Полная версия

Главная arrow Психология arrow Дифференциальная психология

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Индивидные характеристики в дифференциальной психологии

Множество характеристик индивидуальных особенностей в дифференциальной психологии принято делить на индивидные (оценивающие свойства, качества и функциональные состояния индивида) и личностные (характеризующие личностные и общеличностные качества), а также оценивающие психологию личности — в широком и узком смысле слова. Категории «Индивид» и «Личность» являются базовыми для психологии индивидуальных различий.

Индивид (от лат. individuum — неделимое) понимается в двух аспектах:

  • 1) человек как целостное природное существо, представитель рода Homo sapiens, продукт филогенетического и онтогенетического развития в единстве врожденного и приобретенного, генетического и средового, носитель индивидуально-своеобразных черт. Последние сущностно определяют задатки деятельности и способностей, влечения, эмоциональный фон деятельности и т. д.;
  • 2) отдельный представитель человеческой общности, социальное существо, выходящее за рамки своей биологической (природной) ограниченности. Использует орудия, знаки и через них овладевает собственным поведением и психическими процессами.

Наиболее общие характеристики индивида — целостность орга- низмической организации, интегрированной со своеобразием личности; функциональная устойчивость во взаимодействии с окружа- зо

ющим миром; индивидуально-характерная топология активности. Наиболее четко организмические и психофизиологические характеристики индивидуальных различий (как механизмы их индивидуально-стабильного психологического своеобразия) в дифференциальной психологии выделяются в исследованиях, использующих аналитический способ анализа научных феноменов. Аналитический подход в дифференциальных разделах психологии характеризуется разделением единой психологической реальности целостной индивидуальности на отдельные уровни, части, характеристики, черты, параметры, феномены, явления. Аргументируется такое расчленение, например, необходимостью соблюдения чистоты эксперимента, нивелированием ситуативной вариативности любой психической характеристики, стремлением получить монометричный признак, требованиями надежности и валидности методик и психотехнологий их выделения.

Функциональная асимметрия и специализация полушарий мозга иногда избираются как важный момент индивидуальных различий. В данном контексте специфика полушарий мозга рассматривается в качестве биологической основы индивидуальных особенностей «ла- пости» (животных) и «рукости» (человека) в доминировании и подчинении конечностей.

Вместе с тем известно, что абсолютного доминирования полушарий не существует. Каждый человек обладает индивидуальным сочетанием церебрального доминирования при вариациях доминирования руки, ноги, уха, глаза. Практические психологи часто предлагают учитывать критерий «ногости» при ориентации раннего приучения детей к праворукости. Однако практика фиксирует факты дезорганизации психики ребенка, имеющие отдаленные последствия.

В практической дифференциальной психологии постоянно разрабатываются приемы и психотехнологии, направленные на восстановление и реабилитацию утраченных в результате такого переобучения психических функций. Так, школьным психологам предлагается организовать специальную игровую комнату, оборудованную широким спектром игровых материалов. Психолог, организуя игровую деятельность ребенка (которая является в этом возрасте ведущей), конструирует ситуации, где сам ребенок — без управления взрослым — решает, какой рукой ему действовать. Так избирается доминирование руки. Очевидно, явное противодействие ребенка избиранию социального норматива праворукости требует принятия потребности ребенка.

Концепция эквипотенциальности полушарий мозга свидетельствует, что полушария изначально являются идентичными в отношении основных психических функций, в том числе и речевой. Причиной этого качества является высокая пластичность мозга и взаимозаменяемость симметричных его отделов. Подкрепляют эту концепцию данные современной нейрофизиологии, которые, скорее свидетельствуют о переходе в зрелом возрасте человека асимметрии мозга головного в гомогенность нейрональных областей.

В противовес теории эквипотенциальности развивается концепция прогрессивной латерализации в специфике специализаций полушарий мозга, которая существует с самого рождения ребенка. Задатки праворукости — в запрограммированной способности нейронального субстрата левого полушария развивать речевую функцию, определять деятельность ведущей руки. Морфологически эти различия выявляются в строении будущих речевых зон задолго до того, как формируется речь.

Источниками леворукости признается конвергенция трех факторов: средовых (включая культуральные), генетических и патологических. Проработка указанной гипотезы не дает однозначных ответов. Так, было опровергнуто предположение о генетическом происхождении наследования рукости, опирающееся на закон Менделя. Предполагалось, что это качество определяется действием одного гена. Однако было обнаружено, что около половины детей двух леворуких родителей оказываются праворукими, что противоречит высказанной гипотезе. Гипотеза подтверждается, если принять во внимание известные законы психогенетики о наследовании индивидуальных особенностей, часто передающейся через поколение.

Характерная для отечественной психологии традиция естественно-научного ориентирования дифференциальной психологии избирает в качестве референтных психофизиологические признаки индивида. В дифференциальной психологии соответствующие характеристики связывают с основными и общими свойствами нервной системы индивида.

Эта теория свойств нервной системы как задатков своеобразия признаков дифференциальной психологии индивида и личности разрабатывалась отечественной школой Б.М. Теплова — В.Д. Небы- лицына и их последователями в русле научного направления, получившего в современных работах название «дифференциальная психофизиология» [12,18, 20,27, 55]. Не будет преувеличением сказать, что субъектоцентрированная дифференциальная психология создает условия проработки нового ракурса многогранных — классических и новых — проблем психологии индивидуальных различий, открывающей фундаментальные законы дифференциальной психологии.

Теоретическое обоснование дифференциально-психологических работ при их интеграции с дифференциальной психофизиологией дано в концепции типологических задатков деятельности как предикторах топологии индивидуально-психологических различий. Проработка этих вопросов осуществлена школой Теплова—Небыли- цына в типологических исследованиях высшей нервной деятельности, а также в изучении свойств нервной системы и их психологических проявлений [55, 68, 69]. Показано, что индивидуальные различия, обусловленные свойствами нервной системы, непосредственно не предопределяют содержания психического. Они скорее находят проявление в формально-динамических особенностях психики и поведения человека (в темпе, быстроте, функциональной выносливости, работоспособности, стрессо- и помехоустойчивости и др.) [60, 63, 68, 69].

Очевидно социально-мировоззренческое значение данного ракурса многообразных проблем дифференциальной психологии. Соответствующие типологические характеристики лишены оценочного подхода к индивиду. В частности, выделенные в школе отечественных психологов параметры индивида не претендуют на его социальную оценку — наличия или отсутствия общепризнанных человеческих достоинств. Здесь нельзя утверждать, какие свойства нервной системы в их «слитиях» с характеристиками психологии индивидуальных различий лучше, а какие хуже. В одних обстоятельствах лучше проявят себя люди с одними свойствами нервной системы, в других — с другими. Так, представители сильной нервной системы хорошо справляются со стрессогенными обстоятельствами деятельности, но обладают низкой чувствительностью и плохо переносят ситуации монотонии.

Большинство надежных и валидных психофизиологических методик, пригодных для изучения синдромов индивидуально-психологического своеобразия человека, являются аппаратурными: используются как электроэнцефалографы, так и методики типа «карандаш и бумага», а также бланковые методики [2, 52]. Как аппаратурные, так и бланковые методики носят индивидуальный характер.

Особое значение для выделения базовых оценок дифференциально-психологических синдромов — по материалам школы Теплова— Небылицына — имеют характеристики электроэнцефалограммы (ЭЭГ). Экспериментальные исследования в этом направлении констатировали, что «сырая» ЭЭГ (не обработанная математическими методами) не имеет возможности стать объектом дифференциальной психофизиологии в ее интеграции с дифференциальной психологией [27]. (Исключение, пожалуй, составляет депрессия доминирующего альфа-ритма в ЭЭГ, которая связана с эффектами новизны, неожиданности раздражителя, но исчезает в периоды реализации сущностных психологических процессов при произвольности активных форм субъект-объектного взаимодействия.)

В силу отмеченных обстоятельств зарекомендовавшими себя объектами дифференциально-типологических исследований стали статистически обработанные параметры ЭЭГ, такие как: энергетические спектры разных диапазонов частот ЭЭГ, ее когерентность и синхронность; вызванные потенциалы, в частности важные для индивидуа- зз

лизированного отражения действий как «кирпичиков» психического [12]. Чтобы продемонстрировать интегративную важность детального типологического изучения индивидных параметров для познания своеобразия общеличностных характеристик человека, рассмотрим лонгитюдное исследование континуальности сферы «Общие свойства нервной системы — Индивидуальные особенности установки — Выраженность потребности в лидерстве в социальной группе».

Актуальным для проблем природных основ характеристик дифференциальной психологии по целому ряду причин стало типологическое изучение моторных вызванных потенциалов (МВП) [12, 16, 27]. Движение традиционно рассматривалось исследователями как своеобразный «кирпичик» психического. Корковое представительство двигательного анализатора имеет тесные морфофункциональные и коммуникативные связи с ретикулярной формацией (ее ключевое значение для проработки проблем общих свойств как морфологического субстрата индивидуальных особенностей очевидно).

Круг феноменов МВП в науке широко и плодотворно используется для изучения индивидуальных особенностей процессов, реализующих движения человека как действия (как «кирпичик» психического). Не будет преувеличением сказать, что в настоящее время МВП являются основным, если не единственным, методом, позволяющим в эксперименте при интактном мозге исследовать относительно тонкие нейрофизиологические механизмы психической активности человека.

Движения человека, включенные в его многообразные отношения с внешним миром, могут служить удобной моделью экспериментального изучения специфики индивидуализации этих взаимосвязей, а также тех индивидных свойств, которые опосредуют при этом влияние «внешних причин» через «внутренние условия». В тонких нейрофизиологических механизмах реализации двигательных реакций (которые могут быть проанализированы, в частности, по параметрам МВП) получают отражение самые разнообразные свойства индивида, проявляющиеся в широком континууме его взаимодействий с объективной реальностью: от тех качеств человека, которые характеризуют его как представителя биологического вида Homo sapiens, до индивидуальных особенностей, связанных с личностнопристрастными формами отражения внешнего мира.

В этой области исследований дифференциальная психофизиология в ее интеграции с субъектоцентрированной дифференциальной психологией имеет свой специфический предмет, связанный с изучением «конституциональных», «природных», «устойчивых», «генотипически обусловленных» особенностей индивида, имеющих широкий спектр психологических проявлений [27]. Здесь 40-летнее нейрофизиологическое исследование МВП было ориентировано на решение вопросов субъектной дифференциальной психологии в единстве теории, эксперимента и практики, необходимом для фундаментальных исследований.

Надо было выявить внемодальные характеристики мозга, связанные со свойствами неспецифической ретикулярной системы [54]. Объектом экспериментальных серий стали моторные вызванные потенциалы пассивных движений (МВПП) по 36 накоплениям отрезков низкочастотной ЭЭГ, имеющие «двугорбие» в конфигурации основного негативного компонента. Выяснение нейрофизиологической природы МВП должно было стать специальной экспериментальной задачей.

В.Д. Небылицыным и Т.Ф. Базылевич была выдвинута гипотеза, согласно которой нейрофизиологической основой раздвоения негативного колебания МВПП (фазы Н и Hi) является неодновремен- ность прихода в кору потоков специфического и неспецифического возбуждения, сопровождающих пассивные движения мышц. Механизм образования двух фаз МВПП представляется следующим образом. Неспецифическое возбуждение, в силу полисинаптической организации ретикулярных структур, достигает кору с некоторой временной задержкой. Можно думать, что начальная фаза Нх есть отражение корковой негативности, вызванной потоком специфического возбуждения, а вторая фаза Н2 отражает неспецифическую активацию.

Для уточнения генераторов МВПП у 10 человек исследовалось влияние аминазина (хлорпромазина) на конфигурацию МВПП. (Аминазин прямо не влияет на специфические афферентные системы и на активность нейронов коры, а действует преимущественно на адренергические структуры ретикулярной формации мозга, подавляя их активность.) В соответствии с этой схемой аминазин должен вызывать определенные изменения в тех компонентах МВПП, которые отражают неспецифическую импульсацию, сопровождающую проприоцептивное возбуждение от мышечного сокращения.

В экспериментах, проведенных по стандартной методике [12, 27], три раза регистрировались МВПП. Фоновые эксперименты 1-й и 3-й серий фиксировали МВПП в ходе стандартной процедуры обследования и проводились с интервалом в две недели. У четырех испытуемых, кроме того, был выделен МВПП за год до проведения психофармакологического обследования. Во 2-й серии опытов испытуемые принимали аминазин в драже (50 мг). Через час после приема проводился опыт с регистрацией МВПП. У четырех испытуемых были получены ответы для трех интенсивностей проприоцептивной стимуляции, у шести — лишь при максимальном раздражении.

Сравнение усредненных МВПП, полученных в 1-й и 3-й сериях, и ответов, зарегистрированных у тех же испытуемых год назад, показало их относительную стабильность. Так, на рис. 1.1 видно, что фоновые МВПП испытуемого Д.А. сохраняют как индивидуально-характерную форму с четким раздвоением негативного колебания Н2 на две полуволны, так и основные амплитудно-временные параметры.

При действии аминазина наблюдается изменение конфигурации МВПП, которое у восьми испытуемых выражается в эффекте исчезновения, или редукции (рис. 1.16) поздней полуволны основного негативного колебания.

МВПП испытуемого Д.А. в фоновых опытах (а, е) и во время действия аминазина (б)

Рис. 1.1. МВПП испытуемого Д.А. в фоновых опытах (а, е) и во время действия аминазина (б)

Далее проводился комплекс экспериментальных серий, где фиксировались изменения неспецифических компонентов МВПП в ходе возрастающих функциональных нагрузок как прием фиксации функциональной выносливости, работоспособности (силы) ретикулярной формации. Регистрировали градиенты изменений неспецифических параметров МВПП по мере возрастания функциональных нагрузок [12].

Исследования последнего десятилетия [19, 27] методологически обосновывают и экспериментально доказывают, что системный ракурс проблем типологического познания позволяет экспериментально перейти к типологическим предикторам целых сфер индивидуальной деятельности и выявить задатки «сколь угодно важных индивидуальных особенностей психики», как часто говорил В.Д. Небылицын.

Своеобразная валидизация отмеченных тенденций развития типологического познания, показавших соотносимость разноуровневых типологических предикторов деятельности, осуществлена, например, в конкретном исследовании континуальности сферы «Общие свойства нервной системы — Индивидуальные особенности установки — Выраженность потребности в лидерстве в социальной группе».

Выделение лидерства как упроченного свойства личности осуществлялось на основе наблюдений компетентных «судей» — коллег по работе, учебе и общению. Ряд эмпирических серий потребовал выделения «крайних групп» по выраженности свойства лидерства (по критерию: среднеарифметическое значение плюс/минус 2/3 сигмы). В эмпирическом лонгитюдном исследовании в общей сложности приняли участие 256 испытуемых — 120 женщин и 136 мужчин в возрасте 18—25 лет (студентов СТИ, УРАО и слушателей РАГС).

Эмпирическое дифференциально-психологическое лонгитюдное исследование включало в себя сбор материалов по следующим методикам: субъективному шкалированию степени эмоционального предпочтения типологически значимых ситуаций; фиксации акмео- логического статуса личности; оценке структуры целостной индивидуальности (ОСЦИ) [24]. Обработка результатов проводилась с помощью математической статистики, включающей в себя корреляционный и факторный анализ матриц интеркорреляций собранных показателей, сравнение средних данных для выделенных групп испытуемых по критерию Манна—Уитни.

Типологический эксперимент фиксирует здесь в первую очередь формально-динамическую, а не содержательную сторону соответствующих индивидуальных различий. При этом желание «первенствовать» целесообразно анализировать через фиксацию выраженной потребности зрелой личности в лидерстве с учетом социальной специфики текущего момента жизнедеятельности в реальных ситуациях.

Типологическое познание открывает перспективу создания новых методологических разработок, нового квазиэксперимента и новых путей реализации законов формирования и развития целостной индивидуальности в практике. В данном аспекте в качестве предиктора континуальности сферы «Гармоничность целостной индивидуальности — Акмеологический статус личности — Лидерство» рассматриваются и индивидные, и личностные свойства человека.

Залогом успешного продвижения в познании природы феноменов дифференциальной психологии стала детальная проработка специфических «узлов» проблем системного принципа, системного подхода и системотехник фундаментальных исследований индивидуальных особенностей, специфичных для органических, живых систем. Открываемые в современных дифференциальных исследованиях законы «слития» индивидных и общеличностных признаков в «вертикальном срезе» многоуровневых свойств целостной индивидуальности, очевидно, дали реальные возможности проработки субъектоцентрированной психологии индивидуальных различий и внедрения в практику ее данных.

Контрольные вопросы

  • 1. Предмет дифференциальной психологии. Его изменение по мере накопления научных данных о специфике особенностей, механизмов и факторов индивидуальных различий.
  • 2. Чем изучение индивидуальных различий в дифференциальной психологии отличается от их исследования в социологии и общей психологии?
  • 3. Охарактеризуйте типологический аспект изучения индивидуальных различий.
  • 4. Как соотносятся понятия индивида и личности в дифференциальной психологии?
  • 5. Номотетический и идеографический способы описания индивидуальных особенностей.
  • 6. Методы получения и статистической обработки данных в дифференциальной психологии.
  • 7. Как связаны сила нервной системы и чувствительность? Мировоззренческое значение этого закона.
  • 8. Дайте сравнительную характеристику лонгитюдного метода и метода «срезов».
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>