Полная версия

Главная arrow Политология arrow Маргарет Тэтчер и германский вопрос. (1979 -1990 гг.)

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Отношения между Великобританией и ГДР

Во второй половине 1980-х гг. ГДР постепенно стала утрачивать поддержку Советского Союза во внутренней и внешней политике. После апреля 1985 г. (Апрельский пленум ЦК КПСС) и начала перестройки лидеры ГДР иногда проводили политику, противоположную той, что рекомендовалась советской стороной в ходе межгосударственных и межпартийных контактов. По воспоминаниям М. С. Горбачева все его осторожные попытки убедить при личных встречах Э. Хонеккера в необходимости реформирования страны и партии «натыкались на глухую стену» [38, с. 162]. Руководитель западногерманских коммунистов Г. Мисс, побывавший после апрельского пленума в ГДР, вспоминал, что руководство ЦК СЕПГ получило немало писем с вопросом: а не следует ли и нам подходить к проблемам также, как и КПСС? Руководство на закрытых активах давало ответ «нет», в целом не следует, хотя по отдельным вопросам новый подход найти нужно. Но, по замечанию Г. Миса, таких вопросов, по которым нужно было менять подход, так и не удавалось найти [39, с. 57]. Э. Хонеккер в своем кругу не раз говорил, что перестройка в ГДР уже проведена, понимая под этим смену руководства СЕПГ, то есть собственное выдвижение на пост Первого секретаря вместо В. Ульбрихта.

В условиях активизации германской политики ФРГ лидеры ГДР, с одной стороны, стремились демонстрировать политическую независимость своего государства. С другой стороны Э. Хонеккер в сфере германогерманских отношений стремился к большей самостоятельности и независимости от Москвы. Тот факт, что советская периодика в 1983-1984 гг. расставляла акценты на «реваншизме» и «милитаризме» в политическом курсе ФРГ, не способствовало укреплению дружбы и развитию взаимопонимания СССР с ГДР, скорее наоборот. Впоследствии дисгармония отношений СССР-ГДР, заложенная в период 1983-1984 гг., внесла свой вклад в непринятие Э. Хонеккером политики перестройки.

Поскольку курс ГДР с 1985 г. в делах внешней политики приобретал все большую самостоятельность, британские аналитики предвещали рост политического веса ГДР в социалистическом лагере и усиление ее голоса на международной арене. В связи с этим посольство Великобритании в Восточном Берлине рекомендовало британскому правительству продолжать прилагать усилия к развитию отношений с ГДР. В Англии ожидали, что Восточная Германия скоро «расправит крылья», однако берлинский вопрос предпочитали оставлять нетронутым [184].

В апреле 1985 г. состоялся визит министра иностранных дел Великобритании Дж. Хау в ГДР. Вместе с министром иностранных дел ГДР О. Фишером Дж. Хау высказался за интенсивное развитие политического диалога между странами, развитие экономических и культурных связей [142]. Во время беседы Дж. Хау с Э. Хонеккером обе стороны выразили надежду на скорейшее ограничение ядерных вооружений и улучшение отношений Восток-Запад. Британская сторона провозгласила своей целью добиться значительного сокращения ядерных вооружений с обеих сторон. Дж. Хау также выразил озабоченность по вопросу соблюдения прав человека в ГДР, в частности, права на свободу передвижения. Великобритания считала недопустимым создавать искусственные преграды на пути восточных немцев на Запад [290, кол. 448]. В конце встречи восточногерманский лидер передал Елизавете II и М. Тэтчер «наилучшие пожелания и приветы» [369; 291, кол. 516].

Важной внешнеполитической задачей руководства Восточной Германии являлась организация встречи лидера ГДР или министра иностранных дел с британским премьером. Однако М. Тэтчер высказалась категорически против этого, поскольку считала, что это дискредитирует ее политику. Отказ Великобритании от организации подобной встречи затруднил интенсификацию политического сотрудничества двух стран. О. Фишер и член Совета министров ГДР Г. Райхельт посетили Лондон 18 ноября 1986 г. и 2 июля 1987 г. В ходе переговоров представители обеих стран высказались за политику разоружения и развитие диалога между НАТО и ОВД [162]. О. Фишер за время визита в Лондон окончательно убедился в тщетности попыток организации личной встречи с М. Тэтчер [185]. Несмотря на то, что с 1985 г. между МИД двух государств были установлены регулярные контакты, к 1987 г. двусторонние отношения характеризовались лишь определениями «стабильные» и «скромно удовлетворительные» [185]. Британская сторона считала, что для их дальнейшего успешного развития необходимо умелое использование политики кнута и пряника. Великобритания настороженно относилась к развитию диалога ФРГ с социалистическими странами, однако британское агентство новостей «Рейтор» охарактеризовало визит Э. Хонеккера в ФРГ 6-11 сентября 1987 г. как «историческое событие, которое ознаменовало собой большой прорыв в направлении нормализации отношений между двумя государствами» [353]. Британское посольство в ГДР было разочаровано отношениями Э. Хонеккера с М. С. Горбачевым и слабой восприимчивостью ГДР идей перестройки и нового мышления.

Экономические отношения двух стран продолжали развиваться, в 1988 г. британский экспорт в ГДР вырос на 20%, но торговый баланс по- прежнему складывался в пользу Восточной Германии. Главными внешне- тоговыми партнерами ГДР на Западе кроме ФРГ являлись Франция, Великобритания и Италия. Секретарь МИД Великобритании М. Меллор совершил визит в ГДР 12-16 марта 1988 г. Он встретился с рядом политических деятелей Восточной Германии и посетил Лейпцигскую ярмарку. На ярмарке были представлены товары более 140 британских производителей, 66 из них получили золотую медаль за регулярное участие в ярмарке. По итогам визита М. Меллор пришел к выводу, что для британских фирм существуют «огромные возможности» развития на рынках ГДР [296, кол. 1073]. Министр торговли Восточной Германии доктор Байль дважды в 1988 г. посетил Лондон, демонстрируя тем самым заинтересованность немецкой стороны в развитии торговых отношений с Великобританией [186]. Однако политические отношения двух государств все еще не удовлетворяли восточногерманскую сторону. М. Тэтчер не считала возможным проведения личной встречи с Э. Хонеккером, а в Восточной Германии придавали этому политическому шагу особое значение. Руководство ГДР демонстративно выражало британскому посольству свое разочарование уровнем политических взаимоотношений между двумя государствами. Британские аналитики констатировали, что давление по данному вопросу будет продолжать расти по мере того, как лидеры других европейских государств (в их числе назывался президент Франции Ф. Миттеран) продолжат свой диалог с Э. Хонеккером [186]. Посол Великобритании в ГДР И. Брумфилд отмечал, что коммерческие интересы Англии в Восточной Германии могут серьезно пострадать, если руководство СЕПГ придет к выводу о «наименьшей предпочтительности» восточных немцев для британских политиков из всех народов Европы [186].

С конца 1987 г. британское посольство в Восточном Берлине все чаще стало указывать на рост оппозиционных настроений внутри ГДР. Основной причиной внутриполитических проблем Восточной Германии в Великобритании считали недоверие руководства ГДР к политике М.С. Горбачева, к принципам перестройки и гласности [186]. Восточногерманская оппозиция формировалась главным образом под крышей евангелической церкви. Там собирались различные группы по защите прав человека и гражданина, проводили собрания экологические и пацифистские организации. Церковные структуры занимались изданием оппозиционных газет и журналов под маркой «для внутрицерковного пользования» [307, с. 240]. В ответ служба госбезопасности ГДР организовала массовые преследования оппозиционеров и установила более жесткий контроль за деятельностью протестантской церкви. Депутаты палаты общин британского парламента осудили действия восточногерманского руководства и призвали к выполнению обязательств, взятых на себя правительством ГДР после подписания хартии по правам человека ООН и Заключительного акта в Хельсинки [295, кол. 657].

В 1989 г. Н. Брумфилд характеризовал ГДР как государство, стабильность которого влияет на стратегические интересы Великобритании. Торговый баланс в этом году продолжал сохраняться в пользу ГДР, хотя британский экспорт в Восточную Германию возрос. Наибольший прогресс ожидался в области распространения английского языка и подготовки управленческого состава ГДР. Смещение Марго Хонеккер с поста министра образования ГДР открывало огромные возможности для усиления британского влияния на молодое поколение управленцев и потенциальных политических лидеров Восточной Германии. Особое внимание уделялось преподаванию английского языка, который, по прогнозам Н. Брумфилда, с 1990 г. должен был вскоре заменить русский язык в качестве первого иностранного для восточных немцев [187].

В ответ на актуализацию германского вопроса со стороны ФРГ, правительство Восточной Германии решило представить мировому сообществу свои соображения по этой проблеме. В интервью 8 июня 1985 г. Э. Хонеккер выразил точку зрения, что благодаря Берлинской стене стало возможным совещание в Хельсинки, международное признание ГДР, создание СБСЕ. Стена, по его мнению, исчезнет тогда, когда уйдут в прошлое причины, ее породившие [246, с. 527]. В ноябре 1986 г. советник Э. Хонеккера В. Зайферт издал книгу «Вся Германия - перспективы воссоединения». В ней автор выразил уверенность в том, что объединенная Германия будет служить только интересам СССР и социалистического блока [258, с. 212]. Великобритания не считала германский вопрос закрытым, поскольку после Второй мировой войны с Германией не был подписан мирный договор.

В январе 1989 г. Дж. Хау заявил, что Берлинская стена - это «реликт холодной войны, который должен пасть в ходе развития европейских мирных процессов» [365, с. 129]. В такой ситуации Лондон считал необходимым учитывать геополитические реалии на континенте и развивать отношения с двумя немецкими государствами, не отказываясь при этом от критики в адрес политического режима в ГДР. Однако правительство М. Тэтчер никогда бы не согласилось с объединением Германии по советской модели. Британский МИД после 1945 г. продолжал рассматривать территорию ГДР и Восточного Берлина как часть западного мира. Делами Восточной Германии в Форин офис занимался отдел не Восточной, а Западной Европы [223, с. 63].

Таким образом, главным принципом внешней политики Великобритании во второй половине 1980-х гг. оставалось сохранение национального суверенитета в условиях углубления интеграционных процессов в Европе. Определенные разногласия и противоречия между ФРГ и Англией возникали из-за разного подхода лидеров стран к вопросу европейской политической и дальнейшей экономической интеграции. М. Тэтчер опасалась формирования в Европе оси Бонн-Париж как противовеса США и Великобритании. Перспектива объединения Германии в рамках объединенной Европы вызывала негативную реакцию Лондона. М. Тэтчер считала, что объединенная Германия в силу своей экономической мощи и занимаемой территории явится дестабилизирующим фактором в Европе. В такой ситуации только военное присутствие США, а также тесное сотрудничество Великобритании с Францией могли бы уравновесить мощь объединенного немецкого государства. Таким образом, процессы политической интеграции Европы и объединение Германии рассматривались в Лондоне как противоречивые и опасные для сохранения и поддержания системы всеобщей безопасности. В своей речи в Брюгге осенью 1988 г. М. Тэтчер выступила против политической интеграции Европы и призвала к сохранению национального суверенитета каждой из стран ЕС. Выступление премьер- министра укрепило позиции британских евроскептиков и содействовало их объединению в «группу Брюгге» [8-А]. Великобритания также испытывала неприятные чувства в связи с углублением сотрудничества между ФРГ и СССР. В Лондоне опасались возрождения «духа Рапалло» и перехода ФРГ в сферу влияния Советского Союза.

Особое внимание Великобритании к германской проблеме отразилось в серии визитов членов королевской семьи в Западный Берлин. Во второй половине 1980-х гг. город посетили королева Елизавета II, принц Чарльз и принцесса Диана. Отношения Великобритании и ГДР оставались на невысоком уровне. Особое внимание уделялось развитию экономических и культурных связей. В Лондоне внимательно следили за углублением кризисных явлений в ГДР, поскольку считали Восточную Германию сферой британских стратегических интересов.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>