Свобода и ответственность

Этика обнажает соответствие индивидуальной деятельности общественным потребностям и результатам. Согласно И. Канту, существуют правила, определяющие нравственный выбор. Категорический императив («поступай по отношению к другим, как к самому себе») должен сочетаться с практическим императивом («поступай так ко всему обществу и другим людям как к цели, но не только как к средству»). Эти императивы внутренне противоречивы — нельзя решать свои внутренние несообразности и преодолевать «раздвоение» мотивов за счет других людей.

«Необходимый опыт в решении нравственной проблемы человек приобретает в общении с другими людьми, вступая с ними как в материальные, так и в духовные отношения. Именно в процессе взаимоотношений между людьми и возникает мораль как внешняя форма разрешения индивидуальных нравственных противоречий.

Именно мораль задает критерий оценки «правильности поступка» с точки зрения господствующей нормы морали. Но во внешнем разрешении нравственного противоречия таится опасность растворения нравственности в морали, следствием чего становится пассивность человека в его нравственных исканиях, окостенение форм морали и общественного развития с этим связанного»[1].

Одна из сторон рассматриваемой проблемы — соотношение экономической свободы и ответственности А. Сен называет процесс расширения реальных прав и свобод, используемых членами общества, основополагающим признаком экономического роста страны. Развитие требует устранения причин, порождающих несвободу и зависимость — нищету и социальные разрывы в положении и доходах, преодолеть провалы и скудость социальных возможностей. Целью развития является как искоренение постоянных лишений, так и предотвращение внезапного и резкого обогащения[2].

В наиболее процветающих странах капиталистического мира «мотивационная структура отклоняется в некоторых существенных моментах от простого преследования личного интереса, который — как нам твердят — является краеугольным камнем капитализма». Механизм рынка отличает не только расчетливое поведение, но создание и поддержание атмосферы доверия, отказ от соблазнов коррупции и «превращение делового обязательства в рабочий инструмент, заменяющий карательные юридические меры»[3].

Аналогичной позиции придерживается немецкий ученый П. Козловски, который считает, что исходя из реальностей рыночного хозяйства нельзя буквально следовать принципу, высказанному А. Смитом. «Иная трактовка собственного интереса в обществе важна для понимания институциональной структуры рынка, вытекающей из природы человека. Согласно концепции социального рыночного хозяйства, свобода также является основным принципом экономического порядка, и люди должны быть свободны в следовании своему собственному интересу. Однако она не полагает, что свобода и следование собственному интересу всегда ведут посредством невидимой руки рынка к достижению оптимальных социальных условий. Скорее, их должны поддержать политические и экономические институты, направленные на сохранение тех условий, при которых может процветать человеческая свобода»[4].

П. Козловски подчеркивает необходимость «объединить экономический и этический походы», чтобы обеспечить «как экономическую, так и этическую ориентацию человеческой деятельности». «Этика и экономическая наука должны взаимно отражать идеи друг друга, объединяясь в развернутую теорию рациональной деятельности»[5]. Рассматривая политическую экономию как соединение политической философии и экономической науки, он отмечает ее двойное назначение — быть этической теорией, которая пользуется экономическим инструментарием, и политической теорией, пользующейся экономическим инструментарием»[6].

Этика связана с нравственными установками исследователя. Моральные установки — суть отражение жизни общества, социального, исторического опыта людей и потому способствуют формированию общественного мнения. Мораль регулирует поведение ученых, образующих научное сообщество. Каждый ученый, как и любой член общества, в профессиональной деятельности следует общим, принятым за норму моральным нормам и принципам. В науке ценности и нормы обращены к ученому и предписывают, как ему следует поступать в жизни и в процессе научного исследования. «Если ученый занимает в теории науки позицию реализма, категории его науки являются не только инструментами его исследований, но основными определениями и свойствами действительности»[7].

Если этические проблемы спроецировать на экономические отношения, которые являются лишь конкретной формой человеческих отношений вообще и потому подлежат этической оценке, то нравственное противоречие может быть рассмотрено как аналогия с противоречием субъекта в качестве продавца (как средства) и покупателя (как цели). Моральное противоречие может быть соотнесено с противоречием товарной формы (стоимость — потребительная стоимость), в которой разрешается противоречие продавца и покупателя.

Таким образом, хозяйственная этика не является абсолютно строгой — она изменчива, носит относительный характер. Этика базируется на двух началах. С одной стороны, существует необходимость соблюдения определенных норм поведения, с другой стороны, эти нормы обусловлены институциональными условиями, созданными человеком, и поэтому доступны изменениям. Из наличия двух начал вытекает проблема их сочетания и согласования.

Решающими с экономической точки зрения являются прежде всего такие ценности, как личная ответственность и личные интересы, солидарность и коллективные интересы. Неприемлемы экономические системы и порядки, которые абсолютизируют одну из этих ценностей, исключая все остальные возможности. Проблема в том, какие общественно-политические структуры могут оптимально способствовать совмещению противоположных ценностей и связанных с ними интересов.

Негативные проявления капиталистического рынка в развитых, а особенно в отсталых странах и в странах с переходной экономикой требуют поиска более глубоких, чем личная выгода, основ человеческого поведения вообще и рынка в частности. Внимание концентрируется на выявлении систем «внеэкономических» ценностей, институтов, ограничивающих, направляющих и формирующих рынки[8].

Из вышесказанного следует сделать вывод, что основания экономической науки логически взаимосвязаны подобно тому, как связаны слагаемые «четырехугольника целей» (целей экономического развития) или составляющие платежного баланса. Логично и общее (основания) и частное (формы и методы). При общности оснований неоднозначны и многообразны конкретные элементы теорий и практической деятельности. Изменения оснований экономической науки протекают противоречиво, носят далеко не формально-понятийный характер. Философия экономической науки — не комплекс и тем более не конгломерат понятий, а прежде всего и главным образом отражение условий и требований экономической практики.

  • [1] Вилков Н. О. Указ. соч. С. 100.
  • [2] См.: Сен А. Указ. соч. С. 210.
  • [3] Там же. С. 291-292.
  • [4] Козловски П. Принципы этической экономии. СПб., 1999. С. 7.
  • [5] Там же. С. 7.
  • [6] Там же. С. 7—8.
  • [7] Там же. С. 186.
  • [8] Ольсевич Ю. Я. Указ. соч. С. 289.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >