Информационный эталон

Однако, вероятно, самый главный вопрос заключается в том, как именно нам формировать так называемые правильные (актуальные) смыслы. От чего они зависят, из чего вытекают? Полагаем, что ответ на данный вопрос вполне возможен, причем не только ситуативно, но и методологически.

Ориентиром для действий всех специалистов, связанных с работой со СМИ, должен стать информационный эталон — руководство к составлению и оценке текстов для массового воздействия. Информационный эталон состоит, в свою очередь, из положительного информационного эталона (о чем и как можно и нужно говорить) и отрицательного информационного эталона (о чем нельзя рассказывать или можно рассказывать в соответствующей интерпретации).

Эталон опирается на принципы виртуального смыслового позиционирования, обозначенные в начале нашей книги. Г. Почепцов в своей книге «Стратегия» [6] попытался даже сформулировать законы виртуалистики. Сделаем обзор некоторых из них:

  • • закон гиперболизации: любое качество в виртуальном мире усиливается. Другими словами, и позитивные, и негативные характеристики должны быть заведомо преувеличены;
  • • происходит выбор из нескольких характеристик одной, которая становится преобладающей, все остальные вычеркиваются. То есть если негативный герой — негодяй, он должен быть негодяем во всем;
  • • на первое место выходит не степень соответствия объекта реальному миру, а степень соответствия миру виртуальному. Это не означает лжи, это означает, что приводимые факты должны соответствовать декларируемому смыслу;
  • • нейтрализация с помощью виртуальности реальности. Виртуальность работает с «пустыми местами», куда каждый может вставить то, что ему хочется. Получается, что при отсутствии (непроясненности) фактов мы должны использовать версии (гипотезы, предположения);
  • • виртуальность всегда публична. Значит, смыслообразующие конструкции предназначены не для «штабного», а для массового использования;
  • • приоритеты виртуального пространства не совпадают с приоритетами реальности. Это позволяет выигрывать в пространстве виртуальности тогда, когда намечается проигрыш в пространстве реальности. То есть построить оптимальное будущее в сознании потребителя информации затруднительно с помощью описания прецедентов современной действительности — требуется описывать желаемое и правдоподобное будущее.

Еще один важный вывод: зачастую опасно не только увлечение «приземленной» реальностью, но и другое: опасен переход из зоны виртуальности в зону реальности, т.е. отрыв от смысла в сторону факта.

Общее резюме: без победы на виртуальном фронте невозможно достичь победы на фронте реальности. Создатели виртуальной оболочки столь же важны, как и творцы реальности. И чем больший объем трансформации реального мира ожидается, тем больший объем виртуальной интервенции должен иметь место.

Именно на этой основе следует формировать информационный эталон — руководство к составлению и оценке текстов для массового воздействия; перечень мотивирующих посланий, транслируемый с помощью СМИ; динамический набор блоков информации, знакомство с которыми способствует привлечению различных категорий граждан к актуальной деятельности. Информационный эталон должен быть, с одной стороны, обобщенным (мотивирующие послания), с другой — конкретизированным (блоки информации).

Далее проследим технологию формирования информационного эталона в процессе чрезвычайно актуальной для России и всего мира государственной кампании по противодействию террористической деятельности.

Первый блок позиций информационного эталона прямо вытекает из законодательства, и в первую очередь применительно к указанной кампании — из Федерального закона от 06.03.2006 № 35-ФЗ «О противодействии терроризму». Так, в ст. 2 Закона говорится о том, что «противодействие терроризму в Российской Федерации основывается на следующих основных принципах:

<...> 4) неотвратимость наказания за осуществление террористической деятельности;

<...> 10) конфиденциальность сведений о специальных средствах, технических приемах, тактике осуществления мероприятий по борьбе с терроризмом, а также о составе их участников;

11) недопустимость политических уступок террористам».

Соответственно, эти позиции вместе с примерами их соблюдения должны на безусловном уровне продвигаться в материалах средств массовой информации, причем не только как определенные юридически и желаемые, а как реально существующие, с соответствующими фактографическими иллюстрациями.

В ст. 20 Закона «О противодействии терроризму» перечисляются категории лиц, участвующих в борьбе с терроризмом, подлежащие правовой и социальной защите. К указанным лицам относятся:

«1) военнослужащие, сотрудники и специалисты федеральных органов исполнительной власти и иных государственных органов, осуществляющих борьбу с терроризмом;

  • 2) лица, содействующие на постоянной или временной основе федеральным органам исполнительной власти, осуществляющим борьбу с терроризмом, в выявлении, предупреждении, пресечении, раскрытии и расследовании террористических актов и минимизации их последствий;
  • 3) члены семей лиц, указанных в п. 1 и 2 настоящей части, если необходимость в обеспечении их защиты вызвана участием указанных лиц в борьбе с терроризмом».

Соответственно, СМИ должны рассказывать о том, что борьба с терроризмом — не просто предмет гражданской доблести, но деятельность, поощряемая, защищаемая и вознаграждаемая (ст. 25) государством.

Более того, в ст. 21 Закона декларируется «возмещение вреда лицам, участвующим в борьбе с терроризмом». И наоборот, в ст. 22, обращенной уже к террористам, фиксируется, что «лишение жизни лица, совершающего террористический акт, а также причинение вреда здоровью или имуществу такого лица либо иным охраняемым законом интересам личности, общества или государства при пресечении террористического акта либо осуществлении иных мероприятий по борьбе с терроризмом действиями, предписываемыми или разрешенными законодательством Российской Федерации, являются правомерными».

Понятно, что не только законодательство может быть ориентиром для формирования информационного эталона. Ситуация с проблемами терроризма зачастую меняется очень динамично, и в такие моменты готовятся и транслируются руководством страны довольно четкие тезисы, которые мы называем здесь нормативными указаниями, — это второй блок позиций информационного эталона. Разумеется, что они не противоречат законодательству, однако конкретизируют и актуализируют те или иные понятия.

Интересно, например, выступление Д. Медведева 1 апреля 2010 г. на совещании в Махачкале, куда он приехал на следующий день после совершения теракта в Кизляре. Было обозначено пять основных компонентов борьбы с терроризмом на Северном Кавказе, в числе которых:

  • • укрепление правоохранительных органов, МВД, ФСБ, судов;
  • • нанесение острых кинжальных ударов по террористам, уничтожение их и их пристанища;
  • • помощь тем, кто решил порвать с бандитами;
  • • развитие экономики, образования, культуры;
  • • укрепление нравственной и духовной составляющих.

Такого рода указания, сделанные на основе предшествующих аналитических разработок, также должны учитываться при разработке (дополнении, коррекции) информационного эталона.

Третий блок информационного эталона — позиции, вытекающие из этических кодексов антитеррористической направленности. В любой отрасли существенное число поведенческих позиций, выходящих за рамки законодательства, регулируется документами, которые вырабатывают сами профессиональные сообщества. Это конвенции, хартии, правила, обращения, заявления и т.п. В совокупности такого рода документы принято называть кодексами профессионального поведения или этическими кодексами.

В числе актуальных документов такого рода в нашем примере следует упомянуть Антитеррористическую конвенцию (правила поведения СМИ в случаях террористического акта и контртеррористической операции), принятую Индустриальным комитетом СМИ 08.04.2003 [7].

В числе позиций, определяющих безусловные принципы информационного поведения, в Конвенции зафиксированы следующие: «<...> 2. В случае получения информации о готовящемся теракте или о его начале до обнародования данной информации журналист обязан сообщить ее руководству своего СМИ.

<...> 5. СМИ не должны:

  • • брать у террористов интервью по своей инициативе во время теракта, кроме как по просьбе или с санкции Оперативного Штаба;
  • • предоставлять террористам возможность выйти в прямой эфир без предварительных консультаций с Оперативным Штабом;
  • • самостоятельно брать на себя роль посредника (за исключением случаев, когда это санкционировано и сделано по просьбе Оперативного Штаба); если представитель СМИ оказался в числе переговорщиков, он должен воздерживаться от собственных публикаций до разрешения кризиса;
  • • оскорблять и унижать террористов, в руках которых жизнь заложников.
  • 6. СМИ должны:
    • • помнить, что прямой теле- и радиоэфир может использоваться террористами для передачи условных сигналов сообщникам в других местах;
    • • избегать детальных подробностей о действиях профессионалов, занятых спасением людей;
    • • избегать излишнего натурализма при показе места события и его участников, с уважением относиться к нравственным, национальным и религиозным чувствам своей аудитории;
    • • быть внимательными к употреблению тех или иных терминов в освещении событий; нельзя идти на поводу у террористов, использующих выгодные для себя самоназвания;
    • • отдавать себе отчет в том, что заложники террористов являются и заложниками ситуации, в определенный момент превращающимися в инструмент давления на общественное мнение;
    • • избегать идентификации родственников и друзей заложников и потенциальных жертв без их согласия.
  • 7. Освещая теракты и антитеррористические операции нужно также:
    • • учитывать, что мировое сообщество отвергает связь терроризма с какой-либо конкретной религией, расой или национальностью;
    • • понимать, что информационные сообщения не должны содержать сведений, которые могли бы способствовать усилению позиций террористов, например выступления в поддержку их требований». Важно заметить, что конвенция, с одной стороны, указывает на жесткость, обязательность правил, отмечая, что «исключения из данных правил возможны только во имя сохранения жизни людей по согласованию с Оперативным Штабом». С другой стороны, декларируется, что «СМИ имеют право

и обязаны содействовать открытому обсуждению проблемы терроризма, информировать общество о ходе контртеррористических операций, проводить расследования, сообщать людям информацию о реальных проблемах и конфликтах»; выражается уверенность в том, что «угроза терроризма не должна использоваться как повод и оправдание для введения ограничений в отношении прав на свободу мнений и средств массовой информации».

Четвертый блок позиций информационного эталона — терминологический аппарат (применительно к нашему случаю — анти-террористических материалов).

Вот как, например, описывала в 2008 г. «Новая газета» в статье «За умы и сердца террористов. Как в России и на Западе организована идеологическая борьба с потенциальными боевиками» лексические наработки Национального контртеррористического центра США [8J: «В США в этой сфере действуют несколько структур. В разведывательном сообществе за борьбу с идеологией отвечает National Counterterrorism Center (NCTC), где это называется “стратегическими операциями против терроризма”. Сотрудники именно этого центра в мае спустили директиву в посольства США, согласно которой дипломатам запрещается применять термин “исламские” или “мусульманские” по отношению к группировкам, связанным с “Аль-Каидой”. Кроме того, террористов теперь нельзя называть “джихадистами” или “моджахедами”. Вместо этого надо говорить “террорист” или “тоталитарист” (поскольку, по мнению NCTC, “Аль-Каида” стремится создать “глобальное тоталитарное государство”). Для описания идеологии “Аль-Каиды” следует использовать термин “такфиризм”. Это известное только в кругах исламоведов понятие означает радикальное течение в исламе, которое позволяет считать мусульман с другой точкой зрения такфирами, т.е. неверными».

Что касается российской практики, то на 4-й Международной конференции «Терроризм и электронные СМИ» в 2008 г. была создана экспертная группа для разработки международного глоссария по теме терроризма.

Продолжалась и ситуативно-прецедентная практика. Так, в уже упомянутом выступлении на совещании в Дагестане 1 апреля 2010 г. Д. Медведев призвал журналистов очень аккуратно подходить к материалам, касающимся терроризма, и грамотно использовать терминологию на этот счет. СМИ, по его словам, не должны вносить раскол в общество по вопросам борьбы с террором. Д. Медведев подчеркнул, что на Кавказе живут такие же наши люди, граждане России, а не выходцы с Северного Кавказа. Это не иностранная провинция, это наша страна.

СМИ было рекомендовано не называть террористов «шахидами». Слово «шахид» буквально переводится как «свидетель». Традиционно же шахидами называют погибших в бою при защите родины или при самообороне, а также жертв различных эпидемий.

На основе четырех описанных выше блоков возможно сформировать тезисы (вытекающие как из Закона о противодействии экстремизму, этических кодексов, так и из особенностей ситуации и имеющейся практики) универсального положительного (можно и нужно информировать) информационного эталона для ведения информационной деятельности в ходе антитеррористических кампаний, основанные на исследованиях восприятия соответствующей информации актуальными целевыми аудиториями.

Приведем один из проектов такого рода эталона.

Общие принципы:

  • • проблемы, связанные с терроризмом, — это наши общие проблемы на российском и международном уровнях, а не исключительные проблемы власти и «горячих точек»;
  • • методам противодействия терроризму можно и нужно учиться;
  • • нейтрализация терроризма всегда связана с проблемами, но они решаемы;
  • • есть много способов внести свой вклад в устранение причин проявлений терроризма, и каждый из нас может выбрать способ, соответствующий его возможностям;
  • • главный принцип антитеррористической деятельности журналиста — не нанести вред всем включенным в преодоление терроризма группам, а также любым другим категориям мирного населения;
  • • приоритет сохранения жизни невинного человека важнее приоритета свободы распространения информации;
  • • важна самоцензура журналиста, базирующаяся на полученных знаниях о базовых основах антитеррористической идеологии и оперативных особенностях ситуации.

Геополитические, социально-политические, религиозные основания:

  • • ислам — это орудие борьбы с терроризмом, а не орудие терроризма;
  • • прогресс развития северокавказских республик связан с преодолением терроризма;
  • • христианство, мусульманство, иудаизм и другие религии — мирные религии, в равной степени противостоящие терроризму;
  • • преодоление факторов, стимулирующих терроризм, возможно прежде всего за счет социально-экономического развития, направленного на преодоление безработицы и бедности и включающего интенсивное создание новых рабочих мест;
  • • преодолению терроризма будут способствовать специальные образовательные программы: в первую очередь для детей, молодежи, профессиональных сотрудников информационных структур, журналистов.

Документы и ситуации:

  • • сформирована законодательная база в области противодействия терроризму, которая постоянно совершенствуется;
  • • разрабатываются этические кодексы (конвенции, обращения и пр.) в области информационного поведения по отношению к терроризму, идет постоянный диалог по их конкретизации, дополнению, совершенствованию;
  • • реализовываются региональные и федеральные целевые программы, направленные на преодоление факторов, способствующих возникновению терроризма;
  • • существует (совершенствуется, тиражируется) успешный опыт борьбы с террористами и преодоления терроризма;
  • • в ситуации с преодолением терроризма происходят позитивные изменения;
  • • налицо высокий моральный дух, самоотверженность, профессионализм солдат и офицеров, проявляющиеся в боевых действиях; милиционеров — в ходе пресечения террористических проявлений; представителей МЧС России, гражданского населения — при устранении последствий терактов;
  • • лица, участвующие в антитеррористической деятельности, находятся под защитой государства и поощряются; причиненный им вред возмещается;
  • • требования террористов не принимаются или не выполняются; удовлетворение требований террористов не приводит к позитивному исходу, а лишь укрепляет их в сознании собственной значимости;
  • • причинение вреда террористу и его пособникам (репрессивные методы) предусмотрено Законом о противодействии экстремизму;
  • • неотвратимо страдает как сам террорист (угроза жизни, причинение вреда здоровью, конфискация имущества, ограничение в правах и пр.), так и все его близкие (причисление к пособникам по любым основаниям);
  • • у вчерашнего террориста есть юридический выход из ситуации, не связанный с лишением его жизни;
  • • для террористов, выбирающих путь продолжения террористической деятельности, разрабатываются самые новые и изощренные формы их нейтрализации, предполагающие в том числе физическое уничтожение.

Тезисы отрицательного (нельзя информировать) информационного эталона следующие.

Общие принципы:

  • • террористы не являются объектом интервьюирования; интервью, взятые другими СМИ, не распространяются;
  • • требования террористов не комментируются и не анализируются,
  • • детальные подробности о действиях профессионалов против террористов не раскрываются, чтобы не вызвать «эффект раскрытия» или «эффект подражания»;
  • • не распространяется информация о технологиях действий террористов — чтобы не вызвать «эффект подражания»;
  • • попавшая в распоряжение журналистов секретная информация спецслужб не распространяется;
  • • журналист не стремится стать действующим лицом в критической ситуации.

Геополитические, социально-политические, религиозные основания:

  • • не рассматривается тезис о том, что благополучие северокавказских республик связано с их выделением в самостоятельные государства;
  • • террористы (экстремисты, бандиты, преступники, члены запрещенных законом организаций) не могут называться «исламистами», «воинствующими сторонниками ислама» и даже «ваххабитами», равно как и другими терминами, указывающими на их религиозную принадлежность;
  • • террористы (экстремисты, бандиты, преступники, члены запрещенных законом организаций) не могут называться «сторонниками независимой Чечни или иного территориального формирования»; «дагестанскими националистами» или другими аналогичными терминами, указывающими на национальность;
  • • следует исключить из употребления при обозначении террористов термины «моджахеды» (буквально — «проявляющие усердие, усердствующие»), «шахиды» (буквально — «свидетели»), «джихад» (буквально — «усердие во имя Аллаха»), «сторонники джихада» как понятий, с помощью которых террористы в производимых текстах активно идентифицируют сами себя. Документы и ситуации:
  • • журналистским сообществом разработан ряд документов, в которых определены принципы этики работников СМИ при освещении связанных с терроризмом угроз, включающих в себя ряд этических «табу», которыми следует руководствоваться наряду с законами;
  • • не должна распространяться информация о реальных и возможных карательных акциях со стороны боевиков по отношению к членам семей военнослужащих;
  • • не предается гласности информация о фактах издевательства боевиков над мирными жителями как следствии мести за сотрудничество в преодолении терроризма;
  • • не распространяется информация о том, что требования террористов были приняты, а тем более выполнены, равно как и любая информация об успешном опыте террористических действий.

В случае наличия (принятия) информационного эталона он становится критерием оценки актуальности конкретных материалов, предназначенных для массового воздействия на целевые аудитории.

Рассмотрим некоторые характерные (модельные) материалы СМИ, посвященные громким террористическим проявлениям, с точки зрения их соответствия приведенному выше информационному эталону (табл. 4.1).

Взрывы в московском метро 29 марта 2010 г.

(анализ сообщений, опубликованных на ряде информационных ресурсов)

Таблица 4.1

Тезис сообщения

Соответствие (+) / несоответствие (—) информационному эталону

The Sunday Times обнародовала предсмертные видеообращения террористок, взорвавших себя в метро

Как пишет британская газета, 17-летняя Дженнет Абдурахманова вела себя более твердо перед камерой, чем ее сообщница. В своем видеообращении она сказала, что заключила с Аллахом договор взамен на место в раю

На второй видеозаписи запечатлена 28-летняя Марьям Шарипова. Как отмечает издание, женщина выглядит неуверенной. Она глубоко вздыхает, теряет нить мысли и, кажется, скорее смирилась со своей судьбой, чем вдохновлена

Марьям Шарипова жила в селении Балахани в семье учителей. Ее отец всю жизнь преподавал русский язык и литературу в местной школе, мать — там же биологию. Окончив эту школу, Марьям поступила в Дагестанский педагогический университет, который окончила с красным дипломом в 2005 г. Имела два высших образования: математическое и психологическое. После окончания университета в Балахани преподавала информатику в местной школе. Жила дома с родителями

Тезис сообщения

Соответствие (+) / несоответствие (—) информационному эталону

Отец сказал, что до сих пор не может поверить, что его дочь стала террористкой-смертницей. По его словам, она была уверенной в себе женщиной и стремилась чего-то достичь в жизни. По мнению отца, еще одним свидетельством, что Марьям не собиралась таким образом уходить из жизни, является тот факт, что за неделю до смерти она заказала новое платье и сказала родственникам, что планирует заняться огородом

Расул Магомедов убежден, что Марьям не была зомбированной террористкой. По его версии, в Махачкале дочь похитили российские спецслужбы или кто-то еще, заинтересованные в проведении анти-мусульманской кампании и в том, чтобы Дагестан погряз в кровавой войне

Следствие считает, что Марьям вела двойную жизнь и была женой лидера дагестанских террористов Ма-гомедали Вагабова. Отец Марьям не верит, что она тайно вышла замуж. Раньше он говорил, что спрашивал у самой Марьям, когда стали ходить такие слухи, но та опровергла эти сведения. В то же время эксперты отмечают, что тайные браки боевиков с женщинами, которые симпатизируют исламистам, происходят регулярно. Супруги встречаются примерно раз в четыре месяца на явочных квартирах

+

Следствием установлены личности обеих террори-сток-смертниц. На сегодняшний день, по данным ФСБ, все организаторы взрывов в московском метро уничтожены

+

В первые дни после терактов в розыск была объявлена троица: 30-летний кавказец с бородой по фамилии Матаев, одетый в синюю куртку и темную бейсболку, а также две женщины славянского типа, одетые в юбки и платки. Согласно записям видеокамер они сопровождали шахидок до метро

+

Тезис сообщения

Соответствие (+) / несоответствие (—) информационному эталону

По словам водителя, он посадил эту компанию на стоянке в Кизляре. Вся компания разместилась на втором этаже автобуса. «Все вели себя тихо, не пили спиртное и не дебоширили. Женщины спали во время поездки», — добавил он

Как сообщалось, Абдурахманова — вдова лидера дагестанских боевиков Умалата Магомедова (Аль-Бара), уничтоженного в ходе спецоперации 31 декабря прошлого года. Как Дженнет оказалась среди смертниц, пока не ясно. Возможно, после смерти мужа она попала под влияние ваххабитских идеологов типа Саида Бурятского, которые убедили ее в том, что надо пожертвовать собой, чтобы отомстить за мужа

+

Студент из Малайзии Сим Ай Синь, который учится в российской столице в медицинской Академии имени Сеченова, утром 29 марта ехал в метро в одном вагоне вместе с Дженнет Абдурахмановой. Он рассказал Moscow Times о том, что женщина сразу привлекла его внимание неадекватным поведением. «Она стояла в вагоне около двери в какой-то неестественной позе, как будто хотела немедленно выскочить наружу. У нее был стеклянный взгляд. Женщина была одета в бесформенную куртку пурпурного цвета, шарфа на шее не было. Глаза у нее показались мне сильно расширенными, как бывает у наркоманов, они почти не мигали, и это выглядело пугающе»

+

Дженнет росла умной, тихой девочкой. Ее первая учительница сказала о ней «МК»: «Золотая девочка была. Дженнет невероятно схватывала все на лету. Она была лучшей ученицей в классе, училась на одни “пятерки”. Когда ей ставили “четверку”, плакала. Дженнет во всем старалась быть лучшей, поскольку все знали о ее неблагополучной семье»

По словам знакомых, муж Дженнет заменил ей отца, девушка была без памяти влюблена в него

Тезис сообщения

Соответствие (+) / несоответствие (—) информационному эталону

По словам родственников Дженнет, после смерти Магомедова она вышла замуж второй раз, но, попросту говоря, ее передали в пользование младшему брату убитого «эмира»

+

Таким образом, баланс соответствия эталону (11/6) нарушен в сторону несоответствий позициям отрицательного эталона, что делает публикацию как минимум неоптимальной, включающей комбинацию позитивного человеческого фактора, а также непредсказуемого и непонятного поведения, которые никак не способствуют разоблачению/нейтрализации идеологии и поведенческих устоев террористов.

Завершим данный параграф указанием на то, что когда информационный эталон разработан, государственные организации должны озаботиться внедрением его в сознание как журналистов, так и других специалистов-информационщиков (семинары-практикумы) — в противном случае он останется «мертвым» документом.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >