Жизнь как категория социально-гуманитарных наук

Категория жизни имеет множество смыслов; она рассматривается в естественно-научном, религиозном, философском аспектах. Ее многоаспектность обусловлена не только сложностью и многогранностью природы и содержания жизни как особого феномена, но и тем, что этот феномен в разные периоды приобретает свое, особенное звучание. В философском аспекте проблемы жизни стали основанием для ряда философских школ XIX—XX вв. — философии жизни, антропологической школы, экзистенциализма, феноменологии, герменевтики и др.

Философия жизни является многозначным философским течением. В нем можно встретить биологические (натуралистические) подходы к феномену жизни, противопоставления живого как естественного искусственному, механически сконструированному. Культурно-историческая интерпретация жизни, даваемая рядом представителей философии жизни, акцентирует внимание на индивидуальных формах реализации жизни, ее неповторимых уникальных образах. Пантеистический вариант философии жизни истолковывает жизнь как космическую силу «жизненного порыва», характеризуемую непрерывным творчеством новых форм.

Артур Шопенгауэр (1788—1860) одним из первых предвосхитил идеи философии жизни, выступив с резкой критикой идеалов классического рационализма [7].

Человек, будучи наиболее совершенной объективацией воли к жизни, является воплощением ненасытной жажды. Он погружен в стихию тревоги и нарастающих угроз. Трагична не только жизнь индивида, но и человеческая история. Поэтому рационализм и прогресс, о чем много говорилось в классической рационалистической философии, есть лишь мираж, выдумка. Жизнь — страдание, история — слепой случай, прогресс — иллюзия. Таковы пессимистические выводы немецкого философа. Шопенгауэр бросает вызов западноевропейскому оптимизму и предлагает пессимистическую ориентацию. По его мнению, род людской — это стадо дерущихся животных, а человек — дикий зверь, способный на истязание себе подобных.

Фридрих Ницше (1844— 1900) развивал идеи Шопенгауэра, продолжив начатую «переоценку ценностей».

Беспощадный критик европейских ценностей, Ницше писал о своем предназначении: «Я знаю свою судьбу. Мое имя будут вспоминать в связи с кризисом, какого никогда не было на земле, глубочайшим конфликтом сознания, разрывом со всем, во что раньше свято верили. Я не человек, я динамит. Я опровергаю все, как никто и никогда не опровергал, и все же я — антитезис негативного духа» (цит. по [3]). В качестве позитивного немецкий философ утверждает мораль аристократическую, значимость земных ценностей и идею сверхчеловека. «Не зарывайте голову в песок — не которая творит, есть соль земли. Сверхчеловек — вот соль земли» [3].

Тяготение к вечным и абсолютным истинам — вот, по мнению Ницше, главный порок прежней культуры и философии, которая по своей сути восстает против всего благородного и аристократического. Его упрек направлен против религиозной веры — она привела к «убийству Бога», отказу от ценностей, которые были в основании западной цивилизации. Мы, считает философ, устранили мир сверхъестественного, его идеалы и ценности. Бог исчезает вместе с этим миром. С ним исчезает и образ прежнего человека. Смерть Бога, а не рождение Христа поделила историю человечества. И тот, кто родится после, считает Ницше, будет принадлежать к истории более возвышенной.

Сверхчеловек утверждает новую мораль. «Великую войну» объявляет Ницше всей прежней морали двумя своими работами — «По ту сторону добра и зла» (1886) и «Генеалогия морали» (1887). До сих пор, отмечает философ, не было сомнений в превосходстве «хорошего» над «плохим». Но если все наоборот, а «хорошее» представляет собой лишь искушение? Ницше буквально переворачивает представления о морали и показывает необоснованность претензий на неоспоримую ценность ее утверждений. Ибо, во- первых, мораль — это механизм господства над другими, а во-вторых, считает философ, следует различать аристократическую мораль и мораль рабов и неудачников. «В то время как аристократическая мораль самодостаточна в своей позитивности, мораль рабов отрицает в принципе все, что не является ее частью, что отлично от нее: в своем не-Я рабы обретают творчество» [3]. Поэтому разговоры о добродетели, долге, бескорыстии, покорности и смирении лишь выражают боль и досаду против силы, здоровья, любви к жизни. Если мораль сильных — отвага, щедрость и индивидуализм, то мораль неудачников и слабых — демократия и социализм.

Ницше вслед за Протагором как бы напоминает о том, что человек есть мера всех вещей. Он иронизирует, обличает человека, потерявшего веру в жизнь земную. Достоин уважения лишь сверхчеловек, верующий в земное, творящий смыслы земного бытия. В этом суть его воли к власти. В условиях неверия, разочарования и уныния восходит высший человек, не преклоненный ни перед чем, ставший господином самого себя. «Только теперь наступает Великий Полдень, только теперь высший человек становится господином! Вы испугались, ваше сердце закружилось? Не зияет ли здесь бездна для вас? Не лает ли на вас адский пес? Ну что ж! Мужайтесь, высшие люди! Ныне впервые мечется в родовых муках гора человеческого будущего. Бог умер; ныне мы хотим, чтобы жил Сверхчеловек» [3].

Многие мыслители XX в. были увлечены идеями Ницше. Объясняя «спрос» на идеи немецкого философа, В.С. Соловьев отмечал: «Людьми, особенно чуткими к общим требованиям исторической минуты, владеет не одна, а по крайней мере три очередные, если угодно, модные идеи: экономический материализм, отвлеченный морализм и демонизм “сверхчеловека”. Из этих трех идей, связанных с тремя крупными именами (К. Маркса, Л. Толстого и Ф. Ницше), первая обращена на текущее и насущное, вторая захватывает отчасти и завтрашний день, третья связана с тем, что наступит послезавтра... Я считаю ее самой интересной из трех» [5. С. 627].

Идеи философии жизни стали предметом для размышления ряда других мыслителей.

Вильгельм Дильтей (1833—1911) активно развивал идеи философии жизни. Дильтей — противник рационализма и позитивизма. Он намеревался создать «критику исторического разума» с акцентом на человека как волевое существо, а не только познающее. Его интересовали науки о духе. В «Очерках по обоснованию наук о духе» (1905) немецкий философ приходит к выводу, что общим основанием для наук о духе является жизнь.

Особенность человеческого мира и автономия наук о духе выражаются связью понятий «жизнь», «экспрессия» и «понимание». Жизнь объективируется в институтах государства и церкви, в юридических, религиозных, философских, художественных и этических системах. А понимание служит источником наук о духе: истории, наук о праве и государстве, наук о религии, литературе, изобразительном искусстве, музыке, философии и психологии. Причем внутренний смысл исторических событий доступен только наукам о духе [4].

Дильтей подходит критично к философским системам с их претензиями на абсолютное и всеохватывающее объяснение реальности. Задача философа — исследовать возможности и границы философии. Нет вечной философии для всех. Понимание относительности любого исторического феномена — это шаг к освобождению человека. Перед лицом относительности становится ясной ценность непрерывной творческой силы человека. «Подобно буквам слова, у жизни и истории есть смысл: и в жизни, и в истории есть свои синтаксические моменты, вроде запятой или соединительного союза... Мы открываем, что смысл и значения прорастают в человеке и его истории. Но не в единичном человеке, а в историческом. Ибо человек — существо историческое» [4].

Георг Зиммель (1858—1918), немецкий философ и социолог, один из значительных представителей философии жизни, рассматривает феномен «жизнь» как процесс творческого становления, постигаемый только внутренними переживаниями, интуитивно.

Освальд Шпенглер (1880—1936) своим творчеством оказал огромное влияние на дальнейшее развитие философии жизни. Он прославился книгой «Закат Европы» (1918—1922), возвестившей о гибели западной цивилизации.

Различие между природой и историей Шпенглер возводит в ранг метафизического: в природе доминирует механическая необходимость, а история — царство органического процесса, и она может быть понята через переживание, интуитивное проникновение в формы исторического развития. История предстает как «спектакль» множества сильных цивилизаций. Подобно любым организмам, цивилизации рождаются, созревают, увядают и уходят безвозвратно. В замкнутом пространстве цивилизации мораль, философия, право несут абсолютный смысл, но за его пределами не имеют смысла.

Как организмы, цивилизации обречены на гибель [8]. По мнению Шпенглера, критика всех ценностей, которую предпринял Ницше, является несомненным симптомом заката западной цивилизации.

Анри Бергсон (1859—1941), французский философ, один из ярчайших представителей философии жизни XX в., в своей работе «Творческая эволюция» (1907) разрабатывает глобальную идею космологического эволюционизма. Жизнь — не механическое, монотонное самоповторение. В ней есть непредвиденные повороты, творческий порыв. «Жизнь есть реальность, четко отличаемая от грубой материи», - заявляет философ [ 1 ]. Жизнь стремится к численному росту и качественному многообразию, чтобы умножиться в пространстве и наполнить время. Если материя, подчиняясь действию второго закона термодинамики, распадается и деградирует, то жизнь — непрерывно обогащающееся действие, обновление, нечто большее, чем простая рекомбинация известных элементов.

В целом жизнь подобна несущемуся потоку: мало-помалу организуя тела, она делит индивиды на роды и виды, растворяясь в них. Творческая эволюция есть и выбор путей, о чем свидетельствует разделение на роды и виды. Растения, замкнутые в своей неподвижности, концентрируют в себе потенциальную энергию. У животных сознание в определенной степени эволюционирует в процессе поиска пропитания. Только у человека, по мнению Бергсона, сознание эволюционирует активно.

Важнейшими инструментами человеческого сознания являются инстинкт, разум и интуиция. «Инстинкт — это способность использовать и даже создавать органические инструменты. Интеллект — это способность создавать и применять неорганические инструменты. Инстинкт и интеллект представляют два разных, но одинаково элегантных решения одной и той же проблемы» [1]. Инстинкт — это привычка, он предлагает решение только одной проблемы; интеллект формируется, владеет понятиями и отношениями и может предложить разные варианты решения проблем. Однако он анализирует, классифицирует, дробит реальность на серию кадров, как на кинематографической пленке. Но в возвратном движении к инстинкту разум становится интуицией. Разум как бы вращается вокруг объекта и не может войти внутрь его. Это подвластно интуиции.

Она есть «видение духа со стороны самого духа». И она есть орган метафизики. Если наука анализирует, то метафизика интуи- цирует. Посредством нее возможен прямой контакт с вещами и сущностью жизни.

Жизненный порыв, преодолевая в человеке все препятствия, становится творческой активностью, основные формы которой — искусство, философия, мораль и религия. Только в человечестве, как открытом обществе, они получают творческий импульс. «Между любой великой нацией и человечеством есть та же дистанция, какая есть между конечным и бесконечным, закрытым и открытым обществом» [1]. Только человечество, считает философ, «способно смести все препятствия, преодолеть любое сопротивление, может быть, даже смерть» [1].

Таким образом, философия жизни, начав с критики рационализма и ценностей европейской цивилизации, восходит к проблемам человечества как жизненной целостности, способной к творческому росту.

Категория качества жизни в современных условиях синтезирует проблемы, поставленные как философией жизни, так и другими школами, анализирующими феномен жизни [2].

Содержание проблем качества жизни, которое активно обсуждается на разных уровнях учеными, философами, религиозными деятелями, политиками, писателями и журналистами, по нашему мнению, в современных условиях необходимо рассматривать как выражение новой системы понятий для целей цивилизационного развития.

К общественному развитию можно подходить с различных позиций — географических, геополитических, экономических, технологических, культурологических и т.д. В ряде случаев предпринимаются попытки свести закономерности общественного развития к биологическим (социобиология). Однако закономерности общественного развития на порядок выше, чем закономерности биологического существования. Жизнь человеческого общества не сводится к биологической жизни, а имеет свою качественную особенность, которая должна стать предметом глубокого исследования социально-гуманитарных наук. Известный английский мыслитель А. Тойнби в работе «Постижение истории» рассматривает бытие общества как проявление жизни в аспекте Вызова и Ответа [6]. Ответ включает и мировоззренческую, и методологическую оценки — то, что в настоящее время принято называть парадигмой.

Поиск новых парадигм развития ведется в разных направлениях: постиндустриальные и информационные модели, концепция устойчивого развития, глобалистские мироцелостные модели и т.п. Но все более осознается, что качество жизни в наибольшей степени может выражать целевые устремления мирового сообщества и что человечество стоит на пороге перехода в «цивилизацию качества».

Все большая наполняемость «пространства качества», охват им почти всех сторон жизни общества логически подводит к необходимости ориентации на качество жизни. Говоря философским языком, речь идет о переходе от качественной количественности, когда внимание акцентировалось на многообразии сторон жизни общества, по отношению к которым можно было бы говорить о качестве, к качественной целостности, когда речь идет о качестве взаимосвязи сторон жизни общества.

Заметим, что на определенных этапах цивилизационного развития доминировали лишь некоторые стороны качественной целостности жизни общества. Они нашли свое выражение в ряде категорий:

О образ жизни — категория, фиксирующая формы жизнедеятельности людей, типичные для исторически определенных социальных отношений, но далеко не всегда отвечающие качественным установкам и не всегда способствующие реализации целостности жизни общества;

О стиль жизни — категория, конкретизирующая содержание образа жизни, раскрывающая его особенности, которые выражались в общении и поведении людей. Здесь особенное заслоняет собой конкретно-всеобщее;

О уровень жизни — категория, акцентирующая внимание на жизне- обеспеченности, фиксируя лишь количественную сторону жизни, степень удовлетворения материальных и культурных потребностей людей.

Жизнь как качество — особая форма существования, которая характеризуется целостностью и способностью к самоорганизации; особым способом разрешения внешнего и внутреннего, конечного и бесконечного, части и целого, мерности и процессуальное™; комплексом отдельных проявлений организма, в том числе социального (ассимиляция, рост, воспроизведение, рождение и смерть и др.).

Следует отметить, что наличие в жизни динамизма, открытости, порыва к новому, к самоопределению приводит к росту в ней психического момента и в конце концов — духовности на высшем уровне организации живого организма.

Эдмунд Гуссерль (1859—1938) ввел понятие жизненного мира: мир акцентируется в жизни человека, что подчеркивает его специфику в сравнении с жизнью общества. Все это позволяет связать поступки, их осознание и познание.

В современных условиях возникает потребность в осознании качественной целостности жизни общества, в оценке соответствия ее состояния качественным критериям. Для человека XXI в. существенное значение имеет не только определенный уровень благосостояния, но и качественное состояние природной среды обитания, состояние здоровья, наличие свободного времени, духовно ориентированная жизнь. При этом речь идет не о том, чтобы достичь отдельных качественных параметров жизни, а о том, что только во всей совокупности и взаимосвязи они выражают качество жизни.

Качество жизни в его системной целостности определяется духовностью, ибо она есть решающее условие жизни человека и общества. Духовность является глубинным выражением человеческой сущности и основным условием соединения людей.

Новое прочтение истории человечества возможно, исходя из понимания качества жизни как основы саморазвития общества. Проявляя свои творческие созидательные силы, преобразуя природные и социальные условия своего бытия, человечество тем самым стремится полнее и всестороннее выразить качество жизни. Экономика, политика, техника и т.п. выступают лишь как средства этого выражения, хотя на определенных этапах истории эти факторы могут иметь определяющее значение, но не в силу их природы, а в силу того, что действительная основа человеческой истории еще не была достаточно развита.

Основа и парадигмальные устремления человечества должны представлять собой одно целое. В этих условиях то, что было внутренне скрыто, выражаясь языком гегелевской диалектики, было только в себе, становится осознанным и осмысленным, т.е. и для себя.

Итак, категория жизни является одним из ведущих центров сопряжения социально-гуманитарной мысли, занимающей видное место в современных философских исканиях, органично раскрывает целостные аспекты взаимосвязей объективной и субъективной, объектной и субъектной, стихийной и сознательной сторон жизни современного человечества.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

  • 1. Бергсон А. Творческая эволюция ; пер. с фр. М., 2001.
  • 2. Бойцов Б.В., Крянев Ю.В., Кузнецов М.А. Качество жизни. М., 2006.
  • 3. Гарин И.И. Ницше. М., 2000.
  • 4. Дильтей В. Категория жизни // Вопросы философии. 1995. № 10.
  • 5. Соловьев В. С. Идея сверхчеловека // Сочинения. В 2 т. Т. 2. М., 1988.
  • 6. Тойнби А. Дж. Постижение истории ; пер. с англ. М., 1996.
  • 7. Шопенгауэр А. Собрание сочинений. В 6 т. Т. 1. М., 1999.
  • 8. Шпенглер О. Закат Европы. М., 1993.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >