Религия и модернизация

Веберовская тема «религия и социальное изменение» развивалась в ряде направлений. Одно из них — изучение роли религии в экономической модернизации Японии, предпринятое американским социологом Р.Н. Беллой в работе «Религия эпохи Токугава» (1957 г.). В ней на материале конкретного общества и его религиозной системы Белла анализирует те способы, посредством которых религиозные убеждения стимулируют или тормозят экономическое развитие. Он обращается к анализу факторов, которые обусловили быструю модернизацию Японии.

По мнению Беллы, пример Японии показывает, что религия способна оказывать влияние на экономическое мышление (хозяйственный менталитет) и косвенным путем, отличным от влияния протестантской этики[1].

Теория П. Бергера

Один из самых известных современных социологов, занимающихся вопросами религии, профессор религиоведения, социологии и теологии Бостонского университета П. Бергер считает, что между христианской Церковью и миром современного капитала нет прямых родственных связей. Такие понятия, как «менеджмент» и «маркетинг», невозможно прямо перенести на церковную торговую деятельность, но в интересах Церкви было бы разумно использовать некоторые представления и практические навыки, которые приходят из делового мира. Он отмечает, что в последние годы, особенно после крушения советской империи, возникло своего рода капиталистическое головокружение от успехов. Прежде всего это касается Америки, где о капитализме говорят почти как о религии или, точнее, как о псевдорелигии. Вместе с тем сегодня, считает Бергер, особенно в Европе, идеализация капитализма не представляет серьезной угрозы. Напротив, понятие «неолиберализм» стало чуть ли не бранным словом, и умы снова будоражит так называемый третий путь.

Говоря о преимуществах капитализма, американский социолог выделяет прежде всего два основных:

способность создавать доселе невиданное изобилие, выводить из бедности широкие массы людей и обеспечивать им приличный материальный уровень жизни;

экономическая система капитализма является основой демократии.

Но есть в этой экономической системе и очевидные издержки: социальная незащищенность и раскол между преуспевающими и неудачниками как внутри общества, так и между ними.

Конкуренция как двигатель капитализма в лучшем своем проявлении оборачивается стремлением к превосходству, в худшем — циничным и жестоким отношением к своему ближнему.

Максималистский лозунг «как можно больше и как можно дешевле» имеет для экономической деятельности силу закона. Но американский ученый задается справедливым вопросом: допустимо ли переносить его также и на другие сферы жизни? Это происходит почти повсеместно, в первую очередь в Западной Европе и Северной Америке.

Стремление к максимальной реализации встречается и в жизни Церкви. В США это прежде всего так называемое «Движение роста Церкви» (Church Growth Movement), приводящее к образованию крупных церковных комплексов. Например, гигантский баптистский молельный дом в центре Далласа. На большой территории стоимостью несколько миллионов долларов расположен комплекс зданий. Всю неделю здесь ведется деятельность, отвечающая любым интересам: для детей и стариков, для людей разных профессий, для страдающих от социальных недугов и социальных проблем, для иноязычных и сторонников любой политической ориентации. Подобная «индустриализация» церковных услуг порождает, по мнению Бергера, ряд новых проблем, особенно в области религиозных ценностей и мировоззрения. Вместе с тем, по его мнению, Церковь, как и все прочие религиозные организации, находится сегодня в условиях рынка и вынуждена вступать в состязание со всеми своими возможными конкурентами. Американский социолог приходит к выводу, что христианское служение Церкви определяется конкретными запросами времени[2].

  • [1] Гараджа В.И. Социология религии. — С. 167—168.
  • [2] Бергер ПЛ. Церковь как предприниматель: Пер. с англ. // НГ-религии. — 2003. — № 13.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >