Полная версия

Главная arrow Этика и эстетика arrow Этика

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Доктрина утилитаризма Иеремии Бентама

В книге английского философа Иеремии Бентама «Введение в принципы нравственности и законодательства» (написана в 1780 г., а опубликована в 1789) содержится первое и наиболее полное изложение доктрины утилитаризма. Бентам исповедует «принцип полезности». В соответствии с этим принципом любые действия следует поощрять или порицать в зависимости от их тенденции усиливать или ослаблять пользу для отдельного индивида или группы людей. Можно ли обосновать или доказать данный принцип? Нет, это невозможно, и тем не менее он носит абсолютно фундаментальный характер. В более позднее время Бентам стал называть этот принцип «принципом наибольшего счастья». Каждый закон, каждое установление он предлагал оценивать в зависимости от его полезности, т.е. от того потенциала счастья, которое они содержат для наибольшего числа людей. Полное достижение этого принципа невозможно, но это не мешает обозначить вектор движения и стремиться к возможному счастью.

Впервые после Аристиппа теория о том, что цель жизни человека — осуществление его желаний, получила отчетливое выражение у философов XVII и XVIII вв. Такая концепция могла возникнуть во времена, когда слово «польза» перестало обозначать «пользу для души» (как в Библии), а приобрело значение «материальной, денежной выгоды». Для Томаса Гоббса счастье — это непрерывное движение от одного страстного желания к другому. Французский естествоиспытатель Жюльен Ламетри (1709—1751) даже рекомендует наркотики, поскольку они по крайней мере создают иллюзию счастья. Французский писатель и философ маркиз де Сад (1740—1814) полагал, что удовлетворение жестоких импульсов законно: раз они существуют, значит, должны быть удовлетворены.

Сам Бентам называл в качестве тех мыслителей, которые уже касались этой темы и проводили названный принцип полезности, Ф. Хатчесона, Ч. Беккария, Д. Пристли и К. Гельвеция. Он ссылался также на огромное влияние, которое оказала на него третья книга («О морали») работы Д. Юма «Трактат о человеческой природе». Однако ни у кого из предшественников идея пользы не проводилась с такой последовательностью, как у Бентама. По мнению Бен- тама, данный принцип обнаруживается в четырех сферах: физической, политической, моральной и религиозной. Постоянное действие данного принципа легче всего обнаружить в физической сфере. Бентам, по сути дела, предвосхищает возникновение бихевиоризма как психологического течения XX в. Сторонники бихевиоризма считали, что именно поведение дает нам возможность судить о психологии человека. Точно так же Бентам доказывал, что мотивы и желания еще не свидетельствуют о нравственности человека. Можно исповедовать благие намерения, но быть аморальной личностью. Только реальный поступок дает основание для конкретного вывода о моральном состоянии человека.

Однако насколько реально обращаться к конкретным людям с такой проповедью полезности? Ведь каждый человек добивается личного счастья и не всегда руководствуется чувством долга. Бентам обращался прежде всего к законодателям и политикам, надеясь, что они смогут использовать систему поощрений и наказаний для максимального прирастания «пользы», которая обнаруживает себя уже как всеобщий принцип. Таким образом, в этике Бентама появился нормативный акцент. Собственное личное счастье, по Бента- му, является залогом общего счастья. Поэтому вся система воспитания должна показывать рядовому человеку, как можно обрести обоюдную пользу в общем стремлении к благополучию.

Главным движущим мотивом поведения человека Бентам считал стремление к удовольствию, которое позволяет избегать страданий. Здесь, как мы видим, выражаются иные, нежели у Шопенгауэра, идеи. Пытаясь обосновать принцип удовольствия, Бентам выделял его условия — интенсивность, длительность, определенность, близость. Удовольствие окажется меньшим, если оно будет неинтенсивным, кратковременным, неопределенным и отдаленным от того, кто несет собой это удовольствие. Если же речь идет не об отдельном человеке, а о группе, то здесь обнаруживаются и дополнительные факторы — плодотворность, чистота и широта распространения. Насколько безусловны эти рассуждения? Разумеется, они весьма уязвимы. Ведь многих людей привлекают страдания в силу их психологической природы. Да и стремление к удовольствиям по- разному проявляется в различные эпохи.

Характеризуя эти этические споры, юрист и историк Б.Н. Чичерин писал:

Человек в своей практической деятельности движется побуждениями двоякого рода. С одной стороны, он ищет удовольствия и избегает страдания. Стремление к счастью составляет высшую цель его жизни. С другой стороны, как существо нравственное, он различает добро и зло. Высшим решающим началом является здесь не стремление к удовольствию, а совесть, которая верховным законом человеческой жизни полагает деятельность не для себя, а для других[1].

  • [1] Чичерин Б.Н. Наука и религия. С. 121.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>