Полная версия

Главная arrow История arrow История Отечества

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Социальные гримасы нэпа

Нэп — время контрастов. В Елисеевском магазине мадам покупает за 300 тысяч рублей фунт вестфальского окорока, а чуть в стороне на дне остывающего из-под асфальта котла беспризорники в лохмотьях, докуривая один на всех бычок, совещаются о том, что надо к зиме подаваться на юг. Нарком по иностранным делам Г.В. Чичерин писал, что о <=-

начальники его отделов продают на улице штаны, и их видят в этой роли иностранные посланники, а секретарша канцелярии иногда падает в голодный обморок. С фронтов Гражданской войны возвращались красные орлы. И что же они видели? По улицам носятся, покрикивая, лихачи, снует разодетая публика, сверкают огни ресторанов. В селах еще хуже. Хозяйство в запустении. Члены семьи в кабале у кулаков, дети беспризорны. Вместо винтовки калеки надевали торбу и шли побираться по деревням. У многих на устах был немой вопрос: за что боролись? Сельская беднота, а она составляла не менее 30% сельского населения, требовала решительных мер против кулаков, устраивала поджоги кулацких хозяйств. Кулачество отвечало террористическими актами. В Сибири, «неблагоприятной по бандитизму», было даже введено на два месяца в 1926 г. чрезвычайное положение. Кулаки требовали предоставления им избирательных прав, а в 1926—1927 годах активизировали агитацию за создание Крестьянского политического союза.

Кулаки, сельская буржуазия составляли около 3—4% общей массы крестьянских хозяйств. Главным критерием отнесения к кулацкой прослойке являлось использование наемного труда. Большая часть таких хозяйств относилась к категории «потомственных кулаков». Численность такой семьи 7—9 человек, стоимость средств производства не менее 1,5 тысячи руб. Государственная политика в отношении кулака противоречива: «Мы за насилие против кулака, — писал В.И. Ленин, — но не за полную его экспроприацию». То же и в отношении городской буржуазии, так называемых нэпманов. Капитализм у нас должен быть «вышколенный», говорил Ленин, за злоупотребления нэпом мы будем карать быстро и жестоко, вплоть до расстрела, добавлял он. Поэтому жизнь нэпмана была нервной. В долгосрочные промышленные проекты он денег не вкладывал, а стремился быстрее проесть полученную прибыль. Торговля была той сферой, где можно было сорвать деньгу, а там хоть трава не расти. Бытовал даже такой анекдот. Встречаются два нэпмана, один другого расспрашивает о жизни и слышит в ответ: «Живу, как картошка, — если не съедят, то посадят, а не посадят, так съедят».

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>