Полная версия

Главная arrow Философия arrow Методология научно-гуманитарного познания

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Истина в научно-гуманитарном познании

Материалистическая теория познания в полном соответствии с данными науки и практики утверждает, что сознание человека способно давать и дает правильное представление об окружающей действительности. Такое утверждение обусловлено самой сущностью диалектико-материалистического познания. «Считать наши ощущения образами внешнего мира — признавать объективную истину — стоять на точке зрения материалистической теории познания, — это одно и то же»[1], — писал В. И. Ленин. Объективная истина представляет собой такое содержание наших знаний, «которое не зависит от субъекта, не зависит ни от человека, ни от человечества»[2]. Объективно истинное значение о предмете характеризуется соответствием его содержания отраженным свойствам, признакам самого предмета.

Теория социально-экономических наук является истиной при условии соответствия ее содержания достигнутому уровню развития социальных отношений и экономики в обществе. Объективная истинность оценки обстановки руководителем и его аппаратом управления характеризуется ее соответствием реально существующему положению дел в обществе. Объективность знания является важнейшим условием в практической деятельности специалиста-гуманитария. В связи с этим В. И. Ленин писал, что «господство над природой, проявляющее себя в практике человечества, есть результат объективно верного отражения в голове человека явлений и процессов природы, есть доказательство того, что это отражение (в пределах того, что показывает нам практика) есть объективная, абсолютная, вечная истина»[3].

Специфика гуманитарных наук, особенно их отражения в сознании людей как в ходе практической деятельности, так и в процессе развития научно-гуманитарной теории обуславливают сложность получения объективно истинного знания, но ни в коем случае не свидетельствуют о невозможности решения этой задачи. Основой успеха практической деятельности выдающихся людей человеческого общества как раз и являлось их умение давать объективную оценку обстановки, делать правильные выводы, предвидеть развитие социально-экономических событий и на этой основе определять наиболее целесообразные направления и способы решения возникающих проблем. В то же время, как об этом свидетельствует опыт всемирной истории, неверная теория, субъективизм в оценке обстановки всегда были одной из важнейших причин неуцач в практической деятельности.

Если объективность познания, получение объективно истинных знаний необходимы для любого вида практики, то особенно это важно в социально-экономической деятельности, успешном управлении региональными и государственными структурами. Именно в гуманитарных науках, как ни в какой другой области практической деятельности, любой отход от объективной истины, любая ошибка как в теории, так и в оценке обстановки в ходе практической деятельности, приводит к пагубным последствиям. Если субъективизм опасен в любом виде деятельности, то в гуманитарной сфере — в особенности.

В социально-экономической сфере деятельности всегда есть непредсказуемость как в поведении человека, так и материальные потери в связи с этим. Но какими они будут, какой ценой будут оплачены материальные достижения, во многом зависит от познавательных способностей административно-управленческих кадров, профессионального мастерства исполнителей. Ошибки, просчеты всегда чреваты опасными последствиями. В связи с этим очень важно помнить управленческим кадрам о недопустимости отхода от объективной истины как в гуманитарной теории, так и в принятии решений в ходе практической деятельности. Достижение объективности в научно-гуманитарной теории в оценке и анализе социально-экономической обстановки в обществе, в принимаемых решениях было и остается главнейшим требованием гуманитарного искусства, управления обществом.

Объективность знаний характеризуется тем, что «истина всегда конкретна...»[4]. Данным пониманием истины В.И. Ленин характеризовал основное положение диалектики, которая «конкретна и революционна»[5], как важнейший принцип диалектической логики.

Это определяется тем, что каждый процесс имеет свою специфику, качественную особенность, всегда находится во взаимосвязи и взаимодействии с другими, иначе говоря, существует в конкретно-исторических условиях. Знания о данном процессе будут истинными в том случае, если в них отражается их сущность и особенности ее проявления в конкретной социально-экономической обстановке. В. И. Ленин указывал на необходимость того, что «каждое положение рассматривать лишь (а) исторически; (Ь) лишь в связи с другими; (у) лишь в связи с конкретным опытом истории»[6].

Правильность решения той или иной практической задачи возможна только в том случае, если точно учитывается данная конкретная обстановка. В связи с этим положением руководить хозяйственным строительством необходимо с глубоким знанием дела, с учетом особенностей современной социально-экономической стратегии, своеобразия стоящих задач, условий, в которых находится общество.

Положение, правильно отражающее тот или иной общественный процесс в его данной обстановке (конкретная истина), становится неверным, если оно применяется к этому же процессу, но находится в других условиях. В. И. Ленин в связи с этим подчеркивал, что «всякую истину, если ее сделать «чрезмерной»... если не преувеличивать, если ее распространить за пределы ее действительной применимости, можно довести до абсурда, и она даже неизбежно, при указанных условиях превращается в абсурд»[7].

Профессиональная деятельность в сфере гуманитарных наук, применяемые формы и способы действий исполнителей всегда обусловлены конкретной обстановкой. В связи с этим и знания, на которых основывается эта деятельность, должны быть конкретными. Принцип конкретности истины относится не только к знаниям, необходимым для решения непосредственной практической задачи, но и к теории в целом. Теория только в том случае будет истинной и может служить руководством к действию, если она конкретна.

Первый признак конкретности гуманитарной теории состоит в том, что она должна в своем содержании отражать не второстепенные связи и отношения, и не отдельные из них, а сущность, закономерные связи и отношения тех социально-экономических процессов, которые взяты в совокупности и отражают главное в явлениях. В противном случае она теряет признак конкретности, превращается в ложную теорию.

Современная гуманитарная теория, если она претендует на «звание» конкретной теории, должна отразить в своем содержании основные, существенные стороны развития общества, закономерности его функционирования и развития. Требования любых законов и подзаконных актов есть ни что иное как теория, выраженная в форме практических рекомендаций, являющихся конкретными, поскольку они определяют наиболее существенные принципы социально-экономического развития, основываются на учете опыта прошлых поколений людей, разработаны с предвидением условий и характера будущего развития общества.

Второй признак конкретности гуманитарной теории состоит в том, что она должна отражать в своем содержании существенные связи и отношения общественных процессов, происходящих в определенных исторических условиях. «Безусловным требованием марксистской теории при разработке какого бы то ни было социального вопроса является постановка его в определенные исторические рамки...»[8], — подчеркивал В. И. Ленин. Такими определенными историческими рамками конкретности гуманитарной теории можно считать: содержание политических целей государства, условия, складывающиеся на мировом экономическом рынке и стратегической обстановке, уровень научно-технической оснащенности экономики и органов управления в государстве социально-экономическими процессами.

Конкретная теория является руководством к действию, но любая, даже самая передовая теория, не может охватить всех сторон, связей и отношений действительности, которая всегда многообразнее, богаче любой теории. Это не умаляет, однако, роли теории. Назначение гуманитарной теории состоит в том, что она определяет исходные данные для понимания сущности того или иного общественного процесса, явления, логики мышления в ходе их анализа. В этом смысле она выступает как организующее начало, важная посылка к определению путей и способов решения практической задачи и, следовательно, как руководство к действию. Оценка обстановки и принятие решения руководителем в ходе практических действий, составление модели этих действий есть ни что иное как конкретизация применительно к данному процессу положений гуманитарной теории, рекомендаций, законов и подзаконных актов. «Мы не отрицаем, — писал В. И. Ленин, — общего положения, но требуем особого анализа условий конкретного приложения этих общих принципов»[9].

Соблюдение в научно-гуманитарном познании принципов конкретности системы, особенно важно в условиях качественного изменения в социально-экономическом процессе, вызванных научно-техническим прогрессом, который привнес в общественную жизнь качественные изменения в технических средствах материального производства.

В этих условиях особенно недопустима догматизация опыта прошлого, даже тех его сторон, которые явились в свое время крупными достижениями социально-экономической мысли. Та или иная гуманитарная проблема может быть успешно решена только с максимальным учетом происходящих изменений как в материальном производстве, так и социальной сфере жизни общества, в данных конкретно-исторических условиях, с привлечением всего многообразного арсенала современных методов научного познания, с широким использованием прогностических возможностей гуманитарной науки.

В отличие от метафизического, догматического понимания истины, материализм рассматривает ее как исторически обусловленный, динамический процесс. Познание есть процесс развития знаний от менее полных к более полным и так без конца. Всякая истина есть звено, ступенька этого процесса, непрерывно связанная с предыдущими и последующими звеньями, ступеньками. Гуманитарная теория как бы полно ни была разработана, сколько бы объективно не было ее содержание, всегда нуждается в развитии, конкретизации, на новых исторических позициях и с учетом мировоззренческой подготовки человеческой личности. Любая оценка в процессе решения практических задач никогда не может охватить полностью всей совокупности ее элементов.

Относительность гуманитарных знаний на любом из этапов развития науки не означает отрицания их объективности. Она характеризует только степень полноты, незавершенности в отражении объективной действительности. Мы признаем, указывал В. И. Ленин, «относительность всех наших знаний не в смысле отрицания объективной истины, а в смысле исторической условности пределов приближения наших знаний к этой истине»[10].

Относительная истинность гуманитарной теории состоит в том, что она не может охватить или отразить в содержании своих понятий, категорий, законов всех взаимосвязей социально-экономических процессов. Это определяется их бесконечным многообразием, непрерывным изменением и развитием. Отсюда и необходимость постоянного совершенствования теории, которая осуществляется по линии устранения элементов ее односторонности, учета происходящих изменений в социально-экономическом деле, разработке новых концепций. В равной степени и знания об обстановке, как бы правильны они ни были, никогда не будут исчерпывающими. Всегда будет потребность что-то уточнить, доразведать, доизучить и т. д. Исключительно изменчивый, скоротечный и непостоянный процесс работы с людьми, социальными вопросами в законодательной базе, приводит к быстрому старению информации, требует непрерывного обновления сведений в социально-экономической базе данных.

По мере дальнейшего развития относительных истин наши знания приближаются к полному, исчерпывающему знанию, к абсолютной истине, определение которой имеет два аспекта. Первый, это когда она означает полное, исчерпывающее знание о предмете, процессе и мировоззрении в целом. В этом списке в ней выражается предел человеческого познания. Познание такой истины, по выражению Ф. Энгельса, возможно при бесконечном числе человеческих поколений.

Это как раз и означает бесконечность процесса познания объективного мира, вечное приближение к полному, исчерпывающему знанию.

Во втором аспекте категория абсолютной истины употребляется для характеристики таких элементов, сторон наших знаний, которые не могут быть опровергнуты ходом дальнейшего познания. Этот элемент истины означает окончательное познание какой-либо стороны отражаемого в сознании процесса, предмета, его свойства. Положение о том, что война есть продолжение политики государств насильственными средствами, является абсолютной истиной. Она не может быть опровергнута дальнейшим ходом познания войны, пока она ведется.

В современных гуманитарных знаниях, как и в прошлые века, нерешенных или не полностью решенных проблем гораздо больше, чем элементов абсолютного знания. Это положение предостерегает от самоуспокоенности, является одним из побудительных мотивов постоянного совершенствования гуманитарных знаний, критического отношения к ныне существующим понятиям и представлениям.

Всё вышеизложенное о соотношении абсолютной и относительной истин в процессе познания имеет всеобщее методологическое значение. Однако конкретное проявление соотношения абсолютного и относительного в знаниях имеет некоторые специфические особенности, определяемые характером познаваемых процессов и той минимально необходимой гранью относительного, при которой еще возможен успех в практической деятельности.

Социально-экономические отношения как специфический объект познания определяет и целый ряд особенностей, относящихся к совершенствованию гуманитарных знаний, умений и навыков, приближению к абсолютной, объективной истине и к характеру их применения в ходе практической деятельности. В этой связи важно учитывать ранее рассмотренные особенности, в какой-то мере отличающиеся от объектов познания других наук. Эти особенности позволяют сделать вывод о том, что возможности достижения полного знания на каждом данном этапе развития социально-экономических отношений всякий раз весьма ограничены, следовательно, велик удельный вес относительного.

Специфика развития гуманитарного познания в сравнении со всеми другими теориями состоит в том, что она должна быть «всегда готова к употреблению». Социально-экономические проблемы могут возникнуть довольно быстро и неожиданно, когда ведется отработанная система идеологической борьбы через средства массовой информации. Люди должны иметь такие теоретические взгляды и представления, которые бы в достаточной мере обосновывали возможный ответный характер действий.

Научно-гуманитарные концепции в таких условиях выступают одним из важнейших слагаемых социальной и экономической безопасности страны, стабильности в обществе.

Развивая и совершенствуя научно-гуманитарную теорию, добиваясь ее максимального соответствия объективной действительности развития общества, необходимо учитывать то обстоятельство, что полного соответствия между сегодняшней теорией и будущим развитием государства практически достичь никогда не удастся. Данное положение отражает действительную сложность и особенность научно-гуманитарного познания. Из него явствует, что кадры гуманитарной сферы деятельности должны быть готовы в случае информационной войны творчески, с учетом конкретной обстановки внести необходимые коррективы в способы стратегических, оперативных и тактических действий средств массовой информации по защите своего отечества. Для этого необходимо заранее готовить прочный фундамент научно-гуманитарной теории, позволяющей наполнить духом творческих исканий деятельность не только специалистов-гуманитариев, но всех без исключения руководителей коллективов. Разумеется, при этом гуманитарные теории должны глубоко вскрыть теории развития государства, общества и человеческой личности.

Диалектико-материалистическое понимание объективной истины как единства абсолютного и относительного несовместимо ни с догматизмом, ни с релятивизмом. Догматизм есть абстрактный способ рассмотрения теоретических проблем, когда при их изучении и решении игнорируются обстоятельства места и время. Догматическое мышление рассматривает мир и человеческое познание в статическом состоянии, и соответственно, теоретические формулы являются для него вечными и неизменными. Догматик оперирует абстрактными формулами, оторванными от конкретной действительности, без проверки их практикой.

Догматическое мышление, в том числе и в социально-экономической сфере деятельности, может принимать различные формы. Наиболее техничными из них являются догматизация положений, выработанных в одних условиях, и решение практических задач с точки зрения этих положений в совершенно другой обстановке; дедуктивное оперирование общими понятиями, навязывание их в деятельности, когда они не подходят под эти положения.

Догматизм во всех его проявлениях является одним из наиболее опасных форм отрыва теории от практики, мышления от действительности. Если догматизм вреден в любом виде познания, то в научно-гуманитарном — в особенности. Последнее определяется быстрыми темпами развития социально-экономических изменений, которые зависят от индивидуальных особенностей людей, окружающей природы, уровня развития экономики, от внешних обстоятельств, политической ситуации в государстве и т. д.

Догматизм подменяет изучение реальной действительности, учет точных фактов конкретной обстановки формулами, рецептами, якобы пригодными на все случаи жизни. Однако практика показывает, что принципы развития гуманитарных наук, хотя и могут сохранять свое прежнее наименование, тем не менее требуется их непрерывное обновление содержания.

Одной из разновидностей антидиалектического мышления является и релятивизм — принцип, согласно которому все в наших знаниях только относительно, в них якобы отсутствуют зерна абсолютных истин. Релятивизм не признает преемственности в развитии научных истин, проявляется в нигилистическом отрицании знаний, накопленных предшествующими поколениями, в одностороннем преувеличении тех или иных черт нового опыта.

Проявление релятивизма в развитии научно-гуманитарной теории явилось, в частности, отрицание прошлого опыта в развитии человека, общества и государства. Методологической основой догматизма и релятивизма являются идеализм и метафизика, отрицающие объективное содержание знаний, их диалектическое развитие.

Решающим противоядием против догматизма и релятивизма являются неразрывная взаимосвязь познавательной и практической деятельности, единство теории и практики.

Необходимо отметить, что насколько велика роль практики в совершенствовании гуманитарной теории, настолько важно ее значение и при познании истины. Ведь знания, развиваясь на основе практической деятельности человека и человеческого общества, сами проверяются и обогащаются практикой. Практика является одновременно и средством проверки истинности имеющихся знаний и основной базой фундаментом для получения новых знаний, их наращивания. Данное положение относится не только к практической деятельности человечества в целом, но и к каждому акту непосредственной практики. Рассматривая практику как критерий истинности знаний, мы мысленно выделяем лишь одну из сторон практики в процессе познания.

Практика является критерием истинности не только теоретических знаний, но и решений, принимаемых руководящим составом в ходе самой практической деятельности. «Вопрос о том, — писал К. Маркс, — обладает ли человеческое мышление предметной истинностью, вовсе не вопрос теории, а практический вопрос. В практике должен доказать человек истинность, т. е. действительность и мощь, посюсторонность своего мышления. Спор о действительности или недействительности мышления, изолирующегося от практики, есть чисто схоластический вопрос»[11].

Творчески осваивая учение К. Маркса и Ф. Энгельса о практике, В. И. Ленин в новых исторических условиях развил положение о практическом критерии истинности знаний: «Все эти моменты (шаги, ступени, процессы) познания направляются от субъекта к объекту, проверяясь практикой и приходя через эту проверку к истине.. .»[12]. При этом под критерием истины В. И. Ленин понимал не только современную практику или единичный практический процесс, а всю совокупность человеческой практики в ходе общественного развития. «.. .Практика человека и человечества есть проверка, критерий объективности познания»[13], — подчеркивал он.

Положение материализма о роли практики как критерия истинности знаний имеет всеобщее значение. Однако его конкретное проявление в познании зависит не только от характера науки, но и от особенностей и степени развития того вида практической деятельности, которая подтверждает или опровергает истинность наших знаний. Вот почему одним из важнейших направлений исследования проблемы истинности являются поиски более гибких и дифференцированных критериев истинности знания в отдельных науках. Особенности развития гуманитарной науки, равно как и социально-экономической деятельности, определяют и специфику практической проверки истинности гуманитарных знаний как в процессе совершенствования гуманитарной теории, так и в решении задач по управлению обществом.

Чтобы определить критерий истины, необходимо выявить совпадение, соответствие мысли о предмете самому предмету. Такой критерий проверки истинности знаний не может быть заключен в самих знаниях, он должен быть вынесен за их пределы, которыми может быть только практика, направленная на преобразование действительности, отражаемой в процессе ее познания.

В конечном счете мысль о предмете есть ни что иное как знание об ожидаемых последствиях практического воздействия на этот предмет. Если результат практической деятельности совпадает с нашей мыслью, то тем самым доказывается ее соответствие самому предмету, то есть ее истинность. «Результат действия есть проверка субъективного познания и критерий истинно сущей объективности»[14], — замечал по этому поводу В. И. Ленин.

Если признать за истинное положение невыполнение принятого решения, то это может свидетельствовать о том, что оно было основано на неверных выводах из анализа имеющейся обстановки. Если же в ходе практической деятельности достигаемый результат соответствует его замыслам и плану, то тем самым подтверждается истинность принятого решения.

В процессе практической деятельности устанавливается соответствие знаний о предмете самому предмету. При этом может возникнуть вопрос о том, что является внешним по отношению к познанию предмета, который отражается в гуманитарных знаниях? Ответ на него, видимо, не может быть однозначным. Это определяется многоплановостью объекта научно-гуманитарного познания, следовательно, самого содержания социально-экономической практики.

По отношению к знаниям, отражающим орудия труда, внешним объектом является сама техника, ее количественные и качественные характеристики, проявляющиеся в процессе ее работы. Так, в знаниях о машине отражаются такие ее свойства, как надежность, практичность, грузоподъемность. Получив в процессе ее эксплуатации отмеченные результаты, мы тем самым подтверждаем истинность наших знаний о ней.

Сложнее обстоит дело с характеристикой внешнего объекта по отношению к знаниям о тех процессах, которые представляют собой единство объективного и субъективного. Работа с людьми есть одно из главных целенаправленных путей деятельности специалистов гуманитарных профессий. На процесс создания материальных благ общества, где гуманитарии принимают опосредованное участие, существенное влияние оказывает большое количество субъективных факторов. Зависимость здесь будет такой: чем выше профессиональное мастерство руководителя, его административно-управленческого состава, тем больше шансов на успешное решение поставленных задач.

В принципе еще в соотношении объективной и субъективной сторон гуманитарных процессов в социально-экономической деятельности решающая роль принадлежит все же объективной стороне, объективным от воли и желания людей не зависящим закономерностям как в социальной, так и в экономической жизни. Эта объективная сторона социально-экономической деятельности и составляет тот внешний по отношению к научно-гуманитарному познанию объект, который и отражается в гуманитарных знаниях. Соответствие научно-гуманитарных знаний своему объекту и характеризует объективности их содержания.

В теоретической мысли о том, что всестороннее обеспечение деятельности человека является важнейшим условием достижения высокой эффективности её результатов, отражается независимая от воли и желания руководителя объективная сторона деятельности, объективные связи и отношения, соблюдение которых в процессе управления коллективами достигается успех. Истинность принимаемого решения означает соответствие выводов из анализа обстановки и избираемого способа действий объективным закономерностям данного вида деятельности.

Особенность практического критерия истины состоит в его двойственности: он одновременно абсолютен и относителен. Критерий практики в том смысле, что он является единственным критерием, никакого другого действительного критерия установления истинности или достоверности результатов познания не существует. Относительность практического критерия истины состоит в ограниченности самой практики. Мир безграничен и бесконечен. Практика всегда ограничена определенными историческими рамками. На любом этапе ее развития она осваивает только часть окружающего человека мира.

Указывая на единство абсолютного и относительного в практике, как критерия истины, В. И. Ленин показывал, что «.. .критерий практики никогда не может по самой сути дела подтвердить или опровергнуть полностью какого бы то ни было человеческого представления. Этот критерий тоже настолько „неопреде- лен44, чтобы не позволять знаниям человека превратиться в „абсолют44, и в то же время настолько определен, чтобы вести беспощадную борьбу со всеми разновидностями идеализма и агностицизма»[15].

Абсолютность социально-экономической практики как критерия истинности состоит в том, что вне ее нельзя утверждать о соответствии научно-гуманитарного познания объективной действительности. В гуманитарных знаниях, как и в других областях научного знания, истинность суждений подтверждается практикой. Такое понимание абсолютности социально-экономической практики как критерия истинности гуманитарных знаний дает возможность вести борьбу со всеми разновидностями агностицизма и субъективизма по отношению к вопросам познания общества, человека, роли и месте государства в их прогрессивном развитии.

Относительность социально-экономической практики, как критерия истины, характеризуется тем, что она всегда связана с определенным уровнем развития материальных средств и потому изменчива. Положение об относительности социально-экономической практики как критерия истины предостерегает нас от догматизма в научно-гуманитарном познании и абсолютизации содержания научно-гуманитарного знания.

В случае применения к развитию гуманитарных знаний особенно необходимо, как указывал В. И. Ленин, «учитывать живую жизнь, точные факты действительности, а не продолжать цепляться за теорию вчерашнего дня, которая, как всякая теория, в лучшем случае лишь намечает основное, общее, лишь приближается к охватыванию сложности жизни»131.

В каждом конкретном случае, даже при правильности теории в целом, отдельные ее положения могут не соответствовать действительности. В соотношении «теория — практика» предпочтение отдается второму компоненту, поскольку «практика выше (теоретического) познания, ибо она имеет не только достоинство всеобщности, но и непосредственной действительности»132.

Относительность практики как критерия истины состоит в том, что единичная практика, если и является достаточным критерием для проверки правильности того или иного конкретного решения в ходе практической деятельности, не может служить критерием для теоретического знания, широкого обобщения. Социально-экономическая теория, конечно, не может игнорировать единичного практического опыта, но критерием ее истинности должен быть весь совокупный опыт предшествующей практики.

В связи с отмеченным может возникнуть вопрос о том, что же является критерием истинности современной гуманитарной теории? Хотя она и базируется на опыте прошлых поколений человечества, выявленных закономерностей развития общества, на существующей социально-экономической и материальной основе, тем не менее устремлена в будущее и делает прогноз развития общества, который не имел прецедентов в прошлом. Следовательно, и проверка подлинной достоверности выдвигаемых новых положений всегда представляет собой определенную трудность.

На первый взгляд действительно может сложиться впечатление, что в период крутого перелома в развитии социально-экономической деятельности, когда коренным образом меняются условия, характер, способы планирования и ведения хозяйственной деятельности, материального производства, подготовки кадров в государстве, то трудно найти твердую опору для убедительного доказательства истинности появившихся новых положений, выводов, взглядов и рекомендаций,

  • 131 Ленин В. И. ПСС. — Т. 31. — С. 134.
  • 132 Ленин В. И. ПСС. — Т. 29. — С. 195.

особенно таких, которые резко расходятся с выводными данными имеющегося опыта и практики.

С такой склонностью в научно-гуманитарных исследованиях на современном этапе, безусловно, приходится считаться. Однако это не означает бессилия научно-гуманитарной мысли при прогнозировании будущего и разработке нового. Опыт показывает, что она в состоянии выработать действенный критерий истинности для будущих социально-экономических событий, правильно предвидеть их возможное развитие и в соответствии с этим готовить кадры профессионалов, вооружая их передовой гуманитарной теорией, выработать жизненные принципы государственного строительства, эффективные формы и способы действий.

На современном этапе прогнозирование развития общества во много раз усложнилось, поскольку появилось много новых факторов, влияющих на характер и способы профессиональной деятельности, резко расширился арсенал средств материального производства, по-иному складывается экономические и политические условия в мире. Научно-гуманитарная наука выявляет магистральные направления в развитии форм и способов социально-экономического развития, разрабатывает обоснованные концепции развития общества и человека, его материальных достижений. Залогом этого выступает огромный социальный и экономический опыт не только России, но и всего мирового хозяйственного развития, наличие в распоряжении научных кадров современных методов исследования и прогнозирования, самой прогрессивной методологии познания.

Важным инструментом установления критерия истинности теорий будущего развития общества является выявление тенденций, закономерностей их эволюции в прошлом. Ведь развитие социально-экономической деятельности в условиях коренных изменений общественно-политической обстановки, материальных средств производства сохраняют свою преемственность, то общее, что присуще развитию человечества на его определенном этапе исторического развития. Это общее закрепляется в гуманитарной мысли в виде законов, категорий, принципов государственного строительства. Выработанные и подтвержденные на основе неоднократного повторения, они приобретают характер объективных истин, которые и составляют основание современной научно-гуманитарной теории. Следовательно, чтобы быть уверенным в правильности и жизненности того или иного теоретического положения, необходимо прежде всего убедиться, каковы исторические корни данного явления, как оно зарождалось и развивалось в прошлом, насколько полно оно соответствует законам и принципам научно-гуманитарного познания.

Выработанные на основе всего опыта предшествующей гуманитарной практики понятия, категории, законы, принципы гуманитарной науки во всей своей совокупности определяют логику научно-гуманитарного мышления, являющуюся конкретизацией применительно к отражению социально-экономических процессов, общих законов и принципов диалектической и формальной логики. В этом смысле гуманитарные науки и выступают как прикладная логика. При этом наибольшее значение для развития научно-гуманитарной теории, безусловно, имеют практические положения, выработанные предшествующими поколениями, и являющимися неисчерпаемой сокровищницей научно-гуманитарных знаний.

Практический опыт прошлого, закрепленный в определенной системе научных знаний, является основой, исходящей предпосылкой для логического обоснования теоретических взглядов и представлений о характере возможного развития общества, государства и человека. Практически доказано, что развитие материальных средств производства влечет за собой изменение способов профессиональной и социальной деятельности. Данное положение определяет и логический ход мыслей при разработке новых теоретических положений.

Прошлый опыт, используемый для обоснования теоретических положений будущего развития государства, имеет смысл только в том случае, если он сопоставляется с данными отечественной социально-экономической практики, а также с опытом развития мировых держав, т. е. осмысливается через призму общественного развития. Конечно, и знания, проверенные на практике, тоже обладают различной степенью достоверности, к ним тоже следует относиться критически. При этом следует учитывать, что степень достоверности знаний о содержании самой практической деятельности относительна и требует многократных проверок.

Важное значение в современных условиях имеют расчетные обоснования тех или иных положений научно-гуманитарной теории. Их значение возрастает особенно в доказательстве тех элементов научно-гуманитарных знаний, которые в целом ряде случаев не поддаются непосредственной практической проверке. Для обоснования научно-гуманитарных взглядов существенное значение имеет анализ профессиональной деятельности специалистов-гуманитариев по работе с людьми.

Все изложенное о практике, как критерии истинности научно-гуманитарной теории позволяет сделать вывод, что практика обуславливает возможность проверки истинности разрабатываемых научно-гуманитарных взглядов, касающихся развития социальной, воспитательной, политической и экономической жизни общества. Следует при этом учитывать, что каждый из видов социально-экономической практики, взятый в отдельности, не дает достаточных оснований для подтверждения научно-гуманитарной теории в целом, таковым может быть только совокупный опыт всех видов социально-экономического развития.

Степень истинности различных положений гуманитарной теории неодинакова. Одни из них имеют характер истин, проверенных практикой, истинность других обладает большей степенью относительности, третьи остаются гипотезами с той или иной степенью достоверности.

Практика выступает как критерий истины непосредственно, когда те или иные положения гуманитарной теории проходят проверку в ходе практической социально-экономической деятельности и сопоставляются с ее результатами. Практика является и опосредованным критерием. В этом случае за исходные предпосылки берутся истинные, проверенные в ходе практики знания, и на их основе логическим путем, также выработанным в ходе практической деятельности, получаются новые знания. Поскольку научно-гуманитарная теория есть теория будущего построения государства и межгосударственной политики, развития общества и человека, то опосредованный критерий практики (логическое доказательство истинности ее положений) имеет в ней особо важное значение.

Следовательно, заблаговременно существует полная возможность создания обоснованной теории развития человеческого общества. Успешное решение этой задачи требует от руководящих кадров глубокого знания содержания научно-гуманитарной теории, разработанной на основе практики прошлых поколений, точного учета современного состояния социально-экономического развития общества, четкого уяснения конкретно исторической обстановки и задач, стоящих на данном этапе перед государством, овладение логикой диалектического мышления, всеми логическими средствами построения теории и ее доказательства.

Не менее сложной является и проблема критерия истинности принимаемых решений в ходе практической деятельности. Для ее понимания необходимо уяснение, по крайней мере, двух вопросов: а) что считать критерием истинности принятого решения; б) в какой степени можно говорить об истинности решения до его практической реализации?

Обычно критерием истинности принятого в ходе профессиональных действий решения считается выполнение поставленной задачи. В данном случае верно то, что невыполнение задачи служит показателем неистинности решения, является свидетельством необъективной оценки обстановки и выводов из нее. Сам факт реализации принятого решения еще не всегда можно рассматривать в качестве критерия истинности. Например, если цель достигнута при наличии больших сил и малых материальных и экономических потерь, то вряд ли такое решение можно считать истинным, оптимальным. В этом случае всегда можно поставить вопрос об эффективности решения данной задачи.

Критерием истинности решения в ходе практической деятельности становится достижение в короткое время наибольших результатов по эффективности в более короткие сроки. В этом и состоит суть искусства руководителя. Собственно говоря, рассматриваемый критерий относится не только к истинности решения в ходе профессиональной деятельности специалиста гуманитарной сферы, но и к любому управленческому решению. Если тот или иной руководитель отчитывается за производство продукции или объем предоставленных услуг, то дать обоснованную оценку его работе можно, только разобравшись, какой ценой это достигнуто, удовлетворенностью потребителей и т. д.

Следовательно, до практического претворения в жизнь принятого решения было бы неправильно говорить о его истинности. В связи с этим совершенно правомерно, когда до практической реализации решения говорят не об его истинности, а об обоснованности, целесообразности. Решение руководителя должно быть обоснованно расчетами, логическими доказательствами, что и придает уверенность в действиях возглавляемых ими коллективов.

Решение руководителя считается оптимальным, если оно отвечает целому ряду требований.

Первое — в нем должен быть полностью реализован замысел вышестоящего начальника. Решаемая практическая задача является обычно частью более общей задачи, одним из звеньев в общей цепи мероприятий по выполнению поставленной задачи.

Второе — решение должно соответствовать объективным законам социально-экономического развития региона. Успех любого вида практической деятельности возможен только тогда, когда деятельность работников осуществляется в соответствии с требованиями объективных законов.

Третье — решение должно обеспечивать возможности максимального использования имеющихся сил и средств. Известно, что в распоряжении руководителя имеются как технические средства, так и люди с определенной степенью подготовки, морально-политическими и психологическими возможностями. Разумеется, что учет этого требования представляет собой одну из наиболее сложных проблем. Ведь всегда необходимо считаться со степенью эффективности различных работников.

Четвертое — в замысле решения важен точный учет характера сложившейся социально-экономической обстановки, соотношение материальных сил и возможностей. Данная установка предопределяется зависимостью характера любого вида практической деятельности от конкретной обстановки. Последняя в современных условиях будет характеризоваться сложностью, многообразием и противоречивостью. В связи с этим неучёт, игнорирование любых из них могут привести к неправильным выводам.

Пятое — решение должно создавать условия для проявления творческой инициативы и активности исполнителей. Сложная, меняющаяся социально-экономическая обстановка исключает возможность предписывать до второстепенных подробностей все действия исполнителей.

Шестое — решение будет оптимальным, если оно характеризуется оригинальностью замысла и простотой исполнения. Замысел руководителя всегда должен содержать свою «изюминку» и ни в коем случае не копировать ранее принимавшиеся решения, отличаться простотой и доходчивостью изложения. Чем проще исполнение замысла, конкретнее задачи подчиненным, тем больше гарантий его успешного осуществления. Решение должно быть предельно кратким по форме изложения, ясным по содержанию и отличаться четкостью и конкретностью формулировок.

Способность руководителя принимать обоснованное решение определяется глубоким знанием своих профессиональных задач, целей и форм их достижения, умением правильно оценить обстановку и делать соответствующие выводы, его практическим и жизненным опытом. Обоснованность, доказательность, логическая ясность решения является важнейшей предпосылкой его успешного выполнения. Путь к правильному применению законов мышления лежит через усвоение логической функции законов и категорий материалистической диалектики в их взаимосвязи с законами формальной логики.

  • [1] Ленин В. И. ПСС. Т. 18. — С. 132.
  • [2] Там же. — С. 123.
  • [3] Там же. —С. 198.
  • [4] Ленин В. И. ПСС. — Т. 8. — С. 400.
  • [5] Ленин В. И. ПСС. — Т. 37. — С. 336.
  • [6] Ленин В. И. ПСС. — Т. 49. — С. 329.
  • [7] Ленин В. И. ПСС. — Т. 41. — С. 46.
  • [8] Ленин В. И. ПСС. — Т. 25. — С. 263.
  • [9] Ленин В. И. ПСС. — Т. 12. — С. 304.
  • [10] Ленин В. И. ПСС. — Т. 18. — С. 139.
  • [11] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. — Т. 3. — С. 1-2.
  • [12] Ленин В. И. ПСС. — Т. 29. — С. 301.
  • [13] Там же. —С. 193.
  • [14] Ленин В. И. ПСС. — Т. 29. — С. 200.
  • [15] Ленин В. И. ПСС— Т. 18. —С. 145-146.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>