Полная версия

Главная arrow История arrow История мировых цивилизаций

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

СОВРЕМЕННЫЕ ЛИКИ КУЛЬТУРЫ

Япония

Японская культура во многих отношениях уникальна и удивительна, она насыщена контрастами в духовной жизни. С одной стороны, изумительная вежливость, гораздо более искренняя и менее церемонная, чем в Китае, с другой — острый меч самурая, смелость, отвага и готовность к самопожертвованию, которые могут быть сравнимы только со слепым фанатизмом воинов ислама. Редкое трудолюбие сочетается с обостренным чувством чести и глубокой преданности императору, учителю или главе фирмы; необычное даже для изысканного Востока чувство прекрасного, в котором сочетаются скромность и простота; лаконизм и прелестное изящество одежды, убранства, интерьера; умение отрешиться от суеты повседневности и найти душевный покой в созерцании прекрасной природы, моделируемой в миниатюре крохотным двориком с камнями, мхом, ручейком и карликовыми деревьями.

В XX в. контекстуальность, эмпиризм, повседневность японской культуры, синтоистское восприятие мира как единственной реальности обусловили высокие возможности адаптации страны к новым реалиям (в частности, поражение во Второй мировой войне было воспринято в Японии не с позиций рефлексии, а как стимул для консолидации общества, поиска своего места в послевоенном мире НТП). Но прежде всего развитие ее культуры связано с националистическим и милитаристским оттенками конфуцианства в его японской версии. После окончания двухсотлетней изоляции, перед лицом угрозы со стороны Запада интеллигенция, воспитанная в духе японско-конфуцианской этики, сумела сплотить страну и создать сильное современное государство. Именно благодаря национальной форме конфуцианства Япония с ее классовыми и региональными противоречиями за сравнительно короткий срок, примерно за 20 лет, легко превратилась в сильную нацию.

После Второй мировой войны был избран принципиально иной путь — модернизация страны на базе традиций, а не вопреки им. По мнению как японских, так и западных ученых, главную роль в успехах социально-экономического развития Японии сыграли принципиальный учет в ходе реформ культурных традиций страны, отказ от слепого заимствования западных моделей как не учитывающих специфику ее культуры. Примечательно, что начало «экономического чуда» по времени совпадает с резкой активизацией интереса к родной культуре, который, может быть, и был вызван потребностями модернизации.

В послевоенной Японии проводилась целенаправленная политика изменения психологии народа без ломки старых культурных архетипов. Никто не ставил под сомнение традиционный кодекс чести, но в качестве его главной ценности вместо готовности отдать жизнь за императора прославлялся труд, который объявлялся «миссией», средством закаливания духа. Семя упало на благодатную почву знаменитого японского трудолюбия, сформированного издревле, когда, расселившись в горных долинах, люди стали культивировать рис, упорным трудом отвоевывая для этого каждый клочок земли.

Японское чудо, по-видимому, сравнительно быстро дало результат потому, что в японской культуре глубоко укоренились конфуцианское представление об изначально рациональном устройстве мира, а также высоко ценимые конфуцианской этикой культура физического и умственного труда, культ знаний и способностей.

Подавляющему большинству японцев присущи приверженность к стабильности, равновесию, социальному равенству, неприятие крайностей. В производственной деятельности это проявляется в недопустимости большого личностного превосходства руководителей над подчиненными, коллективизме, доходящем до семейственности, клановости и корпоративности, стремлении соглашаться с мнением большинства, глубоком уважении к старшим, начальству. Большое значение для экономической культуры Японии имеют также господство общественной целесообразности над этикой, культ мелочей, отказ от четких высказываний и формул.

Кроме особенностей трудовой деятельности (выращивание риса требует коллективизма, слаженности, равномерности, усредненности усилий, большого трудолюбия) на формирование этих качеств оказывают влияние и религиозно-философские традиции. Так, один из боссов компании «Сони» С. Кобаяси полагает, что непостижимая эффективность работы японского гиганта заключается в строгом выполнении дзен-буддистского принципа му, согласно которому не признается никаких жестких планов. Неожиданные решения, пожалуй, — самое поучительное в истории «Сони».

Сейчас требуется модель нового типа личности, которая может преодолеть националистические предрассудки и инертность в мышлении, обладать индивидуальным мышлением, быть способной к единоличному руководству и готовой идти на риск. Исторический прецедент есть: такие люди осуществляли модернизацию в эпоху Мэйдзи — буржуазной революции во второй половине XIX в. Динамичный, энергичный, способный воспринять непривычные для японцев морально-этические нормы, адаптироваться к чужой культуре и вместе с тем привить чужой культуре японскую систему ценностей, — вот образ нового «интернационального», «мирового» японца, вот каким должен выглядеть японец в глазах мирового сообщества в XXI в. Понятно, что фанатичный японец такого религиозно-культурного типа сможет осуществить культурную экспансию Японии прежде всего в странах Тихоокеанско-Азиатского региона, имеющих общую культурную основу.

Следует отметить, что, будучи лидерами постиндустриального общества, японцы сознают трудности сохранения культурной идентичности. В частности, традиционный японский менталитет имеет пределы в стратегической перспективе дальнейшего подъема Японии: гениально используя открытия и изобретения других стран и народов, японцы вынуждены обращаться к либерализму, ведь научное творчество — дело преимущественно индивидуальное, а не коллективное.

Будущее покажет, кто был прав: те, кто утверждает, что японцам и близким к ним по культуре азиатским народам будет принадлежать решающая роль в мире XXI в. как не потерявшим коммунитарности культуры, или те, кто считает, что японцы превратятся в придаток бесконечно совершенствующегося НТП, станут бездушными микропроцессорными существами. Ясно одно — культура Японии будет иметь большое значение в развитии межкультурных процессов нового тысячелетия.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>