Недопустимость повторного привлечения к уголовной ответственности за одно и то же деяние (non bis in idem)

Этот принцип логически вытекает из принципа состязательности, так как после состоявшегося процесса и вступления в законную силу приговора суда нет оснований для нового спора по тому же предмету.

Можно сказать, что нет наказания после состязания (что в общем-то соответствует русской поговорке «После драки кулаками не машут»), В первую очередь это касается обвинителя, поскольку именно на нем лежит бремя доказывания, а потому «проигрыш» должен быть для него, как правило, безвозвратен. Иногда запрет на вторичное привлечение к ответственности за одно и то же пытаются объяснять именно соображениями одной лишь гуманности и индивидуальной справедливости. Так, И. Я. Фойницкий писал: «Человек, раз вытерпевший наказание за учиненное, покончил свои счеты с правосудием, и его несправедливо было бы вторично привлекать за то же к ответственности»[1].

Естественно, право не может игнорировать справедливость, однако последняя, как правило, определяет содержание юридических норм не напрямую, а опосредована через отвлеченную юридическую форму, в данном случае состязательную. В современном уголовном процессе, где действует публичное обвинение, содержание данного принципа расширилось. Теперь он включает следующие правила.

  • 1. Право на уголовное преследование прекращается не только по делу, окончательно решенному судом и потому не подлежащему рассмотрению вновь (п. 4 ч. 1 ст. 27 УПК РФ; ст. 368 Уголовно-процессуального кодекса Франции 1958 г.; ст. 4 протокола 7 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и т. д.). Преследование прерывается и на стадии досудебной подготовки, если обнаружится, что следственный орган — тот же самый или аналогичной юрисдикции — ранее уже прекратил дело по этому обвинению. Так, например, решен вопрос в УПК РФ (п. 5 ч. 1 ст. 27).
  • 2. Принцип non bis in idem не одобряет многократные судебные разбирательства в отношении обвиняемого. Исключение составляют эпизоды, когда в деле открываются новые фактические обстоятельства, которые не были и не могли быть известны суду при вынесении решения по делу. Тогда новое осуждение возможно, поскольку в подобном случае нельзя сказать, что ответственность наступает за то же самое деяние. Для этих целей в разных судебных системах применяется «ревизионный пересмотр» (Уголовно-процессуальный кодекс Франции), «возобновление производства, оконченного вступившим в законную силу приговором» (Уголовно-процессуальный кодекс ФРГ), «возобновление дел ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств» (гл. 49 УПК РФ) либо апелляционный порядок пересмотра судебных решений (английский тип процесса).
  • § 12. Принципы неприкосновенности личности, жилища и частной жизни, охраны иных прав и свобод

человека и гражданина

Названные принципы — основа правового статуса членов гражданского общества, где государство не может произвольно вмешиваться в индивидуальную жизнь.

1. Неприкосновенность личности. Под данным принципом традиционно понимают следующее: никто не может подвергнуться задержанию или заключению иначе как в случаях, предусмотренных законом, и при соблюдении форм, предписанных законом. Однако данная формула оставляет возможность для манипуляций с законом. Создается опасная иллюзия, что стоит лишь нормативно установить основания ареста и предусмотреть для него некую процедуру — и неприкосновенность личности обеспечена. Но весь вопрос в том, каким законом и какими формами обосновано заключение под стражу. Ведь основания могут быть многочисленны, а процедуры несправедливы, тогда данное определение фактически прикрывает узаконенный произвол. Обеспечение неприкосновенности личности требуют не только абстрактные гуманистические идеалы свободы личности, но и внутренняя логика построения самого состязательного судопроизводства. Ведь для того, чтобы состязаться на равных с находящимся на воле обвинителем, обвиняемому также нужна личная свобода. Это хорошо понимали уже в античные времена. Так, древние греки и римляне весьма неохотно прибегали к досудебному заточению обвиняемого — допускалось лишь его задержание потерпевшим на месте преступления и доставление в суд (примером может служить греческая иссангелия), причем такая мера могла быть заменена денежным залогом. «Заковать римского гражданина, — говорил Цицерон, — это преступление».

Итак, ограничение личной свободы обвиняемого в принципе противопоказано состязательной конструкции процесса. Изъятия из общего правила допустимы только в тех случаях, когда обвиняемый пытается нелегально выйти за пределы равенства сторон, создать для себя несправедливые преимущества. При этом основания для ареста должны быть такими, чтобы оставление обвиняемого на свободе реально, а не в виде абстрактной возможности грозило неоправданными потерями для обвинения. Например, бегство обвиняемого, сокрытие его от следствия и суда, безусловно, нарушает баланс сил в процессе. Уничтожение обвиняемым следов преступления, порча обвинительных доказательств, незаконное воздействие на свидетелей и т. п. также выбивают оружие из рук его процессуального противника. Невозможно также представить равное состязание сторон до тех пор, пока продолжается совершение преступления.

