Мир — системный анализ

Данная парадигма разрабатывается под руководством И. Уол- лерстайна в Центре Фернана Броделя по изучению экономик, истории систем и цивилизаций при университете штата Нью- Йорк (г. Бингемтон). С 1977 г. Центр издает журнал «Review». Конец XX в. рассматривается как точка бифуркации — кризис перехода от капиталистической мир-системы, доминирующей на планете с 1500 г., к мир-системе пока неопределенного типа. Капиталистическая мир-система есть первая историческая форма глобальной системы, которая развивается во взаимодействии ядра, периферии и полупериферии, претерпевая кризисы с периодичностью в 50—100 лет.

Критиками мир-системный анализ оценивается как продукт распада идеологии «Новых Левых», содержащий множество «фундаментальных неясностей», и часто определяется как неомарксизм с акцентом на историю. Так, капитализм описывается как «историческая, противоречивая, многообразная и гетерогенная реальность». Парадигма наиболее влиятельна среди социологов: с 1994 г. И. Уоллерстайн является президентом Международной социологической ассоциации. Имеющиеся критические обзоры позволяют сделать следующие выводы относительно охарактеризованных концепций:

  • • ландшафт современной глобалистики «многоконцептуален»;
  • • каждая из концепций (парадигм) ориентирована на конкретную научную дисциплину; заметен эффект двойной звезды, т.е. взаимопроникновения и переплетения разных парадигм на основе базового концепта (например, «ноосферы»);
  • • содержание базового концепта задается конкретным философским учением (например, марксизмом);
  • • дивергенция базового концепта определяется социальнопрактическим опытом локального субъекта мирового сообщества;
  • • определенность в обсуждениях достигается использованием языка системного подхода;
  • • диапазон рефлексивной коммуникации в современной глобалистике ограничен христианским миром.

Таким образом, можно говорить об однотипности методологии разработки названных концепций, основанных зачастую на абсолютизировании отдельных фактов общественного развития, их изоляции от всего контекста динамики социальных связей, имеющих место в современном мире на рубеже тысячелетий. В итоге, однако, обнаружение известной значимости отвергаемых в исходном пункте факторов может привести к тому, что именно они, а не ранее абсолютизировавшиеся факторы начинают признаваться главными, решающими. К тому же общим недостатком для ведущих глобальных концепций является жесткий детерминизм, создающий иллюзию исторического фатализма (оптимистического или пессимистического). То, что «гарантированная история» — это действительно иллюзия, доказано недавней исторической практикой, в том числе и российской.

Следовательно, исследователям нельзя забывать хорошо известное положение — любая из концепций, уже имеющаяся или вновь создаваемая, должна иметь четко очерченный круг первичных вопросов, а ответы, получаемые на них при анализе фактов в полном соответствии с законами формальной и диалектической логики, должны служить основой для постановки задач следующего логического уровня. В то же время современная ситуация в глобалистике своей неоднозначностью уже сама по себе в полной мере отражает исключительную сложность причинно-следственных связей в глобальных процессах, которая в итоге и требует для корректировки имеющихся и создания новых жизнеспособных концепций реализации адекватного, комплексного подхода при все более тесной интеграции и взаимодействии наук как естественно-научного и технического профиля, так и обществоведческого, наук о человеке. Причем не следует забывать, что «интеграция знаний — это не слияние, не взаимное растворение наук, а их взаимодействие, взаимообога- щение в интересах совместного решения комплексных проблем, каждая из которых изучается специальной наукой в каком-то одном аспекте».

Вместе с тем следует учитывать и то, что сложность динамики развития глобальных процессов усугубляется наличием в рамках взаимозависимого и взаимосвязанного мира противоречия между объективной необходимостью и субъективной неготовностью различных государств, народов и регионов сотрудничать друг с другом в силу имеющихся цивилизационных, этнических, идеологических барьеров. Более того, само единство мира может стать картой в игре современного гегемонизма, провоцируя, как уже говорилось, нарастание сопротивления тех, кто хочет отстоять свою политическую или культурную самобытность. Альтернативность вариантов дальнейшего развития глобального мира может иметь, безусловно, и иные, пока не известные нам причины.

И еще один аспект. К сожалению, многие из этих теорий и концепций культивируются государствами, представляющими западную, по сути технократическую цивилизацию, и не отражают во всей полноте богатого идейного и культурного наследия всех народов, культур и религий, составляющих современное человечество. Например, разработка концептуальных основ, принципов, норм и механизмов, посредством которых регулировались бы процессы глобализации, могла бы только обогатиться, если бы были учтены элементы богатого философского и нравственно-этического наследия российских мыслителей, которые намного обогнали свое время и выдвинули целый ряд реформаторских идей планетарного, общецивилизационного масштаба и значения. О том, что конструктивные идеи, выдвинутые в разное время российскими учеными и мыслителями, становятся все более актуальными при выборе ориентиров на будущее для всего мирового сообщества, могут свидетельствовать следующие высказывания.

Известный русский философ Н.О. Лосский называет такие черты характера русского народа, которые делают его неравнодушным к результатам деятельности человечества в целом: религиозность, чуткое восприятие душевных страданий других людей, способность к высшим формам опыта, чувственность и воля, свободолюбие, доброта, даровитость, мессианство. Лосский особо подчеркивает: «Русский человек обладает особенно чутким различением добра и зла; он зорко подмечает несовершенство наших поступков, нравов и учреждений, никогда не удовлетворяясь ими и не переставая искать совершенства добра». Ученый также обращает внимание на попытки России применить принципы христианства к международным отношениям, что выражается в стремлении, как подметил русский философ Вл. Соловьев, применить одну из заповедей Христа и к отношениям народов друг к другу: «Люби все другие народы как свой собственный».

В своем оригинальном труде «Философия общего дела» самобытный мыслитель и религиозный философ XIX в. Н.Ф. Федоров высказал идею, которая чрезвычайно актуальна для освобождения мировой космической деятельности от ошибок первых десятилетий конфронтаций и чрезмерной милитаризации: «Мы должны поставить человечеству одну общую цель и утверждать необходимость, возможность и обязательность установления целесообразности не словом, а общим делом».

Уверенность в том, что будущее человечества на планете и в космосе — это единство, осознанное построение гармоничных отношений в обществе с техникой и природой, звучит в одной из последних работ академика В.И. Вернадского: «Нельзя безнаказанно идти против принципа единства всех людей как закона природы... Человечество, взятое в целом, становится мощной геологической силой. И перед ним, перед его мыслью и трудом ставится вопрос о перестройке биосферы в интересах свободно мыслящего человечества как единого целого».

В философском наследии К.Э. Циолковского есть ряд положений, намного обогнавших его и наше время. Они относятся к проблемам весьма отдаленного будущего, когда актуальным станет построение гармоничного союза цивилизаций во Вселенной: «Во Вселенной господствовал, господствует и будет господствовать разум и высшие общественные организации».

Как и В.И. Вернадский, К.Э. Циолковский считал построение целостной гармоничной цивилизации естественной задачей человечества, познающего и совершенствующего себя как органичную составную часть биосферы Земли и бесконечной Вселенной: «Объединение должно быть, ибо этого требуют выгоды существ. Если они зрелы, то разумны, а если разумны, то не станут сами себе делать зла. Анархия есть несовершенство и зло».

Так или иначе, через призму исследованных концепций видятся две магистральные альтернативы в глобальном развитии: оно или сведется к очередному витку научно-технической революции и новым достижениям экономики, либо окажется связанным с духовной реформацией, касающейся системы ценностей, приоритетов, жизненных ориентаций и смыслов.

При этом следует учитывать три важнейших обстоятельства.

Во-первых, НТР посредством автоматизации производства, интеллектуализации техники коренным образом изменяет место и роль человека в технологическом процессе.

Во-вторых, НТР предполагает такого работника, который по уровню своего интеллектуального развития и разносторонности способен сформировать достойную человека искусственную среду его жизнедеятельности (ноосферу). Потребность в человеке универсальном, гармонически развитом, творчески активном и социально ответственном — не выдумка философов. Становление человека новой формации выступает как технологическая, экологическая и экономическая необходимость. Без такого человека, который бы все свои решения и дела соизмерял с интересами и делами всего человечества, общественный прогресс невозможен.

В-третьих, люди должны овладеть новым мышлением, перейти к новому типу рациональности. Рационализация общества, односторонне ориентированная на рост производства вещей или извлечение прибыли, оборачивается иррациональными катастрофическими последствиями для человечества в целом и каждого отдельного индивида. Такая рациональность должна быть заменена рациональностью гармонического развития.

В то же время очевидно, что гармонизация и человеческого сообщества, и взаимоотношений индивида и общества невозможна без разработки человечеством научно обоснованной стратегии своего поведения в природной среде. Это вытекает из самой сути диалектики социального и природно-биологического, ибо человек в своем природно-биологическом качестве — это уже не просто «часть» природы, а ее органический элемент, находящийся во взаимодействии и взаимовлиянии с другими элементами и частями, составляющими некоторое диалектически противоречивое единство, целостность.

Как сказал К. Маркс, «человек живет природой. Это значит, что природа есть его тело, с которым человек должен оставаться в процессе постоянного общения, чтобы не умереть». В этом смысле человек — скорее орган такого целого, и он доказал это, может быть, пока что в большей степени деструктивной функцией в природе как в своем «теле». Без учета этого человечеству не разрешить следующее ключевое противоречие. С одной стороны, дальнейшее наращивание техногенного пресса на природную среду равносильно самоубийству, а с другой — без интенсивной эксплуатации природной среды прогресс и процветание человечества немыслимы.

Остановить прогресс общества, повернуть его историю вспять, «назад в пещеру», невозможно, но и продолжать наращивание темпов производства за счет стихийного прогрессирующего разграбления естественных ресурсов и ухудшения среды обитания недопустимо. Именно поэтому, чтобы разрабатываемые концепции (или парадигмы) глобального развития адекватно реагировали на текущую динамику глобальных процессов и тем самым увеличивали достоверность прогнозов мирового развития, не обойтись без географических основ, без географического взгляда на единство и целостность географической оболочки, без географических методов исследования ее структуры и функционирования.

Последнее актуально еще и потому, что системный подход в охарактеризованных концепциях глобального развития реализуется главным образом через призму результатов, достигнутых в сфере социально-гуманитарных дисциплин. Нисколько не умаляя значения этих достижений, все же необходимо отметить явный недоучет того вклада в системный анализ, который сделан естественно-научными дисциплинами. Например, для того же физика-географа является вполне очевидным, что структура связей в выстраиваемой системе глобальных проблем должна иметь иерархическую пространственно-временную архитектуру, которая, однако, не находит пока наглядного отражения в существующих корреляционных схемах (например, у Ю.Н. Гладкого, 1994). Учет принципа иерархической соподчиненности, несомненно, позволил бы существенно облегчить построение системы причинно-следственных связей глобальных проблем и сделать его более целенаправленным.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >