Полная версия

Главная arrow Политология arrow Актуальные проблемы мировой политики в XXI веке. Вып. 8

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Функциональная составляющая проектов

Межгосударственное экономическое взаимодействие реализуется на разных уровнях. К высшему )ф?вшо относятся стратегические экономические секторы, например энергетика, военная экономика, наукоемкие сферы и др. К более низкому — товарооборот, коммерческая инвестиционная деятельность и другие секторы, которые действуют на принципах рыночной экономики. Согласно этой логике, нам представляется, что функциональная структура Экономического пояса Шелкового пути отражает идею, когда сотрудничество в стратегических экономических секторах подталкивает развитие сотрудничества на уровне рыночной экономики. Поэтому решающую роль в процессе создания Экономического пояса Шелкового п)гги играет качество сотрудничества между странами в стратегических экономических секторах. В этом плане функциональная структура ЕАЭС имеет существенные отличия. Интеграция в рамках ЕАЭС начинается в сфе- ре рыночной экономики как свободное перемещение товаров, капиталов, услуг и рабочих сил.

Для Экономического пояса Шелкового пути сотрудничество с евразийскими странами в сфере энергетики является прорывным направлением. Энергетическое сотрудничество Китая со странами Центральной Азии стартовало в 1997 г. В том же году Китайская национальная нефтегазовая корпорация (CNPC) добилась подписания соглашения о добыче нефти на месторождении Актобе (Казахстан). В 2013 г. было завершено расширение нефтепровода «Атасу (Казахстан) — Алашанькоу (Китай)». В результате этого Казахстан может довести объем поставок нефти в Китай до 20 млн т ежегодно. Кроме нефтяного сектора сотрудничество между Китаем и стра- нами Центральной Азии динамично и продуктивно развивается в газовой сфере. Ветки А (2009) и В (2010) газопровода «Китай — Центральная Азия» начали поставки газа. В 2014 г. начала функционировать ветка С этого газопровода [1]. В 2013 г. Китай, Киргизия, Таджикистан и Узбекистан подписали межправительственное соглашение о реализации ветки D газопровода «Китай — Центральная Азия» [1]. Необходимо отметить, что в последние годы Китай и Россия также добились больших успехов в сфере энергетического сотрудничества. В 2013 г. CNPC заключила с «Роснефтью» контракт о поставке нефти из России в Китай на сумму 270 млрд долларов. В 2014 г. две страны завершили марафонские переговоры по газу и подпи- салн контракт века на поставку газа из России в Китай на 30 лет. В шоне 2014 г. парламентом Республики Казахстан было ратифицировано согла- шение с Россией о транзите нефти в Китай [6]. На сегодняшний день ясно, что на основе газопровода «Китай — Центральная Азия» (ветки А, В, С, D)

Китай сформировал газовой альянс с центральноазиатскими странами; а на основе сотрудничества между Китаем, Россией и Казахстаном в нефтяной сфере было создано трехстороннее нефтяное сообщество.

Таким образом, под энергетическим сотрудничеством понимается приоритетное направление взаимодействия Китая со странами Центральной Азии и Россией и ключевая сфера кооперации в рамках Экономического пояса Шелкового пути. Функциональная особенность Экономического пояса Шелкового пути заключается в том, что успешное взаимодействие соответствующих стран в сфере энергетики вполне может распространяться на такие области экономической кооперации, как внедрение новых технологий, развитие инфраструктуры, инвестиционное сотрудничество и т. д.

Структурные особенности ЕАЭС выглядят по-другому. В настоящий момент главенствующим направлением работы ЕАЭС являются прекращение падения объемов взаимной торговли между бывшими республиками СССР, создание общего рынка на территории стран-членов и реализа- ция свободного перемещения товаров, услуг, капиталов и рабочей силы согласно принципам рыночной экономики и правилам ВТО. Вместе с тем ЕАЭС тоже охотно ищет международных партнеров (Вьетнам, Турция, МЕРКОСУР и др.) для создания Зоны свободной торговли. ЕАЭС имеет признаки и традиционного регионализма, и нового регионализма. Говоря, что в рамках ЕАЭС реализуются принципы традиционного регионализма, мы имеем в виду создание Таможенного союза и общего рынка, призванного снять барьеры, препятствующие наращиванию товарооборота между странами-членами Союза (этот подход похож на Европейское экономическое сообщество 1960-70-х гг.). В отношениях с внешними партне- рами реализуется политика нового регионализма, в соответствии с которой Союз расширяет междзпнародный рынок для своих товаров путем создания с внешними партнерами Зоны свободной торговли, которая, в свою очередь, также дает стимулы для экономического развития стран-членов Союза (это явление похоже на форум АСЕАН + 3). Однако в энергетической сфере интеграционным процессам России, Белоруссии и Казахстана далеко до оптимального уровня. Модель экономического развития России и Казахстана характеризуется экспортно-сырьевой ориентацией. Доходы от экспорта нефти и газа на мировой рынок составляют большую долю ВВП этих стран. Крупные энергетические корпорации занимают значимое место в государственной жизни как в России, так и в Казахстане. В связи с этим неудивительно, что схожие модели развития России и Казахстана стали причиной некоторой конкуренции между ними на мировом энергетическом рынке. Такая конкуренция влияет на их интеграционную стратегию на постсоветском пространстве. Есть все основания считать, что Россия и Казахстан будут вести большую игру вокруг создания единого энергетического рынка в рамках ЕАЭС к 2025 г. Поэтому перспектива единого энергетического рынка на постсоветском пространстве пока остается под вопросом. Но нам приходится признать и то, что без общего рынка в рамках ЕАЭС энергетическая инте^ация России, Белоруссии и Казахстана не имела бы вообще никаких шансов на успех.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>