Свобода как ценность. Право как форма свободы

Длительная история исследований, посвященных свободе и порабощению, праву как свободе, знает множество подходов к решению этой проблемы. Свобода при всей кажущейся простоте и легкости восприятия — предмет сложный и для понимания, и тем более для воплощения в формах, нормах, институтах, процедурах и отношениях людей.

Свобода являла себя людям в разные эпохи и в разных формах. Она не связана исключительно с какой-либо одной формой социального устройства.

Идея свободы, по мнению философов (Эпикура, Ш. Монтескье, Г. Гегеля, Н. Бердяева и др.), является полиаспектной и порождает сплетение множества недоразумений. Поэтому нужно сначала оговорить, в каком смысле можно понимать это слово, начиная с самых простых и доступных для познания значений.

Целесообразно, во-первых, отделять «юридическую» свободу от «фактической»; во-вторых, учитывать условный характер классификации свободы на «внутреннюю» и «внешнюю»; в-третьих, выделять два типа свободы: свободу «от» (негативную свободу) и свободу «для» (позитивную свободу).

Правовая (юридическая) свобода есть разрешение согласно существующему законодательству совершать определенные действия, которые не всегда могут быть осуществлены в реальной жизни (например, некоторые положения сталинской конституции 1936 г.). В свою очередь фактическая свобода сводится к возможности делать и выбирать то, что хочешь. Это определение подразумевает рассмотрение средств, необходимых для реализации воли и, в частности, свободу пользования нашим телом и вещами, находящимися в нашей власти. Юридическая свобода имеет в своей основе свободу выбора. При этом свободой называется, во-первых, сам факт выбора и, во-вторых, непредсказуемость того, что именно человек выберет. И чем больше у нас вариантов выбора, тем больше свободы. Однако феномен свободы не может быть сведен к свободе выбора.

Русский философ Николай Бердяев писал: «Определение свободы как выбора есть еще формальное определение свободы. Это лишь один из моментов свободы. Настоящая свобода обнаруживается не тогда, когда человек должен выбирать, а тогда, когда он сделал выбор. Тут мы приходим к новому определению свободы, свободы реальной. Свобода есть внутренняя творческая энергия человека. Через свободу человек может творить совершенно новые формы жизни, новую жизнь общества и мира»[1].

Поэтому в структуру свободы личности входит выбор как момент и элемент наряду с «внутренней свободой» и волей, включающих в себя два основных компонента: чувственный и рациональный. Однако сама ситуация выбора — это не свобода, а лишь предпосылка свободного действия. Внутренняя же свобода — это не скрытая в социальном и в духовном смысле свобода. Это реально явленная свобода поступка, детерминированная освобождением человека внутри себя от оков собственных предубеждений, комплексов, неправильных представлений и образов.

Для бытия права важно, чтобы человек отчетливо представлял ту меру свободы, которая не несет в себе заряд разрушения, зла и несправедливости. В свою очередь гражданское общество и государство используют правовые средства, устанавливают пределы свободы социальных субъектов, исходя из принципа «свобода одного человека заканчивается там, где начинаются права другого человека». Таким образом, «внешняя свобода» всегда ограничена законами, моралью, традициями, интересами определенного общества. По мнению Г. Гегеля, ни один человек не обладает идеей о собственной свободе, если он не обладает идеей о свободе других и о социальной связи между собой и другими. Ни один человек, не имея четкой идеи о своей свободе, не имеет и четкой идеи о свободе других и связи между этими свободами[2].

В контексте вышеизложенного возможно выделить два типа свободы: свободу «от» (негативную свободу) и свободу «для» (позитивную свободу). Первая из них представлена в обществе как определенный сектор выбора идей и действий, как поле сохранения внутреннего «Я». Свобода «от» не самоцель, а условие саморазвития. Данный тип свободы акцентирует внимание на правовой защите человека от насилия, репрессий, вмешательства в частную жизнь.

Свобода «для», или позитивная свобода, делает возможным действия в соответствии с собственной системой ценностей и собственными целями. Данный тип свободы позволяет человеку самореализоваться в определенной политико-правовой системе и раскрыть свои таланты. При этом, как подчеркивал Э. Фромм в своей книге «Бегство от свободы», человеку свойственно отказываться от свободы в интересах безопасности, комфортного проживания или под влиянием насилия. Так, по мнению Э. Фромма: «Главные пути, по которым происходит бегство от свободы, — это подчинение вождю, как в фашистских странах, и вынужденная конформизация, преобладающая в нашей демократии»[3].

Полностью свободная воля может проявлять себя в тех образах, в которых собственная индивидуальность обретает уникальное значение, когда частность инстинктов и желаний, очищенных от своей необузданности благодаря рефлексии разума, становится счастьем или безмятежностью. Но скорее всего, свободная воля реализует себя в праве — реакции разума на зов свободы. Право фиксирует объективно результативным и общепризнанным образом, что волен делать человек, т.е. совокупность общественных и частных свобод. Именно рассмотрение права в данном обществе наиболее ясно показывает, до какой степени самосозидания дошла свобода.

Рассмотрим, как понималась свобода в разные эпохи и в разных системах права. В античной философии (у Сократа и Платона) речь идет прежде всего о соотношении свободы и судьбы, а также о свободе от политического деспотизма (у Аристотеля и Эпикура) и о свободе как драме человеческого существования (у эпикурейцев, стоиков и в неоплатонизме).

Античное право, признавая противоположность свободы и рабства, было направлено на то, чтобы придать свободе реальный статус, делая из рабства одних условия действительной свободы других. Но в то же время античное право показывает, что свобода, будучи реальной, остается лишь привилегией. Античное право продемонстрировало ограниченное, но конкретное и реальное осознание свободы; тогда как современное право, определяя свободу как универсальную ценность, непосредственно включает в это определение ограничение свободы.

В Средние века христианская теология связывает со свободой движение Духа. Дух есть движение, но как спонтанность и порыв. В рамках христианского учения со стороны Бога высшая природа человека показывается Иисусом Христом, Богом, принявшим человеческий облик; со стороны человека — его «творчеством из себя», созданием «нового, не бывшего еще». Христианское учение содержит в себе позитивную концепцию свободы. Если бы не было этого Божественного дара (свободы) у человека, не было бы тогда и грехопадения в истории человечества.

В эпоху Возрождения и последующий период под свободой понимали беспрепятственное раскрытие способностей личности. В естественно-правовых концепциях Нового времени и эпохи Просвещения свобода трактовалась как абсолютная ценность, как основание познания и права, как исходная предпосылка всех естественных прав человека. Подчеркивался ее неотчуждаемый характер, ее свойство, изначально и безусловно принадлежащее личности.

В классической европейской философии акцентировалось внимание на двух главных пунктах такого рода определений:

  • 1) понимание свободы как познанной необходимости, как основания мышления и познания, возможностей человека во что-то верить и быть;
  • 2) определение свободы как живого дыхания (пульсации) саморазвития человека в истории, которая выступает как процесс модификации свободы.

Философы (Б. Спиноза, Г. Лейбниц, И. Кант, Г. Гегель) выводили понятие свободы на фоне различия внутреннего и внешнего. Явление, которое называется свободным, содержит основание самого себя (т.е. является самопричинным явлением). А нечто, что имеет основание вне себя, — не свободно, поскольку оно состоит в причинной цепи, т.е. имеет причинные обоснования и причины объяснения. Именно в этом смысле великие философы говорили, что свобода имеет причиной самое себя и не имеет причины вне себя. В дальнейшем такой подход к свободе находит свое развитие прежде всего в философии И. Канта, Г. Гегеля и их последователей. Так, согласно кантовскому определению, право — это совокупность условий, при котором произвол одного лица совместим с произволом другого лица с точки зрения всеобщего закона свободы[4]. Они определяли право через свободу, изначально предполагая, что человеческая свобода в принципе не может быть безграничной и нуждается в правовых формах ее реализации. Согласно этому подходу, законы цивилизованного государства не посягают на естественное право, они лишь очерчивают внешние границы пространства социальной свободы.

В неоклассической философии проблема свободы выходит за рамки психологизма и гносеологизма: Ж.-П. Сартр пишет об обреченности человека на свободу, А. Камю определяет свободу как возможность бунта, свобода как сверхвитальный феномен представлена в философии М. Шелера, по мнению М. Бубера, свобода — это преодоление отчуждения в контексте отношений «Я—Ты», в интерпретации Г. Маркузе философия свободы является выходом человека за пределы своей одномерности. В свою очередь российский философ Н. Бердяев в работе «О рабстве и свободе человека» определяет три формы существования свободы: иррациональную — выраженную через чувства и переживания; рациональную — детерминируемую разумом; трансцендентальную — данную человеку Богом и выраженную в духовности.

С точки зрения некоторых философов, миссия права «по определению» и «сохранению» свободы не сводится к одному только установлению для нее ограничений — она состоит в том, что должны быть надлежащие правовые формы и способы, правовое устройство (позитивное право), определяющие и обеспечивающие адекватную существующим реалиям степень свободы.

В юриспруденции философская категория «степень свободы» соотносится с поколениями прав человека. Как правило, юристы акцентируют внимание на том, что право выражает конкретно-историческую степень свободы, которая соответствует определенному уровню развития человечества и общества. Так, к первому поколению прав относят гражданские и политические права. Они подлежат реализации в государстве для обеспечения его демократического устройства. Ко второму поколению прав относят экономические, социальные и культурные права. Реализация данных прав требует определенных социальных, экономических и культурных условий. К третьему поколению прав относятся так называемые коллективные права, они принадлежат крупным объединениям индивидов (народам, нациям). Так, к коллективным правам относятся право на самоопределение, право свободно распоряжаться своими естественными богатствами, право на чистую экологическую среду и др. К третьему поколению прав относят и естественные права человека — право на жизнь, на свободу, на личную неприкосновенность. В научной литературе активно обсуждается проблема четвертого и пятого поколений прав человека, к которым различные ученые относят, например, информационные права, право на смену пола, право на эвтаназию и др.

Из вышеизложенного вытекает одно из теоретических положений, имеющих решающее, первостепенное значение для понимания правовых вопросов. Именно право по своей исходной сути есть форма, созданная людьми, которая логически и исторически предназначена быть институтом, призванным упорядочивать свободу, придавать ей определенность и обеспеченность, а отсюда и человеческое содержание, истинно человеческую ценность.

Право не просто всеобщий масштаб или равная мера свободы индивидов. Свободные индивиды — суть и смысл права. Там, где отрицается свободная индивидуальность, личность, правовое значение физического лица, там нет и не может быть права (и правового принципа формального равенства), там не может быть и каких-то действительно индивидуальных правовых и иных (групповых, коллективных, институциональных и т.д.) субъектов права, действительно правовых законов и правовых отношений как в обществе в целом, так и в конкретных различных сферах общественной и политической жизни.

Значит, право имеет столь же фундаментальный, основополагающий для общества характер, как и свобода, которая принимает различные формы как в индивидуальном сознании, так и в истории общества.

Завершая рассмотрение данного вопроса, необходимо подчеркнуть, что для людей, воспитанных в лоне европейской культуры, свобода представляет собой первоначальное единственное право, самодовлеющую ценность, не требующую обоснований. Смысл и ценность свободы зависит от внутреннего мира личности, сформированного благодаря актам саморазвития. Свобода как сущность и есть глубинный смысл человеческого бытия, без которой он теряет в конечном счете свою субъективность. Свобода есть та глубинная ценность, которая определяет возможность всякой другой, какая только может быть. Она исполняет, таким образом, инструментальную функцию. Благодаря ей люди создают материальные и духовные ценности. В свою очередь право выступает как форма осуществления свободы, как всеобщая мера свободы индивидов. Свободные индивиды — суть и смысл права. Правовое равенство предполагает равенство в свободе, когда свобода одного совместима со свободой другого.

  • [1] Бердяев Н.Л. «Царство духа и царство кесаря». — М., 1995. — С. 325.
  • [2] Гегель Г.В. Энциклопедия философских наук. — М., 1997. Т. 3. — С. 241.
  • [3] Фромм Э. Бегство от свободы: Пер. с англ. А. Лактионова. — М.: ACT; ACTМосква, 2009. — 288 с.
  • [4] Бачинин В.Л., Сальников В.П. Философия права. Краткий словарь. — СПб.,2000. - С. 270.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >