Полная версия

Главная arrow Литература arrow Коммуникативно-прагматическая вариативность предметно-ориентированного английского языка.

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

АНГЛИЙСКИЙ ЛИНГВА ФРАНКА В КРУГУ «АНГЛИЙСКИХ ЯЗЫКОВ» МИРА

Современный английский язык в аспекте глобализации

За последние три десятилетия глобализация английского языка (АЯ) стала одной из основных тем социолингвистических исследований, которые соответствуют радикальным переменам в социально- экономической и общественно-политической жизни современного мира (Blommaert 2010, р. 79). Среди наиболее злободневных направлений этих исследований важная роль принадлежит изучению статуса и функционирования АЯ в процессах лингвистической глобализации [Leung 2010, р. 6].

С начала 1980-х гг. различные аспекты статуса и функционирования региональных, национальных и территориальных вариантов АЯ исследуются в многочисленных трудах, например, Д.А. Шахбаговой (1982), Л. Смита (1983, 2008), О.Е. Семенца (1985), А. Дэвиса (1989), Д. Кристала (1997), Т. МакАртура (1998), Е.В. Крайнюченко (2001), Дж. Брат-Гриффлер (2002), Дж. Дженкинс (2003), Г. Мелчерса и Ф. Шоу (2003), З.Г. Прошиной (2005, 2007), Д. Грэддола (2006), В.В. Ощепко- вой (2006), Э. Киркпатрика (2007), Е.К. Черничкиной (2007), Р. Ме- стри (2008), Е.К. Павловой (2010), С. Нельсона (2011), О.В. Николаевой (2011), О.В. Хоменко (2013), и многих других. Авторы не только предлагают описание разновидностей АЯ, но и разрабатывают вопросы контактной лингвистики, корпусной лингвистики, социолингвистической вариативности, целевых установок и методики преподавания новых вариантов АЯ [Bolton 2004, р. 368], межнациональной и межкультурной коммуникации.

Широкая дискуссия о природе глобальной стратификации АЯ, развернувшаяся в 1970-х— 1980-хгг., привела к развитию нового направления лингвистической мысли, получившего название World Englishes Paradigm, основателем которого по праву считается американский лингвист Б. Качру, автор концепции «английских языков мира (World Englishes)», соотносящихся по принципу концентрических кругов [Kachrul976, 1985].

Последующие модификации концентрической модели, разработанные Б. Качру (1989, 1990), и альтернативные круговые модели Т. МакАртура (1987), М. Герлаха (1988), Д. Грэддола (1997), Дж. БраттГриффлер (1998), М. Модиано (1999), Я. Яно (2001) передавали взгляды авторов на центростремительные и центробежные тенденции глобального распространения АЯ. Разделение этих взглядов исходит из понимания моноцентризма-полицентризма АЯ, из противопоставления АЯ как единого языка в современном мире со всеми его географическими и социальными разновидностями (World English) и АЯ как набора независимо развивающихся многочисленных «английских языков» (World Englishes).

Для многих исследователей АЯ международной коммуникации аксиоматичным является тот тезис, что АЯ не принадлежит носителям языка, которые составляют меньшинство среди всей массы его пользователей. На этом основании контроль над развитием языка всемирного общения должен перейти в руки тех, кто использует английский язык как второй [Anchimbe; Chee; Graddol; Higgins; Jambor; Jenkins; Mader; Modiano; Seidlhofer; Rajagopalan; Sharifian]. В рамках данного подхода глобальный АЯ не должен отождествляться ни с одним основным языковым вариантом и не должен выбирать ни один из стандартных вариантов в качестве целевой модели.

При всем разнообразии теоретических концепций, раскрывающих тенденции развития глобального английского языка, выделяются три наиболее определившихся подхода. Во-первых, это основанное на идеях Б. Качру представление о взаимосвязи традиционных и новых вариантов, «английских языков мира» — World Englishes [Kachru, 1986]. Причем, в большинстве случаев термином World Englishes обозначают не такие национальные варианты АЯ в традиционных регионах западного мира, как британский, американский или австралийский, а новые варианты, развивающиеся в странах Азии и Африки, Карибского бассейна и Океании, например, Barbadian English, Cameroonian English, Hong Kong English, Japanese English и т.д. [Bonici, p. 15].

Во-вторых, это разработанная в начале 1990-х гг. Р. Филлипсоном, политически мотивированная теория языкового империализма АЯ как инструмента мирового господства англоязычных стран и, прежде всего, США. Согласно теории языкового империализма Р. Филлип- сона, языковое доминирование АЯ объясняется неравенством, которое обеспечивается предоставлением крупных материальных ресурсов и привилегий английскому языку и тем, кто им владеет [Phillipson 1992]. В его концепции «языкового геноцида» предлагается подход, согласно которому взаимоотношения между языком всемирного общения и другими языками и культурами рассматриваются на основе доминирования первого, следствием чего является утрата другими языками этнокультурной идентичности. Инструментом этого выступают механизмы символического подавления, замены, исключения в отношении других языков. Р. Филлипсон критикует попытки отождествления глобального АЯ и прогресса, которое не только не является естественным выбором в пользу прогресса, но и грозит гибелью других языков [Смокотин 2011, с. 30; Jambor, р. 107; Lin, р. 7].

За последние 10-15 лет оформилось третье направление, в фокусе исследований которого — языковая практика отдельных социальных коллективов. Позицию этого направления выражает А. Пеннникук, исследующий трансгрессивную и перформативную функции локальных разновидностей английского языка в таких транснациональных контекстах глобализации, как экономическая миграция, образование, межкультурная коммуникация, Интернет, СМИ, международный транспорт и т.п. [Pennycook, 2003, 2007, 2010]. Первый базовый аргумент этого направления: язык следует рассматривать как социальный акт, материальную часть социальной и культурной жизни, а не абстрактное явление [Pennycook 2010, р. 2]. Его следует изучать в локальном контексте, так как, независимо от того, насколько глобальным может быть язык, он реализуется в локальной практике [Pennycook 2010, р. 128]. Второй аргумент А. Пенникука заключается в том, что траскуль- турное и трансгрессивное взаимодействие в различных видах дискурса ведет к созданию языковых норм через практику в локальных контекстах, причем нормативность проявляется не в сходстве, а в различии языковых форм [Pennycook 2010, р. 37].

В основе трех указанных выше подходов, характеризующих природу глобального АЯ, лежат различия, обусловленные центростремительными и центробежными тенденциями в глобальном распространении АЯ, которые отражаются в противопоставлении АЯ как единого языка в современном мире (World English) и АЯ как набора независимо развивающихся вариантов английского языка (World Englishes).

Изучение общих закономерностей и конкретных проявлений взаимодействия между преобладавшим до середины XX в. британским вариантом, получившим всеобщее распространение во второй половине XX в. американским вариантом и новыми вариантами АЯ потребовало учета региональных и национальных особенностей полинациональ- ного АЯ в различных регионах земного шара.

Попытки моделировать процессы языкового варьирования в АЯ начинались с обоснования той или иной классификации во всем многообразии и взаимодействии форм языка, что было исключительно серьезной научной задачей, сложность которой возросла в связи с набирающими силу процессами глобализации. С прикладной точки зрения эта задача представляла исключительную важность, поскольку ее решение могло бы способствовать выработке эффективной языковой политики, по-новому представить многие вопросы преподавания английского языка как языка межнационального общения.

Тем не менее, многие исследователи не были готовы к теоретическому осмыслению беспрецедентного в истории глобального распространения АЯ [Rajagopalan, р. 477]. До последней четверти XX в. их научные интересы были фактически полностью сосредоточены на английском языке его носителей, который рассматривался как единая языковая система с традиционной иерархией норм и стандартов, с определенными региональными особенностями. Соответственно, в этой языковой системе не было места АЯ неносителей [Olagboyega, р. 38].

По словам Д. Грэддола, «современные тенденции развития международного АЯ гораздо сложнее, чем предполагалось до недавнего времени: они создают проблемы для носителей языка и требуют более глубокого осмысления» [Graddol 1997, р. 3]. Для использования АЯ в качестве языка международного общения и обеспечения взаимопонимания требуется сохранение существующих норм, поскольку, как заметил Т. МакАртур, «члены этой английской языковой семьи хотя и отличны, но все же связаны друг с другом — им свойственны совпадения и взаимодействие» [MacArthur book, р. 203].

В то же время, ситуация, сложившаяся с АЯ в XXI в., действительно уникальна. Никогда прежде ни один из языков не знал такого процесса возникновения новых разновидностей и новых норм, связанных с разрушением старой и возникновением новой идентичности людей, говорящих на этих разновидностях АЯ [Нестеренко, с. 51]. Одновременное решение проблем сущности и специфики АЯ всемирного общения и сохранения этнокультурной идентичности пользователей имеет функциональное назначение в этом процессе [Смокотин, с. 4].

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>