Процесс интернет-модернизации политических коммуникаций и коннотаций

Практическое внедрение инновационных технологий политических интернет-коммуникаций способствует модернизации политического процесса и политической системы в целом. Как мы писали ранее, особенности и функции сетевой политики по своей сути позволяют рассматривать сеть «Интернет» в качестве важнейшего средства связи с общественностью. При этом большинство зарубежных и отечественных авторов едины во мнении, что все основные признаки, свойства и функции политической коммуникации с развитием сетевых технологий не только сохранились, но и значительно модернизировались.

Значимым элементом модернизации общественного развития в Российской Федерации стала долгосрочная федерально-целевая программа «Информационное общество 2011-2020».

«В ней сведены воедино проекты по созданию "электронного правительства", по использованию возможностей Интернета в социальной сфере, в экономике, в том числе в области поддержки малого и среднего бизнеса, в других отраслях», - отметил глава кабинета министров. Но главное, то, что «программа будет работать на модернизацию отечественной экономики, создавать дополнительные горизонты для бизнеса»[1]. Формирование информационного общества в Российской Федерации выводит государство на качественно новый этап развития и создает условия для формирования инновационной, инклюзивной политической системы.

Подобного рода инновации способны значительно модернизировать политический процесс. Считаем необходимым подчеркнуть, что согласно опубликованным ислледованиям Е. Мелешкина «этимологически понятие «модернизация» восходит к средневековому латинскому наречию modo - только что, сейчас, ныне, тотчас, происходящему от существительного modus - мера, порядок. Постепенно от этого наречия образовались такие слова, как «mode», «modem», «modernizer». Под модой понимается совокупность привычек и вкусов, считающихся в данный момент в определенной общественной среде образцовыми. Прилагательное «modern (moderne - фр.)» означает новый, современный. Производный от него глагол «modernize (moderniser - фр.)» означает усовершенствовать, обновлять, изменять соответственно современным требованиям. В середине XX столетия возникает понятие «modernity» ("цивилизационное общество" - итал. moderniti), которое обозначало переходное состояние социальной системы по направлению к современности»[2].

Понятие модернизации применимо к целой связке кумулятивных и взаимно усиливающихся процессов: к формированию капитала и мобилизации ресурсов; к развитию производительных сил и повышению продуктивности труда; к осуществлению центральной политической власти и формированию национальных идентичностей; к расширению политических прав участия, развитию городских форм жизни, формального школьного образования; к секуляризации ценностей и норм и т.д[3].

Как утверждает один из основоположников теории модернизации Ш. Эйзенштадт, модернизацию можно трактовать «как процесс изменения в направлении социальной, экономической и политической систем»[4]. В рамках данного исследования нас интересует именно модернизация политической системы, которую в современных реалиях мы рассматриваем как процесс обновления политической системы на основе инновационных технологий интернет-коммуникации.

Для полноты исследования считаем необходимым определится с ключевыми понятиями модернизации.

Научное сообщество далеко продвинулось в процессе исследования теории модернизации. Только в отечественной политической науке можно назвать более сотни специалистов, развивающих теорию модернизации. Десятки диссертаций посвящены именно теоретическому осмыслению процессов модернизации. Публикуются различные мнения о значимости модернизационных явлений и теоретических основах модернизации. Нам импонирует точка зрения Панкратова С.А., который в своем диссертационном исследовании утверждал, что: «в настоящее время можно говорить о теории модернизации как особом, достаточно актуальном и эффективном направлении исследований, как о научной парадигме комплексных социально-экономических, политических и культурных реформ»[5].

Исследователи политических процессов все чаще обращаются к анализу именно политической модернизации.

Ю.И. Матвеенко, определяя политическую модернизацию как качественное обновление политики утверждает, что политическая модернизация: «это ключевая, постоянно возникающая и разрешающая сама себя проблема, особенно для обществ переходного периода. Она, как и политика, имплицитно вплетена в ткань политического процесса. В этом случае политические ценности, политические институты, политическая деятельность и отношения, весь политический процесс объективно сориентированы на выявление и своевременное разрешение противоречий, на поиск сил и средств, обеспечивающих внедрение инноваций, отвечающих назревшим потребностям жизни общества. Ее суть и цель в своевременном выявлении назревших проблем, использовании инноваций для их успешного разрешения и поступательного развития общества»[6] [7].

Говоря о политических отношениях и процессах, Н.А. Баранов определяет политическую модернизацию как «формирование, развитие и распространение современных политических институтов, практик, а также современной политической структуры. При этом под современными политическими институтами и практиками следует понимать не слепок с политических институтов стран развитой демократии, а те политические институты и практики, которые в наибольшей степени способны обеспечивать адекватное реагирование и приспособление политический системы к изменяющимся условиям, к вызовам современности. Эти институты и практики могут как соответствовать моделям современных демократических институтов, так и отличаться в различной степени: от отвержения «чужих» образцов до принятия формы при ее наполнении изначально несвойственным ей содержанием» .

Политическую интернет-модернизацию, исходя из предложенного выше понимания политической модернизации, мы можем определить как развитие и распространение политических институтов и практик, а так же информационно-политического процесса основанных на применении информационно-коммуникационных технологий в сети «Интернет».

Считаем необходимым сакцентировать внимание на том факте, что политическая интернет-модернизация, содержит не всегда позитивные новации, нередко провоцируя существенные политические проблемы и негативные проявления. Это позволяет нам говорить об амбивалентности политической интернет-модернизации. Амбивалентность мы трактуем как двойственный и противоречивый характер политической интернет-модернизации, основываясь на определении, опубликованном в политическом словаре Санжеровского И.И.: «Амбивалентность - термин, обозначающий внутреннюю двойственность и противоречивость политического явления, обусловленные наличием противоположных начал в его внутренней структуре»[8] [9].

Основные элементы политической интернет-модернизации и возникающих в этой связи политических угроз мы изложили в концептуальной схеме (см.: схема 1).

Политическая интернет-модернизация

Зарождение новой

Развитие сетевой политики

правящей элиты

партий и общественных

(нетократов)

объединений

Политические опасности глобальной интернет-модернизации

Кибервойны

К и бертеррор изм

Политический спам

Схема 1: Политическая интернет-модернизация

Как утверждает Е. Мелешкина, теория модернизации в своем развитии прошла условно три этапа: от 50-60-х годов, к 60-70-м годам и 80-90-е годы .

Мы же считаем необходимым отметить, что пришла пора говорить о четвертом этапе модернизации, который начался с 2000-х годов и может быть назван «интернет-модернизацией». Это означает, что процесс перехода осуществляется не от аграрного общества к индустриальному, как это было ранее, а от действующего индустриального общества к обществу инновационного типа, основанному на информационно-коммуникационных технологиях и получившем название «информационное общество».

Важным толчком в процессе формирования и развития информационного общества в Российской Федерации явилась Стратегия развития информационного общества в России, реализация которой обсуждалась в июле 2008 года на заседании президиума Государственного совета. В своем вступительном слове Президент Российской Федерации отметил: «...На заседаниях президиума всегда рассматриваются наиболее актуальные вопросы развития нашей страны. К числу таковых относится вопрос развития информационного общества в Российской Федерации. Не буду говорить банальностей, очевидно, что в XXI веке главная ставка делается именно на развитие информационно-коммуникационных технологий»[10] [11].

Как писал Д.А. Ростоу: «...в эпоху модернизации люди если и склонны испытывать чувство преимущественной преданности политическому сообществу, то лишь в том случае, если это сообщество достаточно велико, чтобы достичь некоего значительного уровня соответствия требованиям современности...»[9]. Бесспорным является тот факт, что интернет-сообщество одно из самых объемных и соответствующих требованиям современности, а также и то, что акторы интернет-сообщества вовлечены в политическое сообщество интернет-пользователей.

Традиционно термин «модернизация» трактовался как процесс перехода от традиционного общества к современному (индустриальному). Сегодня термин «модернизация», на наш взгляд, подразумевает под собой переход от современного индустриального общества к новому постиндустриальному, основанному не просто на сфере услуг, а именно на информационных товарах и услугах.

В рамках своего диссертационного исследования «Трансформация средств массовой информации в условиях модернизации политической системы России» О.В. Баскакова отмечает, что «модернизационные процессы невозможны без института средств массовой коммуникации. Под институтом средств массовой коммуникации понимаются все формы и средства связи, способствующие расширению человеческих контактов, общественной интеграции, и действующие в среде распространения и функционирования образцов поведения»[13]. Предложенному определению, не смотря на его неоднозначность, средств массовой коммуникации сеть «Интернет» соответствует в наибольшей степени, т.о. обозначенный нами процесс интернет-модернизации является весьма актуальным, а в условиях тотальной информатизации, основанной на применении сетевых технологий, особо нуждающейся в детальном исследовании.

Описывая политическую модернизацию, теоретики сходятся во мнении, что важнейшим стимулом для начала модернизации служит воля политической элиты и готовность общества к определенным изменениям. Если рассматривать для примера современное состояние Российской Федерации, то можно отметить, что общество в большинстве своем уже освоило новые технологии и готово не только к их применению, а буквально требует внедрения сетевых (интернет) технологий в политический процесс. Говоря о политической элите России, достаточно упомянуть стремление Президента и Премьера к оснащению органов государственной власти «электронными» (сетевыми) технологиями взаимодействия с гражданами и намерение модернизации политической системы в государстве. Резюмируя вышеизложенное, можно утверждать, что в Российской Федерации грядет эпоха политической интернет-модернизации.

Термин «модернизация» постоянно порождает инновационные понятия, распространяющиеся в современной науке. Так Ю. Хабермас в своей статье «Религия, право и политика. Политическая справедливость в муль-тикультурном мир-обществе»[14] употребляет слово «модернити», подразумевая определенную ориентацию на культурную фрагментацию, которая дополнительно стимулируется религиозным фундаментализмом.

А.С. Панкратов, исследуя модернизацию как результат развития западной цивилизации, говорит о культуре "модернизма", которая, по его мнению, имеет глубокие корни в античности и иудейско-христианской традиции, но зарождается в эпоху Ренессанса. В качестве ее основных характеристик А.С. Панкратов называет:

  • • господство идеи социального и технического прогресса;
  • • рационализацию всех общественных и межличностных отношений;
  • • готовность и стремление к постоянным переменам как в образе жизни, так и социально-экономических и политико-правовых институтах;
  • • возведение в ранг непреложных ценностей личной свободы и индивидуализма;
  • • взгляд на окружающий мир - природу - как объект реализации человеческих знаний и сил;
  • • постоянный интерес к будущему, "веруя", что оно обязательно лучше настоящего[15].

Заметим, что несмотря на тот факт, что А.С. Панкратов под модернизацией понимает процессы индустриализации, характеристики культуры «модернизма» позволяют с уверенностью утверждать, что процессы информатизации способствуют модернизации социума и переходу от постиндустриального общества к информационному.

Отталкиваясь от характеристик, предложенных Панкратовым С.А., обозначим признаки культуры "модернизма" в эпоху информатизации социума:

  • • господство идеи социального и технического прогресса на основе применения информационно-коммуникационных технологий;
  • • компьютеризация основных общественных и межличностных отношений (развитие информационных коммуникаций);
  • • готовность и стремление к постоянным инновациям, в жизнидея-тельности социума и деятельности социальных, экономических и политических институтов;
  • • возрастание личной свободы и индивидуализма за счет применения интернет-технологий;
  • • взгляд на интернет среду как на объект реализации человеческих устремлений и самоорганизации;
  • • виртуализация идеалов и идеализация виртуальности.

В виду формирования инновационной культурной среды «модернизма», в интернет-соообществе формируется особая среда интернет-коммуникаций. Если в конце прошлого века, говоря о технике политической коммуникации, проф. Морозова Е.Г. справедливо отмечала: «В зависимости от техники коммуникации различают даже большие исторические эпохи: эпоху устной коммуникации, когда коммуникаторами выступали вожди, старейшины, колдуны, барды, а в качестве “посланий” использовались мифы и легенды; эпоху письменной коммуникации, главными фигурами которой являлись писцы, а позже - печатники, книгоиздатели, газетчики; сегодня мир живет в аудиовизуальную эпоху, когда коммуникация немыслима без электронных СМИ и, прежде всего, телевидения»[16]. Спустя десятилетия развития техники коммуникации формируется новая историческая эпоха, которую мы осмелимся назвать эпохой интернет-коммуникаций. Уже сейчас в развитых странах мира коммуникативные технологии выводят на лидирующие позиции не телевидение, а информационно-коммуникационную сеть «Интернет», в которой зарождается инновационный формат политической коммуникации - политические интернет-коннотации. Для конкретизации терминологии обозначим отдельные аспекты исследования коннотативного значения в работах отечественных и зарубеждных ученных.

В отечественной науке термин «коннотация» используется довольно часто и преимущественно в различных гуманитарных науках. Однако, отследить генезис термина «коннотация» в науке непросто. Как утверждает Т.С. Горохова в своем исследовании «Коннотативный аспект семантики глагольной лексики в современном русском языке» понятие «коннотации» возникло в схоластической логике и проникло в языкознание в XVII веке через грамматику Пор-Рояля (1660) для обозначения свойств в отличие от субстанции. Далее данное понятие получает развитие в логических исследованиях XIX века, в частности, в трудах Дж. Ст. Милля. Он понимал под коннотацией признаки, сообщаемые словом; выделял собственные имена, которые служат меткой индивидуума, и коннотативные имена, определение которых представляет собой перечисление существенных суждений, которые могут быть помещены в рамки данного имени (Mill, 1970). Заслуга в выделении «чисто семантических коннотаций» принадлежит Л. Блумфильду. В его трактовке коннотация имеет «указание на определенный уровень речи, обусловленный социальными, региональными, техническими и культурными факторами» (Блумфильд, 1968). Со времени появления термина «коннотация» прошло более ста лет, за которые его содержание неоднократно менялось. Нет однозначного понимания явления коннотации и в современной лингвистике [17].

Несколько иной подход к введению понятия «коннотации» опубликован в свободной энциклопедии «Википедия»[18], где утверждается, что понятие коннотации ввел в семиотику датский лингвист Луи Ельмслев (1899-1965) в книге «Пролегомены к теории языка»[19].

По мнению О. Г. Ревзиной термины «коннотация» и «денотация» были введены в логике и относились к понятию: «Всякое существительное денотирует некоторые предметы и коннотирует качества, относящиеся к этим предметам», а главная заслуга Л. Ельмслева состоит в том, что он вывел понятия коннотации и денотации за пределы логики (и тем самым - в языке - за пределы узкопонимаемого лексического значения)[20].

Иной подход к зарождению термина «коннотация» предлагает Л.В. Кропотова, которая в своем исследовании «Многоаспектность лексической коннотации» утверждает, что слово «коннотация», появившись примерно в 1200 году от лат. «con - notare» («вместе - обозначить») и возникнув в схоластической логике, использовалось в философско-теологических дискуссиях о смысле слов; в философии о языке 14 века термин «коннотация» стали применять довольно специфично с той целью, чтобы различать слова по образу и действию, в зависимости от того, что они указывают[21].

Спустя пять столетий, в лингвистике XIX века, термином «коннотация» стали обозначаться все эмотивно окрашенные элементы содержания выражений, соотносимые с прагматическим аспектом речи[22].

Таким образом, если отталкиваться от исторической периодизации, предложенной Л.В. Кропотовой, можно предположить, что термин «коннотация» существует более восьми веков, а его активное лингвистическое использование насчитывает около двух столетий. Подобные данные подтверждают и иные исследования. Тем более странно, что, несмотря на столь солидный возраст и широкое использование в разных областях науки и знаний, с коннотацией связывается широкий круг разноплановых понятий, и крайне сложно подобрать точное, единое определение коннотации. В политической науке термин коннотация практически не применяется, хотя, на наш взгляд, очевидна его политологическая востребованность.

По мнению Е.А. Арбузовой, используя коннотацию как особый инструмент воздействия, как дополнительное, порой нестандартное значение лексических единиц, автор стремится произвести желаемый эффект на адресата, добиться поставленной цели, естественно, оперируя возможностями семантики в прагматическом плане, то есть стараясь учитывать и особенности характера адресата, и общность фонового знания, и своеобразие речевой ситуации и т.д. Это - внешние по отношению к лексической единице факторы, влияние которых обычно ограничивается пределами данного контекста[23]. Специфика интернет-сообщества вынуждает новых пользователей адаптироваться к функционирующим системам и речевым коммуникациям. Поэтому мы считаем возможным говорить об особых специфических политических коннотациях в виртуальном пространстве.

Специфика «виртуального» общения формирует инновационные коммуникационные процессы, часто не понятные вне сетевого (виртуального) пространства политические коннотации, например, нашумевшая в свое время фраза «Привед, Медвед!»[24] или «Путин, ты кто такой? Давай, до свидания», которая вышла в мировые тренды Твиттера как хештег “#путинтыктотакойдавайдосвидания”[25].

Т.М. Потапова считает, что современная лингвистика понимает коннотацию двояко: в широком смысле - как любой компонент, который дополняет предметно-понятийное, а также грамматическое значение языковой единицы и придает ей экспрессивную функцию. В узком же смысле - это компонент значения лингвистической единицы, который сопутствует употреблению в речи ее объективного значения. К данной точке зрения примыкают те ученые, которые считают коннотацию частью проявления добавочных семантических свойств знака («созначение»)[26].

Принимая во внимание вышеозначенные подходы к определению «коннотации», считаем необходимым представить авторский подход к определению термина «коннотация» во избежание путаницы в толковании термина в рамках политологического исследования. Под коннотацией предлагается понимать термин, характеризующий как скрытые и дополнительные значения, так и смысловые нагрузки и характеристики денотата.

При формулировании собственного определения мы отталкивались от исходных определений термина «Коннатация», приведенных в классических энциклопедиях:

  • • коннотация (позднелатинское connotation от латинского соп -вместе и noto - отмечаю, обозначаю) - логико-философский термин, выражающий отношение между смыслом (коннотат) и именем или комплексом имен. Коннотат характеризует денотат, т.е. предметное значение, устанавливаемое в процессе обозначения объекта в имени. Коннотация, которая не сопровождается денотацией, устанавливает идеальный объект, который хотя и не имеет преднаходимого в реальности эквивалента, но имя которого не лишено смысла[27] [28];
  • • коннотация (позднелатинское connotatio, от латинского соп (сит) - вместе и noto - отмечаю, обозначаю), дополнительное, сопутствующее значение языковой единицы. Коннотация включает семантические или стилистические элементы, определенным образом связанные с основными значением и накладывающиеся на него. Коннотация служит для выражения экспрессивноэмоциональных и оценочных оттенков высказывания[27];
  • • коннотация (коннотативное значение) (от лат. соп - вместе + noto - обозначаю) - эмоционально-оценочное дополнение к основному (денотативному и сигнификативному) значению; буквально: созначение. Не у всех слов имеется коннотация. Использование слов с той или иной коннотацией обусловлено намерением выразить и (или) сформировать определенное отношение к предмету (ср. син. лицо—физиономия—морда...; картавить—грассировать', Иван-Ванька-Ванюша). Коннотация, как и вообще значения, присущи не только словам, но и предметам, которые воспринимаются с той или иной (окказиональной или узуальной) эмоциональной окраской. Для выявления реально бытующих коннотаций (знаков и предметов) на индивидуальном и социальном уровнях нередко применяется метод «семантического дифференциала»[30].

Как мы можем судить, коннотативный аспект значения слова характеризует отношение к объекту исследования. Для большей ясности, постараемся проиллюстрировать коннотат и денотат на примере небезызвестного портала «Yikileaks».

Например, денотат «УУШИеакя» будет трактоваться на основе интернет-портала, содержащего массу информационных материалов разоблачительного характера. Коннотат «]УШ1еакз» может пониматься, как характерные признаки информации, послужившей причиной для возникновения дипломатических конфликтов, массовых политических беспорядков и революций.

Портал «ШИа1еак$» был использован нами для примера совсем не случайно. Сетевые технологии создают новые предпосылки и перспективы для применения политических технологий, основанных на политических коннотациях.

Коннотативное значение слов и словосочетаний в политических целях (политические коннотации) уже давно активно используются СМИ с целью осуществления политической пропаганды и агитации, а также как агрессивное средство политических технологий. Политические коннотации оказывают мощное воздействие на получателя информации, что наглядно видно при анализе многочисленных трактовок одного и того же события. Особенно демонстративно политические коннотации проявляются в информационных противоборствах, а также информационных войнах, ставших неотъемлемым элементом глобального политического процесса. Существенную актуальность политические коннотации приобретают на современном этапе развития информационно-коммуникационных технологий. Например, выложенные на информационном портале «ШкИеаЬ;» документы, благодаря политическим коннотациям, послужили средством для организации «Твиттер-революций» и массовых протестных выступлений в ряде арабских государств.

Современной политической практике характерна именно экспрессивность передоваемой и распространяемой информации. Особенно если коммуникативным актором выступают пользователи сети «Интернет». Осмелимся утверждать, что эмотивно-оценочные политически ориентированные коммуникации в сети «Интернет», часто носящие экспрессивный оттенок и двойной смысл можно нужно называть именно «политическими интернет-коннотациями». В подверждение данного тезиса приведем цитату В.Н. Телия, коннотация - это «семантическая сущность, узуально или окказионально входящая в семантику языковых единиц и выражающая эмотивно-оценочное и стилистически маркированное отношение субъекта речи к действительности при ее обозначении в высказывании, которое получает на основе этой информации экспрессивный оттенок»[31].

Исходя из вышеизложенного, мы считаем необходимым введение в научный оборот политологии термина «Политическая коннотация». Под политическими коннотациями целесообразно понимать как скрытые и дополнительные значения, так и явные характеристики денотата, несущие политический смысл (умысел).

Явление политической коннотации наблюдается при определенных условиях. Особенно наглядно данные процессы просматриваются в «виртуальном» пространстве сети «Интернет». Предпосылкой формирования политической коннотации является общая вариативность интернет-сообщества, отражающая ситуацию и динамику расстановки сил в политическом пространстве и оказывающую мощное обратное влияние на реальный политический процесс.

Политическую коннотацию можно охарактеризовать как один из подвидов общей коннотации, которая служит для выражения политической оценки по аналогии с социальной коннотацией, которая согласно определению А.П. Дьяченко служит для выражения социальной оценки[32].

Коннотативный смысл способен полностью изменить общественное отношение к тому или иному политически значимому явлению. Таким образом, коннотативное значение может придать необходимое автору смысловое значение, тем самым сформировав общественное отношение к денотату.

Обозначенные выше характеристики коннотации убеждают в том, что ее значение в политическом процессе чрезвычайно актуально, особенно в эпоху формирования сетевого сообщества и тотального развития информационно-коммуникационных технологий.

Считаю необходимым заметить, что в политологическом тезаурусе термин «коннотация» до настоящего времени не был вовлечен в понятийный оборот, хотя современная семиотика, например, зачастую использует вместо дефиниции «смысл» именно «коннотацию» (коннотативное значение»), а в эпистемологии она активно применяется для обозначения сопутствующих отраслей знания; соответственно в литературоведении под коннотацией понимается контекст etc. Полагаем, что и в политическую теорию, равно как и в практику, вполне логично включить толкование «политической коннотации» в качестве одной из категорий научного познания. Это подтверждается, в частности, и тем, что сегодня уже никто не подвергает сомнению широкие возможности сетевых технологий в механизме борьбы за власть и влияние различных политических акторов.

  • [1] Россияне готовятся общаться с властью через компьютер // Российская газета. 2010. 1 ноября. № 5326 (247).
  • [2] См.: Мелешкина Е. Политический процесс. М. 2005.
  • [3] Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. Пер. с нем. - М.: Издательство «Весь Мир», 2003. С. 8.
  • [4] Красильщиков В.А. Модернизация и Россия на пороге XXI века // Вопросы философии. 1993. № 7. С. 40.
  • [5] Панкратов Сергей Анатольевич. Политическая модернизация России в контексте устойчивого развития (теоретический аспект). Диссертация на соискание уч. степени д. пол. н. Волгоград. 2006. С. 31.
  • [6] Матвеенко Ю.И. Политическая модернизация как фактор консолидации современного российского общества. Автореферат дисс. на соискание звания д.пол.н. М., 2002. С. 3.
  • [7] Баранов Н.А. Политические отношения и политический процесс в современной России. СПб.: БГТУ, 2004.
  • [8] Политическая наука: Словарь-справочник, сост. Санжаревский И.И. 2010.
  • [9] См.: Мелешкина Е. Политический процесс. 2005.
  • [10] Подр. см.: Россияне готовятся общаться с властью через компьютер // Российская газета. 2010. 1 ноября. № 5326 (247).
  • [11] Политология: хрестоматия / Сост. Проф. М.А. Василик, доц. М.С. Вершинин. - М.: Гардарики, 2000. С. 659.
  • [12] См.: Мелешкина Е. Политический процесс. 2005.
  • [13] Баскакова О.В. Трансформация средств массовой информации в условиях модернизации политической системы России. Автореферат на соиск. к. пол. н. Ярославль, 2004. С. 8.
  • [14] Хабермас Ю. Религия, право и политика. Политическая справедливость в мультикультурном мир-обществе. Полис. № 2. 2010. С. 7.
  • [15] Панкратов Сергей Анатольевич. Политическая модернизация России в контексте устойчивого развития (теоретический аспект). Диссертационное исследование. Волгоград. 2006. С. 38.
  • [16] Морозова Е.Г. Политический рынок и политический маркетинг: концепции, модели, технологии. - М.: “Российская политическая энциклопедия” (РОССПЭН),
  • [17] Т.С. Горохова. Коннотативный аспект семантики глагольной лексики в современном русском языке. Автореферат на соискание кандидата филологических наук. Тамбов. 2008.
  • [18] http://ru.wikipedia.org/wiki
  • [19] Ельмслев Л. Пролегомены к теории языка. Изд-во: КомКнига. URSS. М. 2006.
  • [20] Ревзина О.Г. О понятии коннотации.// Языковая система и её развитие во времени и пространстве: Сборник научных статей к 80-летию профессора Клавдии Васильевны Горшковой. М.: Изд-во МГУ, 2001. С. 436.
  • [21] Л.В. Кропотова. Многоаспектность лексической коннотации. Известия Самарского научного центра Российской академии наук, т. 12, №3(3), 2010. С. 766.
  • [22] Там же.
  • [23] Арбузова Е.А. Прагматические особенности коннотации в организации текста. Автореферат ... кандидата филологических наук : 10.02.04 Москва, 2001.
  • [24] См. подр.: Блогосфера отреагировала на выдвижение Медведева: "Превед, Медвед!". NEWSRU.com. Дата публикации: 10 декабря 2007 года Доступ: http://www.el.ru/news/spool/news_id-284136.html свободный. Дата обращения: 01 июня 2012 года.
  • [25] См. подр.: Фраза «Путин, ты кто такой? Давай, до свидания» вышла в мировые тренды Твиттера. Фонтанка.Ру. Дата публикации: 30 мая 2012 года. Доступ: http://www.fontanka.ru/2012/05/30/003/ свободный. Дата обращения: 01 июня 2012 года.
  • [26] Потапова Т.М. О проблемах исследования коннотации. Международная научно-практическая конференция «Личность-Слово-Социум». {Электронный ресурс}. Доступ: http://www.pws-conf.ru/nauchnaya/lss-2007/358-lingvisticheskie- ekvivalenty-sovremennogo-mira/7972-o-problemah-issledovaniya-konnotacii.html свободный.
  • [27] Энциклопедия постмодернизма. Серия "Мир энциклопедий", "Книжный Дом", 2000.
  • [28] Большая советская энциклопедия. Изд.: «Советская энциклопедия». М. 1973. Т. 13. С. 31.
  • [29] Энциклопедия постмодернизма. Серия "Мир энциклопедий", "Книжный Дом", 2000.
  • [30] Большой психологический словарь. 3-е издание 2002 г., под редакцией Б.Г. Мещерякова, В.П. Зинченко.
  • [31] Телия В.Н. Коннотативный аспект семантики номинальных единиц. - М.: Наука, 1986.
  • [32] Подр. см.: Дьяченко Алексей Павлович. Языковые средства выражения социальной коннотации : диссертация ... кандидата филологических наук : 10.02.05 Москва, 2007.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >