Динамика медиаструктуры общества

Динамика медиаструктуры общества. По мнению экспертов, три важнейшие особенности отличают структуру современных российских СМИ от советских. Первая связана с появлением новых предпочтений аудитории, вторая — с изменением структуры печатного рынка. Доминировавшая в Советском Союзе вертикально-иерархическая структура газетно-журнального рынка уступила место горизонтальным, почти сетевым конфигурациям на региональных (местных) рынках. Введение рекламы в каждодневную практику, несомненно, следует признать третьей важнейшей особенностью постсоветского развития СМИ. В российских средствах массовой информации, как и повсюду в мире, реклама играет сразу несколько ролей: прежде всего, она представляет собой источник финансирования, далее, реклама остается важным источником потребительской информации и средством формирования бытовой и потребительской культуры, которое оказывает значительное влияние на жизненные ценности населения.

Ключевое положение в медиасистеме, прежде принадлежащее прессе, занято телевидением, которое является важнейшим источником международной, общенациональной и даже региональной информации для большей части наших сограждан. Около 40% россиян ежедневно смотрят теленовости по центральным телеканалам, вещающим из Москвы, в то время как совокупная аудитория общенациональных газет не превышает 20% россиян. Социологические исследования также подтверждают, что примерно для такой же аудитории (40% населения) местное телевидение стало важнейшим источником информации, при том что только для 19% россиян региональные газеты представляются наиболее важными источниками местной информации[1].

Крушение советской медиаимперии вызвало к жизни достаточное число независимых, часто изолированных друг от друга, региональных рынков СМИ. Особенно заметно это проявилось в прессе. Обвал тиражей печатной периодики привел к ряду последствий, которые являются отражением общих тенденций в мировой журналистике. К этим последствиям относятся:

  • • сокращение общего числа читателей газет, возвращение прессы к своей исторически первоначальной функции — информировать и анализировать события для небольшого числа читателей, представляющих интеллектуальную элиту, высокопрофессиональных менеджеров и предпринимателей, принимающих решения политиков;
  • • отчетливое перенесение центра тяжести читательских предпочтений с общенационального на местный уровень, что подтверждается данными и о количестве региональных газет в общем числе российских периодических изданий, и о совокупном тираже региональных и местных газет в общенациональном тираже, и динамикой подписных тиражей[2];
  • • развитие специальных региональных моделей столичных газет для адаптации как к информационным, так и к рекламным рынкам регионов;
  • • повышение доли неоплаченного или частично оплаченного доступа к прессе за счет усиления рекламных или бесплатных информационных газет, а также коллективной или корпоративной подписки;
  • • сокращение периодичности малотиражных местных газет и развитие еженедельной периодики.

Сокращение газетных тиражей привело к тому, что сегодня в нашей стране на тысячу человек приходится только 200 экз. ежедневных газет, из них общероссийских — менее 60.

Сегодня наблюдается разделение прессы на так называемую качественную, адресованную элите общества, и массовую, рассчитанную на невзыскательный вкус, наблюдается тенденция расширения сектора массовой бульварно-сенсационной журналистики. Но в то же время “...ослабла напористая идеологизация, социализация граждан “сверху” и возрос интерес людей к “занимательной” политике (отсюда появление таких журналов, как “Лица”, “Итоги”) и к философской проблематике, в рамках которой возможно переосмысление прежних постулатов (“Человек”, “Логос”)”[3].

Практически одновременно с появлением конкуренции внутри государственного телевидения начала разрушаться и его монополия в общенациональном эфире. С 1991 г. стали активно создаваться частные телекомпании, прежде всего в регионах, и закладываться основы программной индустрии независимых производителей. Преобразование телевизионной сферы пошло сразу по нескольким направлениям: негосударственные каналы конкурируют с центральными государственными каналами на общенациональном уровне; частное телевидение, местные негосударственные каналы существуют в абсолютном большинстве субъектов РФ.

Отношение россиян к информации, получаемой из сетевых медиа, в целом повторяет их отношение к информации традиционных СМИ. По данным некоторых социологических опросов, около 35% пользователей Рунета не доверяют информации, получаемой из Сети, хотя другая существенная часть (36%) в принципе доверяет интернет-новостям. Исследования аудитории Рунета показывают, что наибольшей популярностью среди веб-сайтов пользуются новости: их предпочитают 42% пользователей. В число ресурсов, пользующихся спросом аудитории, попали сайты по науке, образованию, бизнесу и финансам[4].

Манипулирование СМИ, влияние той или иной идеологии на позицию журналистов и изданий — только одна сторона вопроса. Речь должна также идти о влиянии технологических законов СМИ на политический процесс в обществе.

Очень сложно организовать и поддерживать дискуссию о концепциях и политических платформах для неподготовленной массовой аудитории. В этих условиях политическая борьба трансформируется в череду информационных кампаний. В России медиатизация политики привела к своеобразному соревнованию медиатехнологов и журналистов за наиболее выразительное отождествление тех или иных бизнесменов и политических лидеров с различными отрицательными персонажами. Однако это лишь наиболее очевидный, лежащий на поверхности пример влияния СМИ на политический процесс, но далеко не единственный.

  • [1] См.: Общественное мнение России по социально-политическим проблемам. М., 2000. С. 23, 641, 645, 649.
  • [2] См.: Воронова О. В. Динамика типологической структуры региональной прессы // Вести. Моек, ун-та. Сер. Журналистика. 2000. № 5. С. 3.
  • [3] Система средств массовой информации России. М., 2001. С. 165.
  • [4] См.: Развитие инфраструктуры Интернета в странах с переходнойэкономикой// Европейская экономическая комиссия. Организация Объединенных Наций. Нью-Йорк, Женева, 2000. С. 72.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >