Полная версия

Главная arrow Культурология arrow Гуманитарный вектор, 2015, вып. 2(42) -

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

КУЛЬТУРА РОССИИ И КИТАЯ

CULTURE OF RUSSIA AND CHINA

УДК 008 ББК 71

Елена Валериановна Дробная,

аспирант,

Забайкальский государственный университет (672039, Россия, г. Чита, ул. Александро-Заводская, 30)

e-mail: lena-168@mail. ru

Язык иконы в творчестве Елены Черкасовой: священное слово и исихастское молчание

Статья посвящена актуальной проблеме преемственности русской культуры, репрезентации духовных смыслов православной религиозной живописи в современном изобразительном искусстве. Последовательное обращение современных художников к православному канону автор считает закономерным в свете культурообразующей роли православия для русской культуры. Целью статьи является исследование возможностей творческого осмысления современными православными художниками элементов художественного языка иконы на примере индивидуальных особенностей художественного стиля современного автора Елены Черкасовой. Используя феноменологический и семиотико-герменевтический методы, автор статьи выявляет в картинах Черкасовой композиционно-образные элементы, репрезентирующие целостные духовные смыслы иконы, определяет связь её творчества с исихастской традицией (философским источником канона в православной иконописи) и молчальничеством как частью исихастского метода познания Бога. В качестве наиболее ярких особенностей языка творчества Е. Черкасовой выделяются «замыкание уст» персонажей (согласно авторскому замыслу лишённых рта) и наполнение пространства картин священными текстами. Убедительное художественное выражение христоцентричности и синергической боговдохновен- ности творчества Черкасовой способствуют сохранению русской культурной традиции, преодолению нравственного кризиса современного социума и конфликта интерпретаций между его культурными поколениями, обусловленного прерыванием религиозной традиции в нескольких генерациях людей, что позволяет определить автора Е. Черкасову в рамках религиозного направления современной живописи как современного православного художника.

Ключевые слова: исихазм, молчальничество, репрезентация, духовные смыслы, православный художник, Е. Черкасова.

Elena Valerianovna Drobnaya,

Postgraduate Student, Transbaikal State University (30 Alexandro-Zavodskaya St., Chita, Russia, 672039)

e-mail: lena-168@mail. ru

Language of Icon in the Work of Elena Cherkasova: Sacred Word and Hesychast Silence

This article focuses on to the actual problem of continuity of Russian culture, the representation of the spiritual meaning of the Orthodox religious paintings in modern art. Sequential treatment of contemporary artists to the Orthodox canon author considers logical in light of the role of culture-Orthodox Russian culture. The aim of the article is to study the possibilities of creative interpretation of modern Orthodox artists’ elements of artistic language icons on the example of the individual characteristics of the modern art style of the author Elena Cherkasova. Using the phenomenological and semiotic-hermeneutical methods, the author reveals in his paintings Cherkasova composition-shaped members shall represent the holistic spiritual sense, icons, defines the relationship of her work with hesychast tradition (source philosophical canon in Orthodox iconography) as a part of hesychast method of knowing God. The most striking features of the language of creativity E. Cherkasova allocated “closing the mouth” of characters (according to the author’s intention deprived of the mouth) and filling the space of the painting sacred texts. Convincing artistic expression Christocentric inspiration of creativity and synergy Cherkasova contribute to the preservation of the Russian cultural tradition, to overcome the moral crisis of modern society and the conflict between the interpretations of its cultural generations due to the interruption of religious tradition in several

95

©Дробная E. B., 2015

generations of people, which allows to identify the author E. Cherkasov within the religious direction of modern art as a modern Orthodox artist.

Keywords: Hesychasm, molchalnichestvo, representation, spiritual sense, Orthodox artist E. Cherkasova.

Актуальность статьи определена необходимостью изучения способов сохранения и преемственности русской культурной традиции в глобализирующемся мире. Современное состояние культуры мыслится как итог её исторического развития. Как «огромное целостное явление», культура, по убеждению академика Д. С. Лихачёва, включает в себя «не только весьма ограниченный круг явлений: театр, музеи, эстраду, музыку, литературу <...> В понятие культуры должны входить и всегда входили религия, наука, образование, нравственные и моральные нормы поведения людей и государства. <...> Культура - это святыни народа, святыни нации» [3, с. 9]. Культурообразующей основой русской культуры в целом и «духовно-христианского» характера культуры России в особенности Д. Лихачёв считает православие [3, с. 15, 21-22]. По мнению социолога П. Сорокина, «христианское ’’Кредо”, развитое в учении великих духовных отцов», определило то, что «господствующий русский склад ума... и вся система великих ценностей были идеологическим, бихевиористским и материальным выражением и развитием ... христианской религии» [5, с. 34]. Искусствовед В. Тюлькин подчёркивает, что высоким ориентиром и «плодотворным источником» для современного искусства России должна являться древнерусская живопись, «которая на протяжении семи веков была только церковной» [7].

Оправдывая духовное беззаконие даром изначальной свободы человека, современное общество ввергло себя в острый нравственный кризис. Возрождение религиозного сознания, появление интереса у широких слоёв российского социума к вопросам религии и веры привели к появлению в современном изобразительном искусстве большой группы авторов, проповедующих синергическую боговдохновенность таланта, наполняющих своё творчество идеациональными смыслами. Последнее выражается, в частности, в использовании элементов иконы, не представляющей собой какой-либо единичный аспект православного вероучения, а выражающей национальную духовность как таковую.

М. Кукин справедливо отмечает: для того, «чтобы стать христианским художником, современному художнику недостаточно взяться за христианские сюжеты и темы, пусть даже и с самыми благими намерениями. Его задача куда труднее: художнику надо внутренне дорасти до высоты этих сюжетов и в итоге найти для них убедительное и адекватное художественное выражение» [2]. Исследование ставит перед собой цель, используя феноменологический и семиотико-герменевтический методы, выявить в картинах Елены Черкасовой композиционно-образные элементы, репрезентирующие целостные духовные смыслы иконы, определяющие связь её творчества с исихазмом (мистическим аскетическим учением монашества Восточной Церкви) и молчальничеством как частью исихастского метода познания Бога. Художественные истоки творчества Е. Черкасовой исследователь Вильям Мейланд видит в фаюмском портрете, европейском и русском примитивизме, византийской книжной графике, коптском и эфиопском народном искусстве, грузинской иконописи [4]. Феноменологическое исследование картин Черкасовой позволяет говорить о духовной связи её творчества с русской иконой: сюжетно опираясь на священные тексты, оно становится настоящей проповедью на холсте.

Иконописание - одна из форм служения Богу. Основанный на исихастской аскезе и молчальничестве (как части исихастской традиции) православный канон отражает святоотеческое понимание богословия, представляющее собой синергическое обретение и «прямую передачу ... личного опыта самим человеком, который испытал этот опыт <...> на высших ступенях аскетического делания» [8]. Возникший как келейная практика египетских монахов IV века, в XIV - нач. XV века исихазм стал широким общественно-политическим и духовным движением, оказавшим влияние на все стороны жизни православного мира. «Исихия» в переводе с греческого означает «внутренний мир, тишина, уединённое место», но это гораздо больше, чем простое молчание. В основе исихастского учения лежит цитата из Нового Завета: «Царствие Божие внутрь вас есть» (Лк., 17:21). «Замыкание уст» позволило Отцам Церкви синергически обрести и закрепить канон иконы: «основы положения православного вероучения основываются на многовековом опыте старцев, передающих сущность явлений, полученных ими в безмолвии затворничества, сформулированных и утверждённых на Вселенских соборах» [7, с. 261].

Индивидуальный художественный язык Е. Черкасова (художник, актриса и поэтесса, однажды задумавшаяся о жизни, о главном, о вере) приобрела за долгие 12 лет творческого молчания. Пришло понимание «иных, иносказательных возможностей говорить о Боге и о своей вере, не прибегая к языку иконописи и к языку традиционной реалистической живописи» [2]. М. Хорькова говорит об этом так: «У неё одновременно сочетаются очень точное, тонкое понимание духа православия, христианской идеи радости, надежды, спасения, будущего, всего хорошего и светлого, что несет Христос людям и при этом умение показать это через образ в живописи» [9].

Под словом «икона» Отцы Церкви понимали весь мир, сотворённый совершенным Художником - Богом. Творческий талант делает человека уникальным, подобным Великому Творцу. Реализуя творческие способности своей личности, человек приближается к Богу, становится его сотворцом. Духовные смыслы иконы появляются в композиционно-образном ряде и языке изобразительных средств картин Е. Черкасовой: следуя канонической анонимности иконописи и народного творчества, автор сознательно дистанцируется от желания передать в художественном тексте «себя», свои настроения или подсознание, художник «находится как бы на служебном положении, и, видимо, именно благодаря этому в работах Черкасовой возникает такое редкое качество, как непридуманность, убедительность образа» [2]; картины Черкасовой не изображают исторического времени - их персонажи пребывают в вечности; иконографическое отсутствие светотеневой моделировки условных и обобщённых фигур делает картины Е. Черкасовой двухмерными; размер персонажей зависит прежде всего от значимости образа в художественном тексте. Пейзаж картин условен и выполняет вспомогательные функции. Символизм художественного языка Черкасовой - это осознанное следование священному тексту, полное доверие к нему.

Е. Черкасова прямо указывает на свя- щеннобезмолвие как источник священного текста. Одной из ярких особенностей художественного стиля Черкасовой можно считать то, что герои её картин безусловно молчаливы: на их лицах автор часто не изображает рта. Задача творчества Елены Черкасовой - помочь современникам обрести ценность молчания, ведущего к непосредственному общению с Богом. Цель молчания - это не только борьба со страстями многословия и пустословия, это - собирание в себе Святого Духа: «Блаженны те, которые не проповедуют Евангелие словами, но живут им и проповедуют его своим молчанием, с помощью благодати Божией, которая и выдаёт их» [6, с. 210].

Священнобезмолвие пневматологически отделяет добро от зла: зло на языке, недаром св. Георгий поражает змия, символизирующего зло, именно в язык. Обретённая в молчании «невыговариваемая истина» становится звучащим текстом. Надписи в иконографии претворяются в священные символы, воплощающие определённые религиозные идеи, текст соединяется с изображением, соучаствует в сложении образа [10]. Пространство работ Е. Черкасовой стеснено церковнославянским текстом, не просто «привязываясь» к конкретному кусочку Священного Писания, который иллюстрирует картина; в художественных текстах Черкасовой слово «работает во всю силу, становясь и ’’фоном”, и ’’местом действия”, и преградой, и ’’архитектурой”, оставаясь при этом ’’содержанием”, словом, которое прямо тут же и изображено» [1]. Буквы, слова, целые тексты наполняют картины и графические работы Черкасовой, составляя обрамление сюжетов, появляясь в орнаменте одежд, превращаясь в идущий снег, создавая воздух и глубину: беззвучная мысль, претворяясь в священный текст, заполняет всё пространство вокруг материального персонажа. Сотворённый Богом мир не терпит пустоты.

Собственный опыт «творческого мол- чальничества» позволил художнице репрезентировать канон иконы как внутренний, духовный стержень творчества. Семиотико-герменевтический анализ работ Е. Черкасовой выявляет в них не эстетический, а аскетический и догматический смыслы, свойственные православной иконе, нацеленной на сохранение православного Предания (догматический смысл), в которой внутренняя красота важнее внешней (аскетический смысл) [7; 10]. Происходит «обнажение смысла, а следом открываются глубина, значительность, эпическая мощь» [2]. Анализируя творческие находки Е. Черкасовой, М. Кукин подчёркивает: «Черкасова даёт свой вариант ответа на острейший духовный вопрос современного человека: как ему говорить о Христе и о своей вере своими словами» [2]. Именно рассказ о Христе и вере (исповедание Христа и веры) является главной задачей иконописи, и акафистная радость, переполняющая работы Е. Черкасовой, подтверждает духовную близость её творчества русской иконе. М. Кукин описывает многолетний труд Черкасовой как «одно большое, развёрнутое во многих подробностях видение - видение Царствия Божия, небесных граждан, уже обитающих в Небесном Иерусалиме» [2].

Репрезентируя традиционные православные образы в своём творчестве, Е. Черкасова старается адаптировать духовное наполнение религиозного канона для восприятия современниками. Выраженный средствами живописи духовный смысл иконы как литургического текста становится более понятным современному зрителю. Феноменологический и семиотико-герменевтический анализ текстов культуры, созданных художником Е. Черкасовой, позволяет сделать вывод о репрезентации в её творчестве духовных смыслов иконы, обращении автора к исихазму и священнобезмолвию (как части исихаст- ского метода) для личной проповеди христианства, а автора определить как неординарного представителя направления современных православных художников, творчество которых не просто воспроизводит духовное содержание иконографического канона, но старается адаптировать его для восприятия современниками, помогая консолидации поколений и возрождению приоритетной духовной составляющей общественного сознания.

Список литературы

  • 1. Кукин М. Ю. Вход в Иерусалим [Электронный ресурс] // Альфа и омега. 2007. № 2 (49). URL: http:// aliom. orthodoxy, ru /arch /049 /kukinl. htm (дата обращения: 11.10.2014).
  • 2. Кукин M. Ю. Живопись - проповедь [Электронный ресурс] // Фома. 2006. № 11 (43). URL: http://foma. ru /zhivopis-propoved. html (дата обращения: 12.10.2014).
  • 3. Лихачёв Д. С. Русская культура. М.: Искусство, 2000. 440 с.
  • 4. Мейланд В. И творчество, и чудотворство [Электронный ресурс] // Наше наследие. 2006. № 79-80. URL: http://www. nasledie-rus. ru /podshivka /7936. php (дата обращения: 12.10.2014).
  • 5. Сорокин П. А. О русской нации. Россия и Америка. Теория национального вопроса. М. , 1994. 111 с.
  • 6. Старец Паисий Святогорец. Письма. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2001.224 с.
  • 7. Тюлькин В. И. Древнерусская иконопись: духовное предстояние - эстетическое созерцание // Изв. Рос. гос. пед. ун-та им. А. И. Герцена. 2009. № 93. С. 259-266.
  • 8. Хоружий С. С. Богословие - исихазм - антропология [Электронный ресурс]. URL: http://www. patri- archia. ru /db /text /650498. html (дата обращения: 02 10.2014).
  • 9. Хорькова M. «Праздник» Елены Черкасовой: человек в глазах Божиих [Электронный ресурс]. URL: http://www. taday. ru /text/799266. html (дата обращения: 11.10.2014).
  • 10. Чекаль А. Г. Шрифт в иконе и иконичный текст [Электронный ресурс]. URL: http://www. nesusvet. narod. ru /ico /books /chekal. htm#h3_4 (дата обращения: 11.10.2014).

References

  • 1. Kukin M. Yu. Vkhod v lerusalim [Elektronnyi resurs] // Al’fa i omega. 2007. № 2 (49). URL: http://aliom. orthodoxy, ru /arch /049 /kukinl. htm (data obrashcheniya: 11.10.2014).
  • 2. Kukin M. Yu. Zhivopis’- propoved’ [Elektronnyi resurs] // Foma. 2006. № 11 (43). URL: http://foma. ru / zhivopis-propoved. html (data obrashcheniya: 12.10.2014).
  • 3. Likhachev D. S. Russkaya kul’tura. M.: Iskusstvo, 2000. 440 s.
  • 4. Meiland V. I tvorchestvo, i chudotvorstvo [Elektronnyi resurs] // Nashe nasledie. 2006. № 79-80. URL: http://www. nasledie-rus. ru /podshivka /7936. php (data obrashcheniya: 12.10.2014).
  • 5. Sorokin R A. О russkoi natsii. Rossiya i Amerika. Teoriya natsional’nogo voprosa. M. , 1994. 111 s.
  • 6. Starets Paisii Svyatogorets. Pis’ma. Svyato-Troitskaya Sergieva Lavra, 2001.224 s.
  • 7. Tyul’kin V. I. Drevnerusskaya ikonopis’: dukhovnoe predstoyanie - esteticheskoe sozertsanie // Izv. Ros. gos. ped. un-ta im. A. I. Gertsena. 2009. № 93. S. 259-266.
  • 8. Khoruzhii S. S. Bogoslovie - isikhazm - antropologiya [Elektronnyi resurs]. URL: http://www. patriarchia. ru /db /text /650498. html (data obrashcheniya: 02. 10.2014).
  • 9. Khor’kova M. «Prazdnik» Eleny Cherkasovoi: chelovek v glazakh Bozhiikh [Elektronnyi resurs]. URL: http://www. taday. ru /text/799266. html (data obrashcheniya: 11.10.2014).
  • 10. Chekal’ A. G. Shrift v ikone i ikonichnyi tekst [Elektronnyi resurs]. URL: http://www. nesusvet. narod. ru / ico /books /chekal. htm#h3_4 (data obrashcheniya: 11.10.2014).

Статья поступила в редакцию 23.10.2014

УДК 89

ББК Ш 5 (2=Бу)

Татьяна Максаровна Дугаржапова,

доктор филологических наук, профессор, Забайкальский государственный университет (672039, Россия, г. Чита, ул. Александро-Заводская, 30) e-mail: tatiyanamaksarovna@yandex. ru

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>