Полная версия

Главная arrow Социология arrow Многоэтничное сообщество в поисках маршрута интеграции: идеология, наука и практика

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Империя и нация-государство как варианты организации многоэтничного социума

Сегодня достаточно популярны как дискуссии об альтернативных формах организации многоэтничного социума: нация-государство — империя. Сторонники обеих идей приводят веские аргументы в пользу каждой из них, но в то же время не замечают определенной архаичности каждой из идей, не учитывают их неоднозначности.

Исторически сложилось, что империя и нация являлись двумя возможными способами объединения разных народов под единым властным началом. Субъектом в обоих случаях является власть, которая в качестве управляющих рычагов может использовать экономические, социокультурные, социально-психологические и другие инструменты. И все же в империи и нации-государстве эти инструменты реализует себя по-разному.

Социокультурная специфика наций-государств.

Традиционными понятиями, которыми оперируют обществоведы в дискуссиях об интеграционных и дезинтеграционных процессах, являются нация, государственный национализм, модернизация, с одной стороны, и этническая группа, этноцентризм (сепаратизм, этнонационализм), традиционализм, с другой. При этом интеграция общества рассматривается как его единение в нацию.

О том, что понятие «нации» отнюдь не синонимично «этносу» писалось и говорилось немало1. Хотя в определении этих понятий до сих пор нет единства мнений. В самом общем смысле, для этноса (этнии) основополагающая характеристика — общие исторические корни (культурно-генетические), для нации — организация и суверенитет (как правило, в виде государственности) и национальное самосознание.

Среди разного рода объединительных тенденций, сопровождающих образование наций (межконфессиональных, межсословных и т.д.) особое место занимает межэтническое объединение[1] [2]. Формирование нации сопровождается преодолением, в ряде случаев — подавлением этнцентристских проявлений, а также заменой традиционно-трайбалистского уклада жизни процессами модернизации и урбанизации.

В социологических исследованиях выделяются различные признаки и факторы формирования национального единства. К ним относят общность языка, печати и образования в государстве (М. Шадсон[3]), рынок, единые структуры распределения, культуру, «коммуникативные обычаи» и «социальную мобилизацию», или «потенциальную политизацию»1). Национальное строительство и образование наций-государств (nation-states) в последние четыре — три сотни лет явились результатом ряда процессов общеисторического значения. К ним можно отнести переход к экономике обмена, рост городов, рост сетей основных коммуникаций, дифференцированную концентрацию капитала, навыков и социальных институтов, тройственную революцию — в разделении труда, контроле управления и культурной координации[4] [5] [6], секуляризации общества и общедоступности печатных изданий на национальном языке[7].

В большинстве случаев создание нации предполагает этнокультурное доминирование: английское (не шотландское или уэльское) — в Британии, французское (не провансальское или бретонское) — во Франции. Поскольку основное значение в понятии «нация» приобретает признак государственной целостности, такое доминирование считается оправданным.

Одним из главных достижений нации-государства считается суверенитет. Если в таком государстве возникают сепаратистские движения, конфликты на этнической почве, оно само находит пути их решения. Оно управляется в соответствии с конституционными нормами, национальным законодательством и решениями государственных властей. П.А. Столыпин в начале века говорил в этой связи: «Государство может, государство обязано, когда оно находится в опасности, принимать самые строгие, самые исключительные законы, чтобы оградить себя от распада. Это было, это есть, это будет всегда неизменно... Этот порядок признается всеми государствами. Нет законодательства, которое не давало бы права правительству приостановить течение закона, когда государственный организм потрясен до корней, которое не давало бы ему полномочия приостановить все нормы права. Это... состояние необходимой обороны: оно доводило государство не только до усиленных репрессий, не только до применения различных репрессий к разным лицам и к различным категориям людей, — оно доводило государство до подчинения всех единой воле, произволу одного человека, оно доводило до диктатуры, которая иногда выводила государство из опасности и приводила к спасению»[8]. Справедливости ради стоит отметить, что Столыпин в том же выступлении особо подчеркнул, что чрезвычайные меры могут быть только временными.

Что же касается норм, правил и организаций, действующих вне национального государства, то оно может учитывать или не учитывать их существование, поскольку прерогативой в данном случае является национальный интерес. Однако глобальные изменения в международной политической системе, происшедшие в последние годы, внесли существенные коррективы в представления о национальном интересе.

В нациях-государствах, которые исторически формировались из различных этносов, населяющих определенную территорию (нздии-пюударстащ складывающиеся из одного этноса, например, японская нация, — редкость), государство активно использует в качестве основной интегрирующей силы ценностный фактор и преследует утверждение культурной гомогенизации населения.

Формирование национальных государств в Европе началось в XVI-XVI1 вв. (Англия, Нидерланды, Франция) основном было завершено с окончанием первой мировой войны и закреплено Версальским мирным договором 1919 г. (П. Альтер1). Долгое время в социологической мысли преобладало мнение о нации-государстве как реальном воплощении интеграционной идеи (П. Альтер[9] [10] [11], Э. Геллнер' др.). Такие взгляды были связаны с концепцией национализма.

  • [1] Ооммеп, Т.К. Раса, этния и класс: анализ взаимосвязей // Международный журналсоциальных наук. 1994. № 3 (6). — С. 111-123; Бромлей, Ю.В. Очерки теории этноса/ Ю.В. Бромлей // Бромлей Ю.В. Очерки теории этноса. — М.: Либроком, 2009. —440 с., с. 45-58; Тишков, В.А. Реквием по этносу: Исследования по социальнокультурной антропологии / В.А. Тишков. — М.: Наука, 2003. — 544 с.
  • [2] См.: Зайцева, Е.А., Савченко И.А. Парадоксы взаимообусловленности процессовсоциокультурной интеграции / Е.А. Зайцева, И.А. Савченко // Вестник Костромскогогосударственного университета им. Н.А. Некрасова, № 4, 2009. — С. 237-242, с. 238.
  • [3] Шадсон, М. Культура и интеграция национальных обществ // Международныйжурнал социальных наук. 1994. № 3 (6). — С. 82-90.
  • [4] Reck, U., Grande, Е. Das kosmopolitische Europa : Gesellschaft und Politik in derzweiten Moderne / U. Beck ; E. Grande. — Frankfurt am Main: Suhrkamp, 2007. —419 S., ss. 13-30.
  • [5] Там же, ss. 301-305.
  • [6] Смит, Э.Д. Национализм и модернизм: Критический обзор современных теорийнаций и национализма / Смит Э.Д. — М.: Праксис, 2004. — 464 с., с. 99.
  • [7] Андерсон, Б. Воображаемые сообщества. Размышления об истоках и распространении национализма / Б. Андерсон. — М.: Канон-Пресс-Ц: Кучково поле, 2001. —288 с., с. 60-70, с. 89-104.
  • [8] Этнос и политика: Хрестоматия / Авт.-сост. А.А. Празаускас. — М.: УРАО, 2000. —400 с., с. 263-264.
  • [9] Альтер, П. Этапы образования государств в Европе / П. Альтер // Этнос и политика:Хрестоматия / Авг.-сост. А.А. Празаускас. — М.: УРАО, 2000. —400 с., с. 155-157.
  • [10] Там же, с. 28.
  • [11] Геллнер, Э. Нации и национализм / Э. Геллнер. — М.: Прогресс, 1991. — 320 с.,с. 14.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>