Полная версия

Главная arrow Социология

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

ФОРМИРОВАНИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ В УСЛОВИЯХ РОССИЙСКОЙ РЫНОЧНОЙ ЭКОНОМИКИ: СПЕЦИФИКА И ПЕРСПЕКТИВЫ

Науку часто смешивают со знанием. Это глубокое недоразумение. Наука есть не только знание, но и сознание, то есть умение пользоваться знанием как следует.

Василии Ключевский

Проблемы интеллигенции, ее сущности и места в российском обществе все чаще становятся предметом дискуссий. Что такое интеллигенция? Каково ее место и функции в рыночной экономике? Нужна ли интеллигенция в условиях рынка? Эти и многие другие вопросы представляют сегодня не только научный, но и практический интерес. Обострило внимание к этим проблемам сложившееся в обществе критическое отношение к интеллигенции, с позициями и действиями которой в значительной мере связывают развал страны, ее обвиняют в национальном предательстве, в провоцировании революций разных социальных окрасок.

В нашей лексике (вузовской особенно) в последние годы стали наслаиваться друг на друга три понятия, связанные с подготовкой квалифицированных кадров: «специалисты», «профессионалы» (особенно широко используется на Западе) и наше отечественное — «интеллигенция». Поэтому прежде всего определимся с понятийным аппаратом. Принципиальная разница между указанными понятиями заключается не столько в их содержании, сколько в том месте, которое занимают специалисты, профессионалы, интеллигенция в социальной, а конкретно — классовой структуре общества. С этим связаны и их нравственные императивы.

За рубежом, особенно в развитых капиталистических странах, наиболее распространенным является понятие «специалист», т.е. работник, обладающий конкретной специальностью. А специальность (от лат. species — род, вид) — вид занятия в рамках одной профессии (например, специальность экономиста включает в себя финансиста, бухгалтера, аудитора, кредитора, агента по сбору налогов; специальность врача объединяет хирурга, терапевта и т.п.).

Здесь мы не имеем с Западом разночтений, так как специалистов готовит и наша высшая школа. Но у российской высшей школы задача подготовить не только высокопрофессионального узкого специалиста в конкретной области деятельности, но и специалиста всесторонне образованного, с высокими нравственными принципами и ценностными установками, обладающего мировоззренческим кругозором, высоким уровнем социально-профессиональной адаптации на рынке труда. Отсюда и наша ориентация на междисциплинарное всестороннее образование, на гуманитаризацию специального профессионального знания.

Истоки категории «профессионал» следует искать в Генеральном реестре Британской переписи 1951 г., в соответствии с которой профессии классифицированы по шести социоэкономиче- ским группам. Каждая такая группа объединяет специалистов с определенными жизненными стилями, похожим социальным, культурным поведением и проведением досуга. Понятие «профессионал» по своему содержанию почти адекватно понятию «специалист», наиболее распространенному и у нас, и за рубежом. Для получения статуса специалиста необходимо иметь профессию, закрепленную соответствующим официальным документом. Общим для западной социологии является признание профессионалов самостоятельным общественным классом. Английская модель именует его высшим классом, который составляют врачи, адвокаты, преподаватели колледжей и высших учебных заведений (в развитых странах около 5—7 % профессионалов примыкает к буржуазии).

Классификация классовой структуры общества, предложенная Дж. Голдторпом (а она наиболее распространена на Западе), в один так называемый служебный класс объединяет профессионалов — администраторов, государственных чиновников высшего уровня, менеджеров ведущих учреждений, крупных собственников, служащих, занятых умственным трудом.

М. Вебер выделял в социальной структуре общества четыре класса, один из которых — класс интеллектуалов, менеджеров и администраторов, другой — класс собственников, третий — буржуазный класс мелких бизнесменов и владельцев магазинов, четвертый — рабочий класс.

Рассмотрение профессиональной общности (каковой являются специалисты) в качестве социального класса вызывает аргументированные возражения. Известно, что характеристика класса еще до марксизма давалась, например, французским государственным деятелем и историком Франсуа Гизо, который полностью исключал тождество профессиональных и классовых общностей. Профессионалы примыкают к различным общественным классам, интересы которых изучают, выражают и обслуживают. В своем подавляющем большинстве профессионалы работают по найму.

Понятие «интеллигенция» за рубежом практически не применяется. Впервые его использовал в 1860-х гг. писатель П.Д. Боборыкин, и из русского оно перешло в другие языки. По своему составу интеллигенция (от лат. intelligens — понимающий, знающий, умный) — это социальный слой людей, профессионально занятых умственным (преимущественно высококвалифицированным) трудом. Интеллигенция (а точнее — трудовая интеллигенция) в социальной структуре советского общества рассматривалась как промежуточный слой («прослойка») в отличие от двух классов: рабочего и крестьянства.

Помимо названных номинальных характеристик понятие «интеллигенция» в России, исходя из национального менталитета, имеет и свои особые признаки: широкий кругозор, служение высоким нравственным идеалам, гуманность, патриотизм и космополитизм. Часто говорят, что в России интеллигент — это состояние души. Поэтому нравственная составляющая (и вытекающие из нее нравственные императивы) у нас всегда занимали и занимают ведущее место в формировании интеллигенции. Не случайно так дихотомически противостоят друг другу два типа личности: деловой человек и интеллигент. Рынку нужны деловые люди (дельцы), рациональные, прагматичные, умеющие считать и приобретать любой ценой. Мы же традиционно хотим воспитать интеллигентного представителя производственной сферы, способного думать об интересах общества, считать не только личные, но и государственные затраты, работать не только на себя, но и во благо общества. Западного профессионала и российского интеллигента объединяет наличие высшего (качественного) образования, специальности и реальная занятость в сфере интеллектуального труда. К этому следует добавить признаки, выделенные английским социологом Миллерсоном для характеристики профессионалов как особого социального слоя:

О знания на основе применения навыков, базирующихся на теории;

О специализированное образование и обучение этим навыкам;

О компетентность, гарантированная сданными экзаменами;

О наличие определенного кодекса поведения, обеспечивающего профессиональную идентичность;

О исполнение служебных обязанностей во благо общества;

О членство в профессиональной ассоциации.

Велики и различия в положении профессионалов на Западе и в России. В развитых странах профессионалы имеют, как правило, большую зарплату, высокий социальный статус и независимость в работе. Привилегированность их положения объясняется тем, что они занимаются оказанием особо значимых для общества услуг.

Сравнивая эти критерии с положением нынешней российской интеллигенции, приходится констатировать совершенно противоположное:

О зарплата не соответствует социальной значимости профессиональной деятельности и предоставляемым обществу услугам;

О социальный статус (т.е. положение в обществе) занижен государством и всем развитием экономики и социальной сферы;

О независимость в работе ограниченная, так как подавляющая часть интеллигенции находится под тяжестью нескончаемых экономических реформ, не имеет гарантий устойчивости своего социального положения на годы вперед, как это было когда-то. Отсюда и массовое «бегство умов» за границу;

О только за 1997—2006 гг. из России выехало за рубеж 783 064 россиян. Из них — 347 223 — в страны дальнего зарубежья, остальные (435 841) — в страны СНГ (ближнее зарубежье)[1];

  • 0 в 2025 г. число студентов, обучающихся за границей, вырастет до
  • 7,2 млн человек[2].

Нет точных данных о том, какова в этой массе доля интеллигенции разных страт. Но можно предположить, учитывая специфику западного рынка интеллектуального труда, что большинство выехавших — россияне с высшим образованием. «Утечка умов» очень дорого обойдется государству, особенно когда оно наконец вспомнит о необходимости развития и полноценной финансовой поддержке не только банков и олигархов, но и своей отечественной науки и ученых.

Интеллигенция в нашем обществе рекрутируется из различных классов и слоев общества в зависимости от образования, содержания деятельности и выполняемых функций. Интеллигенция дифференцирована: она подразделяется на научную, экономическую, техническую, гуманитарную, административно-управленческую, творческую, военную и др.

Одна из особенностей формирования интеллигенции в России состоит в том, что этот процесс является ответом на состояние российской экономики, образования, культуры и науки, их потребностей и запросов. Ведь фактически в России сейчас успешно развиваются экспортные отрасли экономики — добыча нефти, газа, разработка леса, производство металла и удобрений. В целом российская экономика отстает с использованием и разработкой современных технологий. И в этом отношении мы резко отличаемся от положения в развитых западных странах, где на первом плане как стержневая линия экономического развития — прогресс современных технологий, идущий ускоряющимися темпами. Отсюда и повышенный спрос на профессионалов современной формации. А Россия «сидит» на нефтегазовой игле. В этом отношении нашу страну можно назвать «сырьевым наркоманом». К тому же Президент России поставил задачу превращения страны в мирового поставщика топливно-сырьевых ресурсов. А это значит, что инвестиции государства и частного отечественного капитала в развитие других отраслей реальной экономики, прежде всего машиностроения и обрабатывающей промышленности, быстро расти не будут.

По-прежнему делается ставка на приток иностранных капиталов. Именно эту цель преследует создание новых экономических зон — зон свободной торговли, первая из которых уже открылась в Калининграде. Отсюда вывод: процесс формирования новой экономической интеллигенции в России в современных условиях сдерживается общим состоянием экономики, ее отраслевой деформацией и фактической консервацией застоя.

В связи с переходом к рыночной экономике общество стратифицировалось, появились новые классы и социальные группы.

Ведущими критериями стали уровень доходов, статус и престижность.

Какие процессы характеризуют современное состояние российской интеллигенции, ее эволюцию на протяжении последних 15 лет? Выделю три процесса с длительными социальными последствиями.

Процесс деквалификации значительной части интеллигенции. Этот процесс связан либо с резким снижением прошлого профессионального и социального статусов, либо с полной его потерей. В начале перехода к рынку (первая половина 1990-х гг.) самая массовая, интенсивная деквалификация (скажу резче — «разгром квалификации») произошла у технической интеллигенции. Она была выброшена за ворота тысяч предприятий и организаций военно-оборонного комплекса, которые прекращали работу в кратчайшие сроки в результате безумно-преступной конверсии. Так по стране прокатилась первая волна безработицы. Ее главной жертвой стала именно техническая интеллигенция.

Вторая волна массовой деквалификации прокатилась по военной интеллигенции, квалифицированным военнослужащим высокого статусного положения (прежде всего по офицерам). Еще одной профессиональной группой массовой деквалификации стала творческая интеллигенция. Закрытие театров, развал кинематографии, всей культурно-просветительской инфраструктуры обрекло на нищенское существование даже ранее известных актеров.

Социальная мобильность интеллигенции. В советское время она была очень низкой. Смена профессии происходила нечасто, скорее в порядке исключения, а не нормы. В рыночной экономике интеллигенция стала проявлять вынужденную социально-профессиональную мобильность: менять профессию при безработице, переквалифицироваться под угрозой потери трудовой занятости, включаться во вторичную занятость, пытаясь совмещать часто несовместимое: творческую деятельность и мелкое предпринимательство.

Стратифицикация интеллигенции. Она расслоилась на несколько страт: высшую интеллигенцию, массовую интеллигенцию и полуинтеллигенцию, причем процесс социально-экономической стратификации российской интеллигенции усиливается.

До начала 1990-х гг. финансовая сфера занимала в обществе весьма скромное положение как с точки зрения материальной (по уровню оплаты труда), так и социального статуса, так как не пользовалась сколь-либо значимой профессиональной престижностью. Напротив, в массовом сознании эта сфера воспринималась в качестве социально непрестижной, мало привлекательной, интересующей в основном женщин.

Экономическая интеллигенция — новая страта в структуре российской интеллигенции, новая социально-профессиональная общность российского общества. Определить ее можно как социальный слой высококвалифицированных специалистов умственного труда, имеющих высшее экономическое образование и профессиональную занятость в различных сферах экономики, управления, учета и контроля, планирования финансово-экономических и денежных ресурсов.

Возникает вопрос: а разве не было в Советском Союзе экономистов, бухгалтеров, финансистов? Конечно, специалисты этих профессий были достаточно многочисленными и успешно обслуживали плановое социалистическое народное хозяйство. В советских вузах они получали широкое образование в духе марксистско-ленинского учения и принципов государственной плановой экономики. Однако профессионалы-экономисты не представляли собой самостоятельного социального слоя и не пользовались высоким статусным положением в обществе.

Ситуация в России качественно изменилась после победы буржуазно-либеральной революции 1991 — 1993 гг. Страна встала на путь рыночной экономики и приватизации собственности со всеми присущими этому пути трудностями и противоречиями. Появилась острая потребность в подготовке профессиона- лов-экономистов новой буржуазной формации, знающих закономерности капиталистического производства, потребления, рынка и конкуренции.

В начале истории постсоветской России возникло и получило признание понятие экономической интеллигенции. В связи с интенсивным развитием финансового рынка к 1996 г. в России было создано 3,5 тыс. банков, свыше 3 тыс. страховых компаний и более 800 инвестиционных компаний. Занятость в производственной деятельности этого сектора расширилась до 800 тыс. человек. Финансово-банковская страта в социальной структуре общества стала одной из наиболее динамично развивающихся. Возросла социальная престижность профессий финансиста и экономиста, что незамедлительно обострило конкурс отбора поступающих в экономические вузы.

В условиях перехода к рыночным отношениям, сокращения материального производства, банкротства предприятий и безработицы, многократного расширения рынка финансовых услуг резко возрос спрос на финансистов, экономистов, бухгалтеров, аудиторов, страховщиков, управленцев и менеджеров разного профиля. Финансово-экономические и юридические специальности стали определять престижность нового экономического образования. Резко увеличилось число специалистов, занятых в управленческой, административной, экономической, финансово-банковской сферах и занимающих ведущее место в структуре экономической интеллигенции. Если к началу 1990-х гг. в экономике России финансово-банковская сфера была самой феминизированной (женщины в ней составляли 91 %), то в силу повышения конкурентоспособности экономических специальностей, их социальной престижности сфера стала быстро дефеминизироваться. В итоге количество женщин в ней упало до 69 %, а гендерная конкуренция значительно усилилась.

Каковы современные особенности экономической интеллигенции? Первая особенность — становление новой экономической интеллигенции в значительной ее части происходит за счет деквалификации специалистов других групп, прежде всего инженерно-технической и гуманитарной. Именно из них рекрутируется новый слой профессионалов, затребованный рыночными отношениями, плюрализмом форм собственности, а с 2000 г. — преобладанием в российской экономике частного сектора над государственным. Критерием идентификации личности в составе экономической интеллигенции является наличие высшего экономического образования (основного или дополнительного), которое может сочетаться и с другой профессиональной подготовкой. Большое место в структуре экономической интеллигенции принадлежит управленцам, занимающимся вопросами экономического и финансового управления. Сфера их деятельности — экономика во всех ее формах и направлениях.

Вторая особенность экономической интеллигенции — социально-классовая. Эта часть интеллигенции представляет собой часть формирующегося среднего класса — новой общности в социальной структуре общества, которой отводится стабилизирующая роль в экономической, социальной, политической жизни страны. В структуре современного российского среднего класса экономическая интеллигенция занимает существенную часть. В целом российский средний класс составил в 2006 г. до 20 % населения (28 млн человек). По уровню доходов экономическая интеллигенция занимает в среднем классе его высший и средний уровни.

Третьяособенность экономической интеллигенции в России — она не обладает устойчивостью, прочностью и стабильностью, легко поддается ударам финансовых и экономических кризисов. Это убедительно показали события августа 1998 г., когда 450 тыс. банковских специалистов, сотрудников туристских агентств, фирм, устойчиво процветавших до кризиса, в одночасье были выброшены на улицу и заняли очередь на бирже труда. Эта волна безработицы среди финансово-банковских служащих в составе экономической интеллигенции стала третьей волной российской безработицы, получившей определение «респектабельной безработицы»1.

Обратимся к результатам российско-болгарского социологического исследования процесса формирования современной экономической интеллигенции в России и в Болгарии, проведенного Финансовой академией (в настоящее время Финансовый университет) при Правительстве РФ и Болгарской хозяйственной академией им. Ценова.

Профессорско-преподавательский коллектив Финакадемии — активно феминизирующийся образовательный социум, стареющий последние 15 лет и обладающий слабым резервом для омоложения. Его характеризует двукратное преобладание женщин, возраст большинства которых от 40 до 55 лет.

Базовое образование каждого второго преподавателя — экономическое, каждого третьего — гуманитарное, каждого десятого — техническое. Социум высокопрофессиональный. Он на три четверти «остепененный», т.е. имеющий ученые степени и ученые звания. При этом каждый второй кандидат наук — мужчина, но большинство докторов наук — женщины. Для большинства пре- подавателей-женщин преобладающей формой социально-профессиональной адаптации к новым условиям стала горизонтальная (челночная) мобильность.

1

Силласте Г. Экономическая социология. М., 2005. С. 258.

Постоянным источником доходов абсолютного большинства преподавателей является их заработная плата по основному месту работы, доходы от вторичной занятости получает почти каждый второй, большинство из которых — женщины. Сбережения в банке имеет лишь 5 % профессорско-преподавательского состава. Две трети живут на среднем уровне обеспеченности и идентифицируют себя со средним классом.

Как оценивает профессорско-преподавательский состав востребованность экономической интеллигенции в условиях рыночных отношений (табл. 22.1)?

Таблица 22.1. Востребованность экономической интеллигенции в условиях рыночной экономики с позиций профессорско-преподавательского состава, % числа опрошенных

Нужна ли стране в условиях рыночных отношений новая экономическая интеллигенция?

Всего

Мужчины

Женщины

С ученым званием

Без

ученого звания

Преподаватели

Сотрудники

Нужна и очень

62,7

43,7

76,7

77,2

66,7

68,4

83,8

Нужна, но лишь в известной мере

17,3

18,7

16,2

15,8

33,3

23,7

13,5

Не нужна, можно обойтись и без нее

0

0

0

0

0

0

0

Затруднились

ответить

2,6

3,1

2,3

3,5

0

5,3

0

Две трети профессорско-преподавательского состава Финака- демии убеждены, что экономическая интеллигенция в условиях рыночной экономики стране очень нужна, причем среди женщин такая позиция распространена значительно шире (77 %), чем среди мужчин (около 44 %). Самое большое число сторонников (практически абсолютное большинство — 84 %) — среди научных сотрудников и несколько меньше среди преподавателей с ученым званием (77 %). Сравнительно небольшая группа преподавателей

(17,3 %) считает, что если интеллигенция и нужна, то лишь в известной мере. Эту точку зрения высказывают главным образом респонденты, не имеющие ученого звания (33 %).

Каковы мотивы позитивной консолидации общественного мнения? Определились три группы мотиваций. Первая группа — производственные мотивы, отражающие усиление конкуренции на рынках труда и рост требований к уровню профессионализма в условиях глобализации (от 49 до 44 %). Вторая группа —культурно-нравственные мотивы, связанные с уровнем культуры и интеллигентности будущего специалиста: от 44 до 22%.Третья группа — отрицающая потребность в экономической интеллигенции, так как считает, что рыночная экономика требует не широко образованного интеллигента, а узкого, хорошо знающего свое дело профессионала (16 %). В женской среде эта точка зрения распространена в 4 раза чаще, чем среди мужчин (6,2 %).

Таким образом, повышение производственной квалификации специалиста в условиях глобализации, по мнению вузовской части экономической интеллигенции, требует от будущих специалистов высокого уровня культуры, образования, нравственных качеств. Кстати говоря, это традиционные требования советской высшей школы, не нуждающиеся в модернизации.

Экономическая интеллигенция по своей социальной структуре и социальной базе неоднородна. А социальная история учит: чем менее однородна социальная общность, тем меньше вероятность, что ее представители будут иметь общее сознание и действовать сообща. Это во многом объясняет отсутствие социальной и даже корпоративной солидарности в интеллигентской среде в целом, а среди представителей экономической интеллигенции в особенности.

Жесткая ориентация на собственное благополучие как первостепенная индивидуальная ценность характерна, например, для каждого четвертого представителя вузовской части экономической интеллигенции. А среди специалистов финансово-банковского сектора экономики благополучие любой ценой как нравственная ценность проявляется еще сильнее (до 40 % респондентов).

В табл. 22.2 приводятся морально-нравственные ценности новой экономической интеллигенции.

Таблица 22.2. Морально-нравственные ценности новой экономической интеллигенции, % числа опрошенных

Ранг значимости

Ценности

Всего по РФ

Мужчины

Женщины

1

Предприимчивость

48

46,8

48,8

2

Уверенность в своих профессиональных знаниях

45,3

37,5

51,2

3

Постоянное совершенствование профессионального уровня

44,0

40,6

69,8

4

Инициативность

42,7

37,5

46,5

5

Интеллигентность как совокупность высоких моральных и этических ценностей

42,7

40,6

44,2

6

Прагматизм, рационализм

40,0

37,5

41,9

7

Свобода личности

38,7

34,3

41,9

8

Свобода творчества

33,3

28,1

37,2

9

Широкий культурный кругозор

32,0

31,2

32,6

10

Свобода передвижения

32,0

31,2

32,6

11

Преданность профессии

26,7

28,1

25,6

12

Жесткая ориентация на собственное благополучие

24,0

25,0

25,6

13

Ориентация в политической жизни страны и мира

24,0

28,1

20,9

14

Свобода слова

22,7

28,1

18,6

15

Свобода совести

22,7

25,0

20,9

16

Стремление к наживе и обогащению

14,7

18,7

11,6

17

Эгоизм и эгоцентризм

8,0

6,2

9,3

Выделим базовые ценности большинства вузовской части экономической интеллигенции, % числа опрошенных:

Предприимчивость................................48

Уверенность в своих профессиональных знаниях.............45,3

Постоянное совершенствование профессионального уровня.....44,0

Инициативность.................................42,7

Интеллигентность как совокупность высоких

моральных и этических ценностей......................42,7

Прагматизм, рационализм...........................40,0

Иными словами, это качества, использование которых позволят специалисту добиться личных деловых успехов. Однако стремление к наживе, обогащению одобряют 15 % респондентов, а эгоизм и эгоцентризм еще меньше — 8 %. Но следует учитывать, что иерархия ценностных ориентаций интеллигенции экономических вузов существенно различается по гендерному признаку.

Ценности, доминирующие среди женщин:

  • 0 рост профессионализма (51—70 %). Подразумеваются постоянное совершенствование профессионального уровня, уверенность в своих профессиональных знаниях;
  • 0 деловые качества (46—49 %). Подразумевается предприимчивость, неразрывно связанная с инициативностью;
  • 0 нравственные качества (44—37 %). Подразумеваются интеллигентность как совокупность высоких моральных и этических ценностей, свобода личности и свобода творчества, прагматизм и рационализм, эгоизм и эгоцентризм.

Ценности, в большей мере характерные для мужчин, чем для женщин:

  • 0 предприимчивость;
  • 0 постоянное совершенствование профессионального уровня;
  • 0 интеллигентность;
  • 0 уверенность в своих профессиональных знаниях;
  • 0 инициативность.

Ценности, которые для мужской части вузовской экономической интеллигенции важнее, чем для женщин:

  • 0 преданность профессии;
  • 0 ориентация в политической жизни страны и мира;
  • 0 свобода слова;
  • 0 свобода совести;
  • 0 стремление к наживе и обогащению.

Особенностью экономической интеллигенции является ее приверженность демократическим ценностям (свобода личности, творчества, передвижения). Профессионалы-женщины в признании ряда демократических свобод (личности, творчества, передвижения) занимают более последовательные позиции, чем мужчины.

Три нравственные ценности, в равной степени свойственные представителям и мужской и женской части экономической вузовской интеллигенции (от 31 до 25 %):

  • 0 широкий культурный кругозор;
  • 0 свобода передвижения;
  • 0 жесткая ориентация на собственное благополучие, которая в качестве морально-нравственной ценности практически в равной мере признается каждым четвертым и мужчиной и женщиной.

Интеллигенция экономических вузов не испытывает эйфории в оценках последствий перехода России к рыночной экономике. Фактически каждый третий (от 38 до 35 %) критически оценивает влияние неподготовленных и скороспелых рыночных преобразований на положение своей семьи, страны и свою личную жизнь. 12 % до сих пор не могут определиться со своей позицией. Вместе с тем, по мнению 49,3 % респондентов, переход к рыночной экономике в целом позитивно сказался на положении их семей. Во всех случаях женщины значительно критичнее мужчин.

Сохраняя все черты общественной прослойки, экономическая интеллигенция проявляет дуализм, т.е. непоследовательные позиции в политической и культурной жизни. Она, с одной стороны, критикует деятельность и идеологию власти (в деловых кулуарах и дома «брюзжит» по любому поводу. Если верить Максиму Горькому и Антону Чехову, то при всех режимах это любимое занятие интеллигенции). С другой — служит власти, охотно принимает ее «дары» и с поклонами благодарит за внимание.

Как показывают результаты социологических исследований, дуализм интеллигенции (конкретно — экономической) отчетливо проявляется в ее отношении к современной культурной жизни российского общества, к пониманию культуры. Исполнительная и законодательная власть, жестко используя контролируемые, оплачиваемые ею, зависимые в иных формах СМИ и прежде всего телевидение, сознательно морально разлагают молодежь и другие слои населения. Процесс эрозии нравственности, чести и достоинства людей (особенно молодежи и женщин) достиг в обществе таких масштабов, что невольно думаешь: не вымерла ли интеллигенция в стране, или она находится в длительной коме, в которую ее ввели и забыли вывести?

Предвижу реплику: ведь идеология либерализма, которую исповедует значительная часть российской интеллигенции в целом и экономической интеллигенции в частности, проповедует идейную и духовную терпимость. Да, это так. Но терпимость имеет свои признанные законом и обществом границы. Терпимость — это не вседозволенность. И в наши дни российская интеллигенция вновь, как и 150 лет назад, поставлена перед необходимостью дать ответы на вечные для нее вопросы Александра Герцена «Кто виноват?», Николая Чернышевского «Что делать?», Льва Толстого «В чем моя вера?» и Николая Добролюбова «Когда же придет настоящий день?». Материал для ответов на эти вопросы дает российская действительность.

Чем западный опыт полезен для формирования нашей экономической интеллигенции? По результатам социологического исследования, позиция каждого третьего преподавателя экономических вузов такова: «Надо не только перенимать западный опыт, но и сохранять свой национальный» (33,3 %). Целиком разделяю такое мнение. Российская интеллигенция никак не научится вовремя и в полной мере ценить то, чем обладает Отечество — свое, национальное и самобытное. У нас тяга к неким модным моделям, которые Запад навязывает всем, ведь основная цель моды — нивелировать красавицу с дурнушкой.

А между тем, говоря о западном опыте, следует признать, что он не открывает нам Америку в экономическом образовании (табл. 22.3). Приводимые ниже уроки этого опыта в теоретическом плане у нас давно и хорошо изучены, хотя в их материально-финансовом обеспечении и практическом внедрении мы значительно отстаем от развитых стран.

Отечественный опыт (в том числе и интеграция социологии в процесс подготовки экономической интеллигенции, накопленный в Финансовой академии) дополняет и развивает опыт международный. Так, по результатам нашего исследования, выступают за:

  • 0 сочетание теоретического и прикладного (практического) методов обучения — 75 % опрошенных;
  • 0 развитие самостоятельного мышления, научного кругозора — 59%;
  • 0 развитие навыков самостоятельной научной работы — 55 %;
  • 0 междисциплинарный подход к формированию специалиста-эко- номиста — 53 %;
  • 0 сохранение государственного (бесплатного) образования — 52 %;
  • 0 знание родного языка в сочетании со знанием иностранного —
  • 37%;
  • 0 сочетание экономических знаний с социологическим подходом к социальной реальности — 21 %;
  • 0 введение новой специальности «социоэкономист» —11%.

Таблица 22.3. Уроки западного опыта в оценках вузовской экономической интеллигенции

Место в шкале значимости

Что полезно перенять из западного опыта в формировании отечественной экономической интеллигенции

% опрошенных

1

Высокий уровень оплаты труда ученого и преподавателя

84

2

Высокий уровень технического обеспечения учебного процесса

57

3

Возможность регулярных международных профессиональных контактов

55

4

Высокий уровень компьютеризации работы ученого

53

5

Высокие требования к организации труда. Повышенное внимание к деловой культуре

49,3

6

Широкий доступ к современному оборудованию

46,7

7

Бесплатность образования

36

8

Целевая подготовка узкого специалиста

25,3

9

Целевая подготовка специалиста широкого профиля

22,7

10

Культ карьеры и денег

2,7

Таким образом, в жизни и деятельности экономической интеллигенции зарубежный опыт непременно должен использоваться в единстве и с учетом опыта отечественного. Эта точка зрения широко распространена, например, среди вузовских экономистов, которые считают, во-первых, что современная российская экономическая интеллигенция способна стать во главе социально-экономического прогресса и, во-вторых, должна нести перед обществом социальную ответственность. Я занимаю в этих вопросах иную позицию.

Напомню, что экономическая интеллигенция является неоднородной и стратифицированной прослойкой без общей программы и идеологии, без самостоятельных и стабильных политических партий. Она обслуживает властные институты и олигархический капитал, который с полным основанием можно считать компрадорским, и никогда не руководит ни властью, ни крупными капиталистами. Экономическая интеллигенция не только в России, но и везде и всегда (исключений нет и не может быть) по самой своей социальной сути остается на вторых, зависимых, вспомогательных ролях, хотя и входит в так называемую экономическую элиту.

Социальную ответственность экономическая интеллигенция также несет не как единая социальная общность (класс или партия), а как сумма интеллектуалов-индивидов, где каждый отвечает перед обществом за свой личный труд, свой личный вклад в производство, науку, социальную сферу. Именно поэтому мы не слышали единого мощного голоса экономической интеллигенции, осуждающего беспощадную грабительскую приватизацию или ежечасное прославление по каналам телевидения бандитов, мошенников, наркоманов и проституток. Эгоизм, доходящий до эгоцентризма, остается духовным кредо многих российских эко- номистов-интеллигентов.

Не может быть истинного интеллигента без развитого чувства патриотизма, любви, гордости или боли за свое Отечество. С этой точки зрения нам сегодня хронически не хватает народного патриотизма и патриотизма интеллигенции (в том числе экономической), патриотических чувств среди высших управленцев, которые призваны отстаивать национальные российские интересы на мировых рынках, в политике и дипломатии, в экономике.

Все эти вопросы приобретают в современных условиях особую остроту, так как присоединение России к Болонской конвенции создает реальную угрозу полной (или частичной) потери общепризнанных завоеваний отечественной системы высшего образования, включая подготовку профессионалов-экономистов. А национальные интересы России требуют не только сохранения, но умножения и развития этих завоеваний.

  • [1] Россия в цифрах. 2008. С. 90.
  • [2] Российская газета. 2009. 7 июля.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>