Неприкосновенности личности уделяется большое внимание в международном праве. Так, в ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г., в частности, сказано: «Каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом:

законное содержание лица под стражей после его осуждения компетентным судом;

законный арест или задержание лица за невыполнение законного решения суда или в целях обеспечения выполнения любого обязательства, предписанного законом;

законный арест или задержание лица, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным судебным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения... Каждому арестованному незамедлительно сообщаются на понятном ему языке причины его ареста и любое предъявляемое ему обвинение;

каждое лицо, подвергнутое аресту или задержанию по подозрению в совершении преступления, незамедлительно доставляется к судье или к иному должностному лицу, уполномоченному законом осуществлять судебные функции, и имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда. Освобождение может ставиться в зависимость от предоставления гарантий явки в суд;

каждый, кто лишен свободы путем ареста или задержания, имеет право на разбирательство, в ходе которого суд безотлагательно решает вопрос о законности его задержания и выносит постановление о его освобождении, если задержание незаконно;

каждый, кто стал жертвой ареста или задержания в нарушение положений настоящей статьи, имеет право на компенсацию».

Указанные положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод частично реализованы в УПК РФ. Так, ст. 6' УПК РФ закрепляет принцип разумного срока судопроизводства, в ст. 91 и 97 и ч. 1 ст. 108 УПК РФ установлены основания для задержания подозреваемого и меры пресечения — заключение под стражу. Тем не менее не все из названных положений обязательной для России Конвенции нашли воплощение в УПК РФ. Так, в случае заключения под стражу подозреваемого обвинение может быть предъявлено ему в течение 10, а в некоторых случаях — 30 суток (ст. 100 УПК РФ). Это вряд ли можно назвать незамедлительным сообщением арестованному «любого предъявляемого ему обвинения».

В ряде государств принцип срочности процесса реализован еще более решительно. Например, в Великобритании и Уэльсе предварительное заключение с момента окончания полицейского задержания и до начала рассмотрения магистратами вопроса о предании суду не может продолжаться дольше 70 дней, а с момента предания суду до начала судебного разбирательства — 112 дней; в Шотландии обвиняемый, содержащийся под стражей, должен быть освобожден, если на 110-й день не было начато судебное рассмотрение его дела. В Нидерландах дело может быть рассмотрено судом, только если прокурор направит его в суд в течение 100 дней с начала ареста. В США согласно акту «О скором судопроизводстве» (§ 3161—3174 разд. 18 Свода законов США) обвинительный акт должен быть предъявлен обвиняемому в течение 30 дней со дня его ареста или первого вызова повесткой; в противном случае дело должно быть прекращено.

  • 2. Неприкосновенность жилища. Неприкосновенность жилища— одно из конституционных личных прав человека. Оно состоит в том, что никто не имеет права проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц, иначе как в случаях, предусмотренных федеральным законом, или на основании судебного решения (ст. 25 Конституции РФ). При этом предварительное получение государственными органами и должностными лицами судебного разрешения на проникновение в жилище следует рассматривать как общее правило. В уголовном процессе оно распространяется на проведение осмотра жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц, обыска и выемки в жилище (ст. 12 УПК РФ). Недопустимо также самовольное, без разрешения суда, вторжение в жилище для производства любых других следственных действий (проверки показаний на месте, допроса и др.). Вместе с тем законодательством, например ч. 5 ст. 165 УПК РФ, предусмотрены исключения из этого правила, когда судебный контроль за проведением указанных следственных действий является не предшествующим (перспективным), а последующим (ретроспективным).
  • 3. Тайна переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и других сообщений. Тайна связи состоит в том, что информация о почтовых отправлениях, телефонных переговорах, телеграфных и иных сообщениях, а также сами эти отправления (сообщения) могут выдаваться только отправителям и адресатам или их законным представителям. Следственные действия — наложение ареста на почтовые и телеграфные отправления, их выемка, контроль и запись телефонных и иных переговоров, получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами проводятся только на основании судебного решения. Указанные следственные действия необходимо отличать от оперативно-розыскных мероприятий — контроля почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, прослушивания телефонных переговоров, снятия информации с технических каналов связи, которые, впрочем, проводятся также лишь по решению суда (п. 9—11 ст. 6, ст. 9 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности»).
  • 4. Охрана иных прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве. Принцип охраны прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве включает следующие требования.

Обязанность суда, прокурора