Полная версия

Главная arrow Культурология arrow Культурология

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Н.А. Бердяев: «Культура есть великая неудача жизни»

По словам Бердяева, культура не есть реализация истины жизни, красоты жизни, воли к жизни, божественности жизни. Она осуществляет лишь истину в познании, в философских и научных книгах, добро — в нравах, красоту — в картинах, архитектурных памятниках, театральных представлениях, божественное — лишь в культе и религиозной символике.

Искусство как выражение культуры в своем развитии никогда не совпадает с жизнью. Подъем и расцвет культуры протекают, как правило, на фоне невежества и суеверия, нравственной деградации, мещанства и грубости самой жизни. В качестве примера можно привести культуру Ренессанса, культуру Германии конца XVIII — начала XX в. или русскую культуру конца XIX — начала XX в. На одной чаше весов здесь великие произведения искусства, творческий всплеск духа, на другой — «безобразие» и «зло» жизни.

При этом творческий порыв культуры, пробиваясь через несовершенство жизни, осуществляет себя в страданиях и муках. Сама жизнь творцов культуры часто была трагической и мучительной.

В этом противоречии культуры и жизни и состоит «трагедия» культуры. Суть этой трагедии в том, что культура расцветает на почве «бескультурья» самой жизни: истина — на почве невежества и мракобесия жизни, красота — на почве ужасов и безобразия самой действительности, добро — на почве разгула жестокости и зла, деградации нравов. Это дало возможность Бердяеву назвать культуру «великой неудачей жизни».

Однако смысл понятия «трагедия культуры» еще глубже. По самой своей природе, по своему духу культура может существовать только благодаря конфликту с жизнью. Попытка разрешения этого конфликта, снятие трагедии приводят к кризису культуры.

Подлинная трагедия культуры как раз в том, что, с одной стороны, ее подпирает конфликт с жизнью, а с другой — кризис духа.

Культура по природе своей символична. В ней даны лишь символы, знаки иного духовного мира. Но сам этот мир непосредственно, реально не постигается. Лишь символическое сознание понимает эту природу культуры. Но оно же и стремится к преодолению символизма культуры и достижению реальности духовного мира. «Цивилизация XIX и XX вв., — пишет Н.А. Бердяев, — отрицает священную символику культуры и хочет наиреальнейшей жизни, хочет овладения жизнью и преображения жизни. Для этого она создает могущественную технику»[1]. Последняя возможность связана с осуществлением культурой «воли к жизни», перерождением ее в цивилизацию.

Именно в этом кроется основная причина кризиса современной культуры, которая становится все менее символичной и все более реалистичной. Наука почти полностью ставится на службу хозяйству, материальным потребностям жизни. Искусство оказывается все более массовым и зрелищным, игровым и развлекательным, внедряясь в саму жизнь. Нравственность становится предельно упрощенной, «демократичной», лишенной иерархичной ценностной основы. Поэтому приземление и падение нравов не кажется уже столь возмутительным. Религия перестает быть аскезой или откровением духа, являясь в лучшем случае психологической отдушиной или обрядовой формальностью.

Этот общий кризис современной культуры усугубляется еще рядом факторов, выпавших на долю нашего времени.

  • [1] Бердяев Н.А. Философия творчества, культуры и искусства. — М., 1994. — С. 429. 40
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>