Полная версия

Главная arrow История arrow Античные монеты и свинцовые тессеры Херсонеса Таврического в собрании Государственного исторического музея

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

ВОПРОС О НАЧАЛЬНОЙ ДАТЕ ЧЕКАНКИ ХЕРСОНЕСА

Одним из самых дискуссионных вопросов херсонесской нумизматики является вопрос о начальной дате чеканки этого античного полиса. Исследование ранних монет из коллекции ГИМ заставляет нас вновь обратиться к этому сюжету и проблемам хронологии самых ранних монет. Время начала херсонесской чеканки в целом было определено еще А.Л. Бертье-Делагардом[1] и уточнено А. Н. Зографом[2]. Как было отмечено выше, вслед за А.Н.Зографом принято относить начало чеканки Херсонеса ко времени около 390 г. до н.э.

Этой традиционной даты придерживается и В.А. Анохин в своей монографии о монетном деле Херосонеса[3]. В 1997 г. появилась краткая, но емкая и доброжелательная рецензия на указанную книгу В.А. Анохина, опубликованная Е.Я. Туровским в его очерке о монетах независимого Херсонеса[4]. В результате своих исследований Е.Я. Туровский предлагает датировать начало чеканки монет Херсонеса тем же временем, что и А.Н. Зограф. Еще раньше Н.Н. Грандмезон в специальной статье, посвященной первым монетам Херсонеса, подчеркивал то обстоятельство, что

А.Л. Бертье-Делагард, А.Н. Зограф и В.А. Анохин датировали начало чеканки Херсонеса 390-370 гг. до н.э.[5] Эту же датировку, в принципе, поддерживает и Е.Я. Туровский. Две небольшие главы его книги посвящены данной проблеме: одна — «О начальной дате чеканки монеты в Херсонесе», другая — «О хронологии херсонесской меди IV в. до н.э.»[6].

В 1999 г. вышли две статьи С.А. Коваленко, в которых были предложены новые даты начала херсонесской чеканки. Автор утверждает, что настало время говорить об удревлении хронологии выпуска ранних серий херсонесских монет[7]. В основе его датировки лежит стилистический анализ женских голов на лицевых сторонах монет Нимфея, Лариссы, Синопы конца V — начала IV в. до н.э.[8] и мужской головы (Геракла) на монетах Гераклеи, которую он сравнивает с женской головой (Девы Парфенос) на самой ранней (по его мнению) серебряной монете Херсонеса.

Во-первых, С.А. Коваленко полагает, что наиболее ранние херсонесские выпуски серебряных и медных монет типа «голова Девы в кекрифале/рыба, палица, внизу ХЕР»[9] имеют стилистическое сходство с изображением головы городской нимфы на монетах Нимфея, датируемых последней четвертью V в. до н.э. С.А. Коваленко утверждает также, что «прическа нимфейского божества воспроизводит все детали херсонесского типа и отличается только тем, что валик волос обрамляет не только лоб богини, выбиваясь из-под головной ленты, но и спускается ниже, на виски». Трактовка лица на монетах обоих городов практически идентична[10]. Автор статьи отмечает, что не может с уверенностью говорить о заимствовании херсонес- скими резчиками профильного изображения богини из чеканки Нимфея, Лариссы или Синопы, хотя упомянутое выше совпадение деталей прически позволяет вроде бы отдать предпочтение Нимфею[11].

Заметим, что типы монет Нимфея не могут «воспроизводить» детали прически Девы с херсонесских монет, так как всеми исследователями признано, что на оборотной стороне монет Нимфея ясно виден quadratum incusum, и относятся они к последней четверти V в. до н.э. Первые же эмиссии Херсонеса А. Л. Бертье-Делагард[12] и А.В. Орешников[13] [14] датируют временем около 350 г. до н.э., А.Н. Зограф" — 390— 370 гг. до н.э., Н.Н. Грандмезон[15] и В.А. Анохин[16] — 390—380 гг. до н.э., Е.Я.Туровский[17] — 375—350 гг. до н.э. Самое главное в датировке ранних монет Херсонеса — отсутствие вдавленного квадрата, именно поэтому А.Н. Зограф и датировал их вторым — третьим десятилетиями IV в. до н.э.[18]

Второй аргумент, приводимый С.А. Коваленко в качестве доказательства датировки эмиссий монет Херсонеса концом V или самым началом IV в. до н.э., — это серебряный херсонесский гемиобол из Британского музея типа «голова Девы в кекрифале влево, под ней рыба/палица, ХЕР»[19]. С.А. Коваленко в одной своей статье определяет изображение на его аверсе как голову Девы и рыбу[20]. В другой статье изображение рыбы нал. с. он ставит под вопросом. В общем, издатели этой монеты расходятся во мнениях, что же изображено под головой Девы: сам М. Прайс не отметил присутствия изображения рыбы, а С.А. Коваленко его предполагает. М. Прайс датирует гемиобол 350-300 гг. до н.э., но С.А. Коваленко не согласен с его датировкой и считает, что архаическое изображение головы Девы на л.с. этой монеты, «выполненное неумелой рукой», стилистически близко к изображению Геракла на гераклейских гемиоболах конца V в. до н.э., имеющих на о.с. quadratum incusum[21]. По мнению

С.А. Коваленко, архаичный облик херсонесского гемиобола, «сближающий его с некоторыми ранними гераклейскими монетами, еще имеющими на о. с. вдавленный квадрат, позволяет отнести время его чеканки к самому началу IV в. до н.э.»[22]. Вторую серию херсонесских монет типа «голова богини в кекрифале/рыба, палица, ХЕР», «находящую тесные параллели среди монет конца V в. до н.э. и рубежа V-IV вв. до н.э.», С.А. Коваленко относит к первому десятилетию IV в. до н.э. По его мнению, наличие глубоко вдавленного кружка на о. с. монет этой серии находит близкие аналогии на монетах боспорских городов начала IV в. до н.э.[23], но не указывает ни города, ни типов монет.

Таким образом, согласно точке зрения С.А. Коваленко, херсонесская чеканка началась около 400 г. до н.э., и самые ранние выпуски относятся к 400—390 гг. до н.э.[24] Он также полагает, что херсонесская серия монет с фасовыми изображениями с учетом ларисских аналогий может датироваться 380—375 гг. до н.э. В своей монографии С.А. Коваленко относит самую раннюю серию херсонесского серебра и меди к концу V в. до н.э.[25] или помещает эти эмиссии в период, который определяет как время «на исходе V в. до н.э.»[26]. Однако в описании первой серии в составленном им каталоге уже нет упоминания о датировке V в. до н.э., а сама первая серия, в которую входят дидрахма и диобол того же типа из коллекции Н.Н. Грандмезона, датируется им 400—390 гг. до н.э.[27]

Между тем признать, без всякого сомнения, что херсонесский гемиобол из Британского музея и гераклейский гемиобол аналогичны и одновременны, на наш взгляд, невозможно. Во-первых, на их лицевых сторонах помещены совершенно разные изображения: на херсонесской монете — голова Девы в кекрифале, на гераклейской — голова Геракла. Во-вторых, на реверсе херсонесской монеты отсутствует вдавленный квадрат, свойственный монетам VI—V вв. до н.э., а на упомянутой гераклейской монете он имеется и внутри него помещен еще один, но плоский и маленький квадрат, по сторонам которого расположена надпись HPAKAEIA или ИРАК. Таким образом, приведенное автором сравнение ранних херсонесского и гераклейского гемиоболов в качестве доказательства удревления даты начала эмиссий Херсонеса некорректно.

С.А. Коваленко также отмечает, что изображение на вышеупомянутом херсонесском гемиоболе из Британского музея помещено во вдавленном кружке[28], что, поего мнению, придает ему архаичный облик. Но как указы вал и еще А. Л. Бертье- Делагард и А.Н. Зограф, выпуклое изображение нал. с. и вдавленность кружка на обороте характерны для монет позднеклассического и эллинистического периода и связаны с техникой чеканки монет в рассматриваемое время. А.Н. Зограф писал, что тип оборотной стороны на всех греческих монетах автономного периода помещается в слегка вдавленном поле. Что касается лицевой стороны, то на большинстве греческих монет автономного периода она в результате вогнутой, чашечкообразной формы нижнего штемпеля является выпуклой[29]. То же явление было отмечено и А.М. Гилевич при публикации клада, найденного в 1953 г. близ Севастополя на Куликовом поле[30]. Клад состоял из 45 монет одного типа «Дева, поражающая лань/бодающий бык», с именами четырех магистратов: EYAPOMOY, Д1АГОРА, 0ЕОХАРЕ, KAEMYTAAA. Почти на всех монетах можно проследить выпуклость л. с. и вогнутость о. с. На основе стилистических данных эти монеты датируются учеными 300—250 гг. до н.э. Следовательно, М. Прайс был прав, датируя херсонесский гемиобол временем около 350—300 гг. до н.э.

То же самое явление выпуклости л. с. и вогнутости о. с. А.М. Гилевич отмечала и для монет типа «квадрига/воин, ХЕР» из клада, найденного в округе Страбонова Херсонеса[31]. Подобные явления говорят о том, что данные технические особенности чеканки монет существовали длительное время, и на этом основании монеты с выпуклостью л. с. и вдавленным кружком на оборотной стороне нельзя считать синхронными монетам, имеющим quadratum incusum.

Для решения проблемы хронологии ранниххерсонесских монет большое значение имеют сведения о находках иногородних монет в Херсонесе. В специальной статье, посвященной этому вопросу, А.М. Гилевич писала, что в Херсонесе были найдены иноземные монеты V—IV вв. до н.э. Это следствие интенсивных торговых отношений Херсонеса с греческими полисами в указанное время. Она отметила, что значение Херсонеса как торгового порта для IV в. до н.э. подкрепляется и свидетельством Псевдо-Скилака[32]. Монеты других центров более раннего времени могли попасть в Херсонес и позже. Немаловажное значение имеет и наблюдение А.М. Гилевич относительно отсутствия среди находок в Херсонесе монет Гераклеи Понтийской автономного периода[33]. Отсюда встает вопрос: должны ли мы искать аналогии типам херсонесских монет с изображениями Девы среди гераютейских монет с изображением Геракла на л. с. и вдавленным квадратом на оборотной, который отсутствует на херсонесских монетах? Известно, что за столько лет археологического исследования (около двух столетий) ни одной монеты Гераклеи Понтийского раннего периода не было найдено в Херсонесе. По сведениям А.М. Гилевич, лишь несколько монет Гераклеи императорского периода (III в. н.э.) происходят из раскопок Херсонеса[34]. Самыми ранними монетами, найденными в Херсонесе, являются ольвийские, которые датируются рубежом первой и второй четвертей — концом IV в. до н.э. Все остальные иноземные монеты относятся к IV—II вв. до н.э.

В связи с последним обстоятельством обратим внимание также на тезисы доклада М.И. Золотарева на конференции памяти П .О. Карышковского (1989 г.)[35]. В них под общим названием о взаимоотношениях этих полисов речь идет только о находках ольвийских монет в Херсонесе и нет никаких упоминаний о монетах Херсонеса V—II вв. до н.э., найденных в Ольвии. Но ценность этой работы М.Н. Золотарева заключается в том, что он прослеживает на ольвийском материале взаимоотношения Ольвии и Херсонеса с конца V до начала II в. до н.э. и делает вывод о том, что к концу II в. до н.э. они сходят на нет. Далее автор суммирует: «анализ нумизматических находок не дает возможности подтвердить гипотезу А.Н. Щеглова о военном конфликте между Ольвией и Херсонесом во второй половине IV в. до н.э. из-за овладения территорией Северо-Западного Крыма. Гибель в пожаре ольвийского укрепления Панское I и утрата Ольвией контроля за землями Северо-Западного Крыма происходит не в результате военных действий между Херсонесом и Ольвией»[36]. Этот вывод интересен в связи с находкой медной монеты Лариссы на поселении Панское I, расположенном у Ярылгачской бухты на Тарханкутском полуострове Крыма[37]. На л. с. ее изображена женская голова в 3/4 влево, на о. с.— конь вправо. П. Гарднер датировал эти монеты 352—344 гг. до н.э.[38], А.М. Гилевич - 390—344 гг. до н.э.[39] А.М. Гилевич предположила, что монета попала на поселение Панское I не позднее конца третьей четверти IV в. до н.э., а скорее всего, около середины IV в. до н.э. Она также отмечала уникальность этой находки, поскольку это первая монета Лариссы, найденная не только на территории Северо- Западного Крыма, но и всего Северного Причерноморья[40]. Известны также серебряные монеты Лариссы с изображением нимфы в 3/4. Все исследователи — А.Л. Бертье-Делагард, А.Н. Зограф, А.М. Гилевич, В.А. Анохин, С.А. Коваленко, Е.Я. Туровский и другие — отмечают стилистическую близость с ними серебряных монет Херсонеса с головой Девы в 3/4, датируемых 370-ми гг. до н.э.

Между тем одним из аргументов идеи «удревления» хронологии выпуска ранних серий херсонесских монет С.А. Коваленко называет пересмотр датировки монет Лариссы с фасовыми изображениями головы на л. с. на основе данных кладов[41]. Критикуя Е.Я. Туровского, принявшего дату выпуска серебряных херсонесских монет с фасовыми изображениями головы богини временем около середины IV в. до н.э.[42], С.А. Коваленко предлагает относить их к первой четверти IV в. до н.э.[43]

Доказывая идею «удревления» хронологии выпуска ранних серий херсонесских монет, С.А. Коваленко обращается к монетам персидских сатрапов Киликии и отмечает, что мотив фасового изображения головы Геракла на гераклейских монетах заимствован с киликийского выпуска Фарнабаза, о чем говорит совпадение обоих изображений вплоть до мелких деталей. Наиболее обоснованная датировка статеров

Фарнабаза — 386—383 гг. до н.э.'29, а гераклейских монет, соответственно, рубежом 380-370-х гг. до н.э. Херсонесская серия монете фасовыми изображениями, учитывая ларисские аналогии, как считает С.А. Коваленко, может датироваться первой половиной 370-х гг. до н.э.[44] [45] Однако если еще А.Л. Бертье-Делагард и А.Н. Зограф нашли аналогии изображению городской богини Херсонеса — Девы в фас на монетах Лариссы и датировали их — А.Л. Бертье-Делагард[46] — 350—330 гг. до н.э., а А.Н. Зограф[47] — 370 г. до н.э., то зачем С.А. Коваленко потребовалось обращаться к монетам Киликии и Фарнабаза, а не к типологии монет непосредственно метрополии Херсонеса — Гераклеи? Таким образом, С.А. Коваленко[48] пытается углубив начальную дату херсонесской чеканки до рубежа V—IV вв. до н.э., на время около 400 г. до н.э., и датировать самые ранние выпуски 400—390 гг. до н.э. До сих пор такая дата никогда не предлагалась ни одним из ученых-нумизматов, изучавших монетное дело Херсонеса!

Для завершения обсуждения вопроса о начальной дате чеканки Херсонеса на рубеже V—IV вв. до н.э., предложенной С.А. Коваленко, обратим внимание на появление в научной литературе мнений об истории монетного дела Херсонеса, уже опирающихся на выводы последнего. Так, например, такой серьезный исследователь Херсонеса как М.И. Золотарев писал, что с установлением новой даты основания Херсонеса Таврического — 528 г. до н.э.[49], предположение о начале деятельности херсонесского монетного двора еще в конце V в. до н.э. выглядит достоверно и исторически оправдано[50]. Однако следует признать, что, напротив, предположение о начальной дате чеканки Херсонеса в конце V—самом начале IV в. до н.э. не достоверно и нумизматически не оправдано. Свидетельством этому — самый главный аргумент самого С.А. Коваленко — упомянутый выше херсонесский гемиобол из Британского музея без вдавленного квадрата на оборотной стороне, изданный М.Прайсом[51], который С.А. Коваленко считает самым ранним выпуском в херсонесской чеканке, хотя М. Прайс датирует его 350—300 гг. Интересно, что сам М.И. Золотарев в работе о коллекции В.Н. Орехова, высказав этот тезис, тем не менее, оперирует традиционными датами А.Н. Зографа.

Е.А. Туровский также не связывает дату основания города с необходимостью пересмотра даты начала монетной чеканки, замечая, что, например, в Гераклее Понтийской — метрополии Херсонеса, основанной еще в середине VI в. до н.э., чеканка началась лишь около 415 г. до н.э. Опираясь на археологические данные, он отмечает, что экономический потенциал в Херсонесе был создан, очевидно, только к началу второй четверти IV в. до н.э. Именно это обстоятельство и вызвало в городе потребность в собственной монете[52].

  • [1] Бертье-Делагард 19066, 222—224.
  • [2] Зограф 1951, 145-147.
  • [3] Анохин 1977, 18-19.
  • [4] Туровский 1997, 4—5. Этой же даты придерживается автор в своей новой книге «Монетыантичного и средневекового Херсонеса. Каталог-определитель» (Симферополь, 2013. С. 9—10).
  • [5] Грандмезон 19876, 57.
  • [6] Туровский 1997, 12—16.
  • [7] Коваленко 1999а, 202-210; 19996, 108-131.
  • [8] Коваленко 1999а, 204.
  • [9] Зограф 1951, 148, табл. XXXV, 1-2.
  • [10] Коваленко 19996, 112.
  • [11] См. Коваленко 19996, 112. На таблице I С.А. Коваленко приводит примеры изображенийженских божеств на монетах Херсонеса (табл. I, 1—3), Нимфея (табл. I, 3—4), Синопы (табл. I,5), Лариссы (табл. I, 6) и т.д. При этом монеты Нимфея датированы там последней четвертьюVb. до н.э., а монеты Херсонеса — 400—390 гг. до н.э. Следовательно, в тексте статьи С.А. Коваленкодает датировку ранних херсонесских монет исходя из аналогии с нимфейским серебромпоследней четверти — конца V в. до н.э., а в подписях к таблице, забыв об этой идее «удревления»,датирует их 400—390 гг. до н.э. Эта же дата присутствует и в его новой книге.
  • [12] Бертье-Делагард 19066, 233—234.
  • [13] Орешников 1913, 25.
  • [14] Зограф 1951, 146.
  • [15] Грандмезон 19836.
  • [16] Ю|Анохин 1977, 19—20.
  • [17] Ш2Туровский 1999, 12.
  • [18] юзЗограф 1951, 146.
  • [19] SNG ВМ 714; Коваленко 19996, табл. I, 10. Вес — 0.46 г.
  • [20] Коваленко 1999а, 204.
  • [21] SNG ВМ 1570-1572.
  • [22] Коваленко 19996, 113-114.
  • [23] '""Коваленко 19996,114.
  • [24] Коваленко 19996, табл. 1,1—2.
  • [25] Kovalenko 2008, 25.
  • [26] "'Kovalenko 2008, 6-7.
  • [27] Kovalenko 2008, 106-107.
  • [28] '"Коваленко 19996, 114.
  • [29] П4Зограф 1945,9.
  • [30] Гилевич 1958, 138.
  • [31] Гилевич 1960а, 169, рис. 1, 3, 5, 7.
  • [32] Гилевич 1968, 35, прим. 31.
  • [33] Гилевич 1960а, 51-62; 1968, 19, 25.
  • [34] "‘Тилевич 1968, 50, № 1—6.
  • [35] 3олотарев 1989, 30-31.
  • [36] Золотарев 1989, 31.
  • [37] Гилевич 1989, 19; 1996, 12.
  • [38] ВМС VII, pi. VI, 11.
  • [39] Гилевич 1989, 19.
  • [40] Гилевич 1989, 20.
  • [41] Martin 1983, 1-34.
  • [42] Туровский 1997, 52, № 22.
  • [43] Коваленко 19996, 124—126.
  • [44] Moysey 1986,15.
  • [45] ‘“Коваленко 19996,124—126, табл. II, 4—6.
  • [46] Бертье-Делагад 19066, 217—226, № 1—4, табл. 1,1—4.
  • [47] шЗограф 1951, 146.
  • [48] ‘“Коваленко 19996,131.
  • [49] '“Виноградов, Золотарев 1998, 36—46.
  • [50] ‘“Золотарев, Кочеткова 1999, 8.
  • [51] ‘“SNG ВМ 714.
  • [52] '“Туровский 1997, 13.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>