Полная версия

Главная arrow История arrow История римской культуры

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

ПОЭЗИЯ

Значительные изменения происходят в римской поэзии. Больше уже не сочиняются большие эпические поэмы, как это делали Невий и Энний. На первый план выступают произведения малых форм. Автором таких произведений был друг Сципиона Эмилиана и член его кружка Гай Луцилий, который фактически стал создателем нового жанра — сатуры, или (на греческий лад) сатиры. Латинское слово satura означало «смесь», особенно смесь разных плодов, подаваемых к столу. В литературе под этим словом стали подразумеваться сравнительно небольшие сочинения на самые разные темы, в том числе и незатейливые импровизированные пьески. Луцилий тоже писал небольшие стихотворения на разные темы, но в них он преимущественно нападал на политических противников Эмилиана, главным образом — на литературных врагов, на сторонников «староримской партии», а также и на неумеренных подражателей всему греческому. Он возмущался духом своего времени, в котором ощущал нравственный упадок и утерю римских добродетелей. Его произведения, от которых, к сожалению, сохранилось лишь сравнительно немногие фрагменты, были наполнены едким сарказмом и обличительным пафосом. Позже Гораций называл произведения Луциллия «зеркалом жизни». С этого времени сатура-сатира и стала обозначать подобный жанр литературы. В отличие от других жанров он возник на чисто римской почве, а не был заимствован из греческой литературы.

Другие настроения охватывали некоторых представителей римской интеллигенции более позднего времени, занявшихся поэзией и ушедших в нее как в убежище от жизненных невзгод, хотя время от времени они и принимали участие в общественной и политической жизни.

Это были кружки так называемых новых поэтов, или неотериков (от греч. «неотерос» — более новый, модернист). Поклонник старых нравов Цицерон именно так назвал этих молодых поэтов, сгруппировавшихся вокруг поэта и критика Публия Валерия Катона, который славился тем, что он был «создателем поэтов», умелым наставником будущих стихотворцев. Сам он писал и филологические (по терминологии древних, грамматические) работы и стихи, некоторые из них были довольно известны. Но все это не помешало ему умереть в глубокой бедности, несмотря на обилие относительно богатых друзей. Кружок Катона объединял образованных и достаточно способных молодых людей, связанных личной дружбой и землячеством, ибо большинство их, как и сам Катон, происходило из Цизальпинской Галлии. Связывала их, естественно, и общность интересов, эстетических взглядов, поэтических пристрастий. Для них были характерны отказ от эпоса и обращение к малым формам, хотя они не чурались и небольших поэм. Образцами для их творчества были эллинистические поэты, а содержанием преимущественно личные переживания, которые для героев этой поэзии гораздо важнее бурь общественной жизни. Идеалом было соединение сильных чувств с изящным вкусом и большой ученостью.

Другой подобный кружок группировался вокруг Гая Лициния Каль- ва, сына известного в свое время оратора и политического деятеля. Члены этого кружка тоже признавали высочайший авторитет Валерия Катона, который, таким образом, выступал в какой-то степени главой целого направления в римской поэзии. Крупнейшим поэтом кружка Кальва и этого направления вообще был Гай Валерий Катулл.

Катулл происходил из г. Верона, но отец довольно рано отослал его в Рим, где он примкнул к кружку поэтов-неотериков. Катулл прожил немногим более 30 лет, но успел создать много великолепных стихотворений, которые можно считать вершиной римской лирики. В римскую поэзию Катулл внес огромный мир личных чувств и переживаний. Страстно влюбленный в безумно красивую, но развратную Клодию, которую он прославил под греческим именем Л есбии, Катулл посвятил ей большинство своих лирических стихотворений. В его творчестве впервые в римской поэзии так непосредственно и так сильно отразились душа и мысли самого поэта, история его любви, страстных молений, счастливого времени близости, горечи размолвок и, наконец, окончательного разрыва. Любовь, дружба, поэзия — вот главные мотивы стихотворений Катулла. Для него нет запретных тем. Он может (хотя и с некоторой иронией) оплакивать смерть любимого воробья своей возлюбленной, издеваться над женщиной, которую осмелились сравнить с его подругой, обрушиться на реальных или мнимых соперников, обличать негодных поэтов, иронизировать по поводу своей бедности и смеяться над ревнивым мужем Лесбии. Глубоко переживает поэт смерть своего брата и обращает свой гнев на предавших его друзей. Упоминая миф об Аттисе, оскопившем себя ради преданности богине Кибеле, он осуждает этот фанатизм, толкнувший юношу на шаг, последствия которого исправить невозможно. Не героические подвиги во имя величия римского народа, а глубокие переживания повседневной жизни составляют главный мотив творчества Катулла. Его гнев против тех или иных политических деятелей означает прежде всего эстетическое, а не политическое их неприятие. Катулл открыто ориентируется на греческую поэзию, причем не только относительно недавнего или даже современного эллинистического времени, но и отдаленного архаического и классического. Неслучаен и выбор им псевдонима для своей возлюбленной. В римской поэзии было принято называть героинь своих произведений каким- либо греческим именем, в котором число слогов совпадает с их числом в подлинном имени. Катулл следует этому обычаю, но само имя «Лес- бия», несомненно, навеяно поэзией знаменитой греческой поэтессы второй половины VII — начала VI в. до н.э. Сафо, происходившей с о-ва Лесбоса. Катулл как бы подхватывает традицию греческой лирики столь далекой эпохи. Иногда он даже пересказывает латинскими стихами стихотворения Сафо или другого поэта той эпохи — Фе- огнида. Огромной заслугой Катулла явилось создание новых стихотворных форм и в какой-то степени нового римского поэтического языка. Недаром некоторые русские филологи, хотя, конечно, с натяжкой и несомненным преувеличением, сравнивали Катулла с Пушкиным. Творчество Катулла и поэтов-неотериков способствовало рождению в римской литературе подлинной лирики.

Иное направление в римской поэзии представлял Тит Лукреций Кар (около 97—55 гг. до н.э.). О его жизни почти ничего неизвестно; иногда предполагают, что он был довольно низкого происхождения и происходил из италийской области Кампании. Хотя в Риме, как уже говорилось, эпикурейство было довольно распространено, произведение Лукреция «О природе вещей» было малоизвестно при его жизни и издано было (может быть, даже с некоторыми исправлениями) уже после его смерти Цицероном, в руки которого поэма попала в 54 г. до н.э. Если Катулл и его друзья ориентировались на эллинистическую лирику, то Лукреций — на «ученые поэмы», которые были тогда тоже модны и в которых авторы в стихотворной форме рассуждали на различные философские или естественнонаучные темы. Убежденный поклонник Эпикура, Лукреций в своей поэме «О природе вещей» стремился дать рациональное истолкование окружающего мира на основе эпикуровской философии. В условиях политических распрей и гражданских войн философия Эпикура, ставившего своей целью освободить человека от страха смерти и увести его в круг близких друзей, чрезвычайно привлекала поэта. Правда, основное внимание он уделил не этике Эпикура, а его учению об окружающем мире, но это, вероятно, было вызвано положением в Риме, в котором в то время распространились самые порой дикие суеверия, и Лукреций стремился опровергнуть именно их. Не обошел Лукреций своим вниманием и человека. По его мнению, история человечества разделяется на две эпохи: в первую он совершенствуется из-за нужды, а во вторую — по своему размышлению. Совершенно не занимаясь политикой, поэт при описании эволюции человечества основное внимание уделяет развитию и изменениям орудий труда.

И Катулл, несмотря на некоторые выпады против таких политических деятелей, как Цезарь и Помпей, и Лукреций, который совершенно чуждался политики, уводили человека от «злобы дня»: один — в глубины личных переживаний, другой — в заоблачные выси философии. Но, может быть, именно поэтому их имена и сохранились в веках.

Катулл и его друзья, как и Лукреций, были не единственными поэтами Рима в то время. Стихи тогда писали многие. Не брезговали поэзией ни Цезарь, ни Цицерон, ни Варрон. Поэзия легче и быстрее откликается на «бури времени», поэтому особенно ярко расцветает в переломные эпохи, каким и был период поздней республики.

Поэзия Катулла и Лукреция, Цезаря и Варрона была рассчитана на образованную часть римского общества. Но в Риме существовало и «массовое искусство», любимое римской толпой. Очень популярны были мимы, незатейливые, часто импровизированные шутовские стихотворные сценки из повседневной жизни, сопровождаемые танцами. В отличие от других видов представлений в них женские роли могли исполнять сами женщины. Мимы, как уже говорилось, были заимствованы у греков, но в Риме получили огромное распространение, а в I в. до н.э. стали уже литературно обрабатываться. Известным автором хорошо обработанных литературных мимов был всадник Децим Лаберий. В 46 г. до н.э. Цезарь во время игр в честь своих побед устроил состязание авторов (они же исполнители) мимов, и по его просьбе в нем принял участие Лаберий. Сам Цезарь очень хотел признать победителем Либерия, но зрители присудили победу его сопернику Публилию Сиру, искусство которого было менее изящным, но более близким народным вкусам. Публилий Сир, сирийский раб, которого позже отпустили на волю, был очень близок народным «низам». Кроме мимов Сир писал различные нравоучительные сентенции, основными мотивами которых были дружба, любовь, судьба, жадность, отношение к отцу, матери, любимой девушке. Позже эти сентенции использовали в школе как учебный материал.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>