Полная версия

Главная arrow Финансы

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Эволюция теорий переложения

Знакомство с историей вопроса о переложении необходимо, чтобы оценить выводы финансовой науки ко времени ее расцвета в конце XIX - начале XX в. и чтобы осознать, как долог путь к решению сложных задач, потому что и к концу XX в. финансовая наука еще не решила всех проблем переложения налогов.

Теории переложения возникли одновременно с налоговыми теориями, и можно сказать, что теория переложения как таковая является составной частью общей теории налогов.

При изучении теорий переложения важно помнить, что их научность определялась степенью развития - фундаментальной для финансовой науки - политической экономии и самой финансовой науки. Эволюция теорий переложения показывает, что по мере накопления научного потенциала в них изменялось соотношение политического и экономического начала в пользу последнего.

Абсолютные теории переложения

Политическая экономия, в рамках которой долгое время развивалась финансовая наука, впервые поставила проблему переложения как проблему исследования налогов с точки зрения их переложимости. Используя имеющийся у нее тогда инструментарий - априорный метод, наука пыталась с абсолютной точностью определить степень переложимости того или иного налога и с той же категоричностью, определить конкретных носителей налога. Теории переложения, разработанные на такой методологической основе, позднее были названы «абсолютными».

Первая, более или менее обоснованная теория переложения налогов, принадлежит знаменитому английскому философу эпохи меркантилизма Д. Локку, который в 1692 г. сделал вывод, что все налоги, в том числе и налоги на потребление, в результате падают на собственника земли. Д. Локк полагал, что торговцы и посредники перелагают налоги на потребителя - рабочего, который не в состоянии платить налогов, рабочий в свою очередь перебрасывает их на арендатора, последний - на собственника земли, понижая арендную плату. Если заработная плата рабочего не увеличивается, то рабочий не в состоянии прокормиться, в этом случае содержать его придется приходу (церкви), а последний черпает свои доходы от обложения земель. Следовательно, налоговая тяжесть ляжет на собственника земли или в открытой форме поземельного налога, или в скрытой форме уменьшенной арендной платы. Д. Локк настаивал на замене всех налогов одним поземельным, считая, что он является наиболее выгодным для землевладельцев, так как при множественности налогов землевладельцы посредством переложения отягчаются значительно большим бременем, чем при прямом обложении.

Физиократы воскресили забытую теорию Д. Локка о переложении всех налогов на плечи земледельца, исходя из своей теории чистого дохода. Теория физиократов о переложении всех налогов на чистый доход с земли вела к установлению единого налога на землю как единственно непереложимого.

Классическая школа приняла эстафету у физиократов и стала развивать абсолютную теорию переложения в том же направлении, с той же категоричностью. А. Смит считал, что большинство налогов перелагаются или на земельного собственника, или на богатого потребителя. Он считал непереложимыми налогами: поземельный, на переход недвижимости (по наследству и путем купли-продажи), на роскошь.

Д. Рикардо создал теорию земельной (дифференциальной) ренты, из которой им логически выведены условия переложения земельного налога. Его посылка: если бы этот налог взимался с чистой ренты, то он был бы непереложим, но раз он взимается со всех земель, включая худшие, он ведет к повышению цены и, следовательно, перелагается на потребителя. Как и А. Смит, Д. Рикардо признавал переложимость налогов на зарплату и косвенных налогов - на предметы первой необходимости. Исходя из теории дифференциальной земельной ренты, заработной платы и прибыли, он полагал, что налоги в конечном счете падают на предпринимателя, ибо рабочий, получающий минимальную заработную плату, неминуемо переложит налоги на потребление на предпринимателя. Что касается поземельного обложения, то последнее, по мнению Рикардо, непереложимо лишь в том случае, когда взимается с чистой ренты, во всех же других случаях поземельный налог может быть переложен на потребителей. Д.С. Милль в вопросе о переложении налогов был солидарен с А. Смитом и Д. Рикардо.

Последующие теории, явившиеся результатом реакции против экономического абсолютизма, носят критический характер. «Было бы безумием, писал Ж.Б. Сэй, утверждать, что известный налог падает неизменно на тот или иной класс населения. В зависимости от своих свойств или состояния рынка налоги падают на тех, кто не может от них освободиться, но способы освободиться от налога крайне многочисленны. Нет ничего более неопределенного и изменчивого, чем переложение налогов».

Другим оппонентом классической теории переложения, в особенности теории Д. Рикардо, был С. Сисмонди. Он критикует теории абсолютного равенства заработной платы и прибыли, полной возможности перехода капитала и труда из одной отрасли производства в другую - этот краеугольный камень системы переложения Д. Рикардо. Разве земледельцы могут стать адвокатами, врачами, часовщиками только потому, что их заработная плата понизилась? Теория автоматически восстанавливающегося равновесия опасна. Равновесие восстанавливается наконец, но ужасной ценой страданий и вымирания рабочих, похищающего у нации больше жизней, чем опустошительная война, ценой банкротств, разрушения капиталов, невыгодного для народного хозяйства. «Вот что мы видим, - восклицает Сисмонди, - если откажемся от этих абстракций, которые не должны затемнять науку, имеющую дело со счастьем и благополучием человека!»

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>