Психология инвестирования: от Спекулянта до Олигарха

Инвестиционная культура современной России

Говорить об инвестиционной культуре современной России нужно в достаточно широкой исторической перспективе, учитывая и такие, казалось бы, напрямую не связанные с инвестированием явления, как политическая традиция, стратегии потребления, климатические условия и культура труда. Я не склонен разворачивать по этому поводу обширный эпос «от Адама», поэтому предпочту более лаконичную форму изложения.

Особенности российской инвестиционной культуры, которые я назову, конечно, являются результатом не культурологического анализа, а итогом моих многолетних наблюдений. Это выводы, основанные на тех ситуациях, в которых я оказывался сам или свидетелем которых был. Со временем эти наблюдения выкристаллизовались в несколько тезисов. Именно на них сегодня строится мое понимание особенностей мышления российского инвестора.

• Россия — страна коротких инвестиционных операций и высоких рисков

Эта простая, казалось бы, идея строится на достаточно существенных историко-культурных основаниях. Дело в том, что издревле климат нашей страны с его ярко выраженной сезонностью (за исключением самых южных областей) предполагал сезонный характер труда. Крестьянин, который половину зимы лежит на печи, а в страду пашет как проклятый, был приметной фигурой русской жизни. Аграрное общество существовало намного дольше, чем более современные типы экономики, и именно этот факт обусловил психологию нашего народа. Нынешний российский рабочий или офисный менеджер склонен скорее к эпизодической, но очень интенсивной работе, нежели к постоянному приложению усилий.

Подход к трудовой деятельности обусловил и поведение во всех других областях жизни (например, пристрастие к редким, но продолжительным или разгульным праздникам). Нашел он отражение и в инвестиционной культуре. Многие российские инвесторы предпочитают краткосрочные, но очень высокодоходные операции более длительным вложениям, которые могут предполагать оптимальное соотношение рисков и доходности и иметь достаточно высокий коэффициент Шарпа.

Российский инвестор достаточно нетерпелив, нацелен на быстрый результат и склонен к рискам

Внимательный читатель, конечно, заметит, что большинство людей (как и большинство инвесторов) не склонны к риску и стремятся сохранить свои деньги. Действительно, консерваторы составляют подавляющую часть популяции населения планеты независимо от культурных и национальных различий. Тем не менее есть что-то вроде среднего градуса по стране. Не стоит забывать, что еще совсем недавно наши граждане массово участвовали в финансовых пирамидах, а российская индустрия MLM (сетевого маркетинга) переживала небывалый расцвет.

Соответственно, российский инвестор достаточно нетерпелив, нацелен на быстрый результат и склонен к рискам. О них и поговорим.

Для этого нам вновь, как ни странно, придется мысленно вернуться к аграрной эпохе. Наша страна относится к так называемой зоне рискованного земледелия. Ситуация, когда пословица «Что посеешь, то и пожнешь» срабатывает далеко не всегда, обусловила базовую неуверенность россиян в завтрашнем дне. Если добавить к этому экономическую и политическую нестабильность, которая красной нитью проходит через всю нашу историю, картина становится ясной.

Россияне в целом и российские инвесторы в частности, не знающие, что произойдет завтра, просто обречены на ситуацию, когда их тактическое мышление преобладает над стратегическим (если не считать стратегией чисто теоретические размышления, которым они предаются, лежа на обломовском диване). Типичный российский инвестор старается сделать закладку на год-полтора, а иногда и меньше, но почти никогда не видит более отдаленную перспективу, которая зачастую и впрямь представляется туманной.

• Россия — страна теневой экономики

Длительное подавление предпринимательской инициативы как до революции, так и во времена советской власти привело к формированию обширного сектора теневой экономики. И хотя современные условия ведения бизнеса позволяют, как стало модно говорить, быть «белыми и пушистыми», пренебрежение юридическими формальностями сохранилось. Пожимать руки и делать объявления «при честном народе» вместо нормального оформления договорных обязательств или искать источники заработка, не учтенные на бумаге, — все это до сих пор остается заметным явлением в российском бизнесе.

С такой манерой неформального ведения дел я сталкивался достаточно часто, и всякий раз это выглядело вполне анекдотично.

ПРИМЕР

Помню, как покупал акции некоего завода в одной из южных областей России у вполне уважаемого там предпринимателя. Я прилетел на переговоры, приехал к нему в офис, а он вдруг, вместо того чтобы обсуждать сделку, говорит: «Давай поплаваем на моей лодке...» Я из вежливости согласился.

Плавали мы часов 20: ели, пили, разговаривали, смотрели футбол и т.д. Потом в самом конце он мне говорит: «Яков, ты — хороший человек, я тебе отдам завод». Я спрашиваю: «А как же юристы, аудиторы, бухгалтеры, акции, проверки, инвентаризация и т.д.?» Он отвечает: «Бери завод, что надо, проверяй — там все в порядке, деньги через две недели привезешь». После чего вызвал директора, женщину средних лет, и патетически сказал: «Теперь он — твой начальник, слушайся его, как меня...»

Парадоксально, но этот странный способ ведения дел часто прекрасно работает.

ПРИМЕР

Однажды мы заинтересовались одним предприятием- банкротом. Бизнес был нам интересен, и мы приехали на собрание кредиторов в другой город. Один бизнесмен предложил нам купить долг его предприятия-банкрота. Денег мы с собой не взяли, но я сказал, что мне интересно. Надо было оформлять цессию довольно быстро, чтобы получить достаточно голосов на собрании кредиторов.

В итоге была выбрана необычная схема: я дал ключи от своего Mercedes в залог, пока в Москве в течение трех часов передавали задаток, через неделю мы подписали договор, а оплатили его только три месяца спустя.

Как видно из этого примера, в ряде случаев джентльменское соглашение вполне может быть инструментом ведения дел.

Иногда, впрочем, привычка решать вопросы неофициальным путем поворачивается к нам своей уродливой стороной. Я имею в виду неудержимое стремление менеджеров воровать и брать откаты. Эта практика очень препятствует цивилизованному инвестированию в развитие предприятий. Наемный директор уже через год начинает чувствовать себя хозяином. В силу слабого законодательства он обладает практически неограниченными полномочиями, поэтому, чувствуя свою безнаказанность, просто крадет активы, а затем ищет защиту через коррупционные схемы. На Западе его бы просто посадили, а у нас это весьма распространенное и пока безнаказанное явление.

ПРИМЕР

Мои знакомые продавали спортивный инвентарь японского производства и заняли довольно большую долю рынка. Японский производитель заинтересовался и предложил войти в их капитал, чтобы развивать бизнес вместе. Они отказались, мотивировав это не вполне понятными для японского менеджмента соображениями: «Тогда нам бы пришлось создавать новую компанию, чтобы выводить туда прибыль с совместного предприятия. А так как фирма у нас уже есть, то нам "неохота" это делать». Я тогда спросил: «А почему бы вам честно не показывать прибыль партнерам и не расти вместе с ними?» Они вопроса не поняли...

• Россия — не Запад, но очень хочет им стать

Несмотря на специфические отличия российского бизнеса, которые мы уже назвали, россияне всегда стремились и стремятся быть (и еще более — казаться) более западными людьми.

Традиции этой уже много веков, и исчислять ее нужно с эпохи Петра Великого, а то и со времен Алексея Михайловича Романова.

Так или иначе, желание быть «западнее» нашло отражение и в инвестировании. Это отчасти продиктовано требованием безопасности капитала и относительной стабильностью финансовых институтов западных стран, а отчасти является результатом сложившегося культурного стереотипа.

Как известно, российский регулятор жестко ограничивает возможности использования глобальных инвестиционных инструментов. Но это не останавливает инвесторов в их неподдельном интересе к глобальным инвестиционным сценариям, что естественно, поскольку никому не хочется держать яйца в одной корзине. Все мы помним, что у российского рынка довольно большая бета: он быстро идет на подъем, но быстро и опускается. Поэтому использовать инвестиционные возможности в других странах весьма эффективно.

• Россия — страна быстро приобретенных капиталов

Значительный рост цен на энергоносители, начавшийся на товарных биржах в 1999 г., увеличил привлекательность России в глазах зарубежных инвесторов. Платформой для роста экономики страны стали положительное сальдо торгового баланса, рост покупательной способности населения и инвестиции в реальный сектор. Это привело к повышению прибыльности и улучшению финансовых показателей многих российских предприятий. В результате за восемь предкризисных лет индекс ММВБ, отражающий капитализацию наиболее крупных компаний, увеличился более чем в 9,5 раза, т. е. среднегодовой рост индекса за этот период составил 30,3%.

Позднее глубокое падение нефтяных котировок во втором полугодии 2008 г., отток капитала с развивающихся рынков и последовавшая девальвация рубля подорвали кредитоспособность многих российских компаний. Фондовый рынок также испытал масштабные потрясения: индексы российских акций за полгода снизились в четыре раза, а капитализация отдельных эмитентов второго и третьего эшелонов в определенные моменты падала по сравнению с историческими максимумами более чем в 10 раз.

Таким образом, многие капиталы, появившиеся в очень короткие сроки, начали на глазах таять. Российские частные и корпоративные инвесторы оказались психологически не подготовлены к таким испытаниям. Принципиальное отличие «старых денег» заключается в возможности действовать в долгосрочной перспективе, испытывая подъемы и спады. Нашему молодому капитализму просто не хватило исторического опыта для переживания экономических спадов. Как следствие, экономический кризис 2008 г. деформировал еще не устоявшуюся инвестиционную культуру, радикально увеличив разброс психологических стратегий инвестирования от суперконсервативных до авантюрных.

• Россия управляется сердцем

В 2002 г., когда я покупал предприятие недалеко от Москвы, был эпизод, смешной и печальный одновременно.

ПРИМЕР

Я договорился с генеральным директором предприятия о покупке 41% и послал менеджеров скупать акции у сотрудников. И все было хорошо, пока вдруг директор не передумал отдавать последние 10%.

По телефону он ответил мне что-то невнятное, поэтому пришлось сесть в машину и помчаться на предприятие в соседнюю область. Спрашиваю директора: «Передумал?» А он хмурый такой сидит: «Не знаю. Думаю еще». И внезапно мне предлагает: «Поехали к одной женщине, она нас рассудит». Женщина была пожилым нотариусом и сидела в какой-то неприметной полуразвалившейся избушке. Но была она у них чем-то вроде местного психоаналитика. Директор говорит: «Ну вот, Петровна, Яков дал мне денег, чтобы я ему продал 51 % завода, а я продал 41 %, а остаток мне отдавать жалко». Она спрашивает у меня:

«Ты деньги отдал?» Я говорю: «Да». Она спрашивает у директора: «А ты деньги получил?» Он в ответ: «Да». «Ну тогда, — говорит женщина, — подписывай прямо здесь». И директор прямо в этой избушке подписал договор на продажу остатка акций.

В России люди принимают решение сердцем, и иногда это бывают правильные решения.

Самое финансово верное из них на сегодня — стать успешным российским инвестором. И к этим страницам книги уже понятно, что собой представляет такой человек.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >