Полная версия

Главная arrow Литература arrow Английские заимствования в территориальных вариантах французского языка Африки

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Кальки и заимствования

Широко распространенному традиционному пониманию заимствования как перехода, перенесения, проникновения элементов одного языка в другой противостоит его объяснение как создание собственными средствами языка своих элементов посредством творческой имитации, приблизительного копирования или структурного моделирования по аналогии с иноязычными образцами.

Следствием языкового контакта является не только заимствование материальных элементов одной лексической системой под влиянием другой. Наблюдается также более тонкий и глубокий вид влияния, представляющего собой семантическое воздействие, когда с «материальной внешнеформальной точки зрения выступают исконные праязыковые элементы языка, подвергшегося влиянию, но употребляются они согласно семантическим, функциональным особенностям воздействующего языка» [Ткаченко, 1989].

Лингвистическая значимость калек заключается в обогащении ими словарного запаса языка без внедрения иностранной оболочки, а также в сближении образов мышления двух народов и их восприятия языковой картины мира. «Источник калек - речевая практика билингвов (переводчиков, журналистов, челноков, мигрантов, туристов и др.). Кальки появляются как результат буквального перевода (поморфемного, пословного, часто с охранением особенностей чужого управления и т.д.) иноязычной речи. Кальки проникают в языки незаметно, в качестве едва ощутимой речевой небрежности или смелости, и распространяются быстро» [Мечковская, 2001: 109].

В зависимости от того, структура какого языкового элемента копируется, кальки делятся на словообразовательные, фразеологические и семантические, а также на так называемые полукальки.

При изучении иноязычного влияния на язык процессам калькирования традиционно уделяется меньше внимания, чем лексическим заимствованиям. Кальки трудно выявить: неясны критерии, по которым то или иное слово или словосочетание следует признать результатом иноязычного влияния, а не продуктом процессов, происходящих в языке в соответствии с его собственными закономерностями развития [Крысин, 2002: 31].

Однако во многих случаях кальки все же поддаются идентификации - как по чисто лингвистическим, так и по экстралингвистическим основаниям. Тем самым задача выявления и изучения калькированных языковых единиц остается не только актуальной, но и вполне решаемой. Этому есть свои основания.

Во-первых, кальки отличаются тем, что в них реализуются нехарактерные, неорганичные для данного языка черты - либо в формальной, либо в содержательной сторонах слова, словосочетания.

Во-вторых, при определении кальки важно обращение к внеязыко- вой действительности: если само обозначаемое данным словом или сочетанием явление пришло к нам извне, то можно с большой вероятностью предположить, что и его наименование - либо «материальная» иноязычная единица (то есть лексическое или фразеологическое заимствование), либо калька.

Вопрос о механизмах образования семантических калек связан также с тем, каковы предпосылки подобного влияния, что способствует интерференции, какие факторы обусловливают появление калек внутри языка-реципиента [Матвеева, 2003: 153].

Вопрос об отношении кальки к заимствованию рассматривался многими учеными. На настоящий момент существует уже немало определений кальки. Большинство из них так или иначе содержат один главный компонент - наличие перевода. Так, например: «калька - особый вид заимствования путем перевода чужого слова или оборота» [«Общее языкознание», 1983: 394]; «образование нового фразеологизма или нового значения слова путем буквального перевода соответствующей иноязычной языковой единицы» [Ярцева, 1990: 211]; «калька - это выражение, переведенное буквально с другого языка» [Barreteau, Diade, 2000: 186].

Таким образом, калькирование - это построение лексических единиц по образцу соответствующих слов иностранного языка путем точного перевода их значимых частей или заимствование отдельных значений слов.

В связи с этим спорным представляется вопрос отношения калек к заимствованиям, получивший различную трактовку в лингвистике. Ряд авторов (Г.А. Бортагаев, Л.П. Ефремов, Н.М. Шанский и др.), рассматривая кальку как передачу внутренней формы одного языка другому, не относят ее к категории заимствованных слов. В основу данного процесса эти авторы кладут принцип мотивации калькируемого объекта. Л.П. Ефремов, в частности, отрицает принадлежность кальки к заимствованиям, так как она возникает в результате перевода и как следствие перевода. Он полагает, что в основе калькирования лежит использование мотивированности калькируемого объекта: «словообразовательное калькирование - перевод составных частей калькируемого объекта, в которых консервируется и по которым распознается его мотивированность: деривационно-мотивирующих единиц и компонентов словосочетания» [Ефремов, 1974: 50]. Обязательным условием калькирования автор считает перевод словообразовательной основы калькируемого объекта, то есть иноязычного слова, от которого был образован объект калькирования, а перевод, согласно его рассуждениям, это уже не есть заимствование. Однако, на наш взгляд, наличие или отсутствие внутренней формы не имеет принципиального значения, так как звуковое оформление слова условно, кроме того, то или иное слово, сохраняя свою первоначальную семантику, может приобрести и другие значения.

Другие исследователи (И. А. Арнольд, В.В. Иванов, А .Я. Матвеев, И.П. Наркевич и др.), рассматривающие кальку как заимствование внутренней формы, исходят из структуры слова в языке-источнике. В этом случае внутренняя форма слова может быть усвоена его эквивалентом в другом языке. Хотя в зависимости от специфики грамматического строя контактирующих языков кальки не всегда отражают структуру соответствующего слова. Придерживаясь данной трактовки проблемы, считаем, что калькирование следует рассматривать в качестве одного из видов заимствования. При этом происходит перестройка моделей языка-реципиента, отличающаяся высокоструктурной организацией [Вайнрайх, 1979].

Некоторые исследователи полагают, что «на современном этапе калькирование по сравнению с заимствованием является более активным процессом» [Кулиева, 1990]. Сильнее всего оно представлено в тех языках, где особо развита деривация и словосложение [Жабина, 2001: 328]. В связи с тем, что во ФЯ Африки в наибольшей степени развиты словообразовательные процессы, его считают наиболее подверженным калькированию.

Несмотря на существование различных точек зрения на отношения между кальками и заимствованиями, нельзя не признать, что им характерны некоторые общие черты. В частности, фактором, объединяющим данные явления, можно считать их тесную связь и зависимость от ситуации языкового контакта и двуязычия; сходные причины (внутренние и внешние факторы); исходным материалом для калек и заимствований служит иноязычная лексика.

Различие между кальками и заимствованиями состоит в том, что, обогащая лексику языка, те и другие действуют разными способами: при заимствовании происходит перенесение материальной формы, а при калькировании - перенесение значения. Таким образом, заимствование оказывает влияние на материальный состав языка, а калькирование - на систему лексико-семантических отношений.

О.В. Матвеева подчеркивает, что увеличивающееся число заимствованных слов ведет к потере языком лексического своеобразия, появление же калькированных единиц расширяет собственный лексический состав [Матвеева, 2002: 61].

Существует мнение (Л.А. Ильина, О.В. Сычева), что возникшие под иноязычным влиянием, но созданные средствами воспринимающего языка, кальки нелогично определять как иноязычия.

Но имеет место и другая точка зрения. Калькирование выполняет в языке важную функцию, выступая в качестве проводника культурного влияния. Поэтому наиболее последовательные сторонники идеи национальной самобытности являются противниками не только заимствования слов в их иноземном обличье, но и калькирования, поскольку таким образом заменяется лишь внешность, а «чуждая» суть остается [«Калька», 2003].

Как уже было сказано, кальки бывают словообразовательные, фразеологические и семантические. При словообразовательном калькировании воспроизводится морфологическая структура слова. Словообразовательные кальки возникают в результате буквального перевода иноязычного слова по частям: приставки, корня, суффикса при точном повторении способа его образования и значения.

Словообразовательная калька обычно бывает одновременно также семантической, так как созданное путем поморфемного перевода слово копирует заключенный в слове-источнике семантический перенос.

Семантической калькой называется такая, в которой слову родного языка придается отсутствовавшее у него ранее значение - по образцу некоторого слова другого языка. Исследователи отмечают, что данный вид кальки наиболее трудно распознать.

Особой формой калькирования является фразеологическое калькирование. В эпоху международных контактов во всех областях жизни и интенсивной переводческой деятельности языки в какой-то мере приобретают общие черты, сближаются между собой. Этот факт находит отражение и во фразеологии: возникает общий фразеологический фонд языков мира. Фразеологические кальки, т.е. обороты, появившиеся в языке в результате буквального, дословного перевода иноязычного оборота, ныне распространены во многих языках мира.

Иной разновидностью заимствований являются полукальки - слова или выражения, в которых объединены дословно элементы языка-донора и заимствующего языков. Полукальки чрезвычайно распространены во ФЯ Африки. Например, слово businesseur имеет английский корень, но к нему добавляется французский суффикс -eur (ер. businessman).

Калькирование как скрытое иноязычное влияние обнаруживается на разных языковых уровнях (морфологическом, синтаксическом, семантическом). Исследователи прогнозируют усиление этого процесса при усилении контактов между определенными языками [Ткаченко, 1989]. В то же время некоторые авторы отмечают, что калькирование имеет наибольшее значение во всем процессе иноязычного влияния, тогда как прямые заимствования образуют лишь верхушку айсбергов [Polenz, 1983; Ласорса-Съедина, 1996]. Как известно, избыток беспричинных заимствований в каком-либо языке в определенной степени может затруднить общение и мышление.

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>