Полная версия

Главная arrow Этика и эстетика arrow Основы этики

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

ПРЕДМЕТ ЭТИКИ, ВОЗНИКНОВЕНИЕ МОРАЛИ

Предмет этики

Предмет и объект этического знания

В любой теории, как известно, различаются предмет и объект. Объект составляет всю реальность, попадающую в поле внимания. Сам же предмет представляет те стороны, свойства реальности, которые выявляются в связи со специфическими целями изучения. Для этики объект изучения — поведение людей. Но оно изучается различными науками: психологией, социологией, правом... Этика же изучает поведение, развивающееся на основе моральных мотивов, выявляет причины, порождающие такие мотивы, общественные условия их воспроизводства, т. е. те факторы, которые позволяют с определенной степенью уверенности говорить о том, что моральные мотивы имеются не у какого-то одного человека, а у многих людей, что в обществе существуют и воспроизводятся устойчивые нравственные отношения.

Предмет любой науки требует специфических методов своего изучения. Но что значит выявить метод исследования для этики и вообще для философии? Фактически для того, чтобы рассмотреть какое-то явление философски, необходимо дать всю культурно-историческую характеристику той или иной эпохи.

В Древней Греции, например, специфическими методами философии полагали спор, разговор, направленный на выяснение содержания понятий, а также незаинтересованное созерцание (theoria). Во многих концепциях полагалось, что созерцание, самососредоточение может помочь открыть глубинные, в том числе нравственные истины. В Средние века философия была неотделима от теологии. Нравственные мотивы развивались здесь преимущественно на основе религиозных представлений о грехе, покаянии, спасении и пр. В Новое время философия опирается на методы развивающихся естественных наук, среди которых основное место занимают анализ и синтез, а также метод движения мысли в процессе познания, предполагающий выделение абстрактной сущности, а затем восхождение от абстрактного к конкретному. Соответственно, нравственные мотивы пытались прояснить на основе познания сущностных сторон природы человека, освобождения от «призраков», искажающих видение сущности. Позитивистская философия сосредотачивается на анализе языка науки, запрещая философам делать какие-либо выводы метафизического характера, не выводимые из наглядно наблюдаемых фактов (протокольных предложений). В отношении морали позитивистская философия ставила задачу анализа морального языка, рассмотрение моральных суждений с точки зрения их непротиворечивости. В современную эпоху, однако, снова возникают серьезные сомнения в том, что мир можно познать чисто рациональным путем. Многие философы обращаются к исследованию глубинных, неосознанных установок индивидуального сознания, к анализу обыденного языка. Философы лингвистической ориентации, экзистенциалисты, неореалисты видят в обыденном языке гарантии общего смысла употребления моральных понятий. В герменевтике пытаются разработать методы познания, связанные с отказом от традиционного понятия истины, заменой его понятием смысла и понимания. При таком разбросе мнений закономерно возникает вопрос, имеют ли вообще философия и этика, как философская дисциплина, собственные методы исследования?

Если же отвлечься от методов и обратиться к реальности, в которой происходит выражение нравственных мотивов поведения, к понятиям нравственного сознания, нормам, принципам поведения, то здесь исследователя также ждут значительные проблемы. Содержание моральных понятий оказывается труднее уловить даже по сравнению с такими абстрактными философскими понятиями, как, скажем, понятие материи или сознания, так как мораль имеет непосредственный выход в практику. Она прямо касается взаимоотношений между людьми, проявляется в индивидуальных реакциях одних людей на поведение других, что делает содержание нравственных представлений вариативным, исторически относительным, хотя в самой теории постоянно осуществляется поиск интерсубъективного всеобщего нравственного смысла. Эмоции, автоматизмы сферы подсознания, реакции обыденного сознания, развивающиеся на основе стереотипов житейской мудрости, достаточно сложно поддаются наблюдению из-за многообразия локальных сообществ, имеющих индивидуальные особенности нравственной жизни.

Содержание моральных норм, которые, казалось бы, наиболее четко, формально определяют фундаментальные нравственные требования, в действительности также оказывается трудно раскрыть, потому что многие из них представлены в неявной, латентной форме. Они проявляют себя через устойчивые поведенческие реакции реальных носителей норм, окружающих каждого отдельного человека, то есть через нравственное сознание и поведение живущих в данном обществе людей, через образы, представленные в художественной литературе, подающие примеры стойкости и героического поведения. Лишь незначительная часть наиболее простых и фундаментальных норм морали получает определенную вербальную кодификацию.

Сложность вычленения предмета этики как науки о морали состоит также в том, что нравственные отношения включены в широкий круг всех иных общественных отношений. Явления общественной жизни в принципе можно классифицировать как моральные (относящиеся к морали и оцениваемые положительно), аморальные (относящиеся к морали и оцениваемые отрицательно) и внеморальные. С выявлением последних дело, однако, обстоит достаточно сложно. Конечно, в обществе существуют, например, экономические связи, складываются производственные отношения. На первый взгляд они не имеют отношения к морали. Однако, как только мы опускаемся на уровень конкретных действий людей, в том числе исследуем действия, которые влияют на характер производственных отношений, мы обнаруживаем, что и они несут определенную моральную нагрузку. Так, решение о закрытии нерентабельных шахт это, в об- щем-то, решение производственного характера. Но, как только мы начинаем думать о том, что из-за этого решения тысячи рабочих окажутся без средств существования, данное решение попадает под компетенцию моральных оценок.

Можно предположить, что многие отдельные действия людей представляются сугубо личными решениями, не имеющими общественного значения и потому не относящимися к морали. Например, если человек обдумывает, как ему провести отдых: поехать на рыбалку или пойти собирать грибы — это сугубо индивидуальный выбор. Но если оценивать характер проведения досуга не в смысле выбора отдельного действия, а в смысле общей тенденции распределения времени жизни, сразу же появляются вопросы морального характера. Действительно, досуг может быть развивающим какие-то продуктивные способности личности, или наоборот, способствующим их регрессу, человек может уделять ему больше или меньше времени: все это затрагивает интересы других людей и не может не волновать общество. Следовательно, даже предпочтения в организации досуга приобретают характер факторов, подпадающих под моральную оценку. Соответственно, понятие внеморальных действий имеет относительный смысл. Фактически отдельные действия человека могут в большей или меньшей степени иметь тот или иной моральный смысл, но полностью освободиться от него невозможно.

Таким образом, мы выявили, что сфера моральных отношений достаточно широка и во многом неопределенна. Методы этического исследования, так же, как и методы философского, не выглядят определенными. Возникает вопрос: следует ли в таком случае вообще говорить о предмете этики как науки и заниматься ее изучением? Думаю, что на него нужно дать положительный ответ, а сомнения можно преодолеть на основании следующих аргументов. Во-первых, следует отметить, что разные методы философского исследования работают в разных культурно-исторических условиях, для которых они являются приемлемыми и в определенной степени действенными, хотя бы в том смысле, что могут заставить человека обратить внимание на моральные мотивы своего поведения. Во-вторых, они, несомненно, взаимодополняют друг друга и имеют развитие в исторической практике в том смысле, что сами методы уточняются, превращаются в логически выдержанную процедуру, создающую основу для существования некоторой философской школы. Что же касается включения моральных мотивов в иные системы мотивации, объединения морального поведения с другими видами деятельности, то это конечно усложняет задачу исследователя, но не отменяет значения изучения морали.

Необходимость развития этики как науки о морали и связанная с ее существованием общественная (культурная) функция нравственного просвещения более всего нужны для облегчения процесса индивидуальной мотивации. Мотивация — это осознанное осмысление целей предполагаемого поступка. Она осуществляется с разных сторон. С точки зрения утилитарной (к каким результатам может привести данный поступок в смысле обеспечения условий жизни), технологической (реализацию каких конкретных целей он обеспечивает в смысле предметного преобразования), гедонистической (это поведение, прямо направленное не получение каких-то чувственных удовольствий), прагматической (это более сложные, по сравнению с непосредственными чувственными удовольствиями, цели, которые зависят и от самого субъекта, и от обстоятельств, в которых разворачивается индивидуальная жизнь, например, престиж, карьера, месть и т. д.), и, наконец, собственно нравственной, т. е. с точки зрения обдумывания того, насколько человек своими действиями ущемляет или не ущемляет интересы других людей, приносит пользу или вред обществу, развивает или не развивает свои общественно ценные качества.

Некоторые из перечисленных характеристик могут составлять предмет не только моральных, но и правовых оценок, подпадать под действие юридических норм. Однако в морали человек обязательно рассматривается в качестве со-творца выполняемой им нормы. Он принимает ее добровольно в силу убеждения в ее целесообразности, отождествления требований данной нормы с сущностной стороной собственных жизненных установок. Что касается престижа, карьеры, самоудовлетворения, то это в принципе комбинированные потребности, в которых может присутствовать нравственный мотив, хотя он и не является здесь единственным. О том, как происходит объединение разных мотивов в практическом действии человека и какими психологическими механизмами это объясняется, мы поговорим в дальнейшем.

В исторической тенденции развития общества жизнь человека все более индивидуализируется, обстоятельства, в которых приходится принимать решения, становятся более разнообразными, возможность отдельной личности повлиять на характер событий своим нравственным выбором в принципе увеличивается. Хотя этой тенденции и противодействуют многие факторы, связанные с массовой культурой, идеологией, информационной революцией, поведение современного человека все-таки более свободно по сравнению, скажем, с условиями жизни в сословно организованном обществе, где отдельный индивид прежде всего подчинен традиции, где весь режим его существования оказывается в основном жестко регламентированным. Это означает, что возрастает степень индивидуальной ответственности и соответственно усложняется процесс мотивации.

Данную мысль можно подтвердить исторически: одно из наиболее элементарных правил упорядочивания межличностных отношений — талион[1] фактически совершенно не касается субъективного намерения, а учитывает только результат индивидуального действия. Субъективное намерение представлено только в отношении к самому талиону, в представлении о его целесообразности. «Золотое правило нравственности» (поступай по отношению к другому так же, как ты хотел бы, чтобы поступали по отношению к тебе) основано на том, что человек способен соотносить свои собственные желания с желаниями и условиями жизни другого. Это предполагает развитую способность к само- рефлексии, требует сосредоточения в процессе индивидуальной мотивации. Одна из заповедей Закона Моисея гласит: «Не желай жены ближнего твоего...». Это еще ветхозаветная заповедь, но здесь уже, несомненно, выражено желание устранения зла на уровне мотивов. В заповедях Христа устранение мотивов дурных поступков становится основным орудием борьбы со злом. Если же, допустим, обратиться к работе Э. Фромма «Иметь или быть», то совершенно очевидно, что здесь рассматриваются уже не только ограничительные функции морали, связанные с предотвращением неправомерных действий в отношении другого индивида, но и назначение человека, вопрос, в чем заключается высший смысл его жизни. Таким образом, совершенно очевидно возрастание внимания к индивидуальным мотивам поведения, желание прояснения целей собственного бытия.

Для облегчения личного морального выбора, а в ряде случаев — и убеждения человека в необходимости его совершения, прежде всего и необходима теоретическая этика. Но и она не может предложить окончательных ответов, как не может сделать это и все философское знание применительно к решению иных, не связанных непосредственно с нравственной проблематикой мировоззренческих вопросов. Однако этика может прояснить ситуацию выбора, сделать его более понятным для личности и показать, к каким последствиям приведет то или иное решение.

Ситуация морального выбора возникает тогда, когда проявляет себя противоречие между личным интересом и такими условиями общественной жизни, которые оказываются несовместимыми с определенными возможностями его удовлетворения. В этой ситуации предполагаемое поведение вступает в конфликт с принятыми в обществе моральными нормами, которые известны личности, в определенной степени вошли в глубинные структуры ее собственной психической организации, стали автоматизмами поведения, поэтому выбор сопровождается эмоциональным напряжением, тем, что может быть названо психологическим дискомфортом. Иная ситуация выбора возникает, когда человек отказывается от одних своих желаний ради удовлетворения других, рассматриваемых в качестве более высоких, в большей мере отвечающих назначению человека, в глобальном смысле — когда человек отказывается от одной своей природы ради того, чтобы сформировать другую, более высокую, способную обеспечить иной уровень бытия на основе новых, приобретенных способностей и потребностей. Понятно, что такое поведение не может строиться без какого-то представления человека о себе самом, о целях его жизни.

В некоторых исследованиях моральный выбор рассматривается как то, что совершается только в настоящий момент. Так, Ю. А. Шрейдер отмечает: «Моральный выбор — это не планирование отдаленного будущего и не теоретическая прикидка того, как следует поступить в некоторых возможных обстоятельствах. И то и другое можно отложить на неопределенный срок. Моральный выбор совершается здесь и сейчас — в обстоятельствах над которыми мы не властны»[2]. Не могу согласиться с такой постановкой вопроса. Личность сталкивается не только с критическими ситуациями, требующими немедленного решения, но и с такими, в которых человек, например, обдумывая свои жизненные планы, постепенно принимает судьбоносные для него самого решения, пытается реализовать одни возможности и навсегда расстается с другими. Это обдумывание порой может занять достаточно долгое время, оно предполагает рациональное, разумное прорабатывание возможных последствий выбора, соотнесение своих целей с опытом жизни других людей. Оттого что такой выбор совершается не моментально, напряжение в процессе принятия решения не уменьшается, оно только приобретает иной характер. Не исчезают и моральные критерии данного выбора, так как принимая решения об организации своей жизни, человек в то же время думает о собственном достоинстве, о своих отношениях с другими людьми.

В современном мире человек сталкивается с массой ситуаций, вызывающих противоречие между разными мотивами, скажем, когда имеет место противоречие между желанием профессионального самоутверждения и обязанностями перед своей семьей, когда встает вопрос о выборе между более высокооплачиваемой или более интересной работой, когда необходимость заботы о близких «мешает» реализации иных жизненных планов и т. д. Наиболее остро ситуация выбора встает тогда, когда действия подпадают под компетенцию разных норм, а иногда и разных систем морали[3]. Для того чтобы совершить правильный выбор, необходимо привлечь арсенал всех возможных средств, начиная от простого знакомства с историей жизни других людей, прорабатывая, далее, ситуацию выбора теоретически, в том числе — на основе обдумывания наиболее общих идей о назначении человека, условии обретения им счастья, и заканчивая своеобразной психотерапевтической процедурой, в которой человек пытается представить себя в ситуации уже совершенного выбора, пережить эту ситуацию эмоционально. Этика как наука, прежде всего, и нужна для того, чтобы прояснить основания морального выбора, продемонстрировать личности те способы рассуждения о жизни, которые уже известны в истории человечества.

Предметом этики, следовательно, в самом общем смысле является поле морального выбора человека, изучение арсенала тех средств, с помощью которых он совершается. При этом к арсеналу средств можно отнести как объективные общественно канонизированные условия совершения выбора, прежде всего, моральные нормы, так и личные ресурсы его совершения, а именно эмоционально-волевые качества индивида. Последние, однако, хотя они и являются субъективным достоянием каждой отдельной личности, не существуют без поддержки со стороны общественного сознания в том смысле, что они сами развиваются под влиянием определенных нравственных идей, оказываются направленными на реализацию таких идей. В этом смысле они невозможны без рациональных представлений о надлежащем моральном поведении человека, что уже, несомненно, составляет предмет теоретической этики.

Что же касается объекта этического знания, то он в силу практической ориентации этики имеет двоякое значение. С одной стороны, это та общественная реальность, которая подвергается наблюдению и изучению для формулирования положений самой теоретической этики. В таком ракурсе объектом этического знания являются реально существующие нравы, поведение людей. С другой стороны, в качестве объекта воздействия этического знания выступает сам человек, его нравственное просвещение, развитие у него положительных нравственных качеств. В данном аспекте этическое знание соединено с воспитательной функцией, так или иначе представленной в культуре каждого общества.

Объектом воздействия этического знания становится также вся система существующих в обществе социальных норм, содержание которых может уточняться, получать более точную вербальную формулировку за счет работы этической мысли, если речь идет о собственно моральных нормах. Это особенно касается различных этических кодексов, в частности — кодексов профессиональной морали, интенсивно развивающихся в современном обществе. Что же касается влияния этической мысли на другие социальные нормы, прежде всего на нормы права, то здесь этика выполняет функцию поддержки, усиления таких норм, или же, наоборот, функцию их социальной критики. Она оценивает существующие нормы с точки зрения общих представлений о социальной справедливости, поддерживает их или подвергает критике, выступая за необходимость утверждения новых норм. В свою очередь и правовые нормы могут поддерживать, усиливать практическую действенность некоторых этических принципов.

  • [1] Талион — принцип морально-правовой ответственности в раннеклассовом обществе, когда наказание точно соответствует причиненному вреду («око за око», «зуб за зуб»).
  • [2] Шрейдер Ю. Л. Этика. Введение в предмет. М., 1998. С. 19.
  • [3] Чтобы, условно говоря, не выбрать «сепоку», т. е. обязательноевспарывание живота, как выбирали японские самураи в случае противоречия между нормами преданности роду и императору, необходимодействительно глубоко анализировать каждую ситуацию предполагаемого нравственного действия.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>