ОСНОВНЫЕ КОНЦЕПЦИИ ПЕРИОДИЗАЦИИ ВСЕМИРНОЙ ИСТОРИИ

Наиболее распространены следующие концепции исторического процесса в целом:

  • 1. Христианская (Августин Блаженный).
  • 2. Формационная (К.Маркс).
  • 3. Цивилизационная (Н.Я. Данилевский).
  • 4. «Осевых эпох» (К. Ясперс).
  • 5. Модернизационная (У. Макнил, Ф. Бродель).

В каждом из этих толкований истории процесс развития научной деятельности занимал свое особое место.

С точки зрения христианской концепции смысл истории заключается в последовательном движении человечества к Царству Божию. Излагая христианские идеи исторического развития, известный религиозный мыслитель Августин Блаженный (354—430) в своем труде «О граде Божьем» предложил один из первых вариантов периодизации всемирной истории. По его представлениям, всемирная история началась с наказания людей за первородный грех и через длительное время познания человеком божественной истины завершится искуплением человеком своего греха, отделением праведников от грешников в день Страшного суда и утверждением на Земле Царства Божия.

Отсчет человеческой истории здесь, таким образом, ведется с момента грехопадения Адама и Евы и изгнания их из рая.

Благодаря христианской интерпретации в исторической науке впервые утвердилась идея единства человечества и его всемирной истории, магистральное направление развития которой прокладывают христианские народы.

Ведущая роль в этом движении отводилась христианской религии, а в качестве ее подспорья выступали науки, в первую очередь богословские, основной задачей которых являлось комментирование Библии и других священных текстов.

Несмотря на определенную наивность этой концепции, она пользовалась значительным влиянием на протяжении всего Средневековья и сохранила его среди верующих до сих пор.

С началом Нового времени влияние христианской концепции стало быстро падать под влиянием острой критики со стороны рационалистической философии и науки.

Одна из таких концепций, нашедшая обоснование в философии исторического материализма Карла Маркса, получила название формационной концепции исторического процесса.

Маркс рассматривал историю как универсальный процесс, единый для всего человечества, который разворачивается по собственным объективным законам, независимо от каких бы то ни было сверхъестественных сил. Наличие этих законов и создает возможность для рационалистического, а не мистического истолкования истории. Эту задачу и выполняла философия истории, созданная Марксом, — исторический материализм.

Согласно материалистическому пониманию истории, вечной, естественной основой человеческого существования, основой исторического развития общества является производство материальных благ. Способ производства материальных благ, по Марксу, обусловливает социальный, политический, культурный и научный процессы жизни вообще. Не сознание людей определяет их бытие, а наоборот, общественное бытие определяет их сознание.

В системе наук Маркс, в соответствии со своей концепцией, первое место отводил естественным наукам, которые по мере развития производства должны превратиться в непосредственную производительную силу, а среди общественных наук — экономической теории, призванной совершенствовать систему экономических отношений путем обоснования необходимости перехода от частной собственности на орудия и средства производства к собственности общественной.

Конкретизацией и дальнейшим развитием марксистского понимания истории стала историческая концепция смены общественноэкономических формаций.

Термином «общественно-экономическая формация» в марксизме обозначаются своеобразные ступени истории человечества. Всего таких ступеней насчитывается пять:

  • 1) первобытно-общинная;
  • 2) рабовладельческая;
  • 3) феодальная;
  • 4) капиталистическая;
  • 5) коммунистическая.

Переход от одной формации к другой происходит путем социальной революции, в основе которой лежит конфликт между производительными силами и производственными отношениями. Именно в последовательной смене формаций и заключается исторический прогресс, конечным итогом которого должно стать установление нового справедливого коммунистического миропорядка. Победа нового экономического базиса порождает и новую надстройку, политическую, культурную, в том числе и более развитую сферу науки.

Рационалистическая по своему подходу к анализу действительности марксистская интерпретация истории имела большое значение для углубления понимания исторического процесса. Но присущий ей жесткий экономический детерминизм затруднял понимание многомерности, многовариантности, многообразия исторического процесса. Марксистская концепция недооценивала роль духовной сферы жизни общества, объявляя ее вторичной, полностью зависимой от экономического базиса, не учитывая возможности относительно самостоятельного развития как культуры в целом, так и научной деятельности в особенности. Кроме того, прогресс, в марксистском его понимании, рассматривался слишком прямолинейно, без учета возможности как боковых линий, так и обратного, регрессивного хода развития. Эти недостатки формационной концепции и обусловили появление других, альтернативных интерпретаций исторического процесса.

Так появился цивилизационный подход, или культурно-историческая интерпретация истории.

С точки зрения этого подхода основной структурной единицей исторического процесса является не формация, а цивилизация.

Цивилизация — многозначное понятие, трудно поддающееся определению.

Наиболее часто используются следующие определения:

  • 1. Цивилизация отождествляется с понятием культуры, т.е. со всей совокупностью материальных и духовных ценностей, с созданным людьми «искусственным миром», «миром второй природы», который представлен прежде всего религией, моралью, правом, искусством, наукой, философией; при этом особо выделяется такое развитие производства, которое является плодом развития науки, изобретений, разделения и комбинирования труда, улучшения средств сообщения, создания массового рынка товаров и услуг, изменения образа жизни людей.
  • 2. Цивилизация трактуется как ступень общественного развития, следующая за варварством. Именно в таком смысле этот термин использовался в известной работе Л. Моргана («Древнее общество, или Исследование линий человеческого прогресса от дикости через варварство к цивилизации») и Ф. Энгельса («Происхождение семьи, частной собственности и государства»). Развитие цивилизации связывается здесь с возникновением товарного производства, появлением социально-классовых отношений и быстрыми успехами на этой основе духовной культуры, науки, связующей роли государства.

3. Цивилизация есть целостная общественная система, все составные части которой тесно взаимосвязаны и несут на себе ту или иную печать своеобразия, уникальности. Эта система имеет собственный внутренний механизм своего функционирования и развития. Именно такое понимание цивилизации имеет значение для обоснования цивилизационного подхода к историческому процессу.

Одним из основоположников цивилизационного подхода считается русский мыслитель Н.Я. Данилевский (1822—1885). Он полагал, что главное в историческом исследовании «...должно состоять в отличении культурно-исторических типов, так сказать, самостоятельных, своеобразных планов религиозного, социального, бытового, промышленного, политического, научного, художественного, одним словом, исторического развития»[1].

Как целостную общественную систему представлял цивилизацию и известный английский историк Л. Тойнби (1889—1975): «Цивилизации — это целостности, части которых согласованы друг с другом и взаимозависимы... Все аспекты социальной жизни цивилизации, находящейся в стадии роста, скоординированы в единое социальное целое, где экономические, политические и культурные элементы согласованы в силу внутренней гармонии»[2].

По мнению Н.Я. Данилевского, исторический процесс развивается в форме культурно-исторических типов — особых устойчивых общностей народов. Образцами таких самобытных культур он считал египетскую, индийскую, иранскую, еврейскую, греческую, римскую, романо-германскую и другие культуры.

Каждый культурно-исторический тип проходит, подобно живому организму, свой путь развития, стареет, дряхлеет и умирает. Но каждый из них вносит свой самобытный вклад в многообразную жизнь человечества. По мысли Данилевского, в мире нет и не должно быть привилегированных культурно-исторических типов. Ни одна цивилизация не может претендовать на эталон человеческого общежития, но каждая недосягаема, велика в чем-то одном, самобытном, своем.

Искусство, развитие идеи прекрасного — отличительная черта греческой цивилизации; право и политическая организация — римской; выдвижение и наиболее полное развитие идеи «единого, истинного Бога» — еврейской; науки о природе — романо-германской. Славянская цивилизация, по Данилевскому, еще только набирает исторический разгон, но цель ее уже обозначилась достаточно определенно — справедливое устройство общественно-экономической жизни.

Цивилизационная концепция исторического процесса, как и формационная, имеет как свои достоинства, так и недостатки.

Цивилизационный подход дает возможность глубже понять самоценность каждого общества, его особое место в мировой истории, культуре и науке, он основывается на представлении об истории как о многовариантном и многолинейном процессе. Однако слабость этого подхода прежде всего в неразработанности его базовой категории — «цивилизация».

Поэтому дальнейшее развитие исторической науки порождает и другие, новейшие концепции исторического процесса. Одну из них разработал известный немецкий философ Карл Ясперс (1883—1969).

Историческая концепция Ясперса формировалась прежде всего под влиянием критического отношении к истолкованию истории К. Марксом в его формационном подходе. Этот подход Ясперс критиковал за чрезмерный рационализм и экономический детерминизм. Он решительно отмежевывается от рационалистической линии в философии, связанной с Декартом, Гегелем и Марксом, в том числе и от рационализма в истолковании истории, отрицая вообще самую возможность познания бытия научными методами. В центре философии, по мнению Ясперса, лежит не понятийный аппарат, а фантазии. Результатом философствования является «философская вера», которая в отличие от религиозной веры, основанной на откровении, является продуктом размышлений.

Вместе с тем Ясперс отмежевывался и от цивилизационного подхода, усматривая в нем опасную тенденцию к отказу от представления о единстве, целостности истории человечества.

Подход Ясперса основывался на мысли, что всемирная история не есть плавный, равномерный процесс. В ней полосы медленного, дремлющего развития сменяются взрывными, революционными эпохами. Это относится и к развитию науки. И здесь также совершаются своего рода «духовные революции», которые изменяют ход развития человечества. Он называл такие периоды «эпохами осевого времени». В истории человечества Ясперс выделяет четыре таких эпохи.

Первая «осевая эпоха» — это период примерно между 800—200 гг. до н.э. Именно тогда почти одновременно и независимо друг от друга образовались несколько родственных друг другу духовных центров как на Востоке, так и на Западе. Они представлены именами Конфуция, Платона, Аристотеля, а также многих других мыслителей, усилиями которых было окончательно подорвано мифологическое мировоззрение. Но они совершили и нечто большее, обозначив своим творчеством появление рационально мыслящего человека.

Вторая «осевая эпоха» (1500—1900) имела место только в Европе, хотя незадолго до этого жизнь Запада и Востока протекала примерно на одном и том же цивилизационном уровне. Подготовленное в Европе с конца Средневековья рождение научно-технической эры, которая духовно конституировалась в XVII в., приобрела всеохватывающий характер с конца XVIII в. и получила чрезвычайно быстрое развитие в XIX в.

Третий «сдвиг», начавшийся в XX в., представляет собой, по Ясперсу, очередную своеобразную «ось мирового времени», этап, на котором возникает современный нам человек со своими представлениями о присущих ему возможностях и границах, с осознанием себя как личности, с теми представлениями об ответственности, которые существуют в наши дни. Только на этом этапе происходит становление истории человечества как мировой истории, в то время как до этого «осевого времени» имели место лишь локальные истории, которые и фиксировались цивилизационной концепцией.

И наконец, четвертое «новое осевое время», к которому продвигается современное человечество, способно породить основу подлинной человеческой истории, единства человечества, такого общежития людей, при котором их взаимоотношения будут строиться на достойных человека принципах и началах. Условием этого единства должна стать приемлемая для всех политическая форма — правовое государство, основанное на отказе от любых видов тоталитаризма.

Естественно, что подход, предлагаемый К. Ясперсом, выдвигает науку на роль одного из основных факторов исторической динамики, поскольку именно ее достижения, открытия и изобретения выступают в качестве важнейшего показателя движения истории от одной «осевой эпохи» к другой.

Но и концепция Ясперса в связи с ее явной схематичностью и слабой фактологической обоснованностью стала лишь шагом к новым усилиям историков, порожденным научно-технической революцией второй половины XX в.

В свете нового подхода к истории, появившегося во второй половине XX в., все развитие человечества предстало как цепь последовательных модернизаций.

По определению одного из создателей этой теории, американского историка Сирила Блэка, модернизация — это процесс адаптации традиционного общества к новым условиям, порожденным научно- технической революцией. Ее следствием в политической сфере является централизация, усиление регулирующей роли государства. В экономической сфере научно-техническая революция приводит к ускорению промышленного роста, в демографической сфере — к уменьшению смертности в связи с развитием медицины.

Теория модернизации противоречила марксизму, хотя и напоминала усеченную теорию формаций, только без завершающей ее коммунистической ступени, которую она заменяла «современным обществом», т.е. капитализмом. Вместе с тем новая концепция вступала в противоречие и с цивилизационной концепцией, которая рассматривала историю как процесс смены изолированных друг от друга цивилизаций.

Теория модернизации сводила вопрос о возникновении и распространении различных общественных систем к проблеме научно-технических инноваций, культурной диффузии.

Ее наиболее известные разработчики — американец Уильям Макнил и француз Фернан Бродель — считали, что сходные явления в культуре различных народов объясняются происхождением этих явлений из одного центра. Диффузионисты полагали, что важные явления человеческой культуры появляются лишь однажды и лишь в одном месте. Они дают народу-первооткрывателю решающие преимущества перед другими народами.

Теория модернизации получила широкое признание, после того как У. Макнил, один из учеников А. Тойнби, неожиданно для своего учителя опубликовал свою ставшую вскоре знаменитой монографию «Восхождение Запада» (1963). Здесь он объединил идею зависимости общественного устройства от достижений науки и техники с идеей диффузионизма и получил стройную картину древних и средневековых обществ. Доступным для широкого читателя языком он детально описал фундаментальные научно-технические открытия древности и Средневековья: создание боевой колесницы, появление металлургии железа и железного оружия, усовершенствование техники наездничества путем применения стремени, а затем и появление рыцарской конницы. Все эти инновации вызвали радикальные изменения в общественной структуре, они породили волны завоеваний и создали могущественные империи.

Таким образом, перед глазами исследователей рождалась новая и вполне логичная картина древней и средневековой истории, решающую роль в которой играли научно-технический прогресс, история науки и техники.

Однако и в этой картине вскоре обнаружились существенные пробелы. Так, она не давала ответа на вопрос о причинах глубоких кризисов, «мора и глада», войн и революций, периодически охватывающих различные страны. Пытаясь ответить на этот вопрос, немецкий историк и экономист Вильгельм Абель, исследуя социально-экономическую историю Средневековья, установил четкую взаимосвязь между двумя процессами: динамикой численности населения и ростом цен на продовольственные товары. Вслед за ростом цен на продовольствие закономерно следовали голод, эпидемии и катастрофическое снижение численности населения.

Пытаясь объяснить эти закономерности, Абель обратился к давно известной теории народонаселения английского экономиста Томаса Мальтуса (1766—1834), который еще в начале XIX в. утверждал, что рост населения должен вызывать недостаток продовольствия, повышение цен на хлеб, а затем голод, восстания и социальный кризис, после которого население уменьшалось и цены падали. Абель пришел к выводу, что картина развития средневековой экономики вплоть до промышленной революции XVII в. в целом соответствует мальтузианской теории демографических циклов.

Мальтузианская теория циклов в дальнейшем нашла подробное отражение в обобщающих трудах французских историков, объединившихся вокруг журнала «Анналы», которым руководили Фернан Бродель и его ученик и преемник Эммануэль Ле Руа Подери.

«Демографические приливы и отливы есть символ жизни минувших времен, — писал Бродель. — ...Причем эти длительные флуктуации обнаруживаются и за пределами Европы, и примерно в то же время Китай и Индия переживают регресс в том же ритме, что и Запад, как если бы вся человеческая история подчинялась велению некой первичной космической судьбы»[3].

В скором времени существование «новой исторической науки» было признано во всем западном мире. Ее стали называть «новой научной историей», «новой экономической историей», или «клиометрией».

Клиометрия означает «измерение истории», выдвижение новой наукой на первый план математических методов исследования, приоритет численного описания событий. Исторический процесс описывался клиометристами с помощью огромных цифровых массивов, баз данных, закладываемых в память компьютеров. В порыве энтузиазма, вызванного открытием новых методов исторических исследований, Ле Руа Лодери писал: «Историки станут программистами, либо их не станет вовсе».

Наибольших успехов на этом пути добились американские исследователи. Они не только анализировали имевшуюся статистическую информацию, но и строили прогностические модели экономической и социальной динамики. За последние десятилетия ими было создано множество таких моделей. За создание этих моделей в 1991 г. исследователям Роберту Фогелю и Дугласу Норту была присуждена Нобелевская премия, правда, это была премия по экономике, поскольку Нобелевский комитет до сих пор историю наукой не признает и премий по истории не присуждает.

Таким образом, сегодня мы можем говорить о становлении новой концепции развития человеческого общества. Описывая диффузионные волны, порожденные научно-техническими открытиями, эта концепция дополняет свою объяснительную модель описанием мальтузианских демографических циклов. Этот подход вместе с тем подчеркивает, что на демографические циклы иногда накладываются волны завоеваний, порождаемые совершенными в той или иной стране научно-техническими открытиями. За этими завоеваниями опять-таки следуют демографические катастрофы и новый социальный синтез, в ходе которого рождается новое общество и новое государство.

В заключение следует отметить, что существование целого ряда концепций, предлагающих различное понимание теоретических основ всемирной истории, порождает скептическое отношение к этой сфере знаний, распространение мнения, что историческое знание не содержит в себе ничего, кроме описания отдельных фактов.

На самом деле многообразие подходов к пониманию исторического процесса служит свидетельством его особой сложности и многообразия. Причем внимательное рассмотрение формационной, цивилизационной и других концепций исторического процесса обнаруживает, что эти подходы находятся не в отношениях взаимоисключения, а скорее, в отношениях взаимодополнения. Каждая из них, концентрируя внимание на тех или иных аспектах исторического развития, помогает нам понять его во всем его многообразии.

Только с учетом всех этих подходов возможно глубокое понимание как всемирной истории, так и содержания тех ее аспектов, которые исследуются ее различными отраслями, в том числе и историей науки.

  • [1] Данилевский Н.Я. Россия и Европа. — М.: Книга, 1991. С. 85.
  • [2] Тойнби А. Постижение истории. Т. 1. — М., 1991. С. 34.
  • [3] См.: Бродель Ф. Грамматика цивилизаций. — М.: Весь мир, 2008.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >