Полная версия

Главная arrow Журналистика arrow Коммуникология: основы теории коммуникации

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>

Развитие теорий массовой коммуникации и информации в XX веке (парадигмы и функции массовой коммуникации)

Вначале рассмотрим базовые понятия, входящие в термин “массовая коммуникация” Р. Вильямс в книге “Культура и общество” исследует значение и использование данного термина. По его мнению, масса — это эквивалент XX века для слова “толпа” (mob). Идея массы — это видение людей как толпы, а идея массовой коммуникации — это комментарий ее функционирования”[1]. “Критикуя термин “масса”, он утверждал, что при равном доступе к продукции медиакультура будет более демократичной, поскольку у людей появится возможность обсуждать различные вопросы, формулировать идеи и творчески предвосхищать их жизнь. Отходя от “деградирующей” терминологии и ограниченного воображения модели массовой коммуникации, Вильямс открыл пространство мысли о взаимоотношении медиа с альтернативным будущим”[2].

Изучение массовой коммуникации как социального явления началось в 20-е годы. Принято считать, что начало исследованиям массовой коммуникации положил немецкий социолог М. Вебер (1864-1920), основоположник понимающей социологии и теории социального действия. Он обосновал необходимость изучения прессы в социологическом аспекте, обосновал метод анализа прессы, обратив внимание на ориентацию периодической печати на различные социальные структуры и на формирование человека, сформулировал социальные требования к журналисту.

Классическая бихевиористская парадигма коммуникации[3], основанная американским политологом Гарольдом Лассуэллом (1902—1978)[4] в 1948 году[5], базируется на последовательном ряде вопросов, касающихся передачи информации: кто передал (анализ управления коммуникативным процессом), что передал (анализ содержания сообщений), по какому каналу (анализ средства), кому (анализ аудитории) и с каким эффектом (анализ результата воздействия на сознание и/или поведение реципиента). Иначе, Лассуэлл описал линейную цепь коммуникации сначала как однонаправленную модель, состоящую из пяти названных вопросов: “Who says what to whom via what channels with what effects?”. В 1967 г. на Международной конференции в Индии в своем докладе, посвященном сравнительному анализу социальных процессов, Г. Лассуэлл дополнил эту формулу коммуникативного процесса новыми элементами: “кто, с какими намерениями, в какой ситуации, употребляя какую стратегию, достигает какой аудитории, с каким результатом” Однако никто из последующих исследователей коммуникации не обратил внимания на новые элементы, выводящие модель коммуникации Лассуэлла из разряда одномерной линейной модели. Поэтому ее критиковали не только за “линейность”, “направленность” в одну сторону, но и за отсутствие в ней такого важнейшего элемента, как цель. Тем не менее модель стала хрестоматийной, поскольку стала теоретически и практически востребованной для описания процессов различных видов массовых коммуникаций, в том числе —- пропагандистских, рекламных, маркетинговых, политического пиара, пиар-кампаний, рассчитанных на массовую аудиторию. Она весьма широко использовалась в практике СМК, СМИ и в социологии массовой коммуникации[6] [7].

В соответствии с этой моделью, ставшей схемой для построения учебных курсов и хрестоматий по массовой коммуникации, в ней изучаются: 1) коммуникатор (инстанция, организующая и контролирующая процесс массовой коммуникации); 2) сообщения (контент-анализ); 3) технические средства; 4) аудитория (ее количественно описываемые социальные и социальнопсихологические характеристики; 5) результаты (изменения в сознании аудитории)[8].

Лассуэлл рассматривал не просто “единичные акты” коммуникации, понимаемые как контакты, в которых сообщение последовательно проходит фазы от субъекта к объекту, но и важнейшие структурные компоненты процесса. Г. Лассуэлл рассматривал коммуникацию как с точки зрения структуры, так и с точки зрения функции, иначе говоря, с позиции структурного и функционального анализа. Он выделяет такую важную функцию социальной коммуникации, как поддержание равновесия любой системы.

В социальной коммуникации доминирующим является коммуникативный аспект, а информационно-содержательный элемент выполняет вспомогательную функцию. То есть в осуществлении социальных коммуникаций важно не только что используется, а кто участвует во взаимодействии, как используются информация и связи, кому адресуется информация и куда направлены коммуникативные связи. “В ходе научного изучения процесса коммуникации акцент делается на одном из перечисленных вопросов. Исследователи, изучающие составляющую “Кто”, т. е. коммуникатора, уделяют основное внимание факторам, инициирующим и направляющим акт коммуникации. Мы называем эту отрасль исследования анализом контроля. Специалисты, изучающие вопрос о том “что говорится”, включены в так называемый контент-анализ. Исследования специфики радио, прессы, кинематографа и других каналов коммуникации составляют предмет медиа-анализа. В тех случаях, когда в фокусе внимания исследователей оказываются индивиды, охваченные средствами массовой коммуникации, мы говорим об анализе аудитории. При обсуждении вопроса влияния на аудиторию центральной является проблема анализа эффектов”[9].

Включая “эффект” в качестве одного из важнейших компонентов коммуникативного процесса, Г. Лассуэлл обратил внимание исследователей на необходимость анализа аудитории и канала, поставил вопрос об управлении массовым сознанием: массовыми представлениями, ожиданиями, иллюзиями, заблуждениями. Он отмечал, что именно анализ массовых иллюзий, ожиданий и представлений полнее всего раскрывает природу и специфику общественного сознания и общественного мнения, чем изучение его идеологий. Поэтому он считал особенно важным изучение “реального”, “практического”, “массового”, “разлитого” сознания.

Важнейшим вкладом Г. Лассуэлла в работу семинара по массовым коммуникациям[10] (сентябрь 1939 — июнь 1940) был анализ таких трех универсальных социальных функций массовой коммуникации, как: 1) обозрение окружающего мира: “медиа расширяют горизонты познания индивида” — информационная функция; 2) корреляция с социальной структурой и “ответственностью” общества, воздействие на него и его познание через обратную связь — корреляционная функция, проявляющаяся также в объяснении и интерпретации информационных сообщений, в обеспечении поддержки существующим властям и господствующим нормам; 3) “трансмиссия” культурного наследия — познавательно-культурологическая функция, функция преемственности культуры. Значение этих функций массовой коммуникациии в обществе Г. Лассуэлл описал в 1948 г.

Впоследствии, начиная с 60-х гг., анализ основных социальных функций массовой коммуникации был дополнен К. Райтом (развлекательная), Д. Мак-Квейлом (мобилизационная), Р. Клоссом (рациональная — информирование, обучение; иррациональная — давление, манипулирование, реклама, пропаганда; социальная психотерапия — релаксация) и др.[11].

П. Лазарсфельд и Р. Мертон о массовой коммуникации.

В своей работе “Массовая коммуникация, массовые вкусы и организованное социальное действие”[12] авторы рассматривают три наиболее важные социальные функции средств массовой коммуникации: 1) присвоение статуса; 2) укрепление социальных норм; 3) дисфункция наркотизации.

“Средства массовой информации присваивают статус общественным проблемам, личностям, организациям и общественным движениям.

Повседневный опыт, равно как и результаты исследований, показывают, что общественная репутация индивида или политики повышается в случае их благоприятного освещения в средствах массовой коммуникации... Более высокий статус приписывается тем, кто просто оказался в сфере внимания средств массовой коммуникации независимо от редакционных предпочтений.

Средства массовой коммуникации наделяют престижем и усиливают власть индивидов и групп, легитимизируя — т. е. признавая законным их социальный статус. Внимание средств массовой коммуникации свидетельствует, что объект сообщения достоин быть выделенным из анонимной массы, его поведение и мнения достаточно важны для всех... Таким образом, функция присвоения статуса входит в структуры организованного социального действия через легитимацию определенных политик, личностей и групп, получающих поддержку средств массовой коммуникации”[13].

П. Лазарсфельд и Р. Мертон отмечают, что “многие социальные нормы оказываются неудобными и затруднительными. Они препятствуют удовлетворению желаний и потребностей. Поскольку многие индивиды находят нормы обременительными, то существует некоторая мера терпимости при приложении их как к себе самому, так и к другим. Отсюда возникает девиантное поведение и индивидуальная терпимость к ее проявлениям. Однако это продолжается только до тех пор, пока индивид не проявляет своих нормативных предпочтений публично. Публичность, усиливающая признания членами группы наблюдающиеся отклонения, требует занятия определенной позиции каждым... Происходит апелляция к публичному подтверждению моральных представлений и (зачастую спорадическая) реализация социальных норм... средства массовой коммуникации очевидно служат утверждению социальных норм. Происходит это посредством концентрации общественного внимания на нормативных отклонениях”[14].

П. Лазарсфельд и Р. Мертон в качестве третьей функции массовой коммуникации выделяют не функцию, а дисфункцию. Они отмечают, “что все большее время люди затрачивают на потребление материалов средств массовой коммуникации. ... Предполагается, что широкое распространение коммуникации вызовет лишь искусственную информированность людей об общественных проблемах. Причем эта искусственность часто скрывает массовую апатию.

Доступность информационных потоков для рядового слушателя или читателя зачастую способствует их усыплению, наркотизации, нежели активности. Все большая часть времени отводится чтению и прослушиванию и, соответственно, меньшая часть может быть уделена организованному социальному действию... Гражданин может быть доволен своим высоким уровнем интереса и информированности и не замечать свою оторванность от принятия решений и действий... То, что массовая коммуникация повышает уровень информированности широких слоев населения, является бесспорным. Вместе с тем нарастающий поток сообщений массовой коммуникации может непреднамеренно преобразовывать энергию людей от активного участия к пассивному знанию”[15].

П. Лазарсфельд и Р. Мертон в упомянутой книге обозначают проблему контроля в средствах массовой коммуникации. “Структура контроля также является различной. Однако за исключением книг и кинофильмов, контроль в значительной части исходит от рекламодателя, а не читателя или слушателя. Большой бизнес финансирует производство и распространение материалов массовой коммуникации. И, если оставить в стороне все намерения, именно тот, кто несет расходы, обычно определяет содержание. Поскольку средства массовой коммуникации поддерживаются большим бизнесом, приводящим в движение существующую социальную и экономическую систему, то массовая коммуникация служит поддержанию этой системы... Итак, способствуя конформизму и минимизируя возможности проявления критических настроений в обществе, коммерческие средства массовой коммуникации опосредованно, но эффективно препятствуют развитию реального критического мировоззрения”.

Авторы не обходят вниманием и проблему влияния средств коммуникации на массовые вкусы. “Поскольку большая часть радиопрограмм, кинофильмов, журналов и значительная часть содержания книг и газет посвящены “развлечениям”, то следует рассмотреть проблему влияния коммуникации на массовые вкусы... Распространение массового образования, появление новых технологий в сфере массовой коммуникации привело к необычайному росту рынка искусств. Некоторые формы музыки, драматических постановок, литературных произведений знакомы теперь практически каждому. Именно поэтому мы теперь говорим о массовой коммуникации, о массовом искусстве. Это же относится к огромной аудитории массовой коммуникации, в большинстве своем грамотной, хотя и с не столь развитыми вкусами... Неверно говорить просто о падении эстетических вкусов. Массовая аудитория очевидно включает большое число людей с развитыми вкусами. Однако они оказываются поглощены массами, составляющими новую для произведения искусств аудиторию. Еще вчера элита представляла собой всю аудиторию, теперь она является лишь частичкой целого. Как следствие средний уровень эстетических стандартов и вкусов понизился. Вместе с тем вкусы отдельных групп населения, несомненно, повысились и общее число людей, обращенных к содержанию массовой коммуникации, резко возросло”[16].

Ж. Бодрийяр о массовой коммуникации. В книге “Прозрачность зла” Бодрийяр писал, что когда-то говорили, что массы безмолвствуют. “Это молчание было свойственно прошлым поколениям. Ныне массы действуют не отступничеством, а заражением. Своей причудливой фантазией они заражают опросы и прогнозы. Определяющими факторами являются уже не воздержание и молчание — проявления нигилистические, а использование массами самих пружин неуверенности... Это означает, что без ведома экспертов, которые их изучают, и манипуляторов, которые думают, что влияют на них, массы поняли, что политическое виртуально мертво, но что теперь им дано сыграть в новую игру -— столь же возбуждающую, как игра на колебаниях биржи; игру, где они с необычайной легкостью могут подчинить себе общественность... Массы, с точки зрения социологии, воплощают в себе принцип неопределенности. Если система власти организует, как умеет, статистический порядок (а социальный порядок сегодня является статистическим), то массы втайне заботятся о статистическом беспорядке”[17].

“Таким образом, масса может быть представлена “черной дырой”, поглощающей все значение, информацию, коммуникацию, сообщения и т. д., таким способом делая их бессмысленными..., массы печально идут своим путем, игнорируя попытки манипулировать ими”[18].

Проблемы и развитие теорий массовой коммуникации. Хабермас писал в книге “Моральное сознание и коммуникативное действование” (1983): “Таким образом, процесс общественной модернизации, рассмотренный в парадигме коммуникативной рациональности, предстает как внутренне противоречивый: параллельно прогрессирующей рационализации жизненного мира идет усиление “обезмолвленных” механизмов системной интеграции общества, истощающих жизненный мир и искажающих интерперсональную коммуникацию (инспирирующих ложное согласие — достигаемое помимо дискурса)”[19].

В.П. Конецкая, отдавая приоритет коммуникативной функции СМИ, заменяет понятие “средства массовой информации (СМИ)” термином “средства массовой коммуникации (СМК)”[20]. Она выделяет следующие проблемы массовой коммуникации:

  • • обоснование сущности и функций массовой коммуникации;
  • • механизм обратной связи;
  • • моделирование массовой коммуникации;
  • • роль социологических доминант в массовой коммуникации;
  • • влияние массовой коммуникации на социальную нормативность речи;
  • • специфика прессы, радио и телевидения как средств массовой коммуникации.

Теория гегемонии массовой коммуникации — это система положений, раскрывающих господствующую роль массовой коммуникации в обществе благодаря ее массовости и возможности воздействия на людей как прямо, так и в опосредованной, латентной форме. Основой для разработки данной теории стало положение критической теории о СМИ как мощном механизме, способном произвести изменения в обществе. Это, в свою очередь, требует разработки и внедрения корпоративной информационной этики, не допускающей монополизма в информационном бизнесе. Представители этой теории французский социолог-политолог греческого происхождения Н. Пулантзас и французский философ Л. Альтюссер, рассматривающие различные формы отображения важной для общества информации, а также механизмы, обеспечивающие формирование сознания масс и укрепление значимых теоретических постулатов.

Новая коммуникационная стратегия была принята 25-й Генеральной конференцией ЮНЕСКО в 1990 году. Цель этой стратегии — оказание помощи слаборазвитым странам в создании собственных информационных систем, подготовке кадров, способных развивать информационные технологии.

Функциональный подход к пониманию сущности массовой информации основывается на рассмотрении конкретной доминирующей функции. Доминирующим может быть как идеологический, так и материально-экономический фактор. Наибольший интерес представляют теории, основанные на функции политического контроля. По мнению профессора Чарльза Райта, главным интегративным качеством современных коммуникативных систем является их общественно-массовый характер. В политической теории, наиболее последовательно использующей институты марксизма (английские социологи Г. Мердок и П. Голдинг), на первое место выдвигается роль политических факторов, определяющих функции средств массовой информации. Новая коммуникативная стратегия обращает особое внимание на разработку и внедрение мер по реализации прав граждан на информацию. Развитием этого подхода стало обоснование теоретических постулатов по обеспечению равного доступа граждан как к средствам коммуникации, так и к самой информации.

Теория эгалитарной массовой коммуникации, разрабатываемая автором, исходит из постулата предоставления равного доступа всем гражданам права выбора канала коммуникации для получения любой интересующей их информации. Разновидность теории эгалитарной коммуникации — модель равных возможностей, предполагающая кроме возможности доступа к каналам коммуникации и информации возможность высказывания в СМИ и направления в другие средства массовой коммуникации любых нестандартных, спорных и даже контрарных точек зрения. Для защиты отмеченных прав предлагается создание Федеральной комиссии по обеспечению эгалитарности массовых коммуникаций.

Теории массового общества описывают и объясняют патологию общества, а также социальные и личностные отношения с точки зрения возрастания роли народных масс в истории. Рассматривают они и взаимодействие различных социальных институтов, в результате чего СМИ оказываются интегрированными в них, и тем самым оказывают большое влияние на политические решения органов власти.

Эти теории особо выделяют роль СМИ в формировании общественного мнения. На первой ступени анализа рассматриваются политические особенности коммуникативных систем, на второй — их функциональные проявления в зависимости от типологии политических условий, на третьей -— результаты использования тех или иных форм, структур, информационных процессов. В XVIII-XIX вв. Э. Берк, Ж. Де Местр, Л.Г.А. Бональд выступили против разрушения общественных объединений (групп и корпораций), так как, по их мнению, это превращает общество в массу изолированных индивидов. Одним из пионеров проблематики массового общества был Герберт Блумер (1900- 1987). Массу он характеризовал как спонтанно возникающую коллективную группировку, что усилило концептуализацию определений массовой коммуникации и дало методологическую предпосылку теоретических ориентаций в исследованиях массовой аудитории.

Возникновение фашизма в 20-30-х гг. XX в. изменило содержание теории массового общества. В ней усиливается элемент защиты демократических прав от неограниченного господства властвующей элиты (К. Манхейм, Э. Ледерер, X. Арендт). После Второй мировой войны Миллс, Фромм, Рисман критикуют экономическое, политическое и социальное отчуждение, конформизм массового человека, распространение стандартизированной культуры.

К теориям, основанным на доминировании материальноэкономического фактора, кроме теории массового общества можно отнести и варианты теории, основывающейся на классическом понимании роли средств массовой информации. “Массовой” определяют социальную структуру, в которой человек нивелируется до безликого элемента. В социально- экономической сфере массовое общество связывается с индустриализацией, урбанизацией, стандартизацией производства и массовым потреблением, в сфере коммуникации — широким распространением различных средств массовой коммуникации. Ч. Миллс (1916-1962), Э. Фромм (1900-1980), Д. Рисман (р. 1909) подвергают критике экономическое, политическое и социальное отчуждение, централизацию власти и упадок промежуточных независимых организаций, конформизм массового человека, распространение стандартизированной культуры.

Рисман рассматривает три типа характера, соответствующих аналогичным типам общественного устройства. Первый — “традиционно-ориентированный”, конформный. Второй — “изнутри ориентированный”, формируемый в индустриальном обществе, характеризуемом неразвитостью массовых коммуникаций, где ослабляются традиция, внутригрупповая коммуникация, контроль со стороны первичных групп. Фромм разработал учение о социальных характерах как форме связей между психикой индивида и социальной структуре общества. Миллс подверг критике искусственный язык Парсонса, который считал ширмой, скрывающей нищету реального содержания.

Американские социологи Парсонс (1902-1979), Этциони (р. 1929), Белл (р. 1919) не соглашаются с недооценкой указанными критиками как первичных групп и организаций, так и ценностных ориентаций индивидов, через призму которых преломляется восприятие средств массовой коммуникации. Парсонс рассматривает человеческое действие как самоорганизующуюся систему, пользующуюся символическими механизмами регуляции (язык, ценности и пр.), нормативными ценностями (зависимость индивидуального действия от общепринятых норм) и подчиняющуюся закону иррациональности.

Анализируя социальную систему, Парсонс дает ей структурно-функциональную характеристику. Рассматриваемые Парсонсом обобщенные символические средства обмена придают рассматриваемой теории динамический характер. Структурно-функциональный анализ становится основой для исследования систем в коммуникации. Массовую коммуникацию в структурно-функциональном разрезе можно рассмотреть как средство развития общества в целом и общественных связей в частности. В этом случае средства массовой коммуникации и информации представляются подсистемами общества, в которых развивается специфический вид жизнедеятельности.

В качестве одной из важнейших характеристик социальной системы Парсонс называет создание, функционирование и развитие языковой системы. В его известной модели AGIL (Adaptation, Goal Attainment, Integration, Latency) функции адаптации, целедостижения, интеграции и латентная функция являются типичными, проявляющимися во всех системах, где обнаруживается действие.

Д. Мартиндейл, американские социологи Д. Белл, Э. Шиле (р. 1911), анализируя социальные и культурные институты, утверждают, что под влиянием массового производства и потребления, средства массовой коммуникации способствуют становлению однородности общества. В коммуникативистике рассматриваются такие последствия индустриализации, как массовое объединение людей, осуществляемое с помощью средств массовой коммуникации. Такая трактовка теории массового общества стала возможной благодаря влиянию доктрин “народного капитализма”, “господства всеобщего благоденствия” и особенно теории “единого среднего класса”.

Критическая теория представляет собой разновидность неомарксистского (в большей части немарксистского) подхода к анализу социальных процессов в обществе. Она возникла во Франкфуртской школе раннего периода (1930-е годы) в Институте социальных исследований во Франкфурте-на-Майне (М. Хоркхаймер, Г. Маркузе и Т. Адорно). Эта теория отрицала идею К. Маркса о революционных возможностях рабочего класса в преобразовании общества, а роль манипулятивных функций СМИ признавалась ведущей в идеологизации экономического базиса в интересах господствующего класса.

В более поздний период Франкфуртская школа сосредоточила свое внимание на изучении массовой культуры как продукта индустриального и постиндустриального общества и культурологического функционирования массовой коммуникации. В философской “критической теории общества” Франкфуртская школа пыталась сочетать почерпнутые у Маркса элементы критического подхода к буржуазной культуре с идеями гегелевской диалектики и психоанализа 3. Фрейда. В начале 1970-х годов из-за углубления противоречий школа распалась.

Социологические школы и теории массовой коммуникации. В советский период развития страны социологическая школа разрабатывала теорию массовой коммуникации как вида социального общения. Коммуникацию большинство ученых рассматривали как массовое общение, возникающее на волне индустриализации и урбанизации. Массовая коммуникация трактовалась как общение индивидов в пределах крупных социально-экономических систем (большого города, страны), реализуемое в тех случаях, “когда люди обладают выраженной общностью социальных чувств и общим социальным опытом”. Большое внимание уделялось идеологической пропаганде как инструменту коммуникации. Социальный аспект массовой коммуникации активно исследовался Б.А. Грушиным; Б.М. Фирсов исследовал телекоммуникации[21].

Структурно-функциональные направления в социологии превращаются в стройную теорию благодаря американским социологам Т. Парсонсу и Р. Мертону. Согласно Р. Мертону все действия в обществе обусловлены его потребностями. Идеологические факторы при этом не рассматриваются, а СМИ представлены как самоорганизующаяся и самоконтролируемая подсистема, функционирующая в пределах установленных политических рамок. По Парсонсу в каждой социальной системе действуют предпосылки адаптации, целедостижения, интеграции, воспроизводства и сохранения структуры. Г. Спенсер считал, что каждая часть структуры может существовать только в рамках целостности. Общество, с точки зрения структурных функционалистов, складывается из множества индивидов, их социальных связей, взаимодействий и отношений, образующих новое, системное качество. В коммуникативистике структура и функции массовой коммуникации рассматриваются с позиций системного подхода. В соответствии с этой концепцией выделяются три основные функции коммуникативного процесса в обществе: контроль над окружающей средой и предупреждение общества о возможных разрушениях в экологической системе; поддержание взаимосвязей общества и природы; сохранение и передача следующим поколениям социально-культурного наследия. Структуралистские идеи и методы в коммуникативистике основаны на сравнительном анализе механизмов передачи и усвоения информации в природных, общественных и автоматизированных технических системах. В последних культурных исследованиях структурный функционализм играет роль метода, раскрывающего многозначность текстов, их знаковых выражений и структур.

Деконструкционализм — авангардистское направление в коммуникативистике. Некоторыми исследователями он называется постструктурализмом, поскольку теоретические концепции построены на трансформированной методологической основе структурализма. Деконструкционалисты выступают против авторских прав на литературные и другие художественные произведения, обосновывая это тем, что они ограничивают творческий процесс. Также сторонники этого направления поддерживают идею вседозволенности и свободной реинтерпретации, апеллируют к принципам алогизма, абсолютизации спонтанности и непредсказуемости экспериментов.

Становление и развитие социономики как научного направления социологии. Современный социокультурологический подход к пониманию массовой коммуникации и роли СМИ разрабатывается автором книги с позиций интереса к человеческой личности, ее духовных и социальных потребностей и общей тенденции к гуманитаризации наук. Социономика (от лат. societas — общество и греч. nomos -— правило, закон — Ф.Ш.) — научное направление в социологии, предмет которой — изучение системы законов, теорий, категорий, методов, методик, общих для всех гуманитарных наук, с целью создания единой теоретикометодологической основы и их практического использования в формировании и развитии социальной сферы и удовлетворении социальных потребностей людей. Социономика призвана не только вычленять общее из гуманитарных наук, цементировать и трансформировать в новую науку, но и играть коммуникативную роль среди них.

“Научные исследования в рамках социономики современные ученые направляют на применение системы законов, теорий, категорий, методов и методик в разработке теоретикометодологических основ современного социального государства и их применения в теории и практике социального развития общества, разрешении возникающих в процессе функционирования и развития общества противоречий”[22]. Современное “научное знание развивается путем смены понятий и принципов, выдвижения новых идей и построения на их основе теорий. Наука имеет дело не только с чувственными перцепциями и формальнологической дедукцией, а и с развитием мышления, включающим в себя синтетическую деятельность разума, интеллектуальную интуицию и т. п. Поэтому для нас необходима логика, которая давала бы объяснение движению знания во всей ее полноте, вырабатывала аппарат для деятельности мышления”[23]. Такой логикой и является разработка нового научного направления в социологии — социономики, категории которой могут послужить основой синтеза знания гуманитарных наук, направлять их на решение насущных проблем человечества.

Логика научного познания требует разработки новых категорий социологии, обогащения их содержания, внедрение новых понятий, выступающих в роли категорий, объясняющих суть происходящих изменений, устанавливающих связи между ними, и в конечном итоге позволяющих, вместе с уже принятыми на вооружение гуманитарными науками категориями, построить новую систему знаний. Формирующееся новое направление требует совершенствования системы научных категорий на основе синтеза разработанных и разрабатываемых понятий.

Научные категории нового научного направления выводятся из существующей системы знаний других наук путем их обобщения, а не простым дедуцированием из других высказываний и понятий.

Категории социономики необходимы различным отраслям гуманитарного знания, поскольку каждая конкретная наука или отрасль научного знания на основе собственного опыта, не выходя за рамки своего предмета, их разрабатывать не в состоянии. Разрабатываемые социономикой категории не должны стать результатом простого заимствования категорий других наук, касающихся развития социального пространства и социальной сферы. Выведение категорий социономики означает обобщение, синтез знания, необходимых для решения мировоззренческих социально ориентированных проблем. Для этого на каждом из последующих этапов своего развития социономика должна определять, каким категориальным аппаратом она владеет на тот момент, уточнять связь между своими категориями и формировать основу для пополнения содержания категорий и законов гуманитарной научной сферы.

Социономика не ставит узкую задачу “самотворчества” в виде создания новых группировок, классификаций законов и категорий без рассмотрения их в качестве основы для движения научного знания и метода практического действия в развитии сферы функционирования и интеракции человека. Система законов и категорий, позволяющих обобщать весь многообразный исторический опыт человеческого познания в сфере развития самого человека и человеческого сообщества, особенно в части удовлетворения его постоянно регенерируемых разумных социальных потребностей, является предметом анализа социономики. “Для успешного функционирования современного социального государства нужно и закрепление соответствующего принципа в Конституции, и наличие эффективной социальной рыночной экономики, обеспечивающих занятость, достойную заработную плату; развитое социальное страхование, поддержку семьи, материнства и детства, заботу о престарелых, молодежи и многое другое. Прикладные исследования в рамках социономики направлены на изучение таких проблем, как низкая заработная плата, падение жизненного уровня, слабая защищенность ветеранов, женщин, реальная угроза остаться без работы, недоступность для большинства молодых людей хорошего профессионального образования, качественного медицинского обслуживания, отсутствие должных условий для получения жилья, развития духовной сферы, приемлемых условий отдыха и ряд других социальных проблем”[24].

Философская концепция социономики рассматривается не только с предметной социальной позиции, но и с гносеологической, исторической, естественно-научной сторон. Выявление гносеологической сущности содержания системы составляет первый и необходимый элемент всякого исследования. Включение социономики в систему социологического научного знания вытекает из всего сложного исторического пути развития общества.

Социономика определяет предмет практического применения сформированных законов и закономерностей в области развития социального пространства и его составного компонента — социальной сферы. Она не просто суммирует результаты других наук и научных направлений, соприкасающихся с этими объектами, а вырабатывает наряду с философией всеобщий метод движения знания о социальной сфере жизнедеятельности человека, соприкасаясь с экономической, политической и культурной сферами. Социономика рассматривается не только с исторической стороны, но и с точки зрения естественно-научных знаний, что позволяет видеть динамику взаимодействия естественных (природных) и социальных потребностей человека. Таким образом, социономика в перспективе претендует стать интегральной гуманитарной наукой.

Культурологические концепции коммуникативистики. Концепция свободного потока информации разрабатывается сторонниками Нового международного информационного и коммуникационного порядка, выступившими с призывом относиться к информации как к социальному благу и продукту культуры, а не как к предмету материального потребления и торговли. Авторы данной доктрины считают, что прежде чем изучать влияния информации на различные социальные группы необходимо провести анализ положения, которое та или иная группа занимает в культурной сфере общества. Культурологическая сфера нашла наиболее последовательное отражение в работах Т. Адорно. Специализируясь в теории различных видов искусств, Адорно показал негативное воздействие распространения стереотипов массовой культуры посредством массовой коммуникации на личность. Также он сделал попытку замерить мобильность типов личности под влиянием стереотипов телевизионных передач.

Бирмингемская школа придерживается противоположного взгляда на роль массовой культуры в обществе. Одним из авторитетных представителей этой школы является С. Холл. В его трудах и работах его последователей сделана попытка исследовать более тщательно роль СМИ в процессе взаимодействия массовой культуры и различных социальных структур, представляющих субкультуры молодежи, рабочих, этнических меньшинств и др. При этом подчеркивается позитивная, интегрирующая роль массовой культуры.

Методологический коллективизм — концепция, раскрывающая основные тенденции в развитии культуры путем анализа ее текстовых моделей.

Культурологическую теорию коммуникации представляют канадский социолог и публицист М. Маклюэн и французский социолог А. Моль. Маршалл Маклюэн (McLuhan) (1911-1980) утверждал, что средства массовой коммуникации формируют характер общества, а “массовая культура” приобщает к духовным ценностям. В “глобальной деревне” с помощью электронной коммуникации организуется свободное общение людей. Исторически развивающиеся системы культуры Маклюэн разделял на устную, письменную и аудиовизуальную. Он считал главным для успешного взаимодействия людей изучение коммуникативных средств.

Утверждал также, что при чтении книги люди думают линейно, последовательно, а при чтении электронной информации — “мозаично”, через интервалы. Эта привычка укореняется также при чтении книг, когда они просматриваются “по диагонали”. “Мозаичность” культуры, формируемой при помощи СМИ, изучал А. Моль. Таким образом, теория М. Маклюэна и А. Моля рассматривает массовые коммуникации и создаваемую ими культуру как новый этап социального общения.

Культурологическое направление в коммуникативистике ставит задачу изучения комплекса различных явлений в глобальном информационном пространстве для поддержки культурнопросветительских функций вещательных средств коммуникации, повышении их роли в сохранении языковых и литературных ценностей, в многообразии национальных культур. Концепция культурного плюрализма обосновывает необходимость сохранения множества этнических культур в противовес культурному колониализму. Теории нонкоммуникации придерживаются культурологи деструкционалистской ориентации. Они пессимистически смотрят на коммуникативные возможности современных СМИ. Нонкоммуникационисты обвиняют современные СМИ в создании миражей, превращении аудитории в инертную безвольную массу, объект манипулирования, приведении ее к отказу от волеизъявлений и обновлений в коммуникативных процессах.

Взаимообусловленность информационной и коммуникационной составляющих информационно-коммуникационных систем. Теория “информационного общества”. Термин “информационное общество” применяется для обозначения особого вида общественной формации поздних разновидностей постиндустриального общества. Наиболее яркими представителями этого направления являются А. Турен, П. Серван-Шрайбер, М. Понятовский и др. (Франция), М. Хоркхаймер, Ю. Хабермас, Н. Луман и др. (Германия), М. Маклюэн, Д. Белл, Э. Тоффлер и др. (США), Д. Масунда (Япония) и др. В качестве основного условия формирования информационного общества рассматриваются высокотехнологичные информационно-коммуникационные сети, действующие в глобальных масштабах. Информация воспринимается как специфический товар, основная социальная ценность общества.

Основа теории информационного общества — это концепция постиндустриального общества, разработанная американским социологом Д. Беллом. Доктрина получила широкое распространение в период компьютерного бума 1970-1980-х годов. Американский культуролог Элвин Тоффлер в книге “Третья волна” сделал заявление о том, что мир вступает в новую, третью стадию цивилизации, в судьбе которой решающую роль будут играть информационные демассированные средства коммуникации, основой которой будут компьютерные системы, соединяющие частные дома со всеми заинтересованными субъектами коммуникаций. Информация и средства в коммуникации становятся главной ценностью общества. Революционно преобразовываются и сами средства коммуникации, а СМИ превращаются в мощный стимул для потребления информации и ее оценки, а также для развития информационно-коммуникационных технологий.

Эффективность обмена информацией и всего процесса коммуникации во многом зависит от познаваемости субъектами коммуникации предмета обсуждения и коммуникативной компетентности. Это касается прежде всего коммуникаций, целью которых является обмен научной информацией, т. е. научных коммуникаций. Возможности познания одного и того же объекта для различных сторон научной коммуникации неодинаковы. Индивиды в процессе познания пользуются выработанной предыдущими поколениями системой знаний. В процессе освоения знаний познаваемость на чувственном, мыслительном, эмпирическом и теоретическом уровне у сторон общения может очень существенно отличаться. Одни в большей мере воспринимают знания, информацию, полученные посредством восприятия, представления, т. е. то, что познается неотделимыми от субъекта, объективированными механизмами. Другие лучше воспринимают и, соответственно, доверяют больше текстовой информации или сведениям, полученным посредством вещей, находящихся вне индивида, но несущих в себе социально-культурный смысл. Те и другие вынуждены делать определенные допущения, дающие возможность рассматривать познавательный результат как знание, выражающее реальное положение вещей. Эмпиризм в сочетании с определенными допущениями о реальности дает возможность предположить, что полученная и осознанная информация о познаваемом объекте — не плод психического переживания субъекта, а отражение некоторой объективной сущности.

Теория коммуникативной компетентности разрабатывается в последние годы отечественными учеными при участии автора книги. В основе теории лежат когнитивные (познаваемые, соответствующие познанию) аспекты компетентности. Ю.Н. Емельянов, Ю.М. Жуков, Н.Ю. Хрящева[25] выделяют в качестве критериев оценки коммуникативной компетентности ориентированность, психологические знания, перцептивные (perceptio — представление, восприятие, от percipio — ощущаю, воспринимаю) способности. Известный психолог А.А. Бодалев проводит дифференциацию компетентности в “отражении”, в “обращении” и в “отношении”, что соответственно характерно познавательной, поведенческой и эмоциональным сферам[26]. Психологи В.Г. За- зыкин, А.П. Чернышев считают, что научно-профессиональные качества менеджера “предполагают наличие у него специального образования, широкой и специальной эрудиции, постоянное повышение им своей научно-профессиональной подготовки[27].

Применяя это определение к менеджеру, И.И. Серегина пишет, что “последний является не только носителем статуса должностного лица, наделенного определенными правилами и полномочиями (компетенцией), но и обладающего необходимой эрудицией, широким кругом профессиональных знаний, навыков и умений, к числу которых непременно относится умение общаться с людьми. В этом последнем случае речь идет о важной стороне его (менеджера) компетентности[28]. Умение общаться — основная составляющая коммуникативной компетентности. Речь идет о способности устанавливать и поддерживать необходимые контакты с людьми, о готовности личности к общению, установок и адекватных умений. Эффективность обмена информацией, вызывающего те или иные действия, зависит от коммуникативной компетентности. Причем ключевой механизм социального взаимодействия людей обнаруживает себя на всех уровнях социокультурной организации общества[29]. “Таким образом, составляющими коммуникативной компетентности следует, по меньшей мере, считать: во-первых, умение вступать в коммуникацию с другими людьми (коммуникабельность), постоянно поддерживая с ними нужные контакты, а во-вторых, владение и умение оперировать этой смысловой информацией, которая характеризует как общую, так и профессиональную эрудицию управленца, вне зависимости от сферы его деятельности”[30].

Сущность и природа познания носят социальный характер и познаются в предметно-практической деятельности. Человек же, включенный в социальную жизнь, использует общественно выработанные формы познавательной деятельности. Даже эмпирические данные образуются в результате использования теоретических положений для описания содержания опыта. Опыт в то же время является результатом активной практической, чувственно-предметной деятельности.

Все это требует, основываясь на общественной практике, давать целостное, систематически развиваемое знание о закономерностях действительности, основываясь на множествах первичных допущений, постулатов, аксиом. Одним из таких допущений, позволяющих привести к общему знаменателю все стороны научно-коммуникативного процесса, является так называемая теория минимального познания.

Теория минимального познания — раздел теории познания, применяемый для определения порога познаваемости изучаемого явления, представляющего собой объект взаимных интересов всех субъектов коммуникативного процесса[31]. Теория минимального познания анализирует основания, дающие возможность определить минимальный порог познания, за пределами которого невозможно сделать вывод о том, что полученный результат выражает истинное положение вещей. Отсюда следует, что, вступая в научный коммуникативный процесс, стороны делают допущение, что абсолютно достоверного знания не существует, субъекты коммуникации выбирают исходный пункт, позволяющий дать оценку этих знаний по степени их ценности для субъектов коммуникации. Выбор путей решения задачи взаимного понимания, при условии сохранения минимального порога познаваемости, представляет собой выбор методов познания, применимых для всех сторон, обменивающихся информацией. Принцип совпадения предпосылок познания включает в себя идентичность допущений о реальности и ее свойствах (онтологизма) и познаваемости объекта (гносеологизма). Адекватность гносеологической интерпретации принципов познания в сочетании с онтологическим содержанием теоретических понятий при допущении, что коммуниканты обладают необходимым минимальным познанием, позволяет сделать коммуникативный процесс научно обоснованным, а результат научных коммуникаций объективным.

“Благодаря развитию системы социально-коммуникационных наук созрели условия для формирования обобщающей метатеории социальной коммуникации, объектом которой являются все виды, уровни, формы, средства и технологии социальной коммуникации в целом, а предметом — знание о социальной коммуникации, полученное частными дисциплинами”[32].

Вопросы для самоконтроля

  • 1. На основе каких теорий происходит становление научного направления “коммуникология”?
  • 2. Какие подходы, способствующие пониманию сущности массовой информации, разрабатывались зарубежными и отечественными авторами?
  • 3. Дайте определение понятию “коммуникативистика”.
  • 4. Почему теория коммуникации является междисциплинарной отраслью знаний?
  • 5. Можно ли назвать коммуникационной революцией: изобретение письменности; изготовление печатного станка; внедрение электронных масс-медиа?
  • 6. Раскройте понятия “общение”, “коммуникация”, “социальная коммуникация”, “речевая деятельность”.
  • 7. Каковы базовые составляющие социальной коммуникации?
  • 8. Что в большей мере составляет основу коммуникации: язык, конструкция, система, речевые сигналы?
  • 9. Какие теории коммуникации и информации, разработанные отечественными и зарубежными учеными сыграли наибольшую роль в формировании современной теории коммуникации?
  • 10. Назовите объект и предмет нового научного направления в социологии —- социономики.

  • [1] Williams R. Culture and Society, 1780-1950. — L., 1958. — P. 304.
  • [2] Массовая культура. — М.: Альфа-М; Инфра-М, 2004. — С. 236.
  • [3] В бихевиористской модели коммуникация понимается как прямоевоздействие на реципиента, который выступает лишь в качестве объекта,реагирующего на воспринимаемую информацию по принципу: стимул-реакция.
  • [4] Гарольд Дуайт Лассуэлл родился в 1902 г. в городе Доннельсон,штате Иллинойс, в семье пресвитерианского священника; его мать былапреподавателем высшей школы. В 1918 г. в возрасте 16 лет он поступилв Чикагский университет, в котором именно к этому периоду уже сформировалась знаменитая “чикагская школа” социологии, в котором он былстипендиатом, и где в 1926 г. он защитил диссертацию, получив степеньдоктора политических наук // Rogers E.M. A History of CommunicationStudy. A Biographical Approach. — New York, London, Toronto, Sydney,Singapore, 1997.
  • [5] Cm.: Lasswell H.D. The structure and function of communication insociety. In: Bryson? (ed.) The Communication of Ideas. — N.Y.: Harper andBrothers, 1948.
  • [6] Lasswell Н. The Uses of Content Analysis Data in Studying SocialChange // Science and Culture. 1967. Vol. 33. № 4.
  • [7] См., например: Гнатюк О.Л. Из истории американской коммуни-кологии и коммуникативистики: Гарольд Лассуэлл (1902-1978) // Актуальные проблемы теории коммуникации. Сборник научных трудов. —СПб.: Изд-во СПбГПУ, 2004. — С. 11-20.
  • [8] См., например: Современная западная социология. Словарь. — М.,1990. — С. 180; Голосов Г.В. Сравнительная политология: Учебник. —2-е изд. — Новосибирск, 1995.
  • [9] Цит. по: Назаров М.М. Массовая коммуникация в современноммире: методология анализа исследований. — Изд. 2-е, испр. — М.: Едиториал УРСС, 2002. — С. 131.
  • [10] Это первый в мире исследовательский центр, организованныйФондом Рокфеллера, целью которого было изучение коммуникаций.
  • [11] См.: Гнатюк О.Л. Из истории американской коммуникологии икоммуникативистики: Гарольд Лассуэлл (1902—1978) // Актуальныепроблемы теории коммуникации. Сборник научных трудов. — СПб.:Изд-во СПбГПУ, 2004. — С. 11-20.
  • [12] См.: Lazarsfeld Р., Merton R. Mass Communication, popular taste andorganizedsocial action. In: Bryson, (ed.) The Communication of Ideas. — N.Y.:Harper and Brothers, 1948.
  • [13] Цит. по: Назаров M.M. Массовая коммуникация в современноммире: методология анализа исследований. — Изд. 2-е, испр. — М.: Едиториал УРСС, 2002. — С. 140-141.
  • [14] Цит. по: Назаров М.М. Массовая коммуникация в современноммире: методология анализа исследований. — Изд. 2-е, испр. — М.: Едиториал УРСС, 2002. — С. 142-143.
  • [15] Там же. —С. 144-145.
  • [16] Цит. по: Назаров М.М. Массовая коммуникация в современноммире: методология анализа исследований. — Изд. 2-е, испр. — М.: Едиториал УРСС, 2002. — С. 145-147.
  • [17] Baudrilland. La transparence du mal / Пер. A.A. Грицанова. — Paris, 1990.
  • [18] Keller Douglas (ed.). Jean Baudrilland: From Marxism to Postmodernism and Beyond. — Cambrige; Mass.: Blackwell. — P. 85.
  • [19] История философии: Энциклопедия. — Минск: Интерпресссервис;Книжный Дом, 2002. — С. 1219.
  • [20] См.: В.П. Конецкая. Социология коммуникации. — М., 1997. — С. 217.
  • [21] См.: Массовая коммуникация в условиях научно-технической революции / Под ред. Б.М. Фирсова. — Л.: Наука, 1981; Грушин Б.А. Эффективность массовой информации и пропаганды: понятие и проблемыизменения. — М., 1979; Грушин Б.А. Массовое сознание. — М., 1987.
  • [22] Социальная политика. Энциклопедия / Под ред. Н.А. Волгинаи Т.С. Сулимовой. — М.: Альфа-Пресс, 2006. — С. 346.
  • [23] Копнин П.В. Диалектика, логика, наука. — М.: Наука, 1973. — С. 50.
  • [24] Социальная политика. Энциклопедия / Под ред. Н.А. Волгинаи Т.С. Сулимовой. — М.: Альфа-Пресс, 2006. — С. 347.
  • [25] См.: Емельянов Ю.Н. Активное социально-психологическое обучение. — Л., 1985; Жуков Ю.М., Петровская Л.А., Растянников П.В. Диагностика и развитие компетентности в общении. — Киров, 1991; Хрящева Н.Ю. Социально-психологические проблемы общения. — Л., 1983.
  • [26] См.: Бодалев А.А. Личность и общение. — М., 1987.
  • [27] См.: Зазыкин В.Г., Чернышев А.П. Менеджер: психологические секреты профессии. — М., 1992.
  • [28] См.: Серегина И.И. О социально значимых аспектах коммуникативной компетентности российских менеджеров (к постановке проблемы) //Мир психологии. — 2000. — № 2. — С. 79.
  • [29] См.: Дридзе Т.М. Социальная коммуникация как текстовая деятельность в семиосоциопсихологии // Общественные науки и современность. — 1996. — № 3.
  • [30] Серегина И.И. О социально значимых аспектах коммуникативнойкомпетентности российских менеджеров (к постановке проблемы) //Мир психологии. — 2000. — № 2. — С. 80.
  • [31] Теория минимального познания применительно к коммуникативным процессам разработана автором.
  • [32] Соколов А.В. Общая теория социальной коммуникации. — СПб.:Изд-во Михайлова В.А., 2002. — С. 252—254.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ ПОСМОТРЕТЬ ОРИГИНАЛ   >>