Полная версия

Главная arrow Культурология arrow Известные и неизвестные открытия XX века: сб. статей

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

От созерцания к производству

Понятие «конструктивизм» было разработано с опорой на организационную науку А. Богданова в книге-манифесте «Конструктивизм» теоретика и художника Александра Гана в 1922 году. Он ввел в обиход новое слово-понятие. Владимир Маяковский писал в очерках из Парижа: «Впервые не из Франции, а из России прилетело новое слово искусства — конструктивизм. Не конструктивизм художников, которые из хороших и нужных проволок и жести делают ненужные сооруженьица. Конструктивизм, понимающий формальную работу художника только как инженерию, нужную для оформления всей нашей практической жизни» [5, с. 240]. Попробуем понять эту ситуацию через описание теоретика Пролеткульта Арватова (из рецензии о Гастеве). Обратим внимание на отказ от субъект-объектного разделения, радикализацию операций, смешение институциональных сфер деятельности. «Происходящая в настоящее время революция в искусстве характеризуется прежде всего полным разгромом самодельных эстетических форм, противопоставленных действительности. Картина равняется по плакату; театр превращается в фабрику квалифицированного человека; художники-беспредметники переходят на производство и т.д. В поэзии этот процесс выражается в том, что формы живого практического языка вторгаются в художественную композицию и подчиняют ее себе. Поэт либо становится формовщиком слова (Хлебников, Крученых), либо вбирает в свои произведения язык улицы, ораторский и разговорный языки (Маяковский) и т. д. Так происходит социализация поэтических форм, а вместе с ней уничтожается вековая грань между искусством и жизнью (курсив мой. — А. М.): поэт начинает говорить на социально-активном языке во имя социального дела» [1, с. 243].

В газете «Искусство коммуны» в 1918 г. понятие творчество, как основанное на «аристократическом» созерцании, было заменено на «пролетарское» производство. Художники уходят из сферы искусства на производство, но тем самым производство, как более фундаментальный процесс, становится искусством делать новую реальность и историю. И производство искусства становится процессом конструирования как нового субъекта, так и новой реальности. Согласно теоретикам Пролеткульта, прежний классический мир стоял неподвижно, опираясь на авторитет природы или культуры, он созерцался художником-станковистом как внешним образом данный объект и служил референтом истины. Новый мир получает новые операторы: производится в соответствии с политическим желанием и конструктивной работой его субъектов. Он уже не внешний, его не созерцают, а лепят, строгают, агитируют, организуют, производят. Это не мир природы и не мир духа, это мир новой материальности, где субъект-объектное, внутренневнешнее разделение, созерцание, онтологическое и логическое и другие классические операторы теряют власть, уступая место новым актуальным (работающим) понятиям — процесс, конструкция, функция, фактура, решение.

Конструктивизм мыслит себя как организацию процессов, где объекты и субъекты не заданы природно /изначально, но производятся одновременно со своими функциями. От Богданова до Бухарина теоретики нового общества мыслят организацию системных процессов как в сфере социального переизобретения, так и в области культурного производства, не опираясь на понятие природных законов или трансцендентальных априори. Это тип неклассического конструктивистского мышления, когда, по определению Н. Бухарина, «производительные силы определяют общественное развитие потому, что они выражают собой соотношение между обществом как определенной реальной совокупностью и его средой... А соотношение между средой и системой есть величина, определяющая в конечном счете движение любой системы. Это есть один из общих законов диалектики движущейся формы. Это есть та рамка, внутри которой происходят молекулярные перемещения сил, завязываются и развязываются бесчисленные узлы взаимодействий и противоречий» [2, § 3. С. 119].

Это первая и наиболее радикальная попытка создания операциональной парадигмы, которая в исторической перспективе приведет к созданию новых технологий организации, систем и структур, программ, software. Обозначим несколько областей, из которых предполагалось вывести операциональную технологию реальности.

