Полная версия

Главная arrow Психология arrow Дифференциальная психология

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Типологические факторы антиципации как задатки прогностических способностей личности

Проблема задатков способностей личности на пути к реализации смыслоемких целей действий и мотивов деятельности является важной для развития теории и практики современной дифференциальной психологии и в целом — человекознания. Однако до сих пор эта проблема остается одной из наименее разработанных.

Б.Ф. Ломов пытался привлечь внимание специалистов к данной проблеме, ставя следующие вопросы: «Что такое задатки как предпосылка развития способностей? Какова их структура? Каковы механизмы реализации задатков в способностях? При каких условиях осуществляется эта реализация? Развиваются ли сами задатки в процессе жизни индивида?» [45, с. 378]. Он предположил, что их разработка требует контакта психологии с генетикой поведения, при котором должен быть реализован дифференциально-психофизиологический подход.

Понятен длительный интерес мыслителей прошлого и современных исследователей к вопросам изучения способностей, которые понимаются как индивидуально-психологические особенности человека, являющиеся субъективными условиями успешного осуществления определенного рода деятельности. При этом они не сводятся к имеющимся знаниям, умениям, навыкам. Задатки определяются как некоторые генетически детерминированные анатомо-физиологические особенности мозга и нервной системы, являющиеся индивидуально-природной предпосылкой сложного процесса формирования и развития способностей1. Традиционно задатками считают, в частности, типологические особенности отдельных областей мозга, а также соотношение первой и второй сигнальных систем.

Существующие в настоящее время подходы к анализу задатков способностей, как мы видим, дизъюнктивно разделяют индивидуально-психологические и анатомо-физиологические характеристики человека.

Показанные дифференциальной психофизиологией парциаль- ность основных свойств нервной системы, трансситуативная вариативность их показателей, множественность психологических проявлений, а также опосредованность фиксируемых много-многозначных связей спецификой деятельности на этом аналитическом пути делают проблему задатков способностей практически неразрешимой.

Другой путь — синтетический — основан на первичном выявлении групп индивидов, сходных по одному или нескольким признакам, которые часто выделяются по весьма субъективным критериям. При этом тестирование, претендуя на диагностику задатков способностей, произвольно приписывает выделенным типам успешность реализации какой-либо деятельности не только в момент исследования, но и в будущем. На самом же деле тест как краткое испытание имеющихся у человека знаний, умений, навыков, а также его социального статуса и условий жизни не вскрывает даже «зоны ближайшего развития». Новый взгляд на проблемы задатков способностей

Психологический словарь. М., 1983. С. 253.

исходит из очевидной целостности свойств индивидуальности в ее развитии, континуальности функциональных систем, реализующих активные действия человека и обладающих кумулятивными качествами. Представления о целостности взаимосвязей личности с ее специфической средой в экологии индивидуальности подчеркиваются эволюционно-системным подходом к единству индивидных и личностных компонентов в субъекте психической деятельности.

Такой подход к проблеме позволяет сделать вывод о том, что психические и физиологические свойства человека являются разными аспектами рассмотрения непрерывного взаимодействия субъекта психической деятельности с окружающей действительностью. «Жесткие» паттерны в организации одной стороны взаимодействия всегда соответствуют (но не всегда прямолинейно!) определенным свойствам или качествам другой стороны. Индивидуально-обобщенные характеристики подобной организации могут рассматриваться как задатки важных особенностей психики, если они являются инвариантной составляющей целенаправленной активности.

Подводя итоги исследований профессиональных способностей, В.Д. Шадриков всегда подчеркивает, что без соотнесения с функциональной системой понятие «сочетание способностей», рассматриваемое в плане взаимодействия и компенсации, теряет смысл. По его мнению, способности можно определить как характеристики продуктивности функциональных систем, реализующих тот или иной психический процесс. При этом онтология функциональной системы описывается на собственно физиологическом языке, а феноменология — на психологическом.

Поскольку системный принцип предполагает воссоздание целостности признаков индивидуальности в процессе достижения прогнозируемой (или, когда успех неопределенен, антиципируемой) цели при решении определенной задачи, то реконструирование единства индивидуальных особенностей разных уровней в поведении связано с познанием произвольной сферы психики.

Целостный взгляд на действительную природу индивидуальности с позиции эволюционно-системного подхода невозможно осуществить без анализа явлений организации, интеграции, координации разнообразных свойств человека. Соответствующие синдромы таких свойств субъекта закономерно складываются в поведении и сохраняют его своеобычность в ходе развития. Подобного рода взаимоотношения нельзя воспринять непосредственно, их можно изучать при моделировании естественного процесса субъектно-объектного взаимодействия в особых концептуальных конструктах, т.е. тогда, когда врожденный или приобретенный в онтогенезе опыт кумулятивно объединен в таких таксономических единицах психики, как прогнозирование и — при неопределенности прогноза — антиципация. В характеристиках опережающих явлений отражены механизмы организации [9, 44], обусловливающие возникновение в целостной индивидуальности новых интегративных свойств.

Таким образом, психофизиологические факторы развивающейся деятельности, выделяемые в процессах антиципации, отражают специфику функциональных систем в структуре индивидуальности. (В общей психофизиологии общепринято изучать законы развития функциональных систем благодаря исследованию ЭЭГ и нейрональной активности в поведении [4, 74].)

Моделирование развивающейся деятельности с выделением периодов, где антиципируется четко оцениваемая образ-цель будущего результата, осуществлено с помощью методики вероятностного обучения, подробно описанной в ряде работ [16, 27]. Модифицированный нами вариант данной методики позволил выделять мозговые ПА в определенных ситуациях поведения, где фиксируются степень сформированности стратегии решения задачи и субъективная вероятность успеха предстоящего действия.

Можно предположить, что в структуру факторов, связанных с вероятностным прогнозированием, входят, наряду с психофизиологическими признаками процесса антиципации, характеристики результативности, продуктивности когнитивных процессов. Подтверждение этого предположения позволит обсудить их общий генез. Принимая во внимание тот факт, что функциональные системы, проявляющиеся в признаках антиципации, инвариантны целенаправленной активности разного типа [44], мы утверждаем, что интерпретация выделяемых групп симптомов индивидуальности не может осуществляться без привлечения фактологии способностей и задатков. В этом случае ПА должны анализироваться в контексте задатков общих способностей личности.

Данные, полученные при сопоставлении характеристик ПА с формально-динамическими особенностями психомоторики и показателями результативности вероятностного обучения, позволяют экспериментально фиксировать индивидуально-обобщенный компонент произвольных действий. Закономерности его формирования, очевидно, важны для конкретно-экспериментального изучения задатков способностей в структуре целостной индивидуальности, возможно, в концепции целостной индивидуальности.

* * *

По результатам факторного анализа материалов серий I и II совместно с данными психодинамики выделены четыре группы взаимосвязанных характеристик, составленные только индексами ПА. При этом две из них составили показатели ПА в фоновом состоянии и индексы ПА счета. Так, фактор Ml объединил 12 параметров ПА, характеризующих в основном негативную фазу. Сюда вошли ее амплитуды

(FA, 02), площадь отрицательной волны (FA), среднеарифметическая ординат (FA), дисперсия мгновенных значений амплитуд (02).

Все эти показатели выделены в серии I. Этот же фактор составили показатели серии II: амплитуда негативной фазы обоих отведений, ее площадь, среднеарифметическая ординат FA. Все перечисленные параметры вошли в фактор М со знаком «минус». Он интерпретируется как «общемозговой» и отражает энергетический уровень нервной системы, связанный с ее работоспособностью. По-видимо- му, отнесение сюда дисперсии мгновенных значений амплитуд, отражающей силу — чувствительность индивида, обосновано смыслом данного синдрома признаков [27].

Другой «общемозговой» фактор — МА. Он составлен в основном характеристиками положительной фазы ПА фона (ее площадью в отведении FA, полярно-амплитудной асимметрией потенциала в двух отведениях и коэффициентом синхронизации ПА для FA и 02), включает также и временные интервалы от максимума негативности ПА до начала действия, регистрируемые при счете.

Таким образом, индивидуальные особенности психофизиологических механизмов опережающей активности индивида достаточно четко дифференцируются на два класса, раздельно отражающиеся в негативной и позитивной фазах мозговых ПА. Эти результаты согласуются с концепциями общей психофизиологии, рассматривающими принципиальные различия отрицательных и положительных компонентов суммированной биоэлектрической активности [6].

Два фактора явились специфическими для серий I (М2) и II (Мб). Только фоновые показатели вошли в фактор М2, обозначенный как «затылочный». Эту группу составили индексы ПА ретроцентральной коры мозга: амплитуды положительной фазы, площади двух фаз, среднеарифметические значения ординат потенциала 02. В факторе Мб особым образом объединились временные характеристики ПА: меньшие значения латентных периодов его отрицательной волны в затылочном отведении сочетаются с большими значениями латентных периодов положительной фазы как в лобной, так и в затылочной области. Данный фактор, интерпретируемый как временной, включил только показатели ПА при счете движений. Он, по-видимому, связан с часто наблюдаемой отрицательной корреляцией типологических особенностей анте- и ретроцентральной коры мозга. Такие связи, например, характерны для показателей навязывания медленных ритмов. Фазовый поворот полярности моторного потенциала готовности затылочного отведения по сравнению с лобным и прецентральным [27] также входит в круг указанных феноменов.

Особый интерес представляют факторы, составленные индивидуальными особенностями ПА вместе с характеристиками психодинамики и результативности «вероятностного прогнозирования». Таких группировок согласно результатам, полученным в сериях I и

II, оказалось три. В первую (М3) с разными знаками вошли индексы негативной и позитивной фаз ПА ретро- и антецентральной коры (амплитуды отрицательной волны лба в условиях счета со знаком «плюс» и площади и «фоновые» латентные периоды положительной волны со знаком «минус»). Этот фактор включил показатели прогнозирования как частого, так и редкого события (темп любых предсказаний), а также количество правильных угадываний частого события в единицу времени. Отмеченные соотношения согласуются с известными фактами о соответствии выраженности негативной «волны ожидания» и «потенциала готовности» трудностям решаемой задачи [27, 28].

Вторую из общих для ПА и психодинамики групп показателей (М7) образовали «затылочные» индексы потенциала (амплитуды положительной фазы вместе с дисперсией их мгновенных значений), а также количество правильных прогнозов редкого события в единицу времени. Характерно, что все указанные индексы зарегистрированы в ситуациях счета. Типологический смысл фактора можно обозначить как «синдром функциональной устойчивости», связанный обратной зависимостью с чувствительностью нервной системы [12,28 и др.].

В факторе Ml объединились полярно-амплитудная асимметрия ПА отведений F4 и 02 и три параметра психодинамики: суммарное число предсказаний «частого» и «редкого» события в единицу времени, удобный темп моторных действий и временная характеристика переделки навыка. При этом все перечисленные параметры при вхождении в фактор Ml имеют знак «минус». Таким образом, менее выраженное доминирование отрицательной фазы ПА над положительной соотносится с: 1) меньшим числом прогнозов в ходе «вероятностного обучения»; 2) предпочтением более медленного темпа движений; 3) лучшими временными показателями при переделке навыка в начальной стадии его формирования. Наши исследования показали, что характеристики позитивной фазы ПА прогностичны в отношении индивидуальных особенностей в переделке навыка (это согласуется с вышеприведенными данными). В этой связи положительный компонент потенциала выступает как отражение индивидуально-системного обобщения при кардинальной смене функциональных систем [6, 132].

* * *

Функциональные системы, представленные характеристиками ПА в поведении (при спокойном бодрствовании и при счете последовательных движений), содержат ряд особенностей, которые, если исходить из гипотез факторного анализа, могут отражать некоторые существенные внутренние свойства изучаемых объектов [158, с. 7]. При этом предполагается, что наблюдаемые параметры, являясь лишь косвенными характеристиками изучаемого явления, вместе с тем, частично отражают важные внутренние (ненаблюдаемые непосредственно) свойства, в нашем случае — свойства индивидуальности. Интерпретация факторов — специальная задача, попытка решения которой может дать лишь первые результаты о степени экстрацеребральности и трансиндивидности природных задатков человеческих способностей.

Согласно полученным данным, психофизиологические механизмы антиципации, не соотносящиеся с показателями психодинамики, подразделяются на две группы. В одну группу входят факторы, специфичные относительно психологической оценки ситуации эксперимента (М2 и Мб), а в другую — факторы, объединяющие механизмы реализации произвольных движений на фоне спокойного бодрствования и счета 1 и М4). Характерно, что «фоновый» фактор М2 включил только «затылочные» индексы ПА, относящиеся к его амплитудам. Фактор «счета» объединил общемозговые показатели латентных периодов, находящихся в компенсаторных отношениях: меньшие временные интервалы от максимума негативности ПА (затылка) соотносятся с большими соответствующими параметрами позитивности (лобного и затылочного отведения).

Связанные характеристики ПА серий I и II объединили два других фактора — М1 и М4. Данные синдромы в основном относятся к общемозговому комплексу амплитуд, а также к синхронизации биоэлектрической активности дистантно расположенных областей мозга.

Обращает на себя внимание тот факт, что соотношения характеристик в указанных факторах являются прямыми по их типологическому смыслу. Они отражают функциональную устойчивость общемозговых механизмов реализации деятельности, включенных как в произвольные движения на фоне спокойного бодрствования, так и в ситуации повышенного уровня внимания. Не исключено, что накопление подобных фактов может привести к новому решению проблемы парциальности основных свойств нервной системы. Как мы видим, «региональное» распределение индивидуальных особенностей мозга присуще лишь относительно пассивным способам субъектно-объектного взаимодействия. По мере усиления психологической значимости деятельности индивидуальные качества дистантно расположенных областей мозга, включаясь в решение человеком задачи, вместе с тем, приобретают целостность.

Особый интерес представляют три фактора, составленные из индексов ПА и показателей психодинамики. Эту группу (М3, М5, Ml) со стороны объединенных в ней механизмов реализации действий характеризуют локальные параметры лишь одной области мозга (в М5 вошли индексы ПА только затылочного отведения при счете стимулов и общемозговые индексы). Показательным является факт взаимокомпенсаторного распределения в данных факторах выраженности положительной и отрицательной фаз ПА, регистрируемых в лобных и затылочных областях мозга. Следует отметить ортогональность психофизиологических механизмов преднастройки к событиям при прогнозировании «частого» и «редкого» успеха. Показателями задатков способности к угадыванию редко наступающего события при счете действий можно считать малую выраженность амплитуд потенциалов готовности (отведение 02) с относительным повышением выраженности его положительного компонента, сочетающуюся с малым разбросом мгновенных значений амплитуд вокруг среднего (малая функциональная выносливость нервной системы).

Задатком же эффективности прогнозирования часто наступающего события является наличие в ПА (счета) выраженной по площади положительной фазы (в затылочном отведении), связанной с большими значениями временных интервалов от начала движения до максимума ПА («фоновых» произвольных действий), сочетающейся с меньшими амплитудами отрицательной волны ПА в ходе счета. Данный комплекс включает в себя и общую двигательную активность при «частом» и «редком» событиях. Индивидуально обобщенный компонент, объединяющий интериндивидуальные вариации по удобному темпу движений, время переделки навыка и суммарное число произвольных движений по предсказанию «частого» и «редкого» событий в единицу времени, получены в общемозговых характеристиках полярно-амплитудной асимметрии ПА. Превалирование отрицательной фазы над положительной в условиях счета произвольных действий может рассматриваться как задаток более быстрого предпочитаемого индивидом темпа движений, выделяемого и в теп- пинг-тесте, и при «вероятностном обучении». Тот же комплекс психофизиологических симптомов связан с большим временем, затраченным индивидом в начальной стадии переделки навыка.

Интерпретация полученных факторов, включающих разделенные во времени индивидуально-характерные особенности психофизиологических процессов антиципации (в ситуациях эксперимента «фон» и «счет») и параметры результативности вероятностно-прогностической деятельности, а также динамические показатели сен- сомоторики и переделки навыка, как мы видим, велась в контексте понятия «задатки способностей».

Вместе с тем представленные экспериментальные материалы о соотношении интериндивидуальных вариаций мозговых ПА, зарегистрированных в период подготовки к произвольному движению разного смысла и результативности предугадывания «редких» и «частых» событий в ходе естественного развития «вероятностного обучения», затрагивают комплекс фундаментальных проблем психологии индивидуальности, до сих пор не получивших адекватных методов непротиворечивого решения. Если проанализировать соответствующие типологические вопросы, то нетрудно заметить, что все они как бы пересекаются в понятиях «способности», «продуктивность деятельности», «функциональные системы», «результат поведенческого акта», «задатки», «содержательная и формально-динамическая сторона субъектно-объектного взаимодействия».

Совмещение перечисленных понятий в едином тезаурусе психологии индивидуальности недавно могло бы показаться синкретическим объединением несовместимых сфер исследования, если традиционно делить индивидуальные особенности на врожденные, естественные, биологические и на специфически человеческие с их социально-историческим происхождением. Однако экспериментальные факты скорее свидетельствуют о единстве индивидных и личностных свойств в субъекте психической деятельности. Под давлением многообразия индивидуальных различий исследователь вынужден перейти от проблем аналитической психологии индивидуальных различий к изучению реальности целостной индивидуальности, наиболее полно раскрывающейся в развивающейся деятельности.

Поведение же, как показало теоретико-экспериментальное изучение индивидуализированности функциональных систем, привносит дополнительные системообразующие основания в организацию генотипических признаков [13, 19, 74]. В частности, мера сформированное™ стратегии достижения цели действий и прогнозируемая субъектом вероятность «успеха» ее реализации в конкретном планируемом акте жизнедеятельности способны кардинально изменять включенность свойств нервной системы в психофизиологию деятельности. Моделирование естественного развития деятельности и последующее изучение способов объединения разноуровневых свойств индивидуальности в целостность при эволюционно-системном подходе к ее теоретической реконструкции позволили предположить следующее.

Основываясь на беспрерывности развития человека, можно полагать, что в бесконечном фило- и онтогенетическом процессе выделяются определенные надситуационные координаты (в частности, относящиеся к цели и стратегии поведения), относительно которых происходит индивидуально-системное обобщение психофизиологических симптомов произвольной сферы психики. В результате целые комплексы (синдромы) индивидуальных особенностей фиксируются и далее уже функционируют как инвариантная составляющая целенаправленной активности. Отмеченная топология функциональных систем действий позволяет сохранять своеобразие каждого акта человека при сложной содержательной вариативности субъектно- объектного взаимодействия.

Развиваемые представления альтернативны стереотипам научного мышления, которые постулируют дизъюнктивное разделение содержательной и формально-динамической сторон деятельности, индивидных и личностных свойств человека. В основе этих упрощенных взглядов лежали «мозаичные» узколокализационистские концепции о задатках способностей как врожденных анатомо-физиологических особенностях индивида, как бы субстанционально существующих в нервной системе. Тщетность попыток репрезентировать локальные свойства мозговой ткани в качестве природной основы такого системного образования, как способности (скорее определяемой как задаток в развитии), очевидна.

Для определения категориальных оснований понятий «задаток», «способности» необходимо использовать данные, помогающие понять закономерности построения функциональных систем или функциональных органов при формировании и развитии субъектно-объектных взаимодействий. Конкретно-научные сведения относительно их динамики при психологическом моделировании прогностической деятельности [16, 27] позволяют выделить особые синдромы признаков индивидуальности, которые сохраняются в ходе развития. Вместе с тем результаты экспериментальных исследований показывают влияние содержательного компонента активности человека на регуляцию деятельности и на создание в «контуре» ее регуляции индивидуальнообобщенных функциональных систем, которые целесообразно изучать в качестве задатков значимых проявлений психики. Зафиксированы и обратные воздействия ситуативных особенностей организации функциональных систем на предпочтение индивидом определенных ситуаций развивающейся деятельности, что сказывается на ее результативности. Отмеченная гетерогения прошлого в настоящем с перспективой на будущее отражается в предваряющих действие процессах антиципации, которые могут использоваться в качестве ее системного индикатора при проработке проблем задатков прогностических способностей.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>