Полная версия

Главная arrow Литература arrow Когнитивная гармония как механизм текстовой деятельности

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Нелинейность

Когнитивная гармония как гомеостатическая система, которая уже стала, т. е. проявилась, обладает свойством не только сохранять свой вид, но и на каждом своем сценарном уровне иметь свою «иерархическую информативность». Например, любое существо состоит из молекул, клеток, миллиардов клеток. Низший иерархический уровень будет представлять собой молекулы, атомы, электроны и т. д. Тем не менее они собираются на другой иерархический уровень - на уровень селезенки, печени, сердца. Новые системы, сложившиеся из микроэлементов первого уровня, имеют новые понятия, новую «иерархическую информативную значимость». Они существуют так, что все остальные частички подчиняются этой «единой информативной значимости».

Когнитивная гармония - сложная система и содержит иерархические уровни сценариев, каждому из которых соответствует своя «информативность». Как сложная система, она не состоит из простой суммы простых систем. Система когнитивной гармонии предполагает такое объединение, которое заставляет систему работать на более высоком информационном уровне. Усложнение системы когнитивной гармонии происходит в соответствии с увеличением степени информативности, по мере укрупнения когнитивных сценариев для «вхождения» в целостность повествовательного текста по мере «развертывания» когнитивной гармонии.

Обратимся к примерам:

  • 26) Любовь с этого дня пошла на убыль. Когда она, как это часто бывало с ней, с улыбкой на лице, задумывалась, я сейчас же вспоминал полковника на площади, и мне становилось как-то неловко и неприятно, и я стал реже видаться с ней. И любовь так и сошла на нет.
  • (Л. Н. Толстой. После бала)

Усложнение системы когнитивной гармонии происходит по степени укрупнения когнитивного сценария событий от «Полковник на площади» (лиминальная фаза когнитивного сценария «После бала») до сценария когнитивной гармонии целого повествовательного текста «После бала. Невозможность любви в лицемерном мире».

  • 27) С седла перевесившись, шашкой махнул, на миг ощутил, как обмякло под ударом тело и послушно сползло наземь. Соскочил атаман, бинокль с убитого сдернул, глянул на ноги, дрожавшие мелким ознобом, оглянулся и присел сапоги снять хромовые с мертвяка. Ногой упираясь в хрустящее колено, снял один сапог быстро и ловко. Под другим, видно, чулок закатился: не скидается. Дернул, злобно выругавшись, с чулком сорвал сапог и на ноге, повыше щиколотки, родинку увидел. Вид родинки с голубиное яйио ошеломил его. Медленно, словно боясь разбудить, вверх лицом повернул холодеющую голову, руки измазал в крови, выползавшей изо рта широким бугристым валом. Всмотрелся и только тогда плечи угловатые обнял неловко и сказал глухо:
    • - Николушка!..

Чернея, крикнул: - Да скажи же хоть слово! Как же это, а?

Упал, заглядывая в меркнущие глаза; веки, кровью залитые, приподымая, тряс безвольное, податливое тело...

Но накрепко закусил Николка посинелый кончик языка, будто боялся проговориться о чем-то неизмеримо большом и важном.

(М. А. Шолохов. Родинка)

Происходит укрупнение когнитивного сценария события «Убийство врага» (лиминальная фаза когнитивного сценария «Родинка») до когнитивного сценария событий «Убийство сына» (фаза преображения когнитивного сценария «Родинка»), что способствует «вхождению» в целостность повествовательного текста посредством укрупненного сценария когнитивной гармонии повествовательного текста «Родинка: Превратности судьбы».

28) Поступая в монахи, Касатский показывал, что презирает все то, что казалось столь важным другим и ему самому в то время, как он служил, и становился на новую такую высоту, с которой он мог сверху вниз смотреть на тех людей, которым он прежде завидовал.

Но не одно это чувство руководило им.

В нем было и другое, истинно религиозное чувство, которого не знала Варенька, которое, переплетаясь с чувством гордости и желанием первенства, руководило им. Разочарование в Мэри (невесте), которую он представлял себе таким ангелом, и оскорбление было так сильно, что привело его к отчаянию, а отчаяние куда? - к богу, к вере детской, которая никогда не нарушалась в нем.

(Л. Н. Толстой. Отец Сергий)

Когнитивный сценарий событий «Разочарование в Мэри» (лиминальная фаза когнитивного сценария «Отец Сергий») по мере развертывания когнитивной гармонии повествовательного текста переходит в укрупненный сценарий когнитивной гармонии «Отец Сергий: Разочарование и усталость от жизни».

  • 29) Во всех подобных случаях, когда ни один ямщик не решится везти, обращаются к этому молодому, и он никогда не откажется. И заметьте: никогда он не берет с собой никакого оружия. С тех пор как не стало Безрукого, ходит в народе за ним слава убивиа. Его сопровождает какое-то обаяние, и он сам, кажется, также ему поддается. Но ведь это иллюзия. Поговаривают уж тут разные ребята: «Убивца», мол хоть заговоренного пулей, а все же взять можно».
  • (В. Г. Короленко. Чудная)

Происходит усложнение системы когнитивной гармонии по степени информативности посредством вхождения когнитивного сценария «Приобретение ямщиком репутации убивца» (фаза обособления когнитивного сценария «Убивец») в сценарий «Неизбежность мести разбойников убивцу- ямщику за гибель их атамана» (фаза партнерства когнитивного сценария

«Убивец») до сценария когнитивной гармонии «Убивцы» целого повествовательного текста.

  • 30) С каждым днем с ужасом чувствовал Гаврила, что кровно привязывается к новому Петру, а образ первого, родного, меркнет, тускнеет, как отблеск заходящего солнца на слюдяном оконце хаты. Все реже возвращалась к нему прежняя боль утраты, она уходила все дальше, и ощущал Гаврила от этого стыд и неловкость... Уходил на баз, возился там часами, но вспомнив, что с Петром у кровати сидит неотступно старуха, испытывал ревнивое чувство. Шел в хату, молча топтался у изголовья кровати, негнущимися пальцами неловко поправлял наволочку подушки и, перехватив сердитый взгляд старухи, садился на скамью и притихал.
  • (М. А. Шолохов. Чужая кровь)

Когнитивный сценарий «Уход стариков за раненым красноармейцем» переходит в более крупный сценарий «Ревностная родительская забота за ’’новым" сыном» (лиминальная фаза когнитивного сценария «Чужая кровь»), который, в свою очередь, переходит в качестве компонента сценария когнитивной гармонии уже более «высокого» информативного уровня «Жизнь с "новым" сыном налаживается».

Далее следует «смена горизонта» дивинации, так как возникает новый сценарий «Письмо с завода», которое вступает во взаимодействие с прежним сценарием когнитивной гармонии, в результате чего происходит становление сценария «Крах надежд стариков на жизнь с "новым" сыном», также способствуя укрупнению в последующем когнитивных сценариев по мере развертывания когнитивной гармонии до когнитивного сценария «Чужая кровь» целого повествовательного текста.

  • 31) Анна вторую неделю работала в очереди на скотном дворе. Вместе с шестью другими бабами выдаивала коров. Отбивала телят и шла спать. Сон приходил не скоро - ворочалась, прислушивалась к ровному дыханию Арсения, думала о теперешней жизни в коллективе, не могла заснуть из-за письма первого мужа.
  • (М. А. Шолохов. Двухмужняя)

В результате «смены горизонта переживаний» когнитивный сценарий «Второй брак Анны» (фаза обособления когнитивного сценария «Двухмужняя») «замещается» когнитивным сценарием «Воскрешение из мертвых первого мужа Анны», который в процессе дивинации переходит в укрупненный когнитивный сценарий «Семейная жизнь с первым мужем», состоящий из сцен «Возвращение к первому мужу» и «Разочарование Анны» (фаза партнерства когнитивного сценария «Двухмужняя»).

Далее следует укрупнение до сценария когнитивной гармонии целого повествовательного текста «Двухмужняя», возникающее в результате взаимодействия когнитивных сценариев «Невыносимость издевательств первого мужа» (лиминальная фаза когнитивного сценария «Двухмужняя») и «Возвращение ко второму мужу».

32) Людская молва сделала Голована мифическим лицом. За ним закрепилась репутаиия кудесника с неодолимым талисманом.

Знал или не знал Голован, что ему присвоили такие дела, - неизвестно. Однако когда к нему очень часто обращались с такими просьбами и вопросами, с которыми можно обращаться только к доброму волшебнику, он на многие такие вопросы давал «помогательные советы», и вообще ни за какой спрос не сердился.

(Н. С. Лесков. Несмертельный Голован)

Сценарий когнитивной гармонии целого повествовательного текста «Несмертельный Голован» «реконструируется» из ряда укрупненных когнитивных сценариев:

  • - «Семейная жизнь Голована» (фаза обособления когнитивного сценария «Несмертельный Голован»),
  • - «Дело Голована», «Доброта Голована» (фаза партнерства когнитивного сценария «Несмертельный Г олован»),
  • - «Приобретение Голованом репутации кудесника с неодолимым талисманом»,
  • - «Помощь Голована простому люду», которые, в свою очередь, состоят из более мелких сценариев и сцен, описывающих события повествовательного текста и представляют фазы испытания смертью и преображения когнитивного сценария «Несмертельный Г олован» целого повествовательного текста.

В нижеприведенном примере:

  • 38) Пестрота моя, так не нравившаяся людям, чрезвычайно понравилась всем лошадям; все окружили меня, любовались и заигрывали со мной. Я начал уже забывать о первом горе в моей жизни, причиной которого была моя мать.
  • (Л. Н. Толстой. Холстомер. История лошади);

а также в примере:

39) Счастливой жизнью я прожил только два года. В конце второй зимы случилось самое радостное для меня событие. Это было на масленице, я повез князя на бег. На бегу ехали Атласный и Бычок. Не знаю, что он делал там в беседке, но знаю, что он вышел и велел Феофану въехать в круг. Помимо меня ввели в круг и поставили Атласного. Атласный ехал с поддужным, я, как был, в городских санках. В завороте я его кинул; и хохот, и рев восторга приветствовали меня.

Когда меня проваживали, за мной ходила толпа. И человек пять предлагали князю тысячи. Он только смеялся, показывая свои белые зубы.

  • - Нет, - говорил он, - то не лошадь, а друг, горы золотом не возьму...
  • (Л. Н. Толстой. Холстомер. История лошади)

усложнение информативного уровня способствует развертыванию последовательности укрупненных сценариев когнитивной гармонии посредством дивинации - от когнитивного сценария «Первое горе в жизни Холсто- мера» (фаза обособления когнитивного сценария «Холстомер. История лошади»), реконструируемого за ним когнитивного сценария «Вынужденное выдворение пегого мерина из графских конюшен из-за его резвого хода».

Затем следует «смена горизонта» дивинации и становление сценария «Счастливые годы Хо л стомера» (фаза партнерства когнитивного сценария «Холстомер. История лошади»), после которого посредством дивинации руконструируются когнитивные сценарии «Окончание счастливой жизни», «Неизлечимая болезнь» (лиминальная фаза когнитивного сценария «Холстомер. История лошади») - до сценария когнитивной гармонии целого повествовательного текста «Похождения пегого мерина» (= «Холстомер. История лошади»).

В примерах 33, 78-86 (см. при л.) - укрупненные сценарии когнитивной гармонии при интерпретации данного повествовательного текста:

  • - «Исступление Гитлера из-за торжества русских» (фаза преображения когнитивного сценария «Весна на Одере»),
  • - «Встреча Лубенцова со старой знакомой Таней» (фаза партнерства когнитивного сценария «Весна на Одере»),
  • - «Вступление в Германию» (фаза партнерства когнитивного сценария «Весна на Одере»),
  • - «Двадцать бессмертных роты Чохова» (фаза преображения когнитивного сценария «Весна на Одере»),
  • - «Судьба Галины Сливенко» (лиминальная фаза когнитивного сценария «Весна на Одере»),
  • - «Зеленая улица» от Урала до Германии» (фаза партнерства когнитивного сценария «Весна на Одере»),

«Горе генерала Сизова» (фаза испытания смертью когнитивного сценария «Весна на Одере»),

  • - «Непреодолимая сила наступления» (фаза преображения когнитивного сценария «Весна на Одере»),
  • - «Судьба сына генерала Сизокрылова» (фаза испытания смертью когнитивного сценария «Весна на Одере»),
  • - «Любовные фронтовые интрижки Семена Семеновича Красикова» (фаза партнерства когнитивного сценария «Весна на Одере»),
  • - «Проверка Тани на порядочность» (фаза преображения когнитивного сценария «Весна на Одере»),
  • - «Сила человеческого характера» (фаза преображения когнитивного сценария «Весна на Одере»),
  • - «Движение милосердия Лубенцова» (фаза преображения когнитивного сценария «Весна на Одере»),
  • - «Движение «ветеранов» на «зов» белого флага» (фаза преображения когнитивного сценария «Весна на Одере»), обозначенные в тексте асимметричными языковыми знаками, представляют собой различные фазы сценария когнитивной гармонии «Весна на Одере», создающего целостность повествовательного текста.
  • 40) Ему представлялось теперь, как известие о его исчезновении попадет на судостроительный завод, где после семилетнего перерыва он снова работал в последнее время, скрываясь от колчаковской контрразведки...

«Старик» сидел, согнувшись у костра в безнадежной позе, и душа его по-прежнему ныла от непонятного, щемящего, тоскливого чувства, как будто все то, о чем он думал, было и родным, и душевно близким ему, но уже почти невозможным для него, потому невозвратно далеким. Он снова вопросительно посмотрел вокруг, но темь стояла по-прежнему глухая и сытая, несокрушимая, как стена. И небо с неведомо куда ведущим Млечным Путем смотрело нерадушно и молчаливо.

(А. А. Фадеев. Таежная болезнь)

Сценарии когнитивной гармонии:

  • - «Воспоминание о работе на заводе» (фаза партнерства когнитивного сценария «Таежная болезнь»),
  • - «Размышления Старика о его вынужденном исчезновении с завода», «Чувство одиночества в тайге» (фаза обособления конитивного сценария «Таежная болезнь») реконструируются в укрупненный когнитивный сценарий «Размышления у таежного костра» (фаза преображения когнитивного сценария «Таежная болезнь»), который также «укрупняется» до сценария когнитивной гармонии «Таежная болезнь» целого повествовательного текста.
  • 41) Александр Антоныч слышал о судьбе Тайсы Родионовны не раз, но он больше тридцати лет не бывал в Рагозном и теперь озирался по сторонам, не узнавая хорошо известных мест. Верстах в трех от усадьбы он прислушался. Непрестанный гул поднимался над холмом, за которым лежало поместье. Был он тяжел и глубоко подмывал всю округу, точно валили где-то густой многолетний дубняк.

Пока Александр Антоныч взбирался на холм, гул становился жиже, распадался на внезапные взмахи гомонов, воплей, и вдруг трещащее, надсадное гарканье грачевника вырвалось точно из земли и заклокотало под ногами.

Над парком, катившимся по склону, взлетали то в одиночку, то стайками, то целыми тучами черные птицы. Широкие сучковатые верхушки лип, насколько хватало глазу, кишели и переливались исчерна- лиловыми перьями.

Вправо от дороги, лицом к парку, стоял заброшенный дом. Он побурел, крыша его наполовину провалилась, но по-прежнему стройны были колонки и белы антаблементы. Железная труба, торчавшая из оконца пристройки, похожей на сени, попыхивала реденьким дымком. Александр Антоныч пошел на дымок.

Навстречу ему приблизилась женщина в плисовой кофте, перехваченной у пояса тесемкой. Кофта висела на ее плечах, как мешок, и плечи острыми бугорками подпирали голову. Поравнявшись с нею подле усадебного дома, Александр Антоныч открыл было рот, да так и остался стоять, наклонившись вперед и чуть-чуть занеся одну ногу, чтобы шагнуть.

Из-под напущенного на лоб платка глянули круглые, очень светлые, почти бесцветные глаза, и широко раздвинутые, узкие брови так распахивали взгляд этих глаз, что казалось, только они одни занимали собой все лицо.

  • - Тайса Родионовна, - тихо сказал Александр Антоныч.
  • -Да, - ответила она, - Тайса Родионовна.

За грачиным гарканьем не было слышно ее слов, но он так ясно уловил их, как будто они возникли в нем самом. Он наклонился к ее уху:

-Яхотел повидать вас. Можно?

Тайса Родионовна повела рукой к дому:

  • - Милости прошу.
  • (К. А. Федин. Тишина)

Посредством дивинации усложнение системы когнитивной гармонии происходит по мере укрупнения когнитивных сценариев «Одинокая судьба Тайсы Родионовны в разоренной усадьбе», «Одинокая жизнь отвергнутого когда-то жениха Раисы Родионовны после раздела его имущества крестьянами» (фазы партнерства и испытания смертью когнитивного сценария «Тишина») до сценария когнитивной гармонии «Тишина одиночества на двоих» (фаза преображения когнитивного сценария «Тишина»), способствующего «вхождению» в целостность повествовательного текста.

42) Байгузин по-прежнему, понурясь, стоял между двумя конвойными и лишь изредка обводил безучастным взглядом ряды солдат. Видно было, что он ни слова не слыхал из того, что читалось, да и вряд ли хорошо сознавал, за что его собираются наказывать. Один раз только он шевельнулся, потянул носом и утерся рукавом шинели.

Козловский также не вникал в смысл приговора и вдруг вздрогнул, услышав свою фамилию. Это было в том месте, где говорилось о его дознании. Он сразу испытал такое чувство, как будто бы все мгновенно повернули к нему головы и тотчас же отвернулись. Его сердце испуганно забилось. Но это ему только показалось, потому что, кроме него, фамилии никто не расслышал, и все одинаково равнодушно слушали, как адъютант однообразно и быстро отбарабанивал приговор. Адъютант кончил на том, что Байгузин приговаривается к наказанию розгами в размере ста ударов.

Батальонный командир скомандовал: «К ноге!» - и сделал знак головою доктору, который боязливо и вопросительно выглядывал из-за рядов. Доктор, молодой и серьезный человек, первый раз в жизни присутствовал при экзекуции. Теряясь и чувствуя себя точно связанным под сотнями уставленных на него глаз, он неловко вышел на середину батальона, бледный, с дрожащею нижнею челюстью. Когда Байгузину приказали раздеться, татарин не сразу понял, и только когда ему повторили еще раз и показали знаками, что надо сделать, он медленно, неумелыми движениями расстегнул шинель и мундир. Доктор, избегая глядеть ему в глаза, с выражением брезгливого ужаса на лице, выслушал сердце и пульс и пожал в недоумении плечами. Он не заметил даже малейших следов обычного в этих случаях волнения. Очевидно было, что или Байгузин не понимал того, что с ним хотят сделать, или его темный мозг и крепкие нервы не могли проникнуться ни стыдом, ни трусостью.

Подпоручик все время дрожал от холода и волнения; всего мучительнее было для него - не крики Байгузина, не сознание своего участия в наказании, а именно то, что татарин вины своей, как видно, не понял,и за что его бьют - не знает толком; он пришел на службу, наслышавшись еще дома про нее всяких ужасов, уже заранее готовый к строгости и несправедливости. Первым его движением после сурового приема, оказанного ему ротой, казармой и начальством, было - бежать к родным белебеевским нивам. Его поймали и засадили в карцер. Потом он взял эти голенища. Из каких побуждений взял, для какой надобности, он не сумел бы рассказать даже самому близкому человеку: отцу или матери. И сам Козловский не так мучился бы, если бы наказывали сознательного, расчетливого вора или даже хоть совсем невинного человека, но только бы способного чувствовать весь позор публичных побоев.

Сто ударов были отсчитаны, барабанщик перестал бить, и вокруг Байгузина опять закопошились те же солдатики. Когда татарин встал и начал неловко застегиваться, его глаза и глаза Козловского встретились, и опять, как и во время дознания, подпоручик почувствовал между собой и солдатом странную духовную связь.

(А. И. Куприн. Дознание)

В данном примере реконструируется укрупненный сценарий когнитивной гармонии целого повествовательного текста «Дознание» по мере развертывания когнитивной гармонии, реконструируемый на основе более мелких когнитивных сценариев, таких как «Кража в гарнизоне», который, в свою очередь, реконструирован из ряда небольших сценариев, таких как:

  • - «Исчезновение голенищ сапог в гарнизоне», «Расследование кражи подпоручиком Козловским» (фаза обособления когнитивного сценария «Дознание»),
  • - «Странная духовная связь между подпоручиком Козловским и солдатом Байгузиным, возникшая во время дознания» (фаза партнерства когнитивного сценария «Дознание»), «Нечаянное признание Байгузина в краже», «Непонимание «темным» Байгузиным причин своего проступка».

Когнитивный сценарий «Жалость Козловского к забитому солдату Байгузину» также состоит из подсценариев, которые «объединяются» по мере увеличения информативности:

  • - «Непонимание «темным» Байгузиным причин экзекуции» (лими- нальная фаза когнитивного сценария «Дознание»),
  • - «Мучительное состояние подпоручика Козловского на плацу во время наказания Байгузина» (фаза преображения когнитивного сценария «Дознание»).
  • 43) Мне стало легче. Неожиданное сочувствие блаженненъкого вдруг согрело и приласкало мое сердце, показало мне, что еще можно и должно жить, пока есть на свете любовь и сострадание.

Так вот почему, - закончил Зимин свой рассказ, - вот почему я так жалею этих несчастных и не смею им отказывать в человеческом достоинстве. Да и кстати: его сочувствие принесло мне счастье. Теперь я очень рад, что не сделался «моментом». Это так у нас в армии называли офицеров генерального штаба. У меня впереди и в прошлом большая, широкая, свободная жизнь.

(А. И. Куприн. Блаженный)

Сценарий когнитивной гармонии «Неожиданное сочувствие блажен- ненького» (фаза партнерства когнитивного сценария «Блаженный») по мере развертывания когнитивной гармонии (сопровождаемое увеличением степени информативности) укрупняется до сценария когнитивной гармонии «Блаженный» целого повествовательного текста.

44) Сделалась история известна всему полку, и чаша моих злодеяний, выражаясь высоким штилем, переполнилась. Стали все на меня глядеть этаким басом, вижу - руку избегают подавать, а кто и подает, так глазами шнырит по бокам, точно виноватый. Открыто не решались мне ничего сказать, потому что жалели Марью Николаевну. Как-то сразу тогда догадались, что здесь не романец, не пустая связишка от скуки, а что-то нелепое, огромное, больное - какая-то не то психология, не то психиатрия. И мужа ее жалели. Был он заслуженный, шипкинский подполковник и пребывал и, кажется, до сих пор пребывает в сладком неведении.

И все ждали случая.

(А. И. Куприн. С улицы.)

Сценарий когнитивной гармонии «Издевательство офицера над чувствами больной женщины» укрупняется до сценария «Чаша злодеяний». Затем реконструируется сценарий «Осуждающее поведение окружающих (из-за глумления офицера-циника над чувствами больной женщины)». Дивинацией реконструируется и последующий когнитивный сценарий «Расплата за глумления».

Отмеченные сценарии выступают составляющими укрупненного сценария «Роковая судьба циника-злодея». Происходит усложнение системы когнитивной гармонии в соответствии с процессом укрупнения описанных выше когнитивных сценариев до сценария когнитивной гармонии целого повествовательного текста «С улицы. Никчемная жизнь циника».

45) Дома, у себя, под голубым ласковым небом, под пышными, еще не жаркими лучами солнца, Борис стал быстро оживать, точно он отходил душой от какого-то долгого, цепкого, ледяного кошмара.

Но телом он слабел с каждым днем. Черный туман убил в нем что-то главное, дающее жизнь и желание жизни.

Спустя две недели по приезде он уже не вставал с кровати.

Все время он не сомневался в том, что скоро умрет, и умер мужественно и просто.

Я был у него за день до его смерти. Крепко пожимая своей сухой, горячей, исхудавшей рукой мою руку и улыбаясь ласково и грустно, он говорил:

  • - Помнишь наш разговор о севере и юге, еще тогда давно, помнишь? Не думай, я от своих слов и не отпираюсь. Ну, положим, я не выдержал борьбы, я погиб ... Но за мной идут другие - сотни, тысячи других. Ты пойми - они должны одержать победу, они не могут не победить. Потому что там черный туман на улицах и в сердцах и в головах у людей, а мы приходим с ликующего юга, с радостными песнями, с милым ярким солнцем в душе. Друг мой, люди не могут жить без солнца.
  • (А. И. Куприн. Черный туман)

За когнитивным сценарием «Работа на «износ» (фаза обособления когнитивного сценария «Черный туман») посредством дивинации реконструируется когнитивный сценарий «Смертельный недуг» (фаза «испытание смертью» когнитивного сценария «Черный туман»).

В свою очередь, эти когнитивные сценарии «информативно» укрупняются до сценария «Губительное действие «свинцовых» серых будней» (лиминальная фаза когнитивного сценария «Черный туман»). Последний также по мере усложнения системы когнитивной гармонии «развертывается» до сценария когнитивной гармонии «Черный туман» целого повествовательного текста.

  • 46) К десяти часам гости поднялись. Пташникое и Дурдин уезжали с одиннадцатичасовым в Москву. Инженер провожал их, Башкирцев извинился усталостью. Дружинин тоже начал прощаться, но Башкирцев удержал его.
  • - Останьтесь, я хочу попросить вас об одном деле...

Когда гости и хозяева проходили через полутемную диванную, Башкирцев взял за локоть Дурдина и задержал шаги. Оставшийся сзади Дружинин успел услышать начало фразы...

- Ты же смотр...

И Дурдин громко ответил:

-Да что вы, Илья Андреич, рази я сам себе враг...

Это обращение Башкирцева к Дурдину на «ты» в связи с впечатлениями всего вечера вдруг без колебаний и переходов объяснило Дружинину многое, что раньше отпечатывалось в его мозгу туманно и неясно, как предчувствие. Он сразу вспомнил тысячу мелочей, наблюденных в доме Башкирцевых, которые, дополняя одна другую, объяснили ему нечто страшно неприятное, тяжелое и противное. Теперь небольшим фактам Дружинин придавал большое значение.

Эта показная бутафорская роскошь и всегда какие-то деловые люди. Шушуканье. Впечатление ожидания чего-то, что должно разрешиться и сделать всех счастливыми...

Рита говорила часто: «Вот устроятся дела папы, мы поедем в Ниццу...»

А что это были за дела - никто точно не понимал, хоть при разговоре о них кивали сочувственно и на лица набегала тень глубокомыслия.

И когда Башкирцев, возвратившись из передней, расстегнул три пуговицы жилета и с облегченным видом актера, сошедшего со сцены, весело и громко по-домашнему сказал, - слушай, мамочка, нельзя ли нам чаю сюда, - Дружинин почувствовал, что он как будто бы состоит в молчаливом против кого-то заговоре.

(А. И. Куприн. Хорошее общество)

Когнитивный сценарий «Беспринципность Башкирцева» входит в сценарий «Бутафорская респектабельность Башкирцевых», последний - в более крупный когнитивный сценарий «Подозрение Дружинина в нечис- топлотности/лицемерии Башкирцевых» (фаза обособления когнитивного сценария «Хорошее общество»), далее также происходит усложнение информативности до сценария «Нечистые делишки Башкирцевых».

Когнитивный сценарий «Нечистые делишки Башкирцевых» (фаза партнерства когнитивного сценария «Хорошее общество») укрупняется до когнитивного сценария «Фальшь и лицемерие «хорошего общества» (фаза преображения когнитивного сценария «Хорошее общество»), который переходит на более высокий информационный уровень в сценарии «Делишки «хорошего общества», далее укрупняется до сценария когнитивной гармонии целого повествовательного текста «Хорошее общество».

  • 47) Ленька извинился и вышел. Он уже успел разглядеть в дверную щелку лиио Рыбникова, и хотя у него оставались кое-какие сомнения, но он был хорошим патриотом, отличался наглостью и не был лишен воображения. Он решил действовать на свой риск. Через минуту он был уже на крыльце и давал тревожные свистки.
  • (А. И. Куприн. Штабс-капитан Рыбников)

Когнитивный сценарий «Странная внешность штабс-капитана Рыбникова» (фаза обособления когнитивного сценария «Штабс-капитан Рыбников»), реконструируемый далее в процессе дивинации когнитивный сценарий «Нечаянно произнесенные слова штабс-капитана Рыбникова на непонятном языке во сне» (фаза партнерства «Штабс-капитан Рыбников») укрупняются до когнитивного сценария «Подозрительное поведение штабс-капитана Рыбникова», а в масштабах целого повествовательного текста до сценария когнитивной гармонии «Штабс-капитан Рыбников».

  • 48) И Христо, который не может справиться с недавним охотничьим возбуждением, нет-нет да и намекнет на наше предприятие.
  • - А я сейчас шел по набережной... Сколько свиней зашло в бухту. Ужас! - И метнет на нас лукавым, горящим черным глазом.

Яни, который вместе с ним относил и прятал корзину, сидит около меня и едва слышно бормочет в чашку с кофе:

- Тысячи две, и все самые крупные. Я вам снес три десятка.

Это моя доля в общей добыче. Я потихоньку киваю головой.

Но теперь мне немного совестно за мое недавнее преступление.

Впрочем, я ловлю несколько чужих быстрых плутоватых взглядов.

Кажется, что не мы одни занимались в эту ночь браконьерством.

(А. И. Куприн. Листригоны)

Когнитивный сценарий «Первое участие мальчика в браконьерском рейде» (фаза партнерства когнитивного сценария «Незаконный улов. Ли- стригоны») посредством дивинации способствует реконструкции когнитивного сценария «Угрызения совести после преступления» (фаза преображения когнитивного сценария «Незаконный улов. Листригоны»), которые укрупняются до сценария когнититной гармонии «Незаконный улов. Листригоны», создающего целостность повествовательного текста.

  • 49) А на другой день во время урока закона божьего раздался в коридоре тяжкий топот и звон колокольчиков, отчего чуткое сердце Нелъгина похолодело и затосковало. Полуоткрылась дверь, и в ней показалось огромное серое лицо с мясистым носом, а затем рука с подзывающим указательным пальцем:
    • - Нельгин! Иди-ка сюда, любезный!

И бедного влюбленного повели наверх, в дортуар, разложили на первой кровати и сняли штанишки. Григорий держал его за руки и за голову, а Матвей дал ему двадцать пять добрых розог. Так, сама собою, как-то незаметно пресеклась, а вскоре и вовсе забылась первая любовь.

Только образ хорошенькой смуглой Мухиной с ее заспанными глазками и надутыми губками застрял в памяти на всю жизнь.

(А. И. Куприн. Храбрые беглецы)

За когнитивным сценарием «Тоска воспитанника сиротского приюта Нельгина по любви и нежности» посредством дивинации реконструируется когнитивный сценарий «Знаки внимания Нельгина к Мухиной», который посредством дивинации реконструирует последующий когнитивный сценарий «Борьба за внимание Мухиной».

Все отмеченные когнитивные сценарии укрупняются до когнитивного сценария «Первая любовь Нельгина», представляющего фазу обособления сценария когнитивной гармонии «Беглецы» целого повествовательного текста.

50) Агата хорошела и здоровела, но я радостно шел к гибели. Я стал похож на скелет своею изможденностью, ноги мои дрожали на ходу, я потерял аппетит, память мне изменила до такой степени, что я забыл не только свою науку и своих учителей, но стал забывать порою имена своих отца и матери. Я помнил только любовь, любовь и образ любимой.

Странно, никто в доме не замечал нашей наглой, отчаянной, неистовой влюбленности. Или в самом деле у дерзких любовников есть какие- то свои тайные духи-покровители? Но милая матушка моя чутким родительским инстинктом давно догадалась, что меня борет какая-то дьявольская сила. Она упросила отца отправить меня для развлечения и для перемены места в Москву, где тогда только что открылась огромнейшая всероссийская выставка. Я не мог идти наперекор столь любезной и заботливой воле родителей и поехал.

Но в Нижнем Новгороде такая лютая, звериная тоска по Агате мною овладела, такое жестокое влечение, что сломя голову сел я в первый попавшийся поезд и полетел стремглав домой, примчался, наврал папе и маме какую-то несуразную белиберду и стал жить в своем родовом гнезде каким-то прокаженным отщепенцем. Стыд меня грыз и укоры совести. Сколько раз на себя покушался руки наложить, но трусил, родителей жалел, а больше - Агатины соблазны манили к жизни.

Вот тут-то самоотверженная матушка моя начала энергично разматывать тот заколдованный клубок, в нитях которого я так позорно запутался.

(А. И. Куприн. Ночная фиалка)

Когнитивные сценарии «Внезапная странная страсть к Агате» (фаза обособления когнитивного сценария «Ночная фиалка»), «Соблазны Агаты», «Звериное влечение к Агате» укрупняются до когнитивного сценария «Дьявольское наваждение любви». Далее происходит «смена горизонта» дивинации и реконструируется когнитивный сценарий «Попытки матушки «размотать» заколдованный «клубок», относящийся к фазе «партнерства и испытания смертью» сценария когнитивной гармонии «Ночная фиалка» целого повествовательного текста.

В примерах 51-68 (см. прил.) укрупненные сценарии когнитивной гармонии:

  • - «Двойная утрата Серпилина» (фаза партнерства когнитивного сценария «Живые и мертвые»),
  • - «Вина» Ольги Ивановны перед Серпилиным» (фаза испытания смертью когнитивного сценария «Живые и мертвые»),
  • - «Талисман-оберег от Ольги Ивановны генералу Серпилину» (фаза партнерства когнитивного сценария «Живые и мертвые»),
  • - «Забота» начальника политуправления Львова о генерале Серии- лине» (фаза партнерства когнитивного сценария «Живые и мертвые»),
  • - «Точка зрения Бойко» (фаза обособления когнитивного сценария «Живые и мертвые»),
  • - «Великость предстоящего дела» (фаза преображения когнитивного сценария «Живые и мертвые»),
  • - «Напряженные будни Талызина за трое суток наступления» (лими- нальная фаза когнитивного сценария «Живые и мертвые»),
  • - «Гибель Талызина» (фаза испытания смертью когнитивного сценария «Живые и мертвые»),
  • - «Тревога офицера Галченка за родителей, оставшихся на оккупированной территории» (фаза лиминальная когнитивного сценария «Живые и мертвые»),
  • - «Поправки» Ильина в затишье перед наступлением» (фаза партнерства когнитивного сценария «Живые и мертвые»),
  • - «Неумершая вера в умершего человека» (фаза преображения когнитивного сценария «Живые и мертвые»),
  • - «Письмо Тани Синцову» (фаза преображения когнитивного сценария «Живые и мертвые»),
  • - «Справедливость генерала Серпилина» (фаза партнерства когнитивного сценария «Живые и мертвые»),
  • - «Личное касательстов Сталина к судьбе генерала Серпилина» (фаза партнерства когнитивного сценария «Живые и мертвые»),
  • - «Воскрешение из мертвых» (фаза испытания смертью когнитивного сценария «Живые и мертвые»),
  • - «Несправедливость» военной фортуны к полку Ильина» (фаза партнерства когнитивного сценария «Живые и мертвые»),
  • - «Первоочередные дела Ильина» (фаза партнерства когнитивного сценария «Живые и мертвые»),
  • - «Капитуляция под руководством Ильина» (фаза преображения когнитивного сценария «Живые и мертвые»), обозначенные в тексте асимметричными языковыми знаками, «создают» различные фазы сценария когнитивной гармонии целого повествовательного текста «Живые и мертвые».

В примерах 69-76 (см. прил.) укрупненные когнитивные сценарии, названия которых совпадают с наименованиями асимметричных языковых знаков в тексте художественной прозы, «определяют» фазы сценария когнитивной гармонии целого повествовательного текста:

  • - «Жалость к прежней Ольге» - фаза парнерства когнитивного сценария «Они сражались за Родину»,
  • - «Поездка Коли в райцентр с дядей Сашей» - фаза партнерства,
  • - «Лагерные метки Александра Михайловича» - фаза лиминальная когнитивного сценария «Они сражались за Родину»,
  • - «Сиротство детей» и «Предательство супруги» - фаза партнерства когнитивного сценария «Они сражались за Родину»,
  • - «Перед лицом смерти» - фаза испытания смертью когнитивного сценария «Они сражались за Родину»,
  • - «Гордость за Человека Стрельцова» - фаза лиминальная и фаза преображения когнитивного сценария «Они сражались за Родину»,
  • - «Ранение Звегинцева» - фаза «испытание смертью» когнитивного сценария «Они сражались за Родину»,

- «Прошлое в новом состоянии Стрельцова» - фаза преображения когнитивного сценария «Они сражались за Родину».

В приведенном ниже примере:

  • 87) В дверь постучали, и на пороге оказался капитан Барашкин.
  • - Тебе чего? - недовольно спросил Сербиченко.
  • - Вы меня не вызывали, товарищ полковник?
  • - Вызывал часа три назад. Говорил с тобой Семеркин?
  • - Говорил, товарищ полковник.
  • - Ну и что?
  • - Пошлем группу.
  • - Кто пойдет старшим?
  • - Да вот он, Травкин, - со скрытым злорадством ответил Барашкин.

Но он ошибся в расчете. Травкин и глазом не моргнул, Улыбышева спокойно разливала чай, не зная, в чем дело, а Катя совершенно не поняла, что произнесенные слова находились в прямой связи с судьбой ее любви.

Единственный, кто понял выражение глаз Барашкина, был командир дивизии, но он не имел оснований не соглашаться с Барашкиным. Действительно, лучшей кандидатурой для руководства этой необычайно трудной операиией был Травкин.

(Э. Г. Казакевич. Звезда),

в следующем примере:

  • 88) В связи с особыми обстоятельствами Мамочкин решился даже рассекретить свою «базу». Он взял с собою Быкова и Семенова и, нагрузив их продуктами, самодовольно улыбался, ежеминутно спрашивая:
    • - Ну, как?

Семенов восхищался непостижимой, почти колдовской удачливостью Мамочкина:

- Вот здорово! Как ты это так?..

Быков же, догадываясь о том, что тут дело нечисто, говорил:

- Гляди, Мамочкин, лейтенант узнает.

Проходя мимо старикова поля, Мамочкин покосился на «своих» лошадей, запряженных в плуг и борону. За лошадьми шли сын старика, сутулый молчаливый идиот, и сноха, красивая высокая баба.

Мамочкин обратил внимание на большую гнедую кобылу с белым пятном на лбу. Он вспомнил, что эта лошадь принадлежала той странной старухе, у которой взвод останавливался на отдых.

«Ну и ругается та божья старушка!» - промелькнуло в голове у Мамочкина, и он испытал даже нечто похожее на угрызения совести.

Но теперь все это было уже не важно. Впереди - задание, и кто его знает, чем оно кончится.

  • (Э. Г. Казакевич. Звезда), а также в примере:
    • 89) Среди солдат, как узнал с неудовольствием группенфюрер, поползли панические слухи о неких «зеленых призраках», или «зеленых дьяволах», появившихся в здешних местах.

Группенфюрер Гилле не верил в трансцендентальность этих призраков. Он втолковал вызванному им начальнику разведки и контрразведки капитану Вернеру, что на войне призраков не бывает, а бывают враги, и предложил Вернеру лично возглавить операцию по поимке «призраков».

Крушение поезда с боеприпасами, происшедшее скорее всего из-за ветхости железнодорожного полотна, отравление трех солдат полка «Германия» недоброкачественной пищей, исчезновение двух солдат того же полка, дезертировавших из армии, - все эти случаи молва тоже отнесла за счет деятельности «зеленых призраков». И трудно уже было отличить правду от вымысла, досужую выдумку от реальных фактов.

(Э. Г. Казакевич. Звезда),

в примере:

90) Если в дивизии и корпусе данные Травкина были восприняты как событие особой важности, то для штаба армии они имели уже хотя и важное, но вовсе не решающее значение. Командарм приказал прибывающее пополнение дать именно тем дивизиям, которые могут оказаться под ударами эсэсовцев. Он также перебросил свой резерв на опасный участок.

Штаб фронта взял эти сведения на заметку как показательное явление, доказывающее лишний раз интерес немцев к Ковелъскому узлу. И штаб фронта предложил авиации разведывать и бомбить указанные районы и придал энской армии несколько танковых и артиллерийских частей.

Верховное Главнокомандование, для которого мошкой были и дивизия «Викинг», и, в конечном счете, весь этот большой лесистый район, сразу поняло, что за этим кроется нечто более серьезное: немцы попытаются контрударом отвратить прорыв наших войск на Польшу. И было отдано распоряжение усилить левый фланг фронта и перебросить именно туда танковую армию, конный корпус и несколько артдивизий РГК.

Так ширились круги вокруг Травкина, расходясь волнами по земле: до самого Берлина и до самой Москвы.

Ближайшим следствием этих событий для дивизии было: прибытие танкового полка, полка гвардейских минометов и большого пополнения людьми и техникой.

(Э. Г. Казакевич. Звезда)

укрупненные сценарии когнитивной гармонии:

  • - «Трудный рейд в тыл врага под руководстов Травкина» (фаза обособления когнитивного сценария «Звезда»),
  • - «Рассекречивание базы» Мамочкина» (фаза партнерства когнитивного сценария «Звезда»),
  • - «Зеленые дьяволы» (фаза лиминальная когнитивного сценария «Звезда»),
  • - «Ценные данные разведгруппы Травкина» (фаза преображения когнитивного сценария «Звезда») по мере развертывания когнитивной гармонии репрезентируют смены фаз сценария когнитивной гармонии «Звезда», охватывающего целый повествовательный текст.
  • 91) Не будет преувеличением сказать, что в последующие дни все полевое управление армии, от солдат-посыльных до генералов, было озабочено и захвачено судьбой Огаркова. Его возвращение, по сути дела вполне добровольное, в распоряжение трибунала, приговорившего его к расстрелу, поразило и растрогало людей, хотя и ожесточенных отступлением, тяжелыми лишениями и смертью друзей.

Все ждали результатов доследования и окончательного решения с нетерпением и не без опасений, так как прекрасно знали, что трибунал, как учреждение, может и не принять во внимание возвращение Огаркова: формально поступок этот мог считаться вполне естественным и само собой разумеющимся. И некоторые офицеры из самых молодых (в первую очередь, разумеется, Синяев) уже заранее обвиняли трибунал в черствости и формализме.

(Э. Г. Казакевич. Двое в степи)

Когнитивный сценарий «Добровольное возвращение Огаркова в распоряжение трибунала» (фаза преображения когнитивного сценария «Двое в степи») укрупняется до сценария когнитивной гармонии «Судьба Огаркова» (лиминальная фаза и фаза партнерства когнитивного сценария «Двое в степи»), репрезентирующего фазы испытания смертью и преображения сценария когнитивной гармонии «Двое в степи», создающего целостность повествовательного текста.

В следующих примерах:

  • 92) Но не страх, ярость вела сейчас Баскова. Зубами скрипел он от той черной, ослепительной ярости и только одного желал - догнать. Догнать - а там разберемся...
  • - Ты у меня не крикнешь... Нет, не крикнешь...

Слабый след кое-где печатался на валунах, и Федот Евграфыч уже точно знал, что немцев было двое. И опять не мог простить себе, опять казнился и маялся, что недоглядел за ними, что понадеялся, будто бродят они по ту сторону костра, а не по эту, и сгубил переводчика своего, с которым вчера еще котелок пополам делил. И кричала в нем эта маета, и билась, и только одним успокоиться он сейчас мог - погоней.

  • (Б. Л. Васильев. А зори здесь тихие)
  • 93) Старшина встал. Колени еще дрожали, и сосало под ложечкой, но время терять было уже опасно. Он не трогал Комелъкову, не окликал, но себя зная, что первая рукопашная всегда ломает человека, преступая через естественный, как жизнь, закон «не убий». Тут привыкнуть надо, душой зачерстветь, и не такие бойцы, как Евгения, а здоровенные мужики тяжко и мучительно страдали, пока на новый лад перекраивалась их совесть. А тут ведь женщина по живой голове прикладом била, баба, мать будущая, в которой самой природой ненависть к убийству заложена.

И это тоже Федот Евграфыч немцам в строку вписал, потому что преступили они законы человеческие и тем самым сами вне всяких законов оказались. И потому только гадливость он испытывал, обыскивая еще теплые тела, только гадливость: будто падаль ворочал...

(Б. Л. Васильев. А зори здесь тихие)

укрупненные когнитивные сценарии «Черная ослепительная ярость Баскова» и «Первая рукопашная Жени Комельковой» репрезентируют фазы парнерства и «испытания смертью» когнитивного сценария «А зори здесь тихие» целого повествовательного текста.

94) Все в деревне жалели Спиридона и говорили о том, как нелепость случая опрокинулась на него несчастьем.

Соседи часто заходили к нему, когда он сидел один, опустив голову, и говорили ему о том, что одному ему трудно в хозяйстве будет, что нужно жениться, ведь еще не старик...

Можно посватать Катерину Соболеву, она хорошая и работящая баба, хотя, впрочем, у нее трое ребят. Тогда можно взять Степаниду, у нее один мальчишка, вырастет, помощником будет.

Но Спиридон ничего не хотел слушать.

На третий день его допустили к раненой.

(П. С. Романов. Голубое платье)

По мере развертывания когнитивной гармонии происходит укрупнение когнитивного сценария «Нелепость случая», представляющего собой фазу испытания смертью когнитивного сценария «Голубое платье», создающего целостность повествовательного текста.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>