам» [27, с. 3].

Кроме вышеописанных деяний и последствий, обязательным признаком объективной стороны мошенничества является причинная связь между деянием и последствиями. Под причинной связью в уголовном праве понимают объективную последовательную и закономерную связь между деянием и последствием, при которой в качестве причины выступает необходимое условие, достаточное для наступления последствия [18, с. 315J. Причинная связь в мошенничестве отличается тем, что необходима добровольная передача имущества потерпевшим, находящимся в состоянии заблуждения, виновному. Если этого не будет, то содеянное нельзя квалифицировать как мошенничество.

В уголовном праве Германии объективный состав мошенничества характеризуется следующими призна ками: 1) введение в заблуждение (Tauschung); 2) заблуждение (Irrtum); 3) распоряжение имуществом (Vermogensverfugung); 4) имущественный ущерб (Vermogensschaden). Рассмотрим подробнее каждый из них. В немецкой уголовной литературе мошенничество преимущественно определяется как введение в заблуждение относительно фактов или ложное заявление о фактах (Tauschunguber Tatsachen) [23]. Преступное деяние определяют как «действие (бездействие), влияющее на интеллектуальные представления другого лица, у которого создается ложное представление о фактах» [21]. Необходимо рассмотреть понятия фактов (Tatsachen), на основании которых совершается введение в заблуждение (Tauschung).

Ввести в заблуждение можно только посредством фактов. Под «фактами» в немецкой уголовно-правовой доктрине понимается «то, что произошло или существует, проявляется в реальности и обладает свойствами доказуемости» [23]. Фактами могут быть не только события или состояния прошлого или настоящего (внешние факты), но и, по господствующему мнению, к ним могут относиться идеи, убеждения, намерения и т.д. (внутренние факты) [21]. В частности, внешние факты касаются: 1) вещей (количество, подлинность, стоимость, возможность реализации, вред, причиняемый окружающей среде, и др.); 2) физических и юридических лиц (возраст, стаж, опыт работы, правомочия, способности, имущественное положение, наличие судимости и др.). Внутренние факты, как упоминалось выше, охватывают психические состояния (мотив, намерения, убеждения, представление, знания и др.) и могут относится к предмету обмана, только если они связаны с событиями или условиями настоящего или прошлого.

По господствующему мнению немецких правоведов, введение в заблуждение может осуществляться путем действия, бездействия или конклюдентно [23]. В случае действия оно заключается в заявлении явно выраженной неправды о фактах. Заявление может быть сделано в словесной или письменной форме, знаком или жестом. Большинством ученых разделяется позиция, что бездействие заключается в том, что «тот, кто имеет обязанность сказать о каких-то фактах, не препятствует возникновению заблуждения или не устраняет его» [21]. Конклюдентный обман понимается как молчаливое заявление о фактах [20].

Злоупотребление доверием не является способом совершения мошенничества согласно УК ФРГ, в отличие от УК РФ, а является самостоятельным преступлением (§ 263 Unreue), не имеющим прямого аналога в российском уголовном законе. Этим составом деяния охватываются действия лиц, злоупотребивших предоставленными им по закону, служебным поручением или условиями сделки полномочиями по распоряжению чужим имуществом, нарушающих обязанности (возложенные на тех же основаниях) по охране чужих имущественных интересов, причинивших ущерб этим интересам.

Следующим признаком является заблуждение (Irrtum). В уголовно-правовой доктрине заблуждение обычно понимается как противоречие между представлениями человека и реальным положением дел [23]. Состояние заблуждения возникает и поддерживается только с помощью обманного действия виновного. Заблуждения не будет, если потерпевший изначально ничего не знал о фактах [21]. Также, если виновный использует уже сложившиеся у потерпевшего неверные представления о фактах, то это не соответствует состоянию заблуждения, кроме случая, когда виновный был обязан сообщить потерпевшему, что он заблуждается.

Таблица 2

Объективные элементы мошенничества

Ст. 159 УК РФ

§ 263 УК ФРГ

Деяние

  • 1) Хищение чужого имущества
  • 2) Приобретение права на чужое имущества

Введение в заблуждение (Обман)

Способ

  • 1) Обман
  • 2) Злоупотребление доверием
  • 1) Действие.
  • 2) Бездействие.
  • 3) Конклюдентный обман (Злоупотребление доверием — самостоятельное преступление — § 266 УК ФРГ)

Последствия

Имущественный

ущерб

Имущественный

ущерб

Причинно-следственная связь

Под «распоряжением имуществом» (Vermo gens- verfu gung) в немецкой уголовно-правовой доктрине понимается любое поведение (действие, допущение, бездействие), которое непосредственно приводит к уменьшению имущества [21]. Это понятие не закреплено в законе, но оно необходимо для установления причинно-следственной связи. Уменьшение имущества заключается в снижении стоимости имущества. Добровольное желание потерпевшего распорядиться имуществом должно быть вызвано исключительно обманом. Этот критерий необходим для отграничения мошенничества и кражи, кражи путем уловки.

Распоряжение имуществом должно привести к имущественному ущербу (Vermogensschaden). Под «имущественным ущербом» предполагается уменьшение имущества лица в целом, наступившее против его воли [23]. В частности, ущерб может произойти, когда изымается вещь, принадлежащая потерпевшему, или когда он обременяется обязательствами, т.е. уменьшается совокупность стоимость его имущества. Высказывается позиция, что уголовно-наказуемый имущественный ущерб может быть причинен путем возникновения конкретной опасности [22]. Эта позиция требует пояснения. Например, А попросил в долг у Б10 000 евро. Б потребовал залог. А оставил в залог скульптуру, цена которой 50 евро. А обманул Б относительно ценности скульптуры. Из-за низкой ценности скульптуры имущество Б находится в опасности, так как залог не сможет покрыть ущерб в случае невозврата кредита. Возникают проблемы с определением имущественного ущерба, в немецкой литературе предлагается использовать метод сопоставления, т.е. сравнивается стоимость имущества лица до и после потерь [23].

Причинно-следственная связь должна касаться всех элементов объективного состава мошенничества. Наличие причинной связи устанавливается путем привязки конкретных последствий к ходу события. Результаты анализа приведены в табл. 2.

Законодатели двух стран закрепили различные уголовно-наказуемые деяния при мошенничестве. Отличием российского законодательства является понятие хищения, которое неизвестно немецкому законодательству.

В уголовном праве обоих государств выделяются способы совершения преступления, однако с некоторой особенностью: обман в УК РФ закреплен как способ хищения и приобретения права на чужое имущества, авУКФРГ он понимается как преступное деяние. Злоупотребление доверием в Германии законодатель вынес в самостоятельное преступление, в то время как в России оно является способом совершения преступления. Под способами обмана в немецком уголовном праве понимаются его разновидности, которые нашли отражение и в рамках российской уголовно-правовой доктрины.

Кроме этого, общим для обеих стран является наличие причинно-следственной связи между деянием и последствиями, которые заключаются в имущественном ущербе. Однако имущественный ущерб в уголовно-правовой литературе Германии понимается шире — он не сводится только к стоимости утраченного имущества, в отличие от уголовной доктрины России.

Субъективные элементы мошенничества

В российской науке уголовного права выделяют субъективную сторону преступления как элемент состава преступления. В германском праве отсутствует такое понятие и используются понятия субъективного состава (Subjektiver Tatbestand). Субъективная сторона мошенничества как любого хищения характеризуется только прямым умыслом и корыстной целью, это относится и к приобретению права на имущество. Согласно ч. 2 ст. 25 УК РФ преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно-опасных последствий и желало их наступления.

Теорию о том, что мошенничество возможно только с прямым умыслом, поддерживает большинство ученых, но существуют позиции, что можно совершить мошенничество с косвенным умыслом. Б.С. Никифоров полагал, что обман может сознательно допускаться мошенником [14, с. 169—170].

Таблица 3

Субъективные элементы мошенничества

Ст. 159 УК РФ

§ 263 УК ФРГ

Умысел

Прямой умысел (в доктрине высказывается возможность косвенного умысла)

Прямой или косвенный умысел

Цель

Корыстная цель

Цель — противоправная имущественная выгода

Также об этом высказывался М. Селезнев, что для злоупотребления доверием возможен как прямой, так и косвенный умысел, а обман возможен исключительно с прямым умыслом. Такую характеристику автор давал при анализе создания и функционирования финансовых пирамид [28, с. 12].

Отношение к корыстной цели в уголовно-правовой науке неоднозначное. Практически никто не оспаривает корыстный характер хищения, за исключением С.Ф. Милюкова, который считает, что возможны бескорыстные преступления, совершаемые по политическим и иным мотивам [23]. Также, на наш взгляд, верно пишет В.А. Владимиров: «Побуждаемый корыстью, человек стремится к получению материальной выгоды любым способом, паразитическим путем, но не средством честного труда или законной сделки» [4, с. 37]. Следовательно, в случае мошенничества виновный сознательно совершает обман или злоупотребляет доверием потерпевшего ради того, чтобы получить определенную материальную выгоду.

В германском уголовном праве субъективный состав мошенничества характеризуется умыслом или намерением создать для себя или для третьего лица противоправную имущественную выгоду. Согласно ст. 15 УК ФРГ наказывается только умышленное деяние, если закон специально не предусматривает ответственность за неосторожность. В отличие от российского законодательства, немецкие законотворцы не раскрыли понятие умысла на законодательном уровне. Немецкие правоведы толкуют умысел (Vor- satz) как знание лица о преступном деянии и желание его совершить [20]. В мошенничестве умысел, по господствующему мнению в немецкой уголовно-правой науке, может быть косвенным [21] и должен охватывать все элементы объективного состава мошенничества. Цель (.Absicht) заключается в создании для себя или третьей стороны противоправной (незаконной) имущественной выгоды (Rechtswidriger Bereiche- rung). В немецкой доктрине имущественная выгода понимается как экономическое улучшение имущественного (хозяйственного) положения виновного [24], это обратная сторона материального ущерба [23]. Не имеет значение, чем вызвано это улучшение: путем неуплаты обязательства или «освобождения» от обязательства. По определению, потерпевший сам совершает добровольные действия к уменьшению своего имущественного положения, которые прямым образом влияют на способность виновного незаконно обогатиться. Норма о мошенничестве не требует, чтобы виновный действительно получил какую-то имущественную выгоду, достаточно, чтобы это было его промежуточной целью. Противоправность (Rechtswidrige) предполагает, что имущественная выгода, которую желает создать виновный, должна быть незаконной [20]. Под этим подразумевается, что притязания виновного на имущественную выгоду не могут быть оправданы никаким законом. Если притязания виновного не вызывают сомнения и подлежат исполнению, то это не будет соответствовать составу деяния мошенничества [24]. Результаты анализа приведены в табл. 3.

Типичной чертой субъективной стороны мошенничества — как для ст. 159 УК РФ, так и для § 263 УК ФРГ — является наличие умысла и цели. Различие заключается в том, что в России на законодательном уровне закреплен только прямой умысел, а в Германии еще и косвенный.

Цель мошенничества в российской норме сопоставима с целью в немецкой норме. В России под корыстный целью понимается материальная выгода, а в Германии цель заключается в создании незаконной (противоправной) имущественной выгоды. Понятие противоправности схоже в уголовно-правовой доктрине обоих государств, но в российском уголовном праве это признак деяния, а в немецком — признак цели.

Заключение

Проведенный сравнительный анализ российской и немецкой норм о мошенничестве позволяет утверждать, что германская норма в отличие от российской характеризуется широким пониманием обмана, ущерба и умысла преступления. По нашему мнению, современному российскому уголовному законодательству нужна простая и понятная норма о мошенничестве, устанавливающая ответственность за обман, а не за хищение. Понятие хищения целесообразно исключить из нормы, поскольку оно объединяет слишком много разных составов преступлений, что создает в уголовном законе определенные сложности. В связи с вышеизложенным норму о мошенничестве нужно изложить следующим образом:

«Ст. 159. Мошенничество»

Мошенничество, то есть причинение имущественного ущерба путем обмана с целью извлечения имущественной выгоды для себя или другого лица, наказывается...».

Литература

I. Учебная, монографическая и справочная литература:

  • 1. Безверхое, Л.Г. Имущественные преступления. — Самара: Самарский университет, 2002. — 359 с.
  • 2. Бойцов А.И. Преступления против собственности. — СПб.: Изд-во Юридический центр Пресс, 2002. — 775 с.
  • 3. Борзенков Г.Н. Ответственность за мошенничество. — М.: Юрид. лит, 1971. — 168 с.
  • 4. Владимиров В.А. Квалификация преступлений противлич- ной собственности. Учебное пособие. — М.: Изд-во МВШ МООПСССР, 1968,- 171 с.
  • 5. Волженкин Б.В. Мошенничество: Серия Современные стандарты в уголовном праве и уголовном процессе. СПб., 1998.- 36 с.
  • 6. ГаухманЛ.Д. Квалификация преступлений: закон, теория, практика. — М.: Центр ЮрИнфоР, 2005. — 457 с.
  • 7. Гаухман Л.Д., Максимов С.В. Ответственность за преступления против собственности. М., 1997. — 310 с.
  • 8. ЖаяинскийА.Э. Современное немецкое уголовное право. — М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2006. — 560 с.
  • 9. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: в 2т. (постатейный) / под ред. А.В. Бриллиантова. 2-е изд. Том 1. М.: Проспект, 2015. (Авторы главы — И.А. Кле- пицкий, А.В. Бриллиантов) // СПС «Консультант Плюс» (Дата обращения 06.05.2015)
  • 10. Кочои С.М. Ответственность за корыстные преступления против собственности. М., 2000. — 288 с.
  • 11. Кудрявцев В.Н. Объективная сторона преступления: Монография. — М.: Госюриздат, 1960. — 244 с.
  • 12. Лопашенко Н.А. Посягательства на собственность: Монография. — М.: Норма, Инфра-М, 2012. — 528 с.
  • 13. Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономики: Авторский комментарий к уголовному закону (раздел VIII УК РФ). — М.: ВолтерсКлувер, 2006. — 720 с.
  • 14. Никифоров Б.С. Борьба с мошенническими посягательствами на социалистическую и личную собственность по советскому уголовному праву. — М.: Изд-во АН СССР, 1952. - 180 с.
  • 15. Российское уголовное право. Курс лекций Т.4: Преступления в сфере экономики / Под. ред А.И. Коробеева. Владивосток, 1999. — 452 с.
  • 16. Рубцова А.С. Актуальные проблемы уголовного права: Особенная часть: учебное пособие для магистрантов / Под. ред. А.И. Рарога, И.А. Юрченко. — М.: Проспект, 2015 — 112 с.
  • 17. Севрюков А.П. Хищение имущества: криминологические и уголовно-правовые аспекты. М.: Экзамен, 2004. — 352 с.
  • 18. Уголовное право России. Части общая и Особенная: учебник для бакалавров/отв. ред. А.И. Рарог. — М.: Проспект, 2015.-496 с.
  • 19. Фойницкий И.Я. Курс уголовного права. Часть Особенная. Посягательства личные и имущественные. — СПб.: Типография М.М. Сталюсевича, 1901. —437 с.
  • 20. Joecks W. Strafgesetzbuch: StGB. Studienkommentar. 11 Aufl. Munchen: C.H. Beck Verlag, 2014. - 870 S.
  • 21. Lackner K., Knhl A'..StrafgesetzbuchKommentar. 28 Aufl. Munchen: C.H. Beck Verlag, 2014 // Beck-Online die Daten- bank (Дата обращения 10.05.2016).
  • 22. Kuper W.,ZopfsJ. StrafrechtBesondererTeil. 9 Aufl. Heidelberg:

C.F. Muller, 2015.- 539 S.

  • 23. Tiedemann K., Valerius B., Vogel J., Schonemann B., Mohrenschlager, M. Strafgezetzbuch. LeipzigerKommentar: StGB Band9/1 §§263bis266b. 12Aufl. Berlin: WalterDeGruy- ter, 2012// De Gruyter Online (Дата обращения 10.05.2016).
  • 24. Wessels /., Hillenkamp T. StrafrechtBesondererTeil 2. StraftatengegenVermogenswerte. 37 Aufl. Heidelberg: C.F. Muller, 2014.-501 S.

II. Статьи в периодических изданиях:

  • 25. Векяенко В.В. Преступления против собственности как уголовно-правовая фикция // Российский юридический журнал. 2000. № 3. С. 12-16.
  • 26. Кзепицкий И.А. Собственность и имущество в уголовном праве // Государство и право. 1997. № 5. С. 74—83.
  • 27. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2007 г. № 51 г. Москва «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2008. № 2.
  • 28. Селезнев М. Умысел как форма вины // Российская юстиция. 1997. №3. С. 11-12.
  • 29. Серебренникова А.В. К вопросу об ответственности за мошенничество по Уголовному кодексу Российской Федерации и Уголовному кодексу Германии: точки соприкосновения // Пробелы в российском законодательстве. № 6. 2013. С.153—156.
  • 30. Серебренникова А.В., Харламов ДД. Система имущественных преступлений по УК РФ и ФРГ // Вестник Университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА). № 7. 2015. С. 162— 167.
  • 31. Яни П.С. Постановление пленума Верховного суда о квалификации мошенничества присвоения и растраты: умысел, корыстная цель, специальный субъект// Законность, 2008. №5. С. 14-18.

III. Диссертации и авторефераты диссертаций:

  • 32. Волков ВД. Уголовно-правовые меры борьбы с мошенничеством в сфере оборота недвижимости: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2005.
  • 33. Петров С.А.. Хищение чужого имущества или приобретение права на него путем обмана уголовно-правовая оценка и совершенствование правовой регламентации: дис.... канд. юрид. наук. Калининград, 2015.
  • 34. Хмелева М.Ю. Уголовная ответственность за мошенничество: Автореф. дис.... канд. юрид. наук. М., 2008.

References

  • 3. BorzenkovG.N. Otvetstvennost’zomoshennichestvo [Responsibility for Fraud], Moscow, Juridicheskaja literatura Publ., 1971.
  • 168 p.
  • 4. Vladimirov V.A. Kvalifikacijaprestuplenijprotivlichnojsobstvennosti. [Qualification of Crimes Against Personal Property], Moscow, MVSh MOOP SSSR Publ., 1968. 171 p.
  • 5. Volzhenkin B. V.Moshennichestvo: Serija Sovremennye stand arty v ugolovnom prave i ugolovnom processe [Fraud: A Series of Modern Standards in Criminal Law And Criminal Trial], Saint- Petersburg, 1998. 36 p.
  • 6. Gauhman L. D. Kvalifikacijaprestuplenij: zakon, teorija, praktika [Qualification of Crimes: The Law, Theory, Practice], Moscow, Centr JurlnfoR Publ., 2005. 457 p.
  • 7. Gauhman L.D., Maksimov S.V. Otvetstvennost’ zaprestuplenija protiv sobstvennosti [ Responsibility for Crimes Against Property], Moscow, 1997. 310 p.
  • 8. Zhalinskij A.Je. Sovremennoe nemeckoe ugolovnoe pravo [The Modem German Criminal Law], Moscow, TK Velbi, Prospekt Publ., 2006. 560 p.
  • 9. Kommentarij к UgolovnomukodeksuRossijskojFederacii: v 2 t. (postatejnyj) /podred. A. V. Brilliantova. 2-e izd. Tom 1 [Com- mentarytotheCriminalCodeoftheRussianFederationin 2 parts (itemized)]. Moscow, Prospekt Publ., 2015. Consultant Plus (Accessed 06 May 2015)
  • 10. Kochoi S. M. Otvetstvennost’ zakorystnye prestuplenija protiv sobstvennosti [Responsibility for Acquisitive Crimes Against Property], Moscow, 2000. 288 p.
  • 11. Kudrjavcev V. N. Ob ’ektivnajastoronaprestuplenija: Monografija. [The Objective Aspect of the Crime: Monograph], Moscow, Gorjurizdat Publ., 1960. 244 p.
  • 12. Lopashenko N. A. Posjagatel’stva na sobstvennost’. |Violationson- Property].Moscow, Norma, Infra-M Publ., 2012. 528 p.
  • 13. Lopashenko N.A. Prestuplenija vsferejekonomiki: Avtorskijkommentarij к ugolovnomu zakonu (razdel VI/1 UK RF) | Crimes in the Economic Sphere: Author’s Comment to the Criminal Law]. Moscow, Volters Kluver Publ., 2006. 720 p.
  • 14. Nikiforov B.S. Bor'ba s moshennicheskimi posjagateTstvami na socialisticheskuju i lichnuju sobstvennost’ po sovetskomu ugolovnomu pravu [The Fight Against Fraudulent Attacks on the Socialist and Personal Property under the Soviet Criminal Law]. Moscow, AN SSSR Publ., 1952. 180 p.
  • 15. KorobeevA. I. Rossijskoe ugolovnoe pravo. Kurs lekcij T. 4: Prestuplenija v sfere jekonomiki [Russian Criminal Law. Lecture Course P. 4: Crimes in the Economic Sphere], Vladivostok, 1999. 452 p.
  • 16. Rubcova A.S. Aktual’nyeproblem ugolovnogoprava: Osobennaja chast’ [Actual Problems of the Criminal Law: Special Part], Moscow, Prospekt Publ., 2015. 112 p.
  • 17. Sevrjukov A. P. Hishhenie imushhestva: kriminologicheskie i ugo- lovno-pravovye aspekty [Theft of Property: Criminological and Penal Aspects], Moscow, Ekzamen Publ., 2004. 352 p.
  • 18. RarogA.l. Ugolovnoe pravo Rossii. Chasti obshhaja i Osobennaja [Criminal Law of Russia. General and Special Parts]. Moscow, Prospekt Publ., 2015. 496 p.
  • 19. Fojnickij I.Ja. Kurs ugolovnogo prava. Chast’ Osobennaja. Posjagatel’stva lichnye i imushhestvennye [Course of Criminal Law. Special Part. Violations of Personal and Property], Saint- Petersburg, Tipografija M.M. Staljusevicha Publ., 1901.437 p.
  • 20. Joecks W. Strafgesetzbuch: StGB. Studienkommentar. 11 Aufl. Miinchen: C.H. BeckVerlag, 2014. 870 p.
  • 21. Lackner K., Kiihl K. StrafgesetzbuchKommentar. 28 Aufl. Miinchen: C.H. BeckVerlag, 2014 // Beck-Online die Daten- bank (Accessed 10.05.2016).
  • 22. Kiiper W., ZopfsJ. StrafrechtBesondererTeil. 9 Aufl. Heidelberg: C.F. Muller, 2015. 539 p.
  • 23. Tiedemann K., Valerius B., Vogel J., Schiinemann B., Mohrenschlager, M. Strafgezetzbuch. LeipzigerKommentar: StGB Band 9/1 §§ 263 bis 266b. 12 Aufl. Berlin: Walter De Gruyter, 2012 // De Gruyter Online (Accessed 10.05.2016).
  • 24. Wessels J., HUlenkamp T. StrafrechtBesondererTeil 2. StraftatengegenVermogenswerte. 37 Aufl. Heidelberg: C.F. Muller, 2014. 501 p.

II. Articles:

  • 25. Veklenko V. V. Prestuplenija protiv sobstvennosti как ugolovno- pravovaja fikcija [Crimes Against Property as a Criminal Legal Fiction |. Rossijskijjuridicheskijzhurnal [ Russian Law Journal |. 2000,1.3, pp. 12-16.
  • 26. Klepickij I.A. Sobstvennost’ i imushhestvo v ugolovnom prave [Owner ship and Property in Criminal Law], Gosudarstvo i pravo [Stateand Law], 1997,1. 5, pp. 74—83.
  • 27. Postanovlenie Plenuma Verhovnogo Suda Rossijskoj Federacii ot 27 dekabrja 2007 g. N 51 g. Moskva “O sudebnoj praktike po delam о moshennichestve, prisvoenii i rastrate” [Resolution of the Plenum of the Supreme Court on December 27, 2007 N ‘51 Moscow “On judicial practice in cases of fraud, embezzlement”]. Bjulleten’ Verhovnogo Suda Rossijskoj Federacii [Bulletin of the Supreme Court], 2008, 1. 2.
  • 28. Seleznev M. Umysel как forma viny | Intentas a Form of Guilt |. Rossijskaja justicija [Russian Justice]. 1997,1. 3, pp. 11-12.
  • 29. Serebrennikova A. V. К voprosu ob otvetstvennosti za moshen- nichestvo po Ugolovnomu kodeksu Rossijskoj Federacii i Ugolovnomu kodeksu Germanii: tochki soprikosnovenija [To the Question of Responsibility for Fraud under the Criminal Code ofthe Russian Federation and the Criminal Code of Germany], Probely v rossijskom zakonodatel’stve [Gapsin Russian Legislation], 2013, I. 6, pp. 153—156.
  • 30. Serebrennikova A. V., Harlamov D.D. Sistema imushhestvennyh prestuplenij po UK RF i FRG [The System of Property Crimes under the Criminal Code of the Russian Federation and Germany!. Vestnik Universiteta imeniO.E. Kutajina (MGJuA) | Kata- On Law Review] 2015, I. 7, pp. 162—167.
  • 31. Jani P.S. Postanovlenie plenuma Verhovnogo suda о kvalifikacii moshennichestva prisvoenija i rastraty: umysel, korystnajacel’, special’nyj sub’ekt [Resolution of the Supreme Court Plenumon Qualification of Fraud and Embezzlement: Intent, Self-serving Purpose, a Special Subject]. Zakonnost’ [Legality]. 2008, I. 5, pp. 14-18.

III. Phd Theses in Law:

  • 32. Volkov V.L. Ugolovno-pravovye meiy bor’bys moshennichestvom vsfere oborota nedvizhimosti [Criminally-legal measures to combat fraud in the field of reale state turnover], Cand. Diss., Rostov-on-Don, 2005.
  • 33. Petrov S.A. Hishhenie chuzhogo imushhestva Hipriobretenieprava na nego putem obmana ugolovno-pravovaja ocenka i soversh- enstvovanie pravovoj reglamentacii |The Theft of Another’s Property or the Acquisition of the Rights to Itby Lie: Criminal Legal Assessment and Improvement of Legal Regulation], Cand. Diss., 2015. 262 p.
  • 34. Hmeleva M.Ju. Ugolovnaja otvetstvennost’ za moshennichestvo [Criminal Responsibility for Fraud], Cand. Diss. Moscow, 2008.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>