Полная версия

Главная arrow Прочие arrow Писать поперек

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

ТИПЫ ПУБЛИКАЦИИ И КАНАЛЫ РАСПРОСТРАНЕНИЯ ПЕРЕВОДОВ ЗАРУБЕЖНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ В РОССИИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX — НАЧАЛЕ XX ВЕКА

В этой статье мы ставим целью рассмотреть формы доведения иностранной художественной литературы до русского читателя в указанный период — в контексте социокультурной роли литературы вообще и переводной в частности.

В России художественная литература как социальный институт появилась в XVIII в.[1] [2] Этот институт создавался по западным образцам и начинал свое существование с переводов (первая изданная в России художественная книга — осуществленный В.К. Тредиаковским перевод романа П. Тальмана «Езда в остров Любви» — вышла в 1730 г.). Переводы на ранней стадии существования русской художественной литературы оказывали тройное действие: 1) вводили сам институт художественной литературы, 2) вводили образцы поэтики (виды, жанры, стили и т.д.), 3) вводили новые социокультурные ценности, отсутствовавшие в русской культуре. Постепенно художественная литература «прививалась» на русской почве, но примерно до середины XIX в. переводы количественно преобладали среди публикуемых в России литературных произведений (правда, в различных видах и жанрах литературы соотношение оригинальных и переводных произведений было различным).

Некоторые темы долгое время были табуированы в русской культуре, считались малозначимыми или непристойными, и, соответственно, отсутствовала традиция их репрезентации в искусстве, в частности в литературе. Кроме того, многие соответствующие явления в самой жизни находились в зародышевом состоянии. И наконец, разработке ряда тем и мотивов на отечественном материале (религиозные искания, социальный протест, эротика) противодействовала цензура[3]. Зарубежная литература заполняла существующие ниши, тематизируя те конфликты норм и ценностей, которые не находили отражения в отечественной литературе, и знакомя с образцами и нормами поведения, отсутствующими в России. Речь идет о социальных конфликтах и сословных барьерах в большом городе (авантюрно-приключенческий роман), отношениях полов (любовно-мелодраматический роман), преступлении (уголовный роман) и т.д.

Период второй половины XIX — начала XX в. — время приобщения широких кругов населения к чтению, прежде всего к чтению художественной литературы. Это был достаточно длительный процесс, причем в сферу влияния художественной литературы постепенно вовлекались новые социальные слои, стоящие все ниже и ниже на социальной лестнице.

При этом темпы приобщения к отечественной и зарубежной литературе были отнюдь не одинаковыми. Если «верхние» социальные слои (аристократия, состоятельные дворяне) долгое время читали зарубежную литературу (часто на языке оригинала), игнорируя отечественную или уделяя ей мало внимания, то средние слои читали как отечественные, так и переводные литературные произведения, а низшие слои (крестьяне, купечество) долгое время практически не обращались к переводной литературе. Лишь постепенно, поскольку их затрагивали процессы социальной модернизации и актуальными для них становились конфликты различных ценностей, которые игнорировала литература отечественная (противостояние стремления к обогащению и закона; столкновение человеческих чувств и сословных норм и т.д.), они приобщались к чтению переводной литературы.

Образование в стране целого ряда читательских аудиторий, существенно отличающихся друг от друга по уровню благосостояния, образования, социального и культурного опыта, читательских навыков и т.д., вело к возникновению различных по характеру каналов доведения до читателя художественной литературы, причем со второй половины XIX в. универсальные каналы создают специфические формы подачи зарубежной литературы, и, кроме того, возникают специфические каналы, рассчитанные на «доставку» только подобных текстов.

Рассмотрим основные сложившиеся в то время типы публикации зарубежной литературы'1.

Наиболее знакомая нам, но отнюдь не главная тогда форма публикации — это книги. Книжная торговля в России была развита [4] [5]

слабо, даже в середине XIX в. стабильные книготорговые точки были только в губернских городах, да и то не во всех, причем репертуар предлагаемой покупателям книжной продукции был очень скуден. Можно было, конечно, заказать книгу по почте, однако пересылка существенно удорожала книгу, кроме того, чтобы знать о ее выходе, нужно было по журналам и газетам следить за книготорговой рекламой. Поэтому основной формой доведения иностранной литературы до читателя в 1840—1860-х гг. были универсальные толстые журналы («Библиотека для чтения», «Отечественные записки», «Современник», «Русский вестник», «Дело» и др.).

Обычно в них из номера в номер печатался какой-нибудь переводной роман, время от времени помещались и переводные новеллы, и классические пьесы. Например, в 1855 г. в «Библиотеке для чтения» были напечатаны романы Ч. Диккенса «Тяжелые времена», Ж. Санд «Лара», У. Теккерея «Ньюкомы», О. Кератри «Кларисса» и повесть

В. Гауфа. Довольно часто одно и то же произведение публиковалось параллельно в нескольких журналах, например «Давид Копперфильд» Диккенса в 1851 г. был переведен в «Современнике», «Отечественных записках» и «Москвитянине», его же «Наш общий друг» в 1864 г. — в «Русском вестнике», «Отечественных записках» и «Библиотеке для чтения», повесть Ф.Б. Гарта «Млисс» в 1873 г. — в «Деле», «Отечественных записках» и «Вестнике Европы», а роман Э. Золя «Деньги» вообще переводился в 1891 г. в 13 изданиях. С 1860-х гг. романы нередко печатались в номере в качестве приложения, с отдельной пагинацией, так что после завершения публикации романа их можно было переплести отдельно.

В 1840-х гг. переводились в основном французские писатели (Санд, Г. Ферри, А. де Мюссе), с 1850-х с ними успешно конкурируют английские (Диккенс, Теккерей, Э. Бульвер, Ч. Рид, Б. Дизраэли, Д. Элиот, У. Коллинз и др.); из французских в 1850—1860-х гг. много переводили Санд, А. Дюма-сына, Г. Флобера, В. Гюго. С конца 1860-х активно переводят немецких прозаиков (Б. Ауэрбах, Ф. Шпильгаген, Е. Марлит, Е. Вернер). С 1880-х приобретают популярность польские (Э. Ожешко, Б. Прус, Г. Сенкевич) и итальянские (Д. Верга, М. Серао, Л. Капуана) авторы.

На отбор произведений для перевода в конкретном журнале влияли разные обстоятельства. Это, во-первых, репутация автора. Романы писателей, уже завоевавших широкую известность, например Диккенса, Теккерея, Санд, стремились, соответственно, перевести многие. Во-вторых, это близость к редакции журнала (или членство в ней) человека, хорошо знакомого с той или иной зарубежной литературой и знающего соответствующий иностранный язык (например, знаток английской литературы А.В. Дружинин входил в редакцию «Библиотеки для чтения», редактор журнала «Русская мысль» В.М. Лавров был переводчиком с польского, и в этом журнале в 1881—1904 гг. было опубликовано 19 произведений Сенкевича, в том числе 6 объемистых романов). И наконец, в-третьих, это идейная близость переводимого произведения к идеологической программе журнала. Например, в консервативном «Русском обозрении» за 5 лет (1890—1894) были помещены переводы 30 зарубежных писателей, а в народническом «Русском богатстве» за такой же срок (1893—1897) — 16, но ни одного общего иностранного автора у них не было[6]. Однако это был далеко не главный фактор, поскольку журналы нередко печатали увлекательные и развлекательные произведения, чтобы увеличить число подписчиков, привлечь тех, кому были неинтересны «направленческие» публицистические статьи и романы. Так, радикальный журнал «Дело» печатал не только «идейно близких» Шпильгагена и Э. Золя, но и любовно-мело- драматические романы Е. Вернер и Марлит, детективные и «страшные» рассказы Э. По, уголовные романы Коллинза, Л. Ульбаха и др.

Нередко у журнала были «свои» зарубежные авторы, за творчеством которых журнал «следил» и часто их печатал, в то время как другие издания не обращались или почти не обращались к их творчеству. Например, в «Современнике» переводились практически все новые романы Диккенса и Теккерея, в «Деле» в 1867—1873 гг. было помещено 5 романов Шпильгагена и 3 романа Ф. Герштеккера (последнего вообще не переводили в других толстых журналах).

Следует отметить, что переводы зарубежной прозы были важной, но далеко не ключевой частью журнала. Журнал мог их почти не печатать или вообще обходиться без них, как, например, народнические журналы «Устои» (1882) и «Русское богатство» (в первые годы — 1881—1882).

Ситуация с публикацией переводов иностранной литературы начинает меняться во второй половине 1850-х гг. В эти годы с началом реформ и общественного подъема быстро росла и дифференцировалась читательская аудитория. К печатному слову приобщались новые слои населения. Все это сказалось и на распространении иностранной литературы. Если более проблемная, социально ориентированная литература (главным образом, книги английских писателей — Диккенса, Теккерея, Дж. Элиот и др.) продолжала печататься в толстых журналах («Отечественные записки», «Современник» и др.), то теперь смягчение цензурной политики приводит к тому, что начинают возникать периодические издания, целиком посвященные зарубежной литературе.

Тут можно выделить три категории. Первую составляли многочисленные издания, ориентированные на коммерческую прибыль и, следовательно, на удовлетворение наиболее массовидных запросов.

Самым известным и самым долголетним из изданий такого типа был ежемесячник «Собрание иностранных романов, повестей и рассказов в переводе на русский язык», выходивший в Петербурге в 1856—1885 гг.[7] Редактировала его (а с 1863 г. и издавала) писательница и переводчица Е.Н. Ахматова (1820—1904), прошедшая хорошую школу у редактора «Библиотеки для чтения» О.И. Сенковского. Все переводы для журнала были выполнены ею и двумя ее помощницами. Создавая журнал, она писала А.В. Дружинину: «...я рассчитываю на страсть провинциалов к романам и на дешевизну моего издания. Журналы наши помешались на Диккенсе и на Теккерее, тогда как в Англии есть много второстепенных писателей, которые, без сомнения, будут иметь успех у нас, особенно в провинции»[8].

В первый год издания (1856) в журнале были напечатаны переводы 10 романов: Анны Билль, Кэтрин Гор, Эдуарда Гэмлея, Джеральдины Джюзбери, Джулии Каваны, Джулии Пардо в переводе с английского, Анри Гондрекура, Даш (А.Г. Пуаю де Сен-Марс) и Поля де Кока — с французского и Эмили Карлен — со шведского. Большая часть названных авторов — это даже не второразрядные, а третьеразрядные писатели. Для сравнения возьмем 1876 г., когда в журнале были опубликованы переводы 11 романов: Эдуарда Дженкинса, Уилки Коллинза, Флоренс Мариэтт, Томаса Спейта, Джордж Элиот и Эдмунда Ятса (Йетса) в переводе с английского, Проспера Виалона, Эмиля Габорио, Ксавье де Монтепена, Виктора Шербюлье и Густава Эмара — с французского. Как видим, принципы отбора остались теми же самыми, только усилился крен в сторону авантюрно-приключенческой литературы.

В результате, хотя в своем журнале Ахматова печатала переводы Диккенса, Теккерея, Санд, Э. Троллопа, Н. Готорна, Гюго, Мопассана, Золя и т.д., преобладали там мелодраматические, авантюрно-приключенческие и уголовные произведения таких авторов, как Эмар, Коллинз, Габорио, П.А. Понсон дю Террайль, К. де Монтепен, Ф. Дю Буагобе, Э. Берте, Л. Мюльбах, М.Е. Брэддон, Г. Уд, А. Гуссе, Ульбах.

Публикуемые в журнале с продолжением произведения обычно сброшюровывались и продавались Ахматовой как отдельные издания. Такая практика существовала впоследствии и в других журналах этого типа. Когда один из издателей попытался отступить от этой традиции, он был вынужден уже в следующем номере исправить свою ошибку: «Ввиду выраженного весьма многими из гг. подписчиков желания уже с настоящей книжки журнала заголовок каждой помещенной вещи печатается с правой стороны и, кроме того, для каждого нового произведения устанавливается особая пагинация страниц, дающая возможность составлять впоследствии отдельные книжки романов»[9].

У широких читательских слоев журнал Ахматовой завоевал популярность. Мемуарист, характеризуя его как «весьма бойкое, но бесталанное издание, напичканное всякими, преимущественно французскими, романами, вроде “Похождений Рокамболя”, романов Густава Эмара и пр. <...>», сообщал тем не менее, что «единственный в городе [в ржевской городской библиотеке] экземпляр [этого журнала] разбирался быстро и возвращался туго»[10].

Однако в литературной среде к журналу сформировалось негативное отношение. Хотя И.С. Тургенев поместил в журнале Ахматовой предисловие к переводу романа М. Дюкана (1868. № 1), но в письме П.В. Анненкову он оценивал издание как «глупое»[11] [12]. По поводу выпускаемых Ахматовой сборников переводных произведений для детей П.Н. Ткачев писал: «Все, что есть самого посредственного в иностранной литературе, все это переводится, компилируется и обобщается г-жою Ахматовою в среде русских детей и отцов, малых и старых читателей г-жи Ахматовой»11. Писатель и публицист С.Ф. Шарапов, учившийся в конце 1860-х в гимназии, вспоминал: «Беллетристики в старших классах уже почти никто не читал, и читавших тайком романы издания Ахматовой называли институтками»[13].

В 1885 г. в печати разгорелась полемика по поводу журнала Ахматовой. Известный критик А.М. Скабичевский в газете «Новости» (№ 62) презрительно отозвался о романах, печатаемых в журнале Ахматовой, назвав их «дрянными и пакостными». Ахматова опубликовала в «Новом времени» (1885. 6 марта. № 3250) «Заметку на отзыв г. Скабичевского о моих “дрянных и пакостных романах”», где писала, что 30 лет «знакомила русских читателей с неизвестными у нас талантами английской литературы, самой пригодной для семейного чтения, к какому наиболее предназначался мой журнал», однако признавалась: «...я должна была давать моим читателям то, что нравилось им, а не мне».

В некрологах отмечалось, что «журнал этот в свое время пользовался как в столицах, так и в провинции большой популярностью»[14] и что Ахматова «приучила и приохотила к чтению переводных произведений десятки и сотни тысяч русских читателей»[15].

Другим «долгожителем» подобной периодики было выходившее в Петербурге в 1867—1891 гг. ежемесячное издание «Переводы отдельных иностранных романов» (с 1869 г. — «Переводы отдельных романов»; изд.-ред. Н.С. Львов, с 1874 г. — О. Сухомлина; с 1875 г. — Н.И. Львова (жена Н.С. Львова), с 1878 г. — их дочь М.Н. Львова, с 1880 г. — Е.Э. Лебедева). Тут обильно переводились романы К. де Монтепена, Габорио, Г. Борна, Ульбаха, Эмара, О. Фелье, Ж. Онэ и др. Историки журналистики пишут об этом издании: «За четверть века своего существования журнал напечатал огромное количество светских романов, приключенческих, развлекательных произведений, но почти полностью игнорировал серьезных европейских авторов»[16].

Соблазненные успехом изданий Ахматовой и Львова, выпускать периодические сборники и журналы, содержащие переводы зарубежной прозы, пытались многие, однако большинство подобных изданий успеха не имели.

Вот список основных:

  • — Библиотека избранных романов и повестей переводных (СПб., 1861—1862; изд. Н. Лермантов);
  • — Библиотека лучших иностранных романов и повестей в русском переводе (СПб., 1865—1868; изд.-ред. Е.А. Богушевич);
  • — Магазин иностранной литературы (СПб., 1873—1874; изд.-ред. А.С. Афанасьев-Чужбинский);
  • — Библиотека для чтения (СПб., 1875—1885; изд.-ред. В.И. Сахарова; печатались только переводные произведения);
  • — Журнал иностранных переводных романов (М.; 1876—1880; изд.-ред. Е.П. Воронова; с 1877 г. — Е.К. Гудвилович);
  • — Библиотека иностранных романов и повестей (СПб., 1881; изд.- ред. М.Ф. Ласковская);
  • — Библиотека исторических и уголовных романов (М., 1881—1887; ред. М.Н. Воронов; печатались только переводные произведения);
  • — Европейская библиотека. Журнал иностранных романов и повестей (М., 1881—1883; изд.-ред. Н.Л. Пушкарев);
  • — Иллюстрированные романы всех народов (СПб., 1885—1887; изд.-ред. О.П. Пелицаро);
  • — Всемирная библиотека. Журнал переводных романов и повестей (СПб., 1891—1892; изд.-ред. К.М. Плавинский);

— Новости иностранной литературы. Собрание переводных романов и повестей (М.; 1891—1899; изд.-ред. А.А. Левенсон; с 1892 г. соиздатель А.Я. Липскеров; с 1894 г. изд. А.Я. Липскеров, ред. А.А. Левенсон).

Столь большое число попыток издавать журналы переводов не должно удивлять. Россия не подписывала ни двухсторонние договоры об охране авторской собственности, ни Бернскую конвенцию об охране литературных и художественных произведений (1886), поэтому платить владельцам авторских прав было не нужно. Труд же переводчика оплачивался дешево, а в большинстве случаев обходился бесплатно, поскольку его осуществлял сам редактор издания. В силу этих причин при правильной постановке дела оно приносило доход и позволяло приложить свои силы людям, знающим иностранные языки, особенно женщинам.

Публикуемые переводы нередко были весьма вольными, переводимые произведения часто подвергались сильным сокращениям (если переводчик считал, что роман растянут, или не хватало места в журнале, или попадались фрагменты, сомнительные в цензурном отношении, или просто переводчик не понимал какое-то место). Это было свойственно и переводам в толстых журналах, а в изданиях данной категории встречалось повсеместно. Так, по наблюдениям И.М. Катарского, «произвол Сенковского и других русских редакторов и переводчиков приводил к тому, что из произведений Диккенса выбрасывались куски, “тормозившие”, очевидно, по мнению редактора, развитие действия, слова и поступки одних персонажей подчас передавались другим»[17]. В XIX в. довольно часто переводы помещались без указания автора или приписывались другому, более известному писателю[18].

Вторая категория специализированных журналов переводов — издания просветительского типа. Первым из них был журнал «Переводы лучших иностранных писателей. Иллюстрированный журнал» (СПб., 1871—1872; изд. С. Звонарев; ред. Марко-Вовчок (М. Маркович)), публиковавший в основном научно-популярные произведения, исторические очерки, произведения для детей, художественная проза (социально-критической направленности) занимала в нем немного места.

Иной характер имел «ежемесячный литературно-исторический журнал» «Вестник иностранной литературы» (СПб., 1891—1917; изд.

Г.Ф. Пантелеев; ред. А.Э. Энгельгардт, с 1893 г. Ф.И. Булгаков; затем С.С. Трубачев, с 1901 г. Г.Ф. Пантелеев, с 1907 г. изд.-ред. А.В. Швыров, с 1910 г. изд.-ред. С.А. Рехтзамер), который ставил, как говорилось в первом номере в обращении от редакции, себе задачей «давать своим читателям, в художественном, по возможности, переводе, все выдающееся, что появляется в литературе Запада. <...> Прежде всего произведения авторов, имена которых приобрели почетную известность в образованном мире, произведения, за которые ручается имя автора, найдут всегда место на страницах нашего журнала, но вместе с тем редакция считает своею обязанностью, следя за текущею литературою всех стран, останавливаться и на именах менее или даже совсем неизвестных, давать произведения начинающих авторов, если они отмечены печатью таланта»[19]. Тут печатались переводы классических произведений (Л. Стерна, А. Прево, Бальзака, П. Мериме, Г. Гейне и др.), но преобладали переводы современных авторов (Золя, Ф.Б. Гарта, Рони, А. Доде, П. Лоти, Р. Киплинга, Ожешко, Пруса, Г. Ибсена, Б. Бьёрнсона, С. Чеха). Переводы нередко снабжались предисловиями, биографическими справками об авторах, комментариями и т.п. В журнале печатались статьи о классических и современных писателях. В разделе «Смесь» велась хроника общественной и литературной жизни западных стран[20]. Позднее редактировавший «Вестник иностранной литературы» Ф.И. Булгаков стал издавать и редактировать «Новый журнал иностранной литературы, искусства и науки» (СПб., 1897—1909). В первом номере журнала он обещал «давать ясное и точное понятие о результатах умственной деятельности и общественной жизни за границей, о том фонде мировой культуры, ее идей и стремлений, который должен быть предметом любознательности и внимания для всех мыслящих и интеллигентных людей»[21]. Профиль журнала был расширен — тут публиковались материалы о современных искусстве и науке, издание было обильно иллюстрировано. В нем печатались переводы классики (Д. Дидро, Вольтера, Ф. Рабле, А. де Мюссе, Ж.-П. Рихтера и др.) и современных писателей (Ф.Б. Гарта, Т.Б. Олдрича, Золя, А. Доде, М. Твена, Эберса, Г. Уэллса, А. Франса, А. Бирса и др.), публиковались очерки по истории литературы, статьи о классических и современных писателях.

И, наконец, третья категория — издания научного типа. Первым был ежемесячник «Заграничный вестник. Учено-литературный журнал» (СПб., 1881 —1883; изд.-ред. В.Ф. Корш). Тут печатались не только переводы романов и рассказов Санд, Бальзака, Флобера, А. Доде, Золя, Г. Джеймса, Б. Перес-Гальдоса, Эберса, Коллинза и др., но и переводы классики, статьи о зарубежных литературе, искусстве и науке; существовал отдел «Современная летопись», посвященный культурной жизни западных стран. В журнале печатались В.В. Стасов, А.И. Кирпичников, В.И. Модестов, А.А. Козлов, Е.И. Конради, сам редактор и другие видные исследователи и публицисты.

Наиболее серьезное издание этого рода — «Пантеон литературы. Историко-литературный журнал» (СПб., 1888—1895; изд.-ред. А. Чудинов, с 1891 г. изд. Ф.В. Трозинер, ред. А. Чудинов). Журнал ставил своей целью «знакомить русское общество с творениями мировых гениев всех времен и народов, с лучшими произведениями литературы и науки как прошлого, так и настоящего периодов». В «Пантеоне литературы» печатались Ф.Д. Батюшков, Ф.И. Буслаев, Александр Н. Веселовский, Н.И. Стороженко, Л.Н. Майков, П.А. Ефремов и другие крупные историки литературы; в большом числе помещались переводы классики (Эсхил, Еврипид, Теофраст, Монтень, Бомарше, «Калевала» и др.), но произведениям современных авторов почти не уделялось внимания. Существовал отдел «Современная летопись», где освещалась научная жизнь в сфере литературоведения, рецензировались отечественные и зарубежные литературоведческие книги.

Стоит упомянуть, что переводы прозы (по своему профилю) печатали и специализированные журналы: исторические («Исторический вестник», «Вестник всемирной истории» и др.), театральные («Театр и искусство»), искусствоведческие («Артист», «Художественный журнал») и др.

Тираж толстых журналов составлял 3—5 тыс. экз.; они были обращены к наиболее образованной части читательской аудитории. В конце 1860-х гг. возникает новый тип журналов — тонкие иллюстрированные еженедельники, адресованные более широкой «демократической» аудитории (во многом той же, что и журнал Ахматовой и другие подобные издания): «Всемирная иллюстрация» (1869—1898), «Нива» (1870—1917), «Живописное обозрение» (1872—1905), «Иллюстрированный мир» (1879—1896), «Нева» (1879—1887), «Родина» (1879—1917), «Луч» (1880—1896), «Новь» (1884—1898), «Север» (1888—1914), «Огонек» (1899—1918) и др.[22] В каждом из них весьма обильно печатались переводы зарубежной прозы.

В 1880 г. выходило 18 иллюстрированных журналов, в 1900-м — 41. Если учесть, что тиражи тонких журналов на порядок превышали тиражи толстых (у «Нивы» тираж доходил до 300 тыс. экз.), а их суммарная аудитория, по нашим подсчетам, достигала миллиона подписчиков (читателей было, разумеется, больше), то станет понятным, что в 1870—1890-х гг. они были основным каналом доведения зарубежной прозы до русского читателя. В значительной степени круг переводимых тут авторов совпадал с тем, что предлагали толстые журналы, однако немало было авантюрно-приключенческих, уголовных и мелодраматических романов (например, в «Живописном обозрении» в 1880-х гг. печатались произведения Золя, Мопассана, Г. Флобера, Пруса, Ожешко, Ф.Б. Гарта, Л. Захер-Мазоха, Г. Мало и т.п., однако присутствовали тут и романы К. де Монтепена, Люи Летана, Дюбо де Лафоре, Артура Маттеи (Арну) и др., которые никогда не попадали на страницы толстых журналов). Были иллюстрированные журналы, которые печатали исключительно произведения, которые современный литературовед отнесет к числу «массовых». Например, в дамском журнале «Новый русский базар» (1867—1905) печатали таких авторов, как А. Бело, А. Терье, И. Боне, К. Паскэ и т.п., в «Звезде» (1886—1905) — Понсон дю Террайля, Габорио, А.К. Дойла, А.К. Грин и т.п.

Отметим также, что ряд иллюстрированных журналов и газет ежемесячно давали подписчикам в виде бесплатного приложения сборники литературных произведений, в которых было немало и переводных: «Ежемесячные литературные приложения к “Живописному обозрению”»; «Сборник повестей и рассказов» (приложение к «Ниве»); «Литературное приложение к газете “Гражданин”»; «Приложение романов к газете “Свет”»; «Книжки “Недели”», «Романы оригинальные и переводные» (приложение к газете «Луч») и др.

Кроме того, чтобы «заманить» читателя, ряд иллюстрированных журналов рассылали читателям в качестве бесплатных приложений собрания сочинений, в том числе и зарубежный писателей. Так, в приложении к «Ниве» вышли собрания сочинений Г. Гейне (1904), Г. Гауптмана (1908), Ибсена (1909), К. Гамсуна (1910), О. Уайльда, (1912), Мольера (1913), Э. Ростана (1914), М. Метерлинка (1915); в приложении к «Живописному обозрению» — Сенкевича (1902) и Диккенса (1904—1905), в приложении к «Родине» — Г. Зудермана (1906), М. Крейцер (1907—1908), Г. Самарова (1909), М. Прево (1912), Э. Вернер (1913—1914), в приложении к «Северу» — Гюго (1906—1907) и Дж. Лондона (1913). Иллюстрированный еженедельник «Природа и люди» печатал в том числе переводы приключенческих произведений, а в приложении к нему вышли собрания сочинений Ж. Верна (1906—1907), Т.М. Рида (1909), Диккенса (1909—1910), А.К. Дойла (1909, 1911), Л. Жаколио (1910), Л. Буссенара (1911), Твена (1911), А. Дюма (1912—1913), Дж.Ф. Купера (1913), Ю. Крашевского (1915), Киплинга (1916). Тиражи этих собраний сочинений исчислялись десятками тысяч экземпляров и на порядок превышали тиражи обычных подписных собраний сочинений.

Именно подобные собрания сочинений, выходившие в качестве приложений, стали основной формой «классикализации» зарубежных писателей в конце XIX — начале XX в. Однако публикации в иллюстрированных журналах и приложениях к ним обычно не учитываются или учитываются очень выборочно библиографами и исследователями русско-зарубежных литературных связей; в результате итоговая картина получается неполной, а то и искаженной.

Эффективным средством широкого распространения иностранной литературы стали в конце XIX — начале XX в. серии дешевых брошюр. Первая из них, созданная А.С. Сувориным в 1879 г., так и называлась — «Дешевая библиотека». В ней вышло почти 500 нумерованных брошюр с произведениями отечественных и зарубежных авторов, классических и современных. Невысокая цена (обычно 15 коп.) позволяла приобрести книгу малоимущим читателям (учащимся, мелким служащим, «интеллигенции из народа» и т.п.). Серия быстро приобрела популярность и просуществовала более 30 лет (по 1912 г.) и стала образцом для ряда подобных серий[23]. Среди них стоит назвать «Всеобщую библиотеку» издателя Ф.А. Иогансона (Киев; Харьков, 1896—1904; более 30 книг); «Всеобщую библиотеку» Акционерного общества типографского дела (СПб., 1908—1915; более 230 книг); «Библиотеку для всех» издательства «Заря» (СПб., 1909—1910; более 40 книг); «Художественную библиотеку» издательства «Труд» (СПб., 1909—1910; 90 книг — только переводы произведений зарубежных писателей); «Популярную библиотеку» издательства «Звезда» (М., 1911—1915; более 100 книг) и особенно «Универсальную библиотеку» издателя В.М. Антика (М., 1906—1918). В последней вышло более 800 нумерованных книг, причем подавляющую часть их составляли переводы зарубежной художественной литературы. Основной акцент в серии был сделан на переводах современных «проблемных» авторов (Ибсен, Гауптман, А. Шницлер, М. Метерлинк, С. Пшибышевский, Г. Д’Аннунцио, Уайльд, Б. Шоу, А. Стриндберг, А. Франс, С. Лагерлёф, Г. Манн, Т. Манн, Г. Гессе, Ж. Роденбах, Г. Ванг, Уэллс и др.). Однако выходили в серии и переводы более традиционных, «реалистически» пишущих европейских авторов (Золя, Э. Эркман и А. Шатриан, Ожешко, В. Реймонт, В. Бла- ско-Ибаньес, Лондон, Мало и др.), и переводы классики (У. Шекспир, Мольер, Бомарше, К. Гольдони, Э.Т.А. Гофман, Ф. Шиллер, Гюго, Санд, Стендаль, Диккенс), и переводы писателей народов Российской империи (И. Чавчавадзе и А. Казбеги — с грузинского, Я. Гордина — с идиша, О. Кобылянской, И. Франко, Л. Мартовича — с украинского, В. Папазяна — с армянского). Об успехе серии свидетельствуют и ее многолетнее существование, и тот факт, что многие выпуски выдержали по 3—4 издания[24].

Своеобразной разновидностью книжных серий стали серии рассказов о сыщиках (Нат Пинкертон, король сыщиков. СПб., 1907— 1908. Вып. 1—150; Ник Картер, американский Шерлок Холмс. СПб., 1908—1909. Вып. 1 —105; Шерлок Холмс. СПб., 1908—1910. Вып. 1—98 (анонимные подражания рассказам А.К. Дойла) и др. Появились они в 1907 г. и несколько последующих лет были чрезвычайно популярны (этот феномен, активно обсуждавшийся в прессе и педагогической литературе, современники называли «пинкертоновщиной»), число подобных серий составляло несколько десятков.

Книги этих серий читали представители различных слоев общества (ими увлекались, в частности, В.В. Розанов и М. Шагинян), но основной аудиторией были учащиеся юноши.

Выпуски серий выходили регулярно (нередко — еженедельно), были дешевы (5—15 коп.) и, что особенно важно, продавались не в книжных магазинах и лавках, а в газетных киосках, у уличных продавцов газет и у специальных разносчиков. Так возник новый канал распространения зарубежной литературы (отечественные серии составляли ничтожную часть этого вида печатной продукции), и переводная литература проникла в еще один сегмент общества[25].

Следует упомянуть еще один канал распространения переводной литературы — газеты. Проза зарубежных писателей отнюдь не являлась их необходимым компонентом — были газеты, которые вообще обходились без художественной литературы, были такие, которые ограничивались только произведениями отечественных авторов. Однако в 1870—1880-е гг. ряд столичных газет время от времени печатал романы и рассказы иностранных писателей (например, в «Новом времени» в 1876—1878 гг. были помещены романы Шпильгагена, Ж. Верна, Золя, Коллинза). Петербургские же низовые газеты «Петербургский листок» и «Петербургская газета», обращенные к простонародной городской аудитории, для которой книги были слишком дороги, из номера в номер печатали авантюрно-приключенческие и уголовные романы, как правило, французских писателей (Ф. Дю Буагобе, К. де Монтепена, А. Бувье, Бело, П. Законне, Ж. Мари, П. Феваля и др.). Всего в 1870—1890-х гг. здесь было опубликовано около сотни подобных романов и повестей. Отметим, что в более патриархальной Москве популярный «Московский листок» до начала XX в. не печатал переводную литературу. Однако московские газеты «Новости дня» и «Современные известия» в 1880-е гг. были близки к петербургским низовым изданиям по характеру публикуемых зарубежных произведений.

Здесь уместно остановиться на роли переводных авантюрно-приключенческих и уголовных романов в русской культуре. Основная их читательская среда — городские низы. Народный учитель, выходец из крестьянской среды А.И. Шмелев вспоминал, что, работая мальчиком в сапожной лавке, много читал и романы Понсон дю Террайля были среди тех, чтение которых доставляло «чрезвычайное удовольствие»[26]. Н.С. Русанов писал про купеческую среду конца 1860-х — начала 1870-х гг.: «...мои сверстники и сверстницы зачитывались уголовными романами Габорио и переживали с замиранием сердца все воплощения “Рокамболя” и “Воскресшего Рокамболя” <...> [Понсон дю Террайля]»[27]. М. Горький вспоминал, как читал К. де Монтепена, Понсон дю Террайля, Законнэ, Габорио, Дю Буагобэ в юности[28]. Но читали этих авторов не только представители социальных низов. Любили их и учащиеся. В годы учебы (1870—1890-е гг.) к ним обращались гимназисты (например, В.Г. Короленко, С.Я. Маршак, К. Бальмонт, Ю.О. Мартов[29]) и семинаристы[30]. Н. Рубакин писал, что в конце 1880-х гг. Понсон дю Террайль, Бело, Э. Шаветт, Борн, Э. Сю, Эмар входили (наряду с Полем де Коком, В. Крестовским и Троллопом) в число самых популярных у молодежи авторов[31].

Проведенный нами анализ девяти отчетов публичных библиотек за 1896—1897 гг. из различных регионов страны показал, что в конце XIX в. из зарубежных авторов в книговыдаче лидировали Ауэрбах, Борн, Ж. Верн, Э. Вернер, Гюго, А. Доде, Дюма, Золя, Ю. Крашев- ский, Ф. Купер, Марлит, К. де Монтепен, Мопассан, Т.М. Рид, Г. Самаров, Санд, Сенкевич, Понсон дю Террайль, Шпильгаген, Эмар. В 1891—1892 гг., как показал Н.А. Рубакин, в публичных библиотеках к числу наиболее читаемых принадлежал примерно тот же круг авторов[32], что свидетельствует о высокой стабильности читательских предпочтений.

Н.Я. Быховский, который жил в конце 1880-х гг. в провинции и был тогда подростком, вспоминал, что к нему «попадали, главным образом, бульварные романы французских романистов со сногсшибательной уголовной фабулой и всяческими трюками. Это были романы Габорио, Ксавье де Монтепена, Понсон дю Террайля и им подобные. Я читал их буквально запоем. Из горькой юдоли моей действительности они переносили меня в шумный и сказочный Париж, в великолепные дворцы, залитые ярким светом, в роскошные рестораны, полные всяких яств, они раскрывали предо мною жизнь, полную всяческих приключений в многоэтажных домах и дворцах, в фиакрах и на железных дорогах, которые я никогда еще не видел тогда. С замиранием сердца я следил за опасными положениями, в которых оказывались герои этих романов, негодовал на поведение злодеев и восторгался добродетельными героями. Это было так непохоже на мою серенькую горемычную жизнь, что действовало на меня как гашиш и опиумокурение, раскрывающие волшебные картины в отравленном мозгу курильщика. Я забывал при этом о хлебе и тараньке, составлявшим мою главную пищу, о грязном угле <...>, где я жил <...>, о постигшей меня неудаче в стремлении учиться <...>»[33].

Однако неверно считать, что подобные книги не читали представители социальных верхов, люди с высоким уровнем образования. Из-за плохой репутации подобных книг о чтении их обычно не упоминали в переписке и мемуарах, но сохранились отдельные свидетельства, показывающие, что авантюрно-приключенческие книги входили и в круг чтения образованных слоев, в том числе и литераторов. Сын военного, юрист и писатель А.В. Жиркевич вспоминал: «В доме моих родителей литература, искусство отсутствовали, если не считать романов уголовного характера, которыми зачитывался при обилии бывших у отца в деревне досугов, и романов другого характера, читавшихся матерью <...>»[34]. Известный переводчик Шекспира Н.Х. Кетчер «любил читать романы Ксавье де Монтепена, хотя и страшно их ругал, но все же, по его словам, он не мог бросить чтение этих романов»[35]. Упомянем и крупного чиновника Министерства народного просвещения, историка литературы и археографа П.П. Вяземского, сына известного поэта, увлекавшегося чтением романов Габорио[36].

И наконец, последний канал распространения переводной литературы — издания, обращенные к крестьянскому читателю. Лубочная литература — самый консервативный участок издательского репертуара — как правило, не обращалась к зарубежной литературе. Ряд переводных книг — любовно-рыцарские повести «Сказка о Бове- королевиче», «Сказка о Еруслане Лазаревиче», «История о храбром рыцаре Францыне Венциане...» и т.п. — были чрезвычайно популярны, но проникли они на Русь еще в XVI—XVII вв. и к XIX в. уже «обрусели», пройдя сложный процесс адаптации и переработки до того, как попали в лубочную книгу[37]. Переводы же современных произведений выходили у лубочных издателей очень редко.

Например, в 1893—1894 гг. было выпущено лишь немногим более десятка лубочных изданий, точнее, переработок иностранных произведений: Пазухин Н. Всадник без головы. М., 1893 (пересказ книги Т.М. Рида); Пазухин Н. Убийство на дне моря. М., 1894; Евстигнеев М. Жизнь и приключения пана Твардовского, польского колдуна. М., 1893 (пересказ повести Ю. Крашевского); Цшокке Г. Делатели золота. Быль из жизни немецких крестьян. М., 1894; Диккенс Ч. Скряга. Рождественская сказка. М., 1894; Писториус Ф. Гнездо разбойников, или Остров пиратов. М., 1894, и т.п.[38]

Но в 1884 г. по инициативе Л. Толстого возникло обращенное к крестьянской аудитории просветительское издательство «Посредник», книги которого распространялись тем же путем, что и лубочные, — через офень. Среди изданий «Посредника» было немало обработок и переделок произведений иностранных писателей — Диккенса, А. Доде, Ф.Б. Гарта, Золя и др. Благодаря «Посреднику» зарубежная литература проникла в круг чтения низшего слоя читательской публики — крестьянства.

Так через полтора века после начала знакомства российских читателей с переводами зарубежной литературы завершилось их приобщение к этому виду текстов.

Подведем итог. На протяжении XVIII — начала XX в. в России была создана дифференцированная и эффективная система «доставки» переводной литературы читателям (толстый журнал, книга, тонкий журнал, специальный журнал, газета, книжная серия и т.д.), которая к концу XIX в. охватила все слои читательской публики. Сформировались страты читателей (как среди низовой читательской аудитории, так и среди читательской элиты), ориентированные преимущественно на чтение зарубежной литературы, для которых выходили периодические издания, публикующие только переводы (для

«неискушенного» читателя — мелодраматические и остросюжетные романы, для читателя более компетентного — «проблемную» прозу, критические статьи и обзоры, хронику, рецензии, переводы классики с комментариями и т.д.).

Во второй половине XIX — начале XX в. сформировался слой профессиональных посредников между русской и зарубежными литературами, включавший переводчиков, редакторов и издателей периодических изданий, состоявших исключительно из переводов, критиков, писавших только о зарубежной литературе, и т.д.

Любопытно отметить, что среди этих посредников была высока доля женщин. Для женщины со сравнительно высоким уровнем образования и знанием иностранных языков (которое, отметим, давали женщинам учебные заведения для них — институты благородных девиц и гимназии) это была одна из немногих возможностей неплохо зарабатывать, не компрометируя себя. Кроме того, из-за доминирования мужчин в литературе выдвинуться женщине в качестве писательницы, критика и публициста было труднее, чем мужчине, а на такую второстепенную роль, как переводчик, попасть было легче.

Сложились в те годы и разные формы представления текста различным аудиториям: обычный перевод (в определенной степени тоже, разумеется, упрощающий и поясняющий переводимый текст); перевод с предисловием и комментариями — при издании классики; пересказ с цитатами (при нежелании печатать произведение большого объема или при невозможности полного перевода по цензурным условиям); переработка, адаптация, пересказ при издании книг для «народной» аудитории.

При этом удельный вес и значение переводной прозы в рамках института литературы в конце XIX — начале XX в. постепенно снижались; характерно, что в символистских периодических изданиях («Весы», «Золотое руно», «Аполлон») она почти не публиковалась — при общей ориентации этих изданий на зарубежную литературу.

Спрос на ряд жанров во второй половине XIX — начале XX в. почти полностью удовлетворялся за счет переводных произведений. Имеются в виду любовная мелодрама, авантюрно-приключенческие произведения, уголовный роман, исторические романы по всемирной истории, научная фантастика, оккультная проза и др. Если не принимать во внимание отдельные прецеденты, то реальная конкуренция в этих жанрах со стороны отечественных писателей возникла лишь в 1890-х гг. Любопытно, что книги некоторых жанров либо почти не переводились (роман ужасов, колониальный роман), либо не переводились вовсе (например, вестерн) — тематизируемые ими конфликты ценностей не находили, по-видимому, отзвука у российских читателей.

  • [1] В основе статьи выступление на конференции «Зарубежная массовая литература в России. XVIII—XIX века» (Москва, 2011).
  • [2] У текстов более раннего времени, которые рассматриваются в курсахи обзорах истории русской литературы, эстетическая функция отнюдь не былаосновной; они создавались в рамках других социальных институтов и выполнялииные функции (религиозную, информационную, воспитательную, нравственнопоучительную и т.д.).
  • [3] Ср.: «Выступая в качестве культурного контекста, французский материал[в русской литературе XIX в.] <...> обеспечивает реальность тех аспектов жизни(проституция, гомосексуализм, преступность, развод, потеря веры, “женский вопрос”), детально описать которые по-русски, даже в беллетристике, было невозмож-
  • [4] но из-за цензуры» (Мейер П. Русские читают французов: Лермонтов, Достоевский,Толстой и французская литература. М., 2011. С. 22).
  • [5] Речь пойдет главным образом о переводах прозы — основной читавшейсятогда разновидности зарубежной литературы. Публикация переводов поэзии,драматургии, произведений для детей имела свою, и немалую, специфику, и ее мыв данной статье не рассматриваем.
  • [6] См.: Русское обозрение. 1890—1894. Систематический указатель содержанияжурнала за первые пять лет его существования. М., 1895. С. 8—10; Указатель статейв журнале «Русское богатство» за 10 лет. 1893—1902 гг. // Русское богатство. 1903.№ 1. С. 5—17 (поел. паг.).
  • [7] Роспись содержания журнала за первые 25 лет его существования см. в: Юбилейная книжка. Премия к «Собранию романов» 1881 года. СПб., 1881.
  • [8] Письмо Е.Н. Ахматовой А.В. Дружинину от 29 октября 1855 г. // Письмак А.В. Дружинину. М„ 1948. С. 31.
  • [9] [Извещение от редакции] // Всемирная библиотека. 1891. № 2. Вклейка перед с. 1.
  • [10] Воспоминания И.И. Янжула о пережитом и виденном в 1864—1909 гг.М„ 2006. С. 30.
  • [11] Тургенев И.С. Поли. собр. соч. Письма. М.; Л., 1964. Т. 7. С. 84.
  • [12] Дело. 1867. № 8. II пат. С. 69.
  • [13] Шарапов С.Ф. Молодежь прежде и теперь // Русский вестник. 1896. № 5. С. 165.
  • [14] Исторический вестник. 1904. № 5. С. 755.
  • [15] Курьер. 1904. № 106. 17 апр.
  • [16] Очерки по истории русской журналистики и критики. Л., 1965. Т. 2. С. 260.
  • [17] Катарский И.М. Диккенс в литературной жизни России // Чарльз Диккенс:Библиография русских переводов и критической литературы на русском языке1838—1960 / Сост. Ю.В. Фридлендер и И.М. Катарский. М., 1962. С. 7.
  • [18] См.: Он же. «Апокрифический» Диккенс в русской печати // Там же.С. 269—264.
  • [19] Вестник иностранной литературы. 1891. № 1. Ненум. с. 1—2.
  • [20] Об этом журнале в первые годы его существования см.: Мазовецкая Э. АннаЭнгельгардт. СПб., 2001. С. 149—163.
  • [21] Новый журнал иностранной литературы, искусства и науки. 1897. № 1.С. 1—2.
  • [22] Подробнее о них см.: Рейтблат А.И. От Бовы к Бальмонту и другие работыпо исторической социологии русской литературы. М., 2009. С. 101—112.
  • [23] Подробнее об этой серии см.: Динерштейн Е.А. А.С. Суворин: человек,сделавший карьеру. М., 1998. С. 144—153.
  • [24] Подробнее см.: Московский издатель В.М. Антик: Каталог изданий 1906—1918 / Сост. Л.В. Антик; вступ. статья Л.И. Юниверга. М„ 1993.
  • [25] Подробнее об этих сериях см.: Рейтблат А.И. Детективная литератураи русский читатель (вторая половина XIX — начало XX века) // Рейтблат А.И. Указ,соч. С. 302—305.
  • [26] Цит. по: Мнения русских людей о лучших книгах для чтения. М., 1895. С. 91.
  • [27] Русанов Н.С. На родине. М„ 1931. С. 45.
  • [28] Горький М. Детство. В людях. Мои университеты. М„ 1975. С. 292. См. тамже о чтении Монтепена женой закройщика (с. 279).
  • [29] См.: Короленко В.Г. История моего современника. Л., 1976. Т. 1. С. 223, 242;Маршак С.Я. В начале жизни. М., 1961. С. 96; Андреева-Бальмонт Е.А. Воспоминания. М., 1997. С. 296; Мартов Ю.О. Записки социал-демократа. М., 2004. С. 32;см. также: Живаго А.В. [Воспоминания] // А.В. Живаго — врач, коллекционер,египтолог. М„ 1998. С. 88, 112.
  • [30] См.: Розанов Н.П. Воспоминания старого москвича. М., 2004. С. 63—64.
  • [31] Рубакин Н.А. Частные библиотеки и внеклассное чтение учащихся // Женскоеобразование. 1889. № 6/7. С. 409—410.
  • [32] См.: Рубакин Н.А. Этюды о русской читающей публике. СПб., 1895. С. 125—
  • [33] Быховский Н.Я. Давно минувшее, но не забытое // РГАЛИ. Ф. 1337. On. 1.Ед. хр. 21. Л. 27.
  • [34] Жиркевич А. Потревоженные тени. Симбирский дневник. М., 2007. С. 110.(1857—1927).
  • [35] Щукин П.И. Воспоминания. М., 1997. С. 103.
  • [36] См.: Опочинин Е.Н. Воспоминания // Встречи с прошлым. М., 1990. Вып. 7.С. 46.
  • [37] См.: Кузьмина В.Д. Рыцарский роман на Руси. М., 1964; Пушкарев Л.Н.Сказка о Еруслане Лазаревиче. М., 1980; Апсит Т.Н. К вопросу о происхождении«Повести о Францеле Венециане» // Сибирская археография и источниковедение.Новосибирск, 1979. С. 68—77.
  • [38] См.: Ежегодник. Обзор книг для народного чтения. 1893. М., 1895; Ежегодник.Обзор книг для народного чтения. 1894. М„ 1895.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>