Полная версия

Главная arrow Политэкономия arrow Промышленная политика России: политэкономические и региональные аспекты:

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

ПРОМЫШЛЕННАЯ ПОЛИТИКА В УСЛОВИЯХ САНКЦИЙ: РЕГИОНАЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ РАЗВИТИЯ

Институциональные условия развития территорий опережающего развития

Новые институциональные условия развития российской промышленности

В декабре 2014 г. в Российской Федерации были приняты два федеральных закона — от 29.12.2014 г. № 473-ФЗ «О территориях опережающего социально-экономического развития в Российской Федерации» и от 31.12.2014 г. № 488-ФЗ «О промышленной политике в Российской Федерации».

Первый определяет правовой режим территорий опережающего социально-экономического развития в Российской Федерации, меры государственной поддержки и порядок осуществления деятельности на таких территориях. Второй регулирует отношения, возникающие между субъектами, осуществляющими деятельность в сфере промышленности, организациями, входящими в состав инфраструктуры поддержки указанной деятельности, органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления при формировании и реализации промышленной политики в Российской Федерации.

Оба документа устанавливают новые институциональные условия развития промышленности в Российской Федерации в ситуации неблагоприятной внутриэкономической и внешнеэкономической конъюнктуры. Внешнеэкономическая конъюнктура начала ухудшаться еще в 2008 г. в связи с наступлением мирового финансового кризиса, а после небольшого улучшения ситуации, кризис разразился с новой силой к 2013 г. Падение цен на основные экспортные товары России привели к падению доходов государственного бюджета. Усиление неблагоприятной внешнеэкономической конъюнктуры снизило равновесие в экономической системе России, ведь оно произошло в связи с украинским кризисом и введением экономических санкций против России США и их сателлитами. Американские ученые Дж. С. Хафбауэр, Дж. Шотт и К.А. Эллиотт, определяют санкции как «...целенаправленный, инициированный правительством разрыв или угрозу разрыва обычных экономических отношений»[1].

Санкции современного этапа межгосударственных российских отношений со странами, которые ввели санкции, отражают систему экономических отношений взаимных заградительных и запретительных механизмов. Масштаб этих механизмов оказывает чрезвычайное воздействие на экономические отношения не только России, но и ее союзников по надгосударственным образованиям, а также тех стран, которые, хотя и находятся в надгосударственных образованиях — противников России, все же противятся введению санкций, например, Чехия, Финляндия, Сербия, Венгрия.

Санкции в современных условиях имеют двойное воздействие на экономику, с одной стороны, они сокращают возможности привлечения дешевого капитала с мировых финансовых рынков и получения уникального оборудования и (или) технологий, с другой стороны, они предоставляют легальную возможность проведения протекционистской экономической политики. Санкции во втором случае приводят к изменению структуры экономики и повышению национальной конкурентоспособности российской экономики.

Для России санкционная война вылилась в усиление политики импортозамещения по тем направлениям, по которым Россия особенно серьезно зависела от иностранных поставщиков[2]. Особое внимание уделяется развитию отраслям и подотраслям, в которых зависимость от импорта составляла от 80 до 100%: оборудование для пищевой промышленности, тяжелое машиностроение, энергетическое машиностроение, электрохимическая и кабельная промышленность, нефтегазовое машиностроение, станкостроение, двигателе- строение, производство судостроительного оборудования, радиоэлектронная промышленность, химическая и нефтехимическая промышленность, фармацевтическая промышленность, медицинская промышленность, промышленность обычных вооружений, гражданское авиастроение, комплектующие и оборудование для транспортного машиностроения.

Фактически, в результате закрытия российских рынков для товаров и услуг стран, которые ввели санкции против России в качестве ответной меры, некоторые отрасли российской экономики получают искусственное конкурентное преимущество, которое может быть реализовано для наращивания производства или его модернизации с расчетом на потребление внутри страны. Одновременно во внешнеэкономической деятельности наметилось усиление отношений со странами, не входящими в сферу влияния США и их союзников в ЕС, например с Турцией, Китаем, странами Латинской Америки.

В связи с тем что закрытие рынков произошло в первую очередь для сельскохозяйственной продукции, следовало ожидать развитие отечественного производства именно в этой сфере. Несмотря на то что статистика фиксирует некоторый рост в отраслях сельскохозяйственного производства, тем не менее ответных мер привела не к импортозамещению, а к импортерозамещению. Вместо европейских товаров сельскохозяйственного производства, мы получили товары из стран Латинской Америки и Азии.

Ранее уже предпринимались попытки интенсифицировать развитие территориально-локализованных точек роста в виде кластеров, особых экономических зон, инновационных платформ и т.д. Скептики могут отметить сравнительно небольшой результат от введения таких форм институциональных полей. Институциональное поле — это институционализированная территориально локализованная площадка взаимодействия, на которой хозяйствующие субъекты с различными организационными возможностями согласованно выстраивают свое поведение по отношению друг к другу и к потребителю с наибольшим экономическим эффектом[3].

Формирование взаимозависимости и взаимосвязанности между цепочками ценности разных производителей и поставщиков на базе воспроизводственного процесса создает устойчивое институциональное поле сетевой структуры.

Внутри институциональных полей структурная перестройка промышленности не может не отразиться на темпах экономического развития; временной лаг между остановкой поставок оборудования из-за рубежа и поставками отечественного аналога может быть сравнительно большим. Именно этот лаг может дать кратковременное снижение темпов экономического роста особенно на фоне снижающихся цен на основной экспортный продукт России. Однако изменение структуры промышленности и расширение производственной базы в долгосрочном периоде должно дать положительный эффект за счет создания новых рабочих мест в территориях опережающего развития. Следует отметить, что уже созданы две территории в Приморском крае и одна в Хабаровском крае. Всего планируется в этом году создать шесть таких территорий, в которых будут созданы не только новые промышленные предприятия, но и, как следствие, новые рабочие места. Заработные платы на этих рабочих местах дадут дополнительный спрос на продукцию и станут локомотивом нового витка развития в отдельных секторах экономики.

Опыт зарубежных стран, а также убедительная аргументация Г. Мюрдаля, Ф. Листа, Э.Райнерта, а также опыт индустриализации Финляндии, Франции, Ю.Кореи, Сингапура позволяют сделать вывод о необходимости протекционистской промышленной политики в новых условиях. Глобализация сегодня как необратимый процесс привела к олигополизации мирового рынка в руках небольшой части наиболее развитых стран. Рецепты Вашингтонского консенсуса оказались подвергнутыми критике не только пострадавшими от него странами, но даже и его авторами из числа экспертов Международного валютного фонда и Мирового банка, что побуждает обратить внимание на иную парадигму экономической политики.

Разумеется, институциональные условия, международная обстановка, глобализация, санкционная война оказали существенное влияние на идеологию новой промышленной политики России для того, чтобы наша страна могла занять более заметное место в системе международного разделения труда, так как импортозамещение имеет целью не только обеспечение внутреннего спроса, но и создание условий для выхода на внешние рынки, в том числе в результате укрепления национальных производителей перед отменой санкций.

Сокращение отраслей промышленности и возрастающей отдачи приводит к тому, что страна теряет возможность обеспечить экономический рост в долгосрочной перспективе. Именно эта проблема сейчас стоит на повестке дня в России: при высоких ценах на сырьевые ресурсы и значительном потоке финансовых ресурсов от их продажи, экономический рост сокращается, так как население не предъявляет спрос на товары — резко сжался совокупный спрос из- за снижения доходов населения. Ажиотаж на валютном рынке, снижение цены нефти и санкционная война в совокупности усиливает дисфункции государственного управления. Кроме того, примитивные продукты и услуги могут оплачиваться более-менее высоко только тогда, когда иные отрасли с возрастающей отдачей генерируют достаточно большие потоки средств в экономику. Например, дворник в Никарагуа, Италии и США за одну и ту же работу при той же интенсивности труда будет получать различную заработную плату. Таким образом, производительность труда может не возрастать не только по причине лености работников, но и по иным причинам — структурным.

Вследствие этого происходит отток наиболее квалифицированных кадров в другие страны. Отсюда увеличение затрат на образование и науку при отсутствии промышленности и возрастающей отдаче ведет только к оттоку квалифицированных кадров за рубеж. Получается, что бедная страна, специализирующаяся на отраслях с убывающей отдачей обеспечивает отрасли с возрастающей отдачей других стран платежеспособным спросом, кроме того, снабжает эти страны квалифицированными кадрами, готовыми работать за меньшие заработные платы, чем местные специалисты. Двойной отток — капитала и кадров из стран третьего мира дает серьезный толчок развития и экономического роста тем странам первого мира, которые специализируются на промышленном производстве и медленно уничтожает отрасли экономики в бедных странах. Мы видим, что П. Самуэльсон оказался не прав, когда утверждал, что при открытии мировых рынков произойдет выравнивание доходов во всех странах. Расслоение народов по доходам все возрастает, бедность в некоторых странах перерастает в нищету.

Новая промышленная политика, или новая индустриализация, или реиндустриализация, состоит в том, чтобы сформировать институциональные условия для развития промышленности в России[4]. Фактически, необходимо рассматривать варианты структурных сдвигов в материальном производстве. Такие варианты предлагаются представителями как либерального направления экономической политики, так и консервативного. Как обычно, мы имеем разнонаправленные варианты, что, с одной стороны, свидетельствует о дис- куссионности вариантов промышленной политики, с другой стороны, о необходимости осторожного ее осуществления, так как ошибки, прогнозируемые представителями обоих течений, могут иметь фатальный характер. Например, В. Радаев предлагает свой вариант экономической политики в легкой промышленности. Так, принимая во внимание теорию Р. Каплински[5], Радаев отмечает, что «...низшие переделы в легкой промышленности, связанные с переработкой сырья... почти неизбежно будут перемещаться в страны, где выращивается хлопок»[6]. Автор также отмечает, что в связи с большими запасами углеводородов России стоит специализироваться на выпуске технических тканей.

В этой ситуации для активизации предпринимательской инициативы вполне оправданно предложение Министерства промышленности и торговли РФ ввести для новых предприятий льготы до 2025 г. для стимулирования развития промышленных проектов.

Считаем необходимым поддержать любые меры, направленные на улучшение инвестиционного климата в стране и развитие частнопредпринимательской инициативы, — как экономические, так и институциональные.

Тем не менее считаем, что бессистемные и научно необоснованные мероприятия не могут дать ожидаемого эффекта. Экономическая наука содержит интересный парадокс: одни и те же инструменты экономической политики в разные периоды времени срабатывают по-разному.

На наш взгляд, необходимо воспользоваться благоприятными условиями санкций и возможностями протекционистской политики для развития реального сектора экономики через территориально локализованные точки роста. Следует учитывать, что санкционная война в условиях рыночной экономики заставляет руководство страны учитывать ограниченные бюджетные инвестиционные ресурсы и сокращающиеся вследствие политических рисков частные инвестиции в реальные сектор экономики. Более взвешенный подход к расходованию средств бюджета и фондов развития заставляет правительство страны определить реперные точки развития, которые могут стать локомотивами экономического роста с наибольшей степенью вероятности с наименьшими рисками. Такими точками роста могут стать ранее упомянутые отрасли машиностроения, станкостроения, сфера информационных технологий, аграрная сфера и другие. Однако этими отраслями правительство не ограничивается и предлагает инвестиционные ресурсы направить на инфраструктурные проекты, такие как железнодорожное строительство, инвестиции в дорожное и жилищное строительство, в развитие социальной инфраструктуры.

Правильность выбора подтверждается аналогичными примерами массированных бюджетных инвестиций в некоторых странах СНГ, что подтверждает правильность действий и российского правительства в этой части.

Изменение промышленной политики в связи с санкциями должно дать положительный эффект за счет создания новых рабочих мест в территориях опережающего развития. Заработные платы на этих рабочих местах дадут дополнительный спрос на продукцию и станут локомотивом нового витка развития в отдельных секторах экономики, ведь, очевидно, что внутренний спрос способен запустить экономический рост в современных сложных условиях.

  • [1] HufbauerG.C., Schott J., Elliott К.A. Economic Sanctions Reconsidered: Historyand Current Policy. — Washington, 1990.
  • [2] Сорокин Д.Е. Российская экономика: развитие и ограничители // Россия исовременный мир. — 2013. — № 2 (79). — С. 48-68.
  • [3] Флигстин Н. Рынки как политика: политико-культурный подход крыночным институтам // Экономическая социология. — 2003. — № 4(1). — С. 45—63.
  • [4] Клейнер Г.Б. Эволюция институциональных систем. — М.: Наука, 2004.
  • [5] Каплински Р. Распространение положительного влияния глобализации:анализ «цепочек» приращения стоимости // Вопросы экономики. — 2003. —№ 10. - С. 4-26.
  • [6] Радаев В. Можно ли спасти российскую легкую промышленность // Вопросы экономики. — 2014. — № 4.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>