Полная версия

Главная arrow История arrow История и теория наций и национализма

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

СОВРЕМЕННЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О ПОНЯТИИ НАЦИИ

Происхождение термина «нация»

Слово нация происходит от латинского слова natio — племя, народ. Его этимология связана с глаголом nascor — рождаться. Первоначально этим термином в Древнем Риме обозначали группы пришлого населения, «не римлян», объединенных общим происхождением из одной земли, региона. Natio и другой термин — gens отличались от populus romanus — римского «народа властвующего».

В дальнейшем, в поздней Античности и Средневековье, данное слово применялось для обозначения общностей, для которых было важно обозначить единство происхождения, в том числе и территориального, этнического. Например, с XIII в. в средневековых университетах были такие «землячества» студентов, которые так и назывались: «нация Франции», «нация Германии», «нация Севера» и т.д. В XIII-XV вв. подобные «землячества»-нации присутствуют и на церковных соборах.

В XV в. мы все чаще фиксируем употребление термина «нация» как обозначение территориальных общностей в регионах, причем он все четче увязывается с этнической принадлежностью населения, проживающего в данной местности. Стоит отметить, что при этом отнюдь не имелось в виду все население данной территории: речь шла только о знати, духовенстве, интеллектуальных кругах (таких, как студенчество) и т.д. Простолюдины «нации» не имели и членами данного сообщества быть не могли.

В конце XV-XVI вв. в понимании термина «нация» намечаются существенные сдвиги: его начинают прочитывать как синоним латинского populus — «народ», население данной территории, термин приобретает четкое этническое звучание. С 1433 г. известно выражение «немецкая земля и нация»1. Считается, что процесс «этниза- ции» термина «нация» наиболее интенсивно шел в XVI в. в Англии, в XVII в. постепенно распространился по Европе и в XVIII в. окончательно оформился в теориях французских просветителей. Д. Дидро определял «нацию» как значительное количество людей, живущих на определенной территории и управляющихся одним правительством.

С этого момента термин «нация» все больше сближается не просто с обозначением населения данной территории, но с определением государства, страны, населенной этнически однородным населением. Слово «нация» используется, когда говорится о суверенитете народа, его праве на самоопределение, политических устремлениях. «Нация» во второй половине XVIII — XIX в. становится синонимом термина «народ», употребляемом в духе просветителей — народ как политический субъект, цель которого — борьба за свои права, свободу, суверенитет. При этом «государственное» значение слова превалировало над «этническим», поскольку идея нации четко увязывалась с идеей суверенного государства. В нацию могли быть объединены разные этносы и этнокультурные группы (как это и происходило при образовании германской, французской, английской наций и т. д.). По словам Э.Хосбаума, который считал нации исключительно явлением Нового времени, возникновение наций прямо связано с возникновением национального государства: «Нации существуют не только в качестве функции территориального государства особого типа (в самом общем смысле — гражданского государства Французской революции) или стремления к образованию такого; они обусловлены и вполне определенным этапом экономического и технического развития»[1] [2].

Для тех народов, которые не имели своей государственности, но к ней стремились (народы, объединенные в рамках империй) идея достижения суверенитета нации как способа образования своего, национального государства стала «путеводной звездой». По словам Э.Хосбаума, «уравнение нация = государство = народ (а тем более суверенный народ), несомненно, связывало нацию с определенной территорией, поскольку структура и понятие государства стали теперь по существу территориальными. Оно также предполагало многочисленность подобных наций-государств, что, разумеется, было необходимым следствием принципа народного самоопределения. Как гласила французская Декларация прав 1795 года, каждый народ, из какого бы числа членов он ни состоял и на какой бы территории ни жил, является независимым и суверенным. Этот суверенитет неотчуждаем»[3].

Поскольку в политическом плане реализация национальной идеи была связана с понятными трудностями, империи вовсе не разделяли подобных устремлений малых народов, и на первый план для порабощенных народов, желающих стать нациями со своими национальными государствами, выходит идея культурного и языкового развития. Недаром XVIII-XIX вв. — это эпоха становления национальных литературных языков, национальных стилей в искусстве, национального просвещения и т. д.

В XIX-XX вв. исторические процессы продемонстрировали огромную роль национального самосознания, духовных процессов, что позволило говорить о «духе нации». События второй половины XX в. (распад колониальной системы в Африке и Азии) и конца XX — начала XXI в. (распад СССР и войны на Балканах и постсоветском пространстве) продемонстрировали возможности конструирования наций, манипулирования национальными элитами, колоссальную роль современных СМИ и информационных систем в нациестрои- тельстве, что укрепило понимание нации как духовного конструкта, «воображаемого сообщества» (определение Б. Андерсона).

  • [1] Вернер К., Гщницер Ф., Козеллек R, Шенеман Б. Народ, нация, национализм,масса // Словарь основных исторических терминов и понятий. Т. 2. М., 2014. С. 448.
  • [2] Хосбаум Э. Нации и национализм после 1780 г. СПб., 1998. С. 20.
  • [3] Цит. по: Там же. С. 33.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>