САМОЗАЩИТА ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ В ДОГОВОРНЫХ ПРАВООТНОШЕНИЯХ С УЧАСТИЕМ СУБЪЕКТОВ УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ

Вопрос о защите гражданских прав традиционно является одним из наиболее дискуссионных в теории гражданского права. Перечень способов защиты гражданских прав сформулирован в ст. 12 ГК РФ, который не является исчерпывающим. При анализе закрепленных в этой статье способов защиты гражданских прав возникает ряд теоретических вопросов, прежде всего, относительно понятийного аппарата, например, дискуссионным является вопрос о форме и способах защиты прав. В настоящее время в теории гражданского права следует считать достаточно устоявшейся точку зрения, что «форма защиты прав» является понятием более широким и следует выделять юрисдкционную и неюрисдикционную форму защиты, которые включают в себя способы и меры. К первой форме защиты следует относить, главным образом, судебную и административную, а под второй следует понимать самозащиту права. В ГК не раскрывается содержание способов самозащиты и механизм их применения, поэтому вопрос о понятии самозащиты в гражданском праве остается в поле дискуссии. Арбитражно-судебная практика применения самозащиты свидетельствует о спорности толкования судами этой формы защиты, поэтому в случае оспаривания применения самозащиты в суде возникает ряд неоднозначно толкуемых вопросов. Во-первых, какие действия субъектов гражданских правоотношений следует рассматривать в качестве самозащиты? Во-вторых, применимо ли понятие самозащиты для односторонних мер защиты в договорных правоотношениях, например, в отношении мер оперативного воздействия, в том числе и односторонних обеспечительных мер - таких как удержание имущества должника? В настоящее время закон не отвечает на эти вопросы.

Полагаем, понятие самозащиты следует рассматривать как широкое понятие формы защиты прав и как способ реализации конституционного права на защиту. Способы и формы реализации конституционного права субъектов правоотношений на самозащиту находят свое выражение в виде конкретных отраслевых односторонних мер защиты. При этом не имеет значение глубина раскрытия такого юридического действия в законе, достаточно наличие признаков указывающих, на то, что лицо использует меры пресечения нарушения субъективных прав и их последствий самостоятельно и односторонне. Неверно ассоциировать понятие самозащиты исключительно с такими институтами как крайняя необходимость и необходимая оборона, которые являются понятиями публичного права и целиком раскрываются в отрасли уголовного права (крайняя необходимость еще и в административном праве). Способы самозащиты гражданских прав своеобразно раскрываются и выражаются в отраслевом механизме гражданского права и не должны быть заимствованы из инструментариев публичной отрасли права. Поэтому под способами самозащиты следует считать любые односторонние правозащитные меры, реализуемые в механизме гражданско-правового регулирования - это в том числе меры оперативного воздействия на контрагента договорного правоотношения, меры внедоговорных правоотношений, реализуемые по факту совершения деликтного обязательства или обязательства из неосновательного обогащения. Между тем, для такого широкого понимания и внедрения в практику реализации гражданских правоотношений понятия самозащиты как формы защиты права требуются и законодательные изменения в общие положения ГК. К сожалению, в проектах изменений в ГК подобные нововведения пока не предполагаются. Без должных законодательных изменений вопрос о применимости самозащиты в правоотношениях хозяйствующих субъектов будет являться, по-прежнему, спорным и неоднозначным.

Подобная практика тем более не осторожна в хозяйственной деятельности субъектов с наличием публичного элемента, таких как учреждения и органы уголовно-исполнительной системы. Анализ правоприменительной практики по государственному контракту подсказывает о слабой хозяйственной инициативе при формировании содержания контракта, а тем более его сопровождении (прокьюременте). Лица ответственные за исполнение контракта, например, принятие товара по государственным контрактам поставки, неохотно используют различные правозащитные меры одностороннего характера, поскольку слабо проявляют хозяйственную инициативу. Например, отказ от некачественной продукции не всегда используется, хотя п. 2,5 ст. 475, п. 2 ст. 482, п. 1 ст. 518 ГК РФ предоставляют покупателю право отказаться от исполнения договора купли- продажи в случае существенного нарушения продавцом требований к качеству товара (обнаружение неустранимых недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) или передача товара без тары и (или) упаковки или в ненадлежащей таре и (или) упаковке. При условии, если иное не установлено законом, для договора поставки - за исключением случая, когда поставщик, получивший уведомление покупателя о недостатках переданных товаров, без промедления заменит поставленные товары товарами надлежащего качества. Основная проблема, которая возникает при применении такой односторонней меры защиты как отказ от исполнения договора, состоит в проблеме с бюджетным законодательством, по окончании года учреждение должно осуществить платежи, поэтому зачастую приходится платить недобросовестным контрагентам, чтобы избежать факта срыва исполнения контракта. Поэтому основные усилия при заключении государственного контракта должны касаться, прежде всего, его качественных условий, то есть содержания. Разумное же использование самостоятельных односторонних правозащитных мер должно способствовать повышению ответственности поставщиков за неисполнение и ненадлежащее исполнение государственных контрактов.

Таким образом, в условиях дальнейшего развития частного права в России роль самостоятельной защиты права, несомненно, должна возрасти, поскольку частное право предполагает наличие обширных саморегулирующих начал, в том числе и в механизме их защиты. Практика более широкого и повсеместного применения самостоятельных мер защиты при адекватном усовершенствовании законодательства (раскрытии формы самозащиты) поспособствует более адекватному применению этих мер в механизме гражданско-правового регулирования, в том числе с участием субъектов уголовно-исполнительной системы в обязательствах из государственных контрактов и других.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >