Полная версия

Главная arrow Политология arrow Глобалистика

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Мировые цивилизации в глобализующемся мире

  • 9.1. Цивилизации как гаранты глобального мира
  • 9.2. Западноевропейская цивилизация
  • 9.3. Китайская цивилизация
  • 9.4. Мусульманская цивилизация
  • 9.5. Индийская цивилизация
  • 9.6. Латиноамериканская цивилизация
  • 9.7. Центральноафриканская цивилизация

Мировые цивилизации и геополитические отношения между ними становятся важными субъектами мировой политики. Цивилизационные границы проходят не в реальном географическом пространстве, а через сердца и души людей. Великие рубежи цивилизаций являются важнейшими «двигателями» духовного прогресса человечества.

Цивилизации как гаранты глобального мира

Среди современных цивилизаций (в широком смысле) выделяются западноевропейская христианская, мусульманская, индийская индуистская, китайская буддистско-конфуцианская, латиноамериканская католическая, центральноафриканская (Черная Африка) и др. Полицентризм цивилизаций проявляется в разнообразии типов восприятия пространства-времени, а также в социопсихологических, конфессиональных, геоэкономических и других особенностях. Для западноевропейской цивилизации характерны культура разума, права человека, динамизм (революции), прагматизм, протестантская этика индивидуализма и др. В восточных цивилизациях выделяются мусульманский интегризм, обращение к конфуцианству, личному самоограничению и общественной солидарности, приоритет государства над человеком. Важнейшей чертой японской культуры является преемственность сложившихся культурно-исторических традиций, неразрывность прошлого и настоящего, отсутствие между ними резких переходов. Сложилась следующая схема японского диалога с другими культурами от Средневековья до современности: японская душа и китайская мудрость, японская душа и западные знания (рационализм), а последние десятилетия — американские знания.

Современные цивилизации различаются степенью структурированности общества — традиционного и гражданского. В западноевропейском гражданском обществе меритократия (элита качества) доминирует над аристократией (элитой по крови). В Китае и Индии доминирует традиционное общество. С геополитических позиций цивилизации различаются внешней экспансией. Экспансия Западной христианской цивилизации (особенно в американском варианте) проявляется в попытках распространить силой гражданское правовое общество исходя из собственной исключительности. Китайская цивилизация лидирует в этнической экспансии, основанной на исключительной эффективности этнического предпринимательства. Исламская цивилизация выбрала путь религиозной экспансии.

Диалог культур (взаимное восприятие и обмен ценностями и информацией) носит неэквивалентный характер и порождает конфликты. На рубежах цивилизаций проходят «горячие фронты» взаимного непонимания, подозрительности и вражды. В ЕВРАМАРе отмечены самые крупные конфликты (мировые войны) в истории человечества. На ярко выраженной конфликтности, негативности межличностных и этнических коммуникаций было построено советское общество. Однако конфликт необходимо рассматривать не только как «возмутитель спокойствия», но и как созидательную функцию нового культурного диалога. Например, в столкновении цивилизаций Старого и Нового Света зародились представления о правах человека, праве оставаться самим собой. Эти права были осуществлены англосаксами в североамериканском обществе.

Опыт взаимодействия цивилизаций дает разные стратегии развития. Китайская цивилизация, включая древнюю, поражает воображение исторической протяженностью и преемственностью. В прошлом Китай неоднократно испытал смену политики открытости и закрытости к внешнему миру, это помогает современному Китаю осознать пагубность заимствования чужих традиций. К такому же выводу приходит мусульманский мир, потерпевший крах в импорте западных идей общественного развития. Особенности своего пути имеют индийская, малайская и другие цивилизации.

На Западе распространено убеждение, что экономическим преобразованиям должны предшествовать преобразования политические, благодаря которым демократия победила коммунизм. Так считали и в Советском Союзе в период перестройки. Теперь этой страны нет, как нет пока и победителей. Политический и социально-экономический кризис доминирует в России и большинстве новых независимых государств. Китай отдает предпочтения экономическим преобразованиям над политическими.

Полицентризм цивилизаций и многообразие социокультурных особенностей являются барьером для многих геополитических стратегий. Длительное сосуществование и интенсивные территориальные контакты народов одной цивилизации способствуют возрастанию однородности в традициях и уменьшению социальной стратификации. На рубежах цивилизаций, как правило, этого не происходит. Геополитическое присутствие СССР на Кубе, во Вьетнаме, Анголе, Мозамбике, Сирии, Алжире, Афганистане, Китае и Северной Корее сопровождалось массовым и длительным «внедрением» советской культуры, которая оставила мало следов у местных народов.

Международный порядок, основанный на мировых цивилизациях, является гарантом мира и предупреждения глобальных войн. Этот вывод содержится в книге Самюэля Хантингтона «Столкновение цивилизаций», который обосновывается следующими положениями.

Французские философы XVIII века ввели понятие «цивилизация» как противопоставление понятию «варварство». Немецкие мыслители традиционно различают «цивилизацию» и «культуру». При этом «цивилизация» включает технику, технологию и материальные ценности, тогда как «культура» подразумевает интеллектуальные и моральные ценности. Наиболее широкое распространение получили представления о цивилизации как культурной целостности, включая материальную и «высокую» культуру. Культурные идентичности представляют этнические, национальные, религиозные и цивилизационные общности. Выделяются государства- цивилизации, в которых примерно совпадает культурная и политическая целостность (Китай, Япония).

Выделяются исчезнувшие и современные цивилизации. К исчезнувшим относятся египетская, греческая классическая, византийская, центральноамериканская, андская и др. К современным цивилизациям Хантингтон относит китайскую, японскую, индуистскую, исламскую, западнохристианскую, а также православную, латиноамериканскую и африканскую.

После «холодной войны» наиболее важными стали культурные различия между людьми, а не идеологические, политические или экономические возможности. Без определения своей идентичности невозможно использовать политику в собственных интересах.

Упрощенное геополитическое деление в экономическом плане на богатый Север и бедный Юг, а в культурном плане — на Запад и Восток не отражает подлинное мировое многообразие. Государства не являются единственными важными игроками на мировой арене.

Цивилизационный подход делает упор на культурные и исторические связи и позволяет Хантингтону различать расколотые, разорванные и стержневые страны. В расколотой стране наблюдается наличие больших этнических групп, принадлежащих к различным цивилизациям (Индия, Шри-Ланка, Малайзия, Украина).

Разорванная страна отличается наличием одной господствующей культуры и власти, стремящейся к другой цивилизации (Россия, Турция). В стремлении сделать Россию западной Петр Великий довел до совершенства деспотизм и искоренил любые источники общественно-политического плюрализма. Дворяне, призванные на государственную службу, формировали «раболепную аристократию». Когда русские после распада Советского Союза отказались от марксизма, по мнению Хантингтона, увеличился разрыв с Западом. Западный демократ мог вести интеллектуальный диалог с советским марксистом, что невозможно при общении с русским православным националистом. Попытки российских и турецких властей использовать свои страны в качестве мостов между Западом и Востоком не принесли ощутимых результатов. Политические лидеры, как правило, преувеличивают свои возможности кардинально перекроить цивилизационный код своих государств.

В мировой политике выделяются стержневые государства, то есть ведущие страны главных цивилизаций, являющиеся полюсами притяжения для других. К стержневым странам относятся Китай, Индия, Япония, Россия и США. Стержневые страны Европейского Союза — Германия и Франция. В исламском мире отсутствует стрежневое государство. Крупнейшая мусульманская страна Индонезия расположена на периферии ислама. Иран обладает основными качествами стержневого государства, но 90% его населения составляют мусульмане-сунниты. Пакистан не может претендовать на роль лидера из-за относительной бедности страны. Саудовская Аравия является колыбелью ислама, но исключительно зависима от американского влияния. Турция как светское госудаство не может претендовать на роль лидера ислама.

В связи с этим делением, Хантигтон до минимума снижает возможность российско-украинского военного конфликта, но подчеркивает возможность раскола Украины по линии разлома на части — православную восточную и униатскую западную.

По Хантингтону, межцивилизацинные конфликты принимают две формы. Конфликты по линии разлома возникают на локальном уровне:

  • • между соседними цивилизациями, принадлежащими к различным цивилизациям;
  • • внутри одного государства между группами из разных цивилизаций;
  • • между группами, пытающимися создать новые государства на обломках прежних (Советский Союз, Югославия).

Особенно часто конфликты по линии разлома возникают между мусульманами и немусульманами. В войнах по линиям разлома только в начале 1990-х годов погибло до 2 млн человек (Судан, Босния, Восточный Тимор, Таджикистан и др.).

Важным фактором конфликтов по линии разлома являются демографические изменения. Например, в начале 1960-х годов сербы составляли 43%, а мусульмане — 26% населения Боснии и Герцеговины. Через 30 лет доля мусульман увеличилась до 44%, а численность сербов упала до 31%. В начале 1960-х годов население Косова было на 67% албано-мусульманским и на 24% православносербским. Через тридцать лет край на 90% стал мусульманским.

Конфликты между стержневыми государствами возникают на глобальном уровне, или макроуровне, между региональными державами, принадлежащими к различным цивилизациям. В этих конфликтах особенно проявляются классические проблемы международной политики:

  • • оказание влияния на процессы глобализации и действие международных финансовых, торговых и других институтов;
  • • уровень военной мощи;
  • • экономическое могущество и благосостояние;
  • • этнонациональные конфликты;
  • • моральные ценности и культура, навязывание ценностей другой цивилизации, этноконфессиональные конфликты;
  • • территориальные споры, когда стержневые государства участвуют в конфликтах по линии разлома.

Борьба за гегемонию между Соединенными Штатами и Великобританией происходила без военных конфликтов, возможно, благодаря близкому культурно-генетическому коду. Отсутствие подобного родства между США и Китаем увеличивает вероятность возникновения военного конфликта между стержневыми государствами. Для динамичной исламской цивилизации, где отсутствует ярко выраженное стержневое государство, более вероятны конфликты по линии разлома. При возвышении Китая возрастает потенциальный источник межцивилизационной войны между стержневыми странами. От политики стержневых государств зависит предотвращение глобальных войн. Хантингтон подчеркивает, что войны вдоль линий разлома закипают снизу, тогда как мир на рубежах цивилизаций «просачивается» сверху.

Конфликтные отношения между исламом и христианством продолжительны во времени по сравнению с конфликтом между либеральной демократией и коммунизмом. Обе цивилизации являются универсалистскими, то есть каждая провозглашает себя единственно верной. Неслучайно, близки друг другу идеологии «джихада» и «крестового похода». Поэтому основная проблема Запада заключается не в исламском фундаментализме, а в наличии другой мировой цивилизации (ислама), убежденной в превосходстве своей культуры, но испытывающей комплекс неполноценного могущества. Из-за отсутствия стрежневого государства в мусульманском мире и демографического взрыва, вызвавшего увеличение большой доли молодых безработных мужчин, ислам превратился в опасный источник нестабильности мирового порядка.

Афганская война стала заключительным финалом «холодной войны», когда Америка субсидировала и вооружала моджахедов для борьбы с советскими войсками. Поражение Советов в войне сыграло значительную роль в последующей дезинтеграции Советской империи. Фундаментом афганского сопротивления был ислам (джихад), придавший уверенность мусульманам. И если Запад рассматривал поражение Советского Союза как свою победу, мусульмане считали поражение второй сверхдержавы победой ислама. По мнению западных аналитиков, Советы потерпели поражение из-за совокупности трех факторов: американской технологии, саудовских денег и мусульманского фанатизма. Большое количество американского военного снаряжения, включая ракеты к установкам «стинг- лер», помощь инструкторов в создании лагерей для обучения моджахедов и финансовая помощь в размере 3 млрд долл. Саудовская Аравия выделила на эти цели 3,3 млрд долл.

Война в Персидском заливе была первым после «холодной войны» конфликтом между цивилизациями за энергетические ресурсы. Если раньше здесь соперничали за влияние Иран, Ирак, Саудовская Аравия и США, то после войны Персидский залив превратился в «американское озеро».

На фоне ослабления могущества Запада Соединенные Штаты и Западная Европа должны в целях консолидации сил решить следующие задачи:

  • • добиться военной, политической и экономической интеграции христианской цивилизации;
  • • принять в Европейский Союз и НАТО западные страны Центрально-Восточной Европы (этот процесс завершится с принятием Румынии и Болгарии в ЕС);
  • • сдерживать развитие военной мощи исламских стран и Китая;
  • • замедлить «дрейф» Японии от Запада в сторону АТР и Китая;
  • • поддерживать «вестернизацию» Латинской Америки;
  • • признать Россию как стержневую (региональную) державу православной цивилизации, имеющую законные национальные интересы на южных рубежах;
  • • сохранить западное технологическое и военное превосходство над другими цивилизациями;
  • • рассматривать вмешательство Запада в дела других цивилизаций как наиболее опасный источник нестабильности и потенциального глобального конфликта.

В заключение своей пророческой книги «Столкновение цивилизаций» Хантингтон делает следующие выводы:

  • • Впервые в истории глобальная политика стала многополюсной (полицивилизационной).
  • • Модернизация не обязательно означает вестернизацию, так как распространение западных ценностей не приводит к возникновению всеобщей цивилизации.
  • • Изменяется баланс сил между цивилизациями за счет снижения влияния Запада и возрастания мощи азиатских стран.
  • • Демографический взрыв ислама имеет дестабилизирующие последствия для мира.
  • • Незападные цивилизации вновь подтверждают ценность своих культур.
  • • Новый мировой порядок формируется на основе цивилизаций, а попытки переноса обществ из одной цивилизации в другую являются бесплодными.
  • • Претензии Запада на универсальность приводят к конфликтам с другими цивилизациями, особенно с исламом и Китаем.
  • • На линиях разлома цивилизаций отмечаются этнонациональные и этноконфессиональные конфликты и войны.
  • • Выживание Запада зависит от способности американцев подтвердить свою западную идентификацию и консолидации христианской цивилизации против вызовов других культур.

Межцивилизационная конкуренция, по определению Михаила Делягина, характеризуется отсутствием у ее участников общего языка и общей системы ценностей и мотиваций, мировоззрения, образа жизни и образа действий. Цивилизационная экспансия неминуемо сталкивается с противостоянием и носит внеэкономический характер. Примером цивилизационной конкуренции за ресурсы является нападение Америки на Ирак.

После распада Советского Союза в конкуренции цивилизаций выделяются западная, китайская и мусульманская цивилизации: финансово-техническая экспансия Запада, этническая — Китая и социально-религиозная — ислама. Вряд ли существует православная цивилизация как субъект глобальной конкуренции. Православные Греция и Кипр являются членами ЕС, а Болгария, Румыния, Украина, Черногория стремятся к европейской интеграции.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>