Теоретический уровень научного знания

Теоретическое знание есть результат деятельности такой в высшей степени конструктивной части мышления, как разум. В связи с этим, как справедливо подчеркивал В.С. Швырев [9], в отличие от рассудка деятельность разума направлена не вовне, а внутрь сознания, а именно на имманентное развертывание своего собственного содержания, а отнюдь не на его контакт с внешним миром. Сущность деятельности разума может быть определена как свободное когнитивное творчество, самодостаточное в себе и для себя. Основными логическими операциями теоретического мышления являются идеализация и интеллектуальная интуиция. Их целью и результатом выступает создание (конструирование) особого типа предметов — так называемых идеальных объектов. Именно мир идеальных объектов составляет онтологическую основу (базис) теоретического уровня научного знания и его главное отличие от эмпирического знания.

Научная теория — логически организованное множество, логически организованная система высказываний о конкретном классе идеальных объектов, их свойствах, отношениях, изменениях. В свое время это положение было подробно и убедительно раскрыто в книге «Теория и ее объект» [1]. Можно привести примеры теоретических объектов науки: в математике — геометрическая точка, линия, плоскость, число и другие идеальные объекты; в физике — инерция, абсолютное пространство, абсолютно упругая жидкость, математический маятник, абсолютно черное тело и иные подобные идеальные объекты; в социологии — страты общества, общественно-экономическая формация, цивилизация и тому подобные идеальные объекты; в логике — логическое мышление, логическое доказательство и логические функции и др.

О том, какими методами создаются идеальные объекты в науке и чем они отличаются от эмпирических объектов, более подробно будет сказано позже. Главным методом является идеализация.

Идеализация — это прежде всего мысленный переход от наблюдаемых свойств эмпирических объектов к их предельным логически возможным значениям. Так, геометрическая точка — нуль-размерность, логический предел уменьшения пространственных характеристик любого эмпирического объекта; линия — одномерный непрерывный континуум геометрических точек; абсолютно черное тело — объект, способный полностью (100 %) поглощать падающую на него световую энергию и т.д. Для предельных переходов при создании идеальных объектов характерны три существенных момента. Первый: исходным пунктом движения мысли является эмпирический объект, его определенные свойства и отношения. Второй: само мысленное движение заключается в количественном усилении или ослаблении степени интенсивности «наблюдаемого» свойства до максимально возможного предельного значения (0 или 1). Третий (и самый главный) момент: в результате такого, казалось бы, чисто количественного движения мышление создает качественно новый объект, обладающий свойствами, которые уже принципиально не могут быть наблюдаемы (безразмерность точек, абсолютная прямизна и однородность прямой линии, актуальные бесконечные множества, общественно-экономическая формация в чистом виде, Сознание и Бытие в философии и т.д. и т.п.). Известный финский математик Р. Не- ванлинна так подчеркивал это обстоятельство: идеальные объекты конструируются из эмпирических объектов с помощью конструктивного добавления к эмпирическим объектам новых свойств, которые делают идеальные объекты принципиально ненаблюдаемыми и потому имманентными элементами именно мышления [5].

Существует и другой, более изящный и простой способ конструирования идеальных объектов — введение их по определению, для решения определенных теоретических или чисто логических проблем. Правда, этот способ конструирования идеальных объектов получил распространение в основном в математике, да и то на довольно поздних этапах ее развития (введение иррациональных, а затем и комплексных чисел при решении алгебраических уравнений, введение разного рода математических объектов в топологии и функциональном анализе и т.д.), позже — в математической логике и теоретической лингвистике и др. Особенно интенсивно этот способ введения идеальных объектов стал использоваться в математике начиная со второй половины XIX в., после принятия неевклидовых геометрий в качестве полноценных математических теорий. Освобожденная от пут обязательного соотнесения своих собственных объектов с эмпирическими объектами, математика совершила после этого колоссальный скачок в своем развитии. Когда современную математику определяют как науку «об абстрактных структурах» (Н. Бурбаки) или науку «о возможных мирах» (Л. Витгенштейн), то имеют в виду именно то, что ее непосредственным предметом являются идеальные объекты, конструируемые мышлением и вводимые им по определению.

Имеет смысл терминологически закрепить различие между этими двумя способами конструирования мышлением идеальных объектов: 1) через «предельный переход» от эмпирических объектов и 2) введение «по определению».

Назовем идеальные объекты, полученные первым способом, идеальными объектами первого рода, а полученные вторым способом — идеальными объектами второго рода. Если теоретическое естествознание и социально-гуманитарные теории имеют дело в основном с идеальными объектами первого рода, то чистая (теоретическая) математика и логика — с идеальными объектами второго рода. В этом отношении именно математика является пара- дигмальным образцом теоретического научного мышления в точном и строгом смысле этого слова, демонстрируя колоссальные конструктивные возможности и «непостижимую эффективность» математического мышления (Е. Вигнер), а в конечном счете — огромную прагматическую ценность когнитивной свободы.

Важными методами теоретического научного познания являются также мысленный эксперимент, математическая гипотеза, теоретическое моделирование, аксиоматический и конструктивно-генетический метод построения научных теорий, метод формализации и др.

У любого продукта разума, начиная от отдельной идеализации («чистой сущности») и кончая научной теорией (логически организованной системой «чистых сущностей»), имеются два основных способа его обоснования. В свое время А. Эйнштейн назвал эти способы внешним и внутренним оправданием научной теории [10]. Внешнее оправдание продуктов разума состоит в требовании обоснования их практической полезности, в частности возможности их применения к эмпирическому опыту. Это, можно сказать, прагматическая оценка их ценности и полезности, являющаяся определенным ограничением абсолютной свободы разума. Данное требование подробно проанализировано в различных философских концепциях эмпиризма и прагматизма. Другим и более имманентным способом оправдания идеальных объектов является их способность быть средством внутреннего совершенствования, логической гармонизации и обеспечения развития самого теоретического знания, эффективного решения имеющихся теоретических проблем и постановки новых. Например, введение Л. Больцманом представления об идеальном газе как о хаотически движущейся совокупности независимых атомов в виде абсолютно упругих шариков позволило не только достаточно просто объяснить с этих позиций все основные законы феноменологической термодинамики, но и предложить статистическую трактовку ее второго начала — закона непрерывного роста энтропии в замкнутых термодинамических системах. Создатель теории множеств Г. Кантор ввел «актуально бесконечные множества» и на их основе построил весьма общую математическую теорию, с позиций которой удалось проинтерпретировать основные понятия главных разделов математики — арифметики, алгебры, анализа и др.

Зачем вводятся в науку идеальные объекты? Насколько они необходимы для ее успешного функционирования и развития? Нельзя ли обойтись в науке только эмпирическими объектами и эмпирическим знанием, которое более всего используется непосредственно на практике? Впервые в наиболее четкой форме эти вопросы поставил и дал на них ответы Э. Мах [4]. Он полагал, что главной целью научных теорий является их способность экономно репрезентировать и кодифицировать всю имеющуюся эмпирическую информацию об определенной предметной области. Способ реализации этой цели — построение таких теоретических и логических моделей эмпирии, когда из относительно небольшого числа теоретических допущений выводилось бы максимально большое число эмпирически проверяемых следствий. Введение идеальных объектов и является той необходимой ценой, которую мышлению приходится платить за выполнение указанной цели. По мысли Маха, это связано с тем, что в самой объективной действительности нет логических отношений между ее законами, свойствами и отношениями. Логические отношения имеют место только в сфере мышления между понятиями и суждениями. Теоретико-логические модели эмпирической реальности с необходимостью требуют определенного ее упрощения, схематизации, идеализации, введения ряда понятий, которые по своему содержанию имеют не эмпирически описательный, а инструментальный характер, способствуя созданию целостных, логически организованных теоретических систем знания. Главным достоинством теорий, согласно Э. Маху и П. Дю- гему, является то, что представленная в научных теориях эмпирическая информация защищена от потерь, удобно хранится, транслируется в культуре, достаточно обозрима и хорошо усваивается в процессе обучения [4].

Сформулированному выше инструменталистскому взгляду на природу идеальных объектов и научных теорий в философии науки противостоит эссенциалистская их интерпретация, согласно которой идеальные объекты и научные теории фиксируют и описывают объективно сущностное содержание мира, тогда как эмпирическое знание имеет дело с описанием мира явлений. У обеих этих интерпретаций природы теоретического знания по-прежнему есть свои сторонники как среди философов, так и среди ученых. Поднятая в них проблема онтологического статуса теоретического знания столь же значительна, сколь, как и ранее, далека от своего общепризнанного в философии и науке решения. С нашей точки зрения, обе интерпретации вполне совместимы друг с другом при условии снятия с них присущего им определенного метафизического и фундаменталистского «налета».

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >