Полная версия

Главная arrow Социология arrow Векторы развития современной России. От формирования ценностей к изобретению традиций. Материалы XIII Международной научно-практической конференции молодых ученых. 11 –1 0 апреля 2014 года -

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Топонимика и государственная машина

Различия топонимических законов определяются следующими факторами: общее отношение к названию и его функциям (рассматривается ли оно исключительно с практической точки зрения, в рамках мемориальной политики или как объект культурного наследия), отношение к переименованиям (допустимость/ недопустимость переименований, наличие или отсутствие особых зон внутри города с точки зрения переименований, условия их проведения), правилам именования (приоритеты в выборе названия для нового объекта, критерии определения лиц, чья память достойна увековечения в топонимике), учет общественного мнения при переименованиях (при общей декларации обязательности его учета процедуры выявления весьма разнятся). Относительно подробно топонимические законы разбирались нами в другой статье[1], ниже мы остановимся лишь на основных тенденциях изменения законодательства в последние годы.

Первая тенденция — это исчезновение легальных средств к выражению общественного мнения в вопросах переименований. Ярким примером подобной политики является обсуждение в Псковском областном собрании вопроса о выявлении общественного мнения при переименовании населенных пунктов, ставшем темой крупной публикации в еженедельнике «Псковская губерния»[2]. В ходе дебатов в апреле 2013 г. оппозиции удалось заблокировать предложенный областной администрацией законопроект, по которому референдум как средство выявления общественного мнения заменялся голосованием местных законодательных собраний. Однако в мае закон в старой версии был вновь поставлен на повестку и утвержден при активном содействии обладающей большинством в региональном парламенте «Единой России». Такой подход — далеко не редкость. Подавляющее большинство принятых во второй половине 2000-х гг. топонимических законов единственной формой выявления общественного мнения о работе комиссии называют отзывы на конкретные постановления, опубликованные в местных газетах (как правило, не имеющих даже интернет-сайта).

Второй значимой тенденцией является формирование барьеров для частной инициативы в области наименований и переименований. Значительное число топонимических законов крупных городов вводят ограничение на минимальный размер инициативной группы граждан, необходимый для рассмотрения заявки о переименованиях. Особо ярким примером является в этом смысле эволюция законодательства Владикавказа. Если закон 2009 г. не предполагал никаких ограничений на частную инициативу, то в законе 2013 г. минимальная инициативная группа граждан должна составлять триста человек, гарантировать полную оплату затрат на изменение названия и, в случае переименования, собрать подписи всех жителей переименовываемой улицы, а также подписи 1 % избирателей. Эти драконовские меры были бы легко объяснимы общим консерватизмом, если бы распространялись также на юридических лиц и представителей властных структур. Однако для них подобных ограничений не вводится[3]. В Бурятии поправкой 2012 г. (к закону 2009 г.) отдельные граждане были убраны из списка лиц, имеющих право на инициативу в области топонимики[4]. Ограничения на инициативу касаются не только республиканских столиц: такая же ситуация в Кемерово (минимальная группа — триста человек), Калуга, Астрахань (по сто человек). Количество примеров можно увеличивать. Благодаря подобным изменениям в законодательстве (в большинстве случаев ограничение вводится поправками или при принятии нового закона) преимущественное право на инициативу переходит от частных лиц к юридическим лицам и властным структурам.

Третья тенденция, которую мне хотелось бы отметить, заключается в последовательном изгнании представителей образованных элит из топонимических комиссий. Их место занимают «по должности» чиновники, расстающиеся с топонимической комиссией вместе с переходом на новую ступеньку карьерной лестницы, и представители ветеранских организаций (они являются единственным типом общественных организаций, с мнением которых полагается считаться безоговорочно). Так, красноярская топонимическая комиссия состоит из четырнадцати человек, на настоящий момент от научного сообщества в ней представлены три человека. При этом согласно списку 1993 г. комиссия состояла из тринадцати человек, шестеро из которых были представителями общественных организаций и университета[5]. В Волгограде в 2010 г. чиновниками и представителями ветеранских организаций были тринадцать человек из пятнадцати[6]. Учитывая необязательность решений комиссии для исполнения, нынешний уровень представительства общественности в нем кажется показательным: даже в таком «декоративном» органе дискуссии не считаются приемлемыми. Общая тенденция заключается в тотальном отстранении общественности от формирования облика жизненного пространства.

  • [1] Ломакин Н. Пять лет до вечности. Регламентация топонимики российскихгородов в 1990-2000-х гг.//Историческая разметка времени и пространства. Волгоград, 2014.
  • [2] Минаев К. Эхо прошедшей войны//Псковская губерния. 2013. № 24 (646).http://gubernia.pskovregion.org/number_646/05.php
  • [3] Решение Собрания представителей города Владикавказ № 10/87 от 15Л2.2009. Об утверждении Положения о наименовании, переименованиии упразднении названий топонимических и других объектов городаВладикавказа. Решение Собрания представителей города Владикавказ№ 35/38 от 3.07.2012. Об утверждении Положения о порядке присвоения(изменения) наименований улиц и иных объектов и установки мемориальных досок (памятных знаков) на территории муниципального образования г. Владикавказ (Дзауджикау).
  • [4] Постановление Администрации г. Улан-Удэ Республики Бурятияот № 330 3.08.2009. Об утверждении Положения о присвоении наименований, переименовании улиц.
  • [5] Постановление администрации города Красноярска от 9 марта 2000 г.№ 137 об утверждении положения о Комиссии по наименованию и переименованию внутригородских объектов в городе Красноярске (в ред.распоряжения администрации города от 26.05.2000 № 272-р, постановлений администрации города от 06.05.2002 № 264, 30.11.2006 № 947);Постановление Администрации города Красноярска от 17 июня 1993 года№ 217. О создании комиссии по наименованию улиц, площадей и увековечиванию памяти известных граждан города.
  • [6] Решение Волгоградской Городской думы от 24 марта 2010 г. № 30/918.О создании комиссии по наименованию и переименованию муниципальных объектов Волгограда.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>