Кредитная политика

Первоначально МВФ как кредитор играл довольно скромную роль, так как основной целью его основания было создание расчетного центра международных валютно-кредитных отношений, главной задачей которого было выравнивание платежных балансов, т.е. предоставление поддерживающих кредитов странам с отрицательными платежными балансами. Роль основного кредитора принадлежала другому Бреттон-Вудскому институту — Международному банку реконструкции и развития. До начала 1980-х гг. основными заемщиками МВФ были развитые страны. Мировой долговой кризис 1982 г. изменил расстановку сил. Именно после него Фонд занял главное место в системе международных финансовых организаций и стал не столько донором для развивающихся стран и стран с переходной экономикой, испытывающих острые финансовые проблемы, сколько главным теоретиком их экономической политики. Надо отметить, что после 1984 г. МВФ перестал кредитовать развитые страны.

Кризис 1982 г. поставил под удар не только экономики развивающихся стран, но и крупнейшие западные банки и саму систему международного кредита в целом, поэтому для недопущения повторения подобного кризиса развитые страны совместно с МВФ, Всемирным банком, а также крупнейшими коммерческими банками Запада стали разрабатывать новую концепцию предоставления средств.

Прежде всего было установлено, что никакие организации, включая Лондонский и Парижский клубы, другие банковские консорциумы не могли заключать соглашения с должниками без санкции МВФ, который стал координатором процесса кредитования и рефинансирования долга.

Для пересмотра задолженности и предоставления новых кредитов стало обязательным принятие странами-должниками индивидуальных программ стабилизации. При разработке этих программ страны-должники должны учитывать и использовать так называемые универсальные рекомендации МВФ. К ним относятся: соблюдение фискальной дисциплины (первичный дефицит госбюджета не более 2%); последовательное сокращение государственных расходов на содержание государственного аппарата, оборону, субсидирование предприятий; перераспределение государственных расходов в сферы, обеспечивающие высокую экономическую отдачу, либо выравнивание доходов (здравоохранение, образование, инфраструктура); проведение налоговой реформы; либерализация финансовой системы; упорядочение валютных курсов; либерализация внешней торговли; снятие барьеров на пути движения иностранного капитала; приватизация; дерегулирование и законодательное закрепление прав собственности.

Подобный порядок получил название «обусловленности» кредитов и был продиктован необходимостью быть уверенными в том, что страны-заемщицы будут в состоянии погашать свои долги, обеспечивая бесперебойный кругооборот ресурсов Фонда.

Такая практика превратила МВФ в «стража» мирового экономического порядка. МВФ стал не только непосредственно кредитовать страны-члены, но и помогать им получать кредиты у правительств промышленно развитых стран, центральных банков, группы Всемирного банка, Банка международных расчетов, а также у частных коммерческих банков. Кредиты МВФ стали своего рода международной оценкой кредитоспособности страны-заемщицы и облегчать ей доступ на частный мировой рынок ссудных капиталов. И наоборот, отказ МВФ оказать стране кредитную поддержку закрывал ей доступ на рынок капиталов. Подобная ситуация сохраняется и в настоящее время.

Окончательно концепция экономической политики, которая составляла вплоть до конца 1990-х гг. содержание выдвигаемых Фондом условий для получения кредитов, сформировалась в конце 1980-х гг. в работах американского Института мировой экономики и получила название «Вашингтонский консенсус» (ВК). Основным разработчиком концепции считается сотрудник этого института американский экономист Дж. Вильямсон. Она предполагает, с одной стороны, осуществление изменений структурного характера, включающих приватизацию предприятий, обеспечение рыночного ценообразования, либерализацию внешнеэкономической деятельности, а с другой — достижение макроэкономической и финансовой стабилизации. В этой связи предусматривается набор макроэкономических мер, которые, по мнению МВФ, должны обеспечить восстановление равновесия платежного баланса страны- заемщицы, преодоление инфляции и тем самым гарантировать своевременное погашение долга Фонду. Дж. Вильямсон сформулировал 10 рекомендаций, которые и составили основу Вашингтонского консенсуса:

  • 1) бюджетная дисциплина (крупный и устойчивый бюджетный дефицит способствует инфляции и бегству капитала; следовательно, правительства должны удерживать его на минимальном уровне);
  • 2) приоритеты общественным расходам (субсидии должны быть сокращены или отменены вовсе; правительственные затраты должны быть перенаправлены на образование, здравоохранение и развитие инфраструктуры);
  • 3) налоговая реформа (база налогообложения должна быть широкой, и предельные ставки налогов должны быть умеренными);
  • 4) процентные ставки (внутренние финансовые рынки должны определять размеры процентных ставок данной страны; позитивные реальные ставки процента препятствуют бегству капитала и увеличивают накопления);
  • 5) обменные курсы валют (развивающиеся страны должны принять конкурентные обменные курсы, которые будут стимулировать экспорт);
  • 6) либерализация торговли (тарифы должны быть минимизированы и никогда не должны применяться по отношению к промежуточным товарам, необходимым для производства экспорта);
  • 7) прямые иностранные инвестиции (зарубежные капиталовложения могут принести необходимый капитал и квалификацию и потому должны поощряться);
  • 8) приватизация (частная промышленность функционирует более эффективно, поскольку управляющие или имеют прямую личную долю в прибылях предприятия, или подотчетны тем, кто ее имеет; государственные предприятия следует приватизировать);
  • 9) дерегулирование (избыточное правительственное регулирование может способствовать коррупции и дискриминации более мелких предприятий, не располагающих широким доступом к высшим эшелонам бюрократии; правительства должны дерегулировать экономику);
  • 10) права собственности (права собственности должны быть укреплены; слабые законы и плохая правовая система снижают стимулы к накоплению и аккумулированию богатства)[1].

Эти 10 положений, составляющие суть Вашингтонского консенсуса, стали теоретической основой для разработки индивидуальных планов стабилизации. По мнению МВФ, такие меры необходимы для достижения устойчивого равновесия между спросом на ресурсы и их наличием, которое, в свою очередь, должно со временем привести к стабильному экономическому росту и повышению уровня занятости. Степень детализации условий, предъявляемых Фондом странам — получателям кредитов, могла быть различна: от принятия общих обязательств сотрудничать с Фондом в выработке экономической политики до определения мер финансовой политики, предусматривающих конкретные экономические показатели.

В официальных докладах МВФ все время подчеркивалось, что Фонд занимает «прагматичные позиции, признавая, что было бы неверно применять какую-либо универсальную модель ко всем странам»[2]. Однако наделе, вплоть до мирового кризиса 1997 г., стабилизационные программы МВФ носили исключительно дефляционный характер, были обязательны для исполнения страной-за- емщицей, несмотря на высокие социальные издержки, которые по замыслу разработчиков Вашингтонского консенсуса должны были финансироваться из средств Международного банка реконструкции и развития.

Было установлено, что МБРР в своей кредитной деятельности работает в тесном сотрудничестве с МВФ, и получение страной-реципиентом кредитов МВФ влечет за собой получение адаптационных кредитов МБРР, которые, идя следом за кредитами МВФ, должны были нейтрализовать или хотя бы сгладить негативные последствия структурной адаптации в странах-заемщицах. В МБРР, так же как и в МВФ, действует принцип обусловленности кредитов. Но специфика его заключается в том, что суммы кредита не переводятся непосредственно заемщику, а поступают на специальный, автономный счет кредитования. С этого счета средства расходуются заемщиком на оплату только тех товаров и услуг, которые строго соответствуют технико-экономическим обоснованиям финансируемых объектов. При этом товары и услуги могут приобретаться только в странах — членах Всемирного банка и в Швейцарии. Страна-заемщик имеет право заключать контракты с подрядчиками только после выделения кредита МБРР. Условия выбора подрядчика также четко регламентируются Банком. Основные направления кредитов: сельское хозяйство, электроэнергетика, транспорт, образование, здравоохранение, финансы, управление госсектором, борьба с бедностью, охрана окружающей среды.

Реабилитационные займы странам с переходной экономикой выделяются только в случае предоставления страной-реципиентом заявления о намерении твердо следовать программе стабилизации и выдержать ее временной график. В соглашении о кредитах МБРР оговариваются цели и методы проведения стабилизационных реформ, проведение регулярных консультаций с представителями Банка, предоставление аудиторских отчетов. Если, по мнению экспертов МБРР, выделенные средства используются малоэффективно, Банк оставляет за собой право приостановить финансирование.

Региональные банки развития разрабатывали альтернативные Вашингтонскому консенсусу региональные концепции. Они выступали против единой стратегии развития, полагая, что она должна разрабатываться для каждой страны отдельно в соответствии с ее уровнем развития и структурой экономики. Однако в условиях усугубившейся долговой ситуации и возросшей зависимости от внешнего финансирования странам региона было крайне трудно отстаивать собственные программы развития или пакеты антикризисных мер, которые расходились с универсальными рекомендациями МВФ. Поэтому большинство развивающихся стран приняли программы финансовой стабилизации.

В защиту данной концепции надо сказать, что на определенный период времени предложенные МВФ реформы и инструменты их проведения оказались пригодными для возобновления и повышения динамики экономического роста стран Латинской Америки и Карибского бассейна, позволили этим странам продвинуться в урегулировании проблемы внешнего долга. Однако они не смогли стать долгосрочной основой для устойчивого развития этих стран.

Оборотной стороной этих программ стали спад производства, массовые банкротства мелкого и среднего бизнеса, крах системы здравоохранения и социального обеспечения, рост безработицы, сокращение импорта, сужение внутреннего спроса, падение жизненного уровня, рост социальной и политической напряженности. 1980-е и 1990-е гг. в Латинской Америки получили название «потерянные для развития десятилетия».

Финансовый кризис в Юго-Восточной Азии заставил мировое сообщество осознать узость рамок Вашингтонского консенсуса. Так как до кризиса страны региона не испытывали тех проблем, которые были характерны для стран Латинской Америки и Карибского бассейна, напротив, страны Юго-Восточной Азии имели профицит государственного бюджета, инфляция была низкой и до девальвации снижалась во многих странах. В Таиланде, Малайзии, Индонезии темпы экономического роста до 1996 г. составляли 7—8% в год.

Одной из фундаментальных причин кризиса стало как раз то, к чему, согласно постулатам Вашингтонского консенсуса, должны стремиться развивающиеся страны, а именно либерализация экономики. В странах Юго-Восточной Азии произошло нарушение оптимального баланса между степенью внутренней либерализации экономик, с одной стороны, и степенью их открытости для краткосрочных иностранных инвестиций — с другой. Контроль за допуском в экономику иностранного спекулятивного капитала ослаблялся быстрее, чем позволяли объективные внутренние условия.

Предложенный МВФ комплекс мер по преодолению финансового кризиса был разработан в духе постулатов Вашингтонского консенсуса. Разработчики данных мер не приняли во внимание специфики данных стран, не учли социально-экономических и политических последствий жесткой монетарной политики. В результате в Индонезии в мае 1998 г. начались массовые беспорядки после отмены в соответствии с требованиями МВФ государственных субсидий на энергоносители, что повлекло за собой резкий скачок потребительских цен. Все это в итоге привело к отставке президента. В Таиланде в 1997 г. кризис привел к отставке кабинета министров. В Южной Корее недовольство избирателей политикой бывшего президента Ким Ен Сана стало одним из факторов победы на президентских выборах в декабре 1997 г. оппозиционера Ким Тэ Чжуна. В сентябре 1998 г. ушел в отставку из-за разногласий с премьером бывший вице-премьер.

Кроме того, финансовая задолженность стран, воспользовавшихся помощью МВФ, настолько увеличилась, что стала представлять угрозу их экономической безопасности: Корея —

139 097 млн долл. США, Индонезия — 150 875 млн долл. США, Таиланд — 86 172 млн долл. США[3].

Впервые за всю историю существования Фонда одна из стран, охваченная кризисом, отказалась от его помощи. «МВФ настаивал, чтобы мы открыли свою страну, а затем они (западные корпорации) пришли и скупили бы все наши компании по бросовым ценам. Так что мы решили позаботиться о себе сами, поскольку не могли ждать, когда же мировое сообщество сделает для нас хоть что-нибудь»[4], — так сформулировал свою позицию бессменный (с 1981 по 2003 г.) премьер-министр Малайзии доктор Махатхир бин Мохамад, инициатор политики, положенной в основу практической деятельности правительства по преодолению кризиса и его негативных последствий. Многие малазийские политики и иностранные наблюдатели констатировали, что вмешательство МВФ в экономическую ситуацию в стране только ухудшило положение дел. «Немногим более чем через год после экономического спада мы уже должны были благодарить себя за то, что прекратили взывать к помощи МВФ», — писал Тан Шри Рамон Наваратнам, вице- президент Малазийского делового совета при правительстве страны, и что особенно интересно — бывший вице-директор Совета директоров Всемирного банка[5].

После мирового финансового кризиса 1997—1998 гг. деятельность МВФ как разработчика и координатора финансирования проведения неолиберальных реформ оказалась под ударом жесткой критики. Фонд обвиняли в том, что он оказался неспособным предсказать и предотвратить азиатский финансовый кризис и его распространение на другие регионы мира. Действительно, еще в мае 1997 г. МВФ в своем традиционном издании World Economic Outlook дал достаточно оптимистический прогноз развития азиатских государств, вскоре оказавшихся в кризисе. И только в октябре, в разгар кризиса, все эти прогнозы были существенно пересмотрены[6].

Кроме того, Фонд, а вместе с ним и Всемирный банк обвиняли в том, что их жесткие рекомендации и требования, построенные по типовым схемам без учета национальной специфики, не только не принесли финансового и экономического оздоровления, но в ряде случаев значительно усугубили ситуацию в социально-экономической сфере пострадавших стран, а главное — не смогли остановить дальнейшее нарастание кризисных явлений. В целом критика как со стороны правительств разных стран, так и крупнейших финансовых компаний фокусируется на следующих аспектах деятельности МВФ: недооценка возможности быстрого распространения кризиса с одних стран на другие; неэффективность рекомендованных МВФ программ преодоления кризиса; отсутствие пакета мер, который позволил бы предотвратить особо разрушительные последствия кризиса; отрицание необходимости принятия немедленных мер для приостановки оттока капитала и начала переговоров по реструктуризации долга в момент кризиса; растущая политизация МВФ.

Критика действий МВФ и серьезные просчеты в разрешении кризиса свидетельствовали о необходимости изменения подходов Фонда к оказанию помощи странам с развивающейся и переходной экономикой. Тем более что за последние годы потребность во внешнем финансировании экономического роста в этих странах в силу различных факторов увеличилась. Среди этих факторов — быстрая либерализация торговли без расширения доступа на рынки промышленных товаров в тех областях, где они обладают сравнительными преимуществами; нестабильность и неудачная адаптация валютных курсов; медленный рост мировой экономики и неблагоприятные тенденции в изменении условий торговли и др.

Кроме того, опыт последних десятилетий вызывает серьезные сомнения в способности международных частных рынков капитала обеспечить финансирование развития, состоящего в наращивании производственного, социального и человеческого капитала. Поскольку создание такой инфраструктуры необходимо для привлечения продуктивного частного капитала и мобилизации собственных финансовых ресурсов, официальное финансирование развивающимся странам сохраняет решающее значение для обеспечения соответствующего уровня структурных преобразований и создания благоприятной обстановки. Поскольку официальное финансирование может быть более устойчивым, чем чисто рыночные частные инвестиции, оно играет решающую роль для развивающихся стран и стран с переходной экономикой, которые в наименьшей степени способны скомпенсировать колебания при финансировании своего развития.

Однако, несмотря на все возрастающую роль официального капитала, решающим фактором, который будет определять его эффективность, остаются условия международных финансовых организаций и главного разработчика стабилизационных программ — МВФ. Поэтому в настоящее время первоочередной задачей становится пересмотр принципов Вашингтонского консенсуса и разработка такой концепции внешнего финансирования, которая бы отвечала современным представлениям о развитии.

Дискуссии и консультации на эту тему ведутся уже более 10 лет между ведущими мировыми экономистами, правительствами заинтересованных стран и международными финансовыми организациями.

Началом скоординированных коллективных усилий по реформе международной финансовой системы стало создание в апреле 1998 г. по инициативе Казначейства США Временной рабочей группы министров финансов и председателей центральных банков 22 крупнейших развитых и развивающихся стран (Группа 22). На двух совещаниях Группы впервые были приняты общие рекомендации по направлениям реформы. В целях расширения круга стран, участвующих в обсуждении новой финансовой архитектуры, в марте и апреле 1999 г. состоялись заседания Группы 33. В дальнейшем на базе этих объединений была сформирована Группа 20, объединившая министров финансов и председателей центральных банков 19 стран, Европейского союза и президентов Бреттон-Вудских институтов. Членами Группы 20 являются Аргентина, Австралия, Бразилия, Канада, Китай, Франция, Германия, Индия, Индонезия, Италия, Япония, Мексика, Россия, Саудовская Аравия, Южная Африка, Южная Корея, Турция, Великобритания, США, Европейский союз. Помимо этих главных форумов работа по созданию новой международной финансовой архитектуры ведется в рамках семи ведущих промышленно развитых государств, региональных экономических блоков и международных финансовых организаций. Специальные группы по данным вопросам были созданы при правительствах ряда развитых и развивающихся стран.

Одним из этапов работы данной группы стала Международная конференция по финансированию развития, которая прошла в марте 2002 г. в Монтеррее и завершилась принятием Монтеррейского консенсуса, в котором прописаны новые обязанности получателей официального многостороннего финансирования: создать благоприятный климат для инвестиций; проводить здоровую бюджетную и монетарную политику; гарантировать верховенство закона во всех областях жизни; обеспечить демократию, свободу и т.д. Если страна не удовлетворяет этим критериям, ей могут отказать в финансировании, а это, в свою очередь, является сигналом для частного инвестора о низкой кредитоспособности страны. То есть МВФ не только продолжает кредитовать страны-члены, но и помогает им получить кредиты у правительств промышленно развитых стран, центральных банков, группы Всемирного банка, Банка международных расчетов, а также у частных коммерческих банков. Кредиты МВФ продолжают оставаться своего рода международной оценкой кредитоспоосбности страны-заемщика, которая облегчает ей доступ на частный мировой рынок ссудных капиталов. И наоборот, отказ МВФ оказать стране кредитную поддержку закрывает ей доступ на рынок капиталов. Таким образом, на МВФ и другие международные организации опять возлагается задача управления политикой стран-реципиентов. В Монтеррейском консенсусе не определены инструменты достижения поставленных перед странами-реципиентами целей, хотя направление реформ четко определено, и оно отражает усилия развитых стран по дальнейшей либерализации экономик стран-реципиентов.

Работа над концепций продолжилась на Саммите по устойчивому развитию в 2003 г. в Йоханнесбурге, но так как от решения данной проблемы зависит не только развитие национальных экономик принимающих стран, но и мировой экономики в целом, на саммите не было принято какого-либо окончательного решения.

Нарастающая критика неолиберального проекта не оставила равнодушным самого автора Вашингтонского консенсуса, предложившего внести в него определенные коррективы. Дж. Вильямсон в своем новом варианте Вашингтонского консенсуса предложил дальнейшее усиление макроэкономических рычагов стабилизации за счет укрепления бюджетной дисциплины и роста на этой основе сбережений, продолжения налоговой реформы и, в частности, введения налога за пользование землей (учитывающего экологические аспекты), переориентации государственных расходов на хорошо разработанные социальные, поддержания конкурентоспособного валютного курса и возврата к плавающим курсам или использования их в качестве «номинального якоря». В области внутренних структурных преобразований он видит в качестве стратегической цели создание конкурентоспособной рыночной экономики путем дальнейшей приватизации и либерализации, в частности, рынка труда, в сфере внешнеэкономических преобразований — продолжение либерализации внутрирегиональной торговли.

Оппонентом этой концепции выступал Лондонский центр международной политики, который в мае 2004 г. опубликовал доклад под названием «Пекинский консенсус». По мнению авторов, суть новой модели сводится к идее социальной справедливости, что в экономической части предполагает повышение доли ВВП, перераспределяемом государством, т.е. ведущей роли государства.

Кроме того, привлекательность азиатского подхода — Пекинского консенсуса состоит в его терпимости к разным формам общественного устройства, уважение к альтернативе и эксперименту. Как пишет египетский социолог Ануар Абдель-Малек, в мирной китайской экспансии видят уважение суверенитета и невмешательство во внутренние дела, а китайские эксперименты с экономической либерализацией и постепенными политическими реформами рассматриваются как пример для подражания[7].

Однако теоретические изыскания ни авторы старого Вашингтонского консенсуса, ни Лондонского центра политических исследований не нашли официального признания МВФ, выразившегося в принятии какой-либо новой концепции финансирования развития.

Шквал критики, обрушившейся на МВФ после азиатского кризиса, привел к тому, что Фонд пошел на корректировку своих программ и условий предоставления кредитов. Уже в разгар кризиса МВФ шел на уступки пострадавшим странам. Так, в Индонезии в ответ на коллапс потребительского рынка было снято требование об отмене субсидий на товары первой необходимости или в Южной Корее, когда МВФ все же пошел на уменьшение ставки рефинансирования.

В 2001 г. МВФ совместно с группой Всемирного банка выступили с новой стратегической инициативой в области борьбы с бедностью, направленной на увязывание финансовой поддержки с национальной политикой потенциальной страны-реципиента в области сокращения масштабов бедности. МВФ и Всемирный банк увязывают теперь предоставление финансовой помощи на льготных условиях и сокращение внешней задолженности с целями стратегии снижения уровня бедности, разработанными правительствами в процессе консультаций с представителями организаций гражданского общества, частного сектора и донорами.

Мировой финансовый кризис 2008 г., эпицентром которого стали не развивающиеся, а развитые страны, страны, которые определяют вектор развития мировой экономики, снова заставил мировое сообщество обратиться к проблеме реформирования МВФ, который в очередной раз не только не смог предсказать этот кризис, но и не смог предотвратить его превращение в мировой.

Основную работу по выработке предложений реформирования МВФ взяла на себя Группа двадцати. В краткосрочном периоде было решено увеличить ресурсы Фонда в три раза до 750 млрд долл., удвоить объем денежных средств для прдеоставления льготного финансирования стран с низким доходом, создать новый специальный механизм кредитования для стран с высокими экономическими показателями, провести дополнительную эмиссию СДР в размере 250 млрд.

В долгосрочном плане страны — участницы Группы двадцати зафиксировали свою готовность к реформированию МВФ в целях повышения его легитимности, т.е. большего участия и влияния со стороны быстро развивающихся стран, и эффективности. Каких- то конкретных договоренностей по существу вопроса пока нет, за исключением того, что Группа двадцати призывает страны-участницы подготовить свои предложения по реформе МВФ и завершить реформирование структуры Фонда к 2011 г.

Российская Федерация не осталась в стороне от обсуждаемых проблем, тем более что она имеет большой опыт работы с Фондом и прошла путь от крупнейшего заемщика в 1998 г. до страны-члена, полностью расплатившегося по своим обязательствам в марте 2005 г. РФ предлагает:

  • • пересмотреть роль и мандат МВФ, приведя их в соответствие с новой структурой мировой валютно-финансовой системы;
  • • увеличить ресурсы Фонда и разработать новые кредитные механизмы для стран, сталкивающихся с финансовыми проблемами;
  • • аннулировать пакет решений по реформе квот и голосов, согласованный в апреле 2008 г., и продолжить работу в рамках МВФ с тем, чтобы вынести на ратификацию уже более радикальный вариант реформирования, в большей степени отражающий существующую расстановку сил в мировой экономике;
  • • изменить формулу расчета квот МВФ в целях соответствующего отражения в ней экономического веса стран-членов;
  • • создать региональные фонды и механизмы финансирования экономического развития и преодоления кризисов, капитал которых формировался бы за счет средств стран того или иного региона. За счет этих фондов осуществлять предоставление средств на заемной основе с возможным привлечением софинансирования МВФ, Всемирного банка, региональных банков развития;
  • • привлечь различные наднациональные структуры, не связанные с МВФ, к реализации следующих функций: мониторинг и формирование системы раннего предупреждения кризисов на основе постоянно обновляемой оценки системных рисков; глобальный кредитор последней инстанции; мониторинг реализации международного соглашения SURF; эмитент глобальной резервной валюты;
  • • создать международную комиссию авторитетных независимых экспертов («финансовых гуру») для оценки и сопровождения реализации предложений по реформе МВФ[8].

Таким образом, предложения по реформированию МВФ еще будут собираться Группой 20, анализироваться и обсуждаться. Пока же идет обсуждение, страны-члены уже создают региональные аналоги МВФ.

Первым таким аналогом стал Азиатский валютный фонд, решение о создании которого было подписано 12 мая 2007 г. на встрече министров финансов 13 азиатских стран. В рамках Фонда был создан механизм быстрого выделения требуемых средств, чтобы пополнить резервы стран, затронутых кризисом, и воспрепятствовать его распространению. Причем надо отметить, что двусторонние соглашения о такой взаимопомощи страны региона начали заключать сразу после Азиатского финансового кризиса 1997—1998 гг. Однако реализация этой идеи была заблокирована Вашингтоном, который предположил, что создание такой структуры может ослабить престиж Международного валютного фонда.

В конце 2007 г., 9 декабря латиноамериканские страны создали свой аналог Международного валютного фонда — Banco del Sur. Он осуществляет кредитование проектов на территории Южной Америки. Соглашение о создании банка подписали Аргентина, Боливия, Бразилия, Венесуэла, Парагвай, Эквадор и Уругвай.

В 2009 г. странами — членами ЕврАзЭС (Россия, Казахстан, Белоруссия, Таджикистан и Киргизия) было принято решение о создании Антикризисного фонда, который будет выдавать странам- учредителям суверенные займы, стабилизационные кредиты и участвовать в финансировании межгосударственных инвестиционных проектов. Общий объем Фонда составит эквивалент 10 млрд долл., из них 7,5 млрд внесет Россия, 1 млрд — Казахстан. Остальные страны пока не огласили суммы своих взносов, тем не менее взнос каждое государство должно сделать на 10% в конвертируемой валюте, на 90% — посредством выпуска беспроцентного векселя. Управлять Фондом будет специальный совет, в который войдут министры финансов стран-учредителей, совместно с Евразийским банком развития (ЕАБР).

Таким образом, реформа международных финансовых организаций идет полным ходом.

  • [1] What Washington Means by Policy Reform // Williamson John, ed. Latin AmericanAdjustment: How Much Has Happened? Washington: Institute for International Economics,1990.
  • [2] IMF Survey. Supplement. Vol. 27. 1998. Sept. P. 14—15.
  • [3] Доклад о мировом развитии 2000—2001. Наступление на бедность. М. : Весьмир; Всемирный банк, 2001. С. 336.
  • [4] Malaysian Prime Minister: We Had To Decide Things for Ourselves // EIR. 1999.19 feb. P. 8.
  • [5] Tan Sri Ramon Navaratnam. How The Turmoil is Reshaping Malaysia. Malaysia:Pelanduk Publication, 1998. P. 60.
  • [6] Cm.: http://www.imf.org
  • [7] http://www.promved.ru/articles/article.phtml?id=1216&nomer=44
  • [8] http://www.kremlin.ru
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >