Полная версия

Главная arrow Психология arrow Дифференциальная психология

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

СИСТЕМНЫЙ ПОДХОД В ПРОБЛЕМАХ ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНОЙ ПСИХОЛОГИИ

З.1 К системным исследованиям в психологии индивидуальных различий

Системные исследования в области дифференциальной психологии в русле проработки концепции целостной индивидуальности ведутся уже более 30 лет. Они образно характеризуются как движение от необозримой многоаспектности «мозаик» особенностей и свойств индивидуальных различий к реальности изучения целостной индивидуальности как нового объекта дифференциальной психологии. Сегодня уже есть возможность оценить смысл проделанной работы и ее значение если не в отдаленной, то хотя бы в ближайшей перспективе.

Развитие современной дифференциальной психологии характеризуется не только накоплением новых знаний, но и тем, что сейчас существенно изменилось и продолжает меняться, — принципами и методами исследовательской работы. Среди понятий, наиболее концентрированно выражающих этот процесс, исключительное место принадлежит таким, как «Система», «Структура», «Интегратив- ность», «Целостность» (Садовский, Кузьмин, Ломов и др.). Универсальное значение такого ракурса многогранных проблем человеко- знания так оценил Г.П. Щедровицкий: «... дело здесь не просто в моде. Изучение объектов как структур и систем стало в настоящее время основной задачей по сути дела всех наук» [77, с. 155]. Подобная направленность прежде всего связана со способами понимания или, можно сказать, видения объектов.

Данная традиция обусловлена внутренним формированием науки, а также необходимостью реализации дифференциально-психо- логических знаний в общественной практике, где в полной мере проявляется многоаспектная природа динамично развивающихся целостных психических феноменов.

Задача специальной науки в рамках этой линии исследований состоит в том, чтобы особым образом построить знание о предмете своего изучения, опираясь на общие принципы и правила, в соответствии с которыми можно строить системно-структурное исследование частных объектов. Справедливости ради стоит заметить, что переход в дифференциальной психологии к существенно отличающимся от традиционных стереотипам научного мышления всегда труден. Обычно такой выход за рамки привычных дихотомий коррелятивных исследований аналитической ориентации осуществляется в периоды, когда встают задачи, не разрешимые старыми способами, или же когда появляются новые объекты, к которым старые средства не могут быть приложены.

Дифференциальная психология и психофизиология проходят этот путь, который образно можно обозначить как движение от необозримого множества индивидуальных особенностей с их многочисленными психологическими коррелятами к системному исследованию реальности целостной индивидуальности. Обращение к системным (эволюционно-системным, системно-структурным, системно-историческим) представлениям сегодня связано с необходимостью выхода науки из «тупикового пространства» необозримого множества линейно связанных индивидуальных различий. Эти «мозаичные» особенности дают только место испытуемого в нормальном распределении, с ними нельзя работать в психологической практике.

Изменение теоретико-методологической ориентации не было данью моде, но было направлено на снятие ряда противоречий развития отрасли: встали проблемы парциальности индивидуальных особенностей в своеобразии привычных манифестаций психики, невозможности применять данные аналитических исследований в решении житейских и государственных задач. Необходимо было «очеловечить» исследования индивидных и общеличностных свойств человека.

Проработка проблем дифференциальной психологии и психофизиологии уже на самых начальных этапах работ столкнулась с рядом трудностей воссоздания «живой» индивидуальности из имеющихся в манипулятивных экспериментах «мозаичных» и статичных ее фрагментов. В то время уже была показана тупиковость традиционных, в частности рефлекторных, способов изучения природы разноуровневых особенностей человека. Используемые здесь аналитические стратегии исследований в искусственно созданных парадигмах «биологическое — социальное», «генотипическое — средовое», «физиологическое — социальное» часто не способствовали познанию индивидуальных путей развития психики в формирующейся деятельности. Примененные технологии фиксировали лишь трансситуативную вариативность индивидных, общеличностных и личностных характеристик, а также необозримую множественность психологических проявлений парциально распределенных основных свойств нервной системы.

В русле инициированных В.Д. Небылицыным теоретико-экспериментальных работ особое место занимало создание категориального аппарата новой дифференциальной психофизиологии и психологии. Потребовалось именно создание, а не применение наработанного глоссария понятий, единым пониманием охватывающего область интеграции типологических характеристик в целостную индивидуальность. В то время даже категория «Индивидуальность» (которая, очевидно, является одной из основных в психологии) не получила должного статуса в советской психологии: «Большая советская энциклопедия» не содержит соответствующей дефиниции. Это понятие до сих пор часто используют как синоним социабельных индивидуальных различий, что ведет к «мозаичным» представлениям о природе индивидуальности, резко редуцируя ее содержание.

Вместе с тем целостность индивидуальности очевидна: нельзя говорить о ее «раздвоении» по аналогии с общепринятым термином «раздвоение личности». Отметим, что целостность — один из ясно фиксируемых сознанием признаков индивидуальности как системы — имплицитно содержится в логике развития ряда фундаментальных теорий (Ананьев, Мерлин, Стреляу и др.).

Системная теория и методология показывали, что целостность индивидуальности наиболее полно раскрывается в единстве свойств организма, индивида и личности в поведении, в деятельности [45, 74]. Психофизиологический ее уровень при этом является референтным для типологического изучения обобщенных (интегративных) характеристик психических процессов и свойств. Он опосредует влияние генотипа на психику, обладая выраженными кумулятивными качествами [19, 45].

Итак, «Целостность» — основная категория системного (эволюционно-системного, системно-исторического) подхода к анализу многоуровневых, многоаспектных развивающихся психических феноменов. Целостность (целое) обычно определяется как результат взаимодействия частей, уровней. При этом целостность концентрирует в себе качественно новые свойства компонентов. Части проявляют себя через другую часть, образуя иерархию (субординацию). Методология системного подхода выводит на передний план наряду с целостностью такие понятия, как эволюция, развитие, взаимодействие и взаимосодействие, динамика, иерархия, системообразующий фактор, типичность поведения [27, 45].

На этом пути эвристичными являются идеи В.Д. Небылицына, который неоднократно подчеркивал важную роль особенностей «целого мозга», целостных общеличностных характеристик для воссоздания унитарной индивидуальности. Ученый полагал, что своеобразие целостной индивидуальности наиболее полно познается в процессе изучения «вертикального среза» разноуровневых свойств человека (от биохимических, генотипических до общеличностных, культуральных, социально-психологических).

В эпоху идеологического прессинга на науку стали очевидными трудности организации подобных работ. Расширительная трактовка деятельностной парадигмы в стереотипах мышления как бы позволяла рассматривать образование, воспитание, среду и социум в целом в качестве ключевых для интенсивного психического развития на благо общества. Поэтому индивидуальные различия и — тем более — системное строение такой категории, как индивидуальность, скорее считали артефактом непрофессионально построенного обучения, чем предметом научного анализа.

Как уже было сказано, конкретные исследования часто не подтверждали угодную идеологии точку зрения.

Подобные задачи долгое время не могли быть корректно поставлены прежде всего из-за недостаточной ясности способов разрешения собственно психофизиологической проблемы. Как неоднократно отмечалось Б.Ф. Ломовым и В.Б. Швырковым, конкретные исследования, основывающиеся на теориях психофизиологического параллелизма, тождества, взаимодействия, по сути дела, вели к тупиковым позициям [44, 45, 74]. Природные особенности индивида при таком подходе могли выступать лишь в роли несущественных механизмов реализации деятельности. Логичным казалось, например, допущение решающего влияния на развитие личности «вывиха тазобедренного сустава» и несущественность роли фундаментальных типологических особенностей высшей нервной деятельности [41] или же структурирование индивидуальности исключительно смысловыми составляющими [10]. Таким образом, проблема очевидного индивидуального своеобразия психики действующего человека как бы выносилась за скобки.

Для современной науки вскрытие объективных оснований тех интегральных качеств, которые характеризуют человека как индивида и личность, становится актуальной теоретической задачей [67, с. 38]. Важность охвата единым пониманием разноуровневых индивидуальных особенностей психики в их целостности подчеркивал еще Л. Сэв: «... пока не выяснена теоретическая основа понятия человеческого индивида, теория личности рискует увязнуть в зыбучих песках идеологических иллюзий» [67, с. 77].

Относительно конкретного «наполнения» структуры индивидуальности определенные ориентиры имелись в трудах С.Л. Рубинштейна. Ученый утверждал, что объяснение любых психических явлений необходимо исходит из того, что личность выступает как воедино связанная совокупность внутренних условий, через которые преломляются все внешние воздействия. При этом внутренние условия включают как важнейший момент индивидные свойства человека [31, 62].

Для субъектоцентрированной новой дифференциальной психологии априорными становятся следующие фундаментальные положения человекознания. Целостность сверхсложных «живых» систем, как известно, принципиально не может быть описана через взаимосвязи отдельных их частей. Целостность, применительно к проблемам индивидуальных различий целесообразно изучать через «системообразующий фактор» [9], интегративность характеристик человека, типичность поведения [19, 63].

Системообразующим основанием, скрепляющим разноуровневые механизмы субъектно-объектного взаимодействия для получения планируемого результата, является мотивационно-потребностная сфера личности [41]. Вектор «Мотив—Цель» в процессе антиципации обусловливает опережающий характер реагирования человека в сложноорганизованном потоке событий [45].

Кумулятивность складывающихся при этом функциональных систем (органов психики) обеспечивает преемственность стадий ее развития. В результате актуальная структура нейро- и психофизиологического уровня жизнедеятельности, опосредующего влияние генотипа на психику [45, 47], содержит следы прошлого (генотипические признаки), аналоги настоящего (сравнение прогноза и реальности) и предвестники будущего (информационные эквиваленты образа-цели).

Таким образом, мысль о возможности изучения целостной индивидуальности с помощью психологического моделирования развивающейся деятельности с ее системообразующими факторами (мотив — цель — личностный смысл) и последующего детального исследования своеобразия «жестких» звеньев активности зародилась в логике развития отечественной типологической школы.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>