Это машина с ее физиологизмом, телесностью и социальностью, трудовыми отношениями. Для С. Третьякова, Н. Тарабукина,

Н. Лунина операциональность соотносится с машиной. Машина задает экономику труда, тел, отношений и эстетической формы. Н. Лунин писал: «Машина сказалась не только в изменении его [современного художника] психического комплекса... но и в стремлении художника регулировать данные ему художественные творческие силы. Машина показала ему возможность работы с точностью и максимальной экономией энергий; энергии нужно расходовать так, чтобы они не рассасывались зря — это один из основных законов современности, который формулирован Эрнстом Махом» [8, с. 58].

Это организация как способ порождения новых системных отношений, связывающий различных участников в рациональное социальное взамодействие. Организация как наука («тектология — всеобщая организационная наука») нового не метафизического, а операционального типа разрабатывалась А. Богдановым. «У нас в России, — писала Л. Попова, — в связи с переживаемым нами социально-политическим моментом, целью нового синтеза стала организация как принцип всякой активной созидающей деятельности, и в том числе и оформления художественного». Она, как и Богданов, говорила об особой самостоятельной дисциплине, которая «специально исследует законы организации элементов, разновременных или одновременных, и системы их организаций» [7, с. 188]. «Малевич был настолько увлечен термодинамическим образом мира, что в конце 1919 г., когда ему предложили создать программу для новой художественной школы в Витебске, он разделил факультет на три отделения: статика, скорость и динамика. На отделении статики студенты должны были обучаться в течение двух лет, предметы назывались вполне по-богдановски: “Статика. Геометризация формы. Композиция контрастных форм. ...Конструкция. Система. История системы. Теория системы”. А когда в 1923 г. он стал директором Музея живописной культуры в Петрограде, он определил изучение изобразительных “систем” (то есть живописи) как одну из своих основных задач» [7, с. 188].

В революционном авангарде 1920-х гг. произошла радикальная смена парадигмы от классической к конструктивистской. Мы обнаруживаем эпистемологическое и логическое сходство советского конструктивизма 1920-х гг. и радикального конструктивизма конца XX — начала XXI вв. Но возникает вопрос: в каком поле концептов было возможно совершить этот радикальный эпистемологический переход? Для прояснения вопроса следует обратиться к центральной дискуссии начала века между марксистами и эмпириокритиками. Эмпириокритицизм был широко распространен среди марксистов в России, как и марксизм в среде неопозитивистов первого венского кружка. В обоих философских движениях было переосмыслено соотношение знания и действительности, опыта и рациональности, что позволило отказаться от мира как стабильного и заданного. Реальность стала пониматься как локальная, конструируемая, изменяющаяся под воздействием новых художественных форм, политических решений, научных концептов. У такой реальности нет внешних достаточных оснований, она удерживается системными связями, она нестабильна, но может быть, вероятно, достаточной в своем системном динамическом равновесии. В России до революции и в 1920-е гг. были написаны десятки работ — как теоретических, так и художественных манифестов, — формирующих новую эпистему; но эти философские и эпистемологические разработки, за редким исключением, пока не стали предметом исследований.

Литература и источники:

  • 1. Арбатов Б. Алексей Гастев. Пачка ордеров // Леф. 1923. № 1.
  • 2. Бухарин Н. К постановке проблем теории исторического материализма // Бухарин Н. Атака: сборник теоретических работ. М.: Госиздат, 1924. С. 115-127.
  • 3. ГлазерсфельдЭ. Введение в радикальный конструктивизм // Вести. Московского ун-та. Сер. 7. Философия. 2001. № 4.
  • 4. Латур Б. Надежды конструктивизма // Социология вещей: сб. статей / пер. с англ.; под ред. В. С. Вахштайна. М., 2006. URL: http://www. prognosis.ru/lib/Socio.pdf.
  • 5. Латур Б. Нового времени не было. Эссе по симметричной антропологии. СПб., 2006.
  • 6. Маяковский В. Очерки // Маяковский В. Поли. собр. соч.: в 13 т. Т. 4. 1922-1923 / подг. текста и примеч. В. А. Арутчевой, 3. С. Паперного. М., 1957-
  • 7. Попова Л. К рисункам. 1921 // Хан-Магомедов С. О. Инхук и ранний конструктивизм. М., 1994.
  • 8. Пунин Н. Первый цикл лекций, читанных на краткосрочных курсах для учителей рисования. Пг., 1920.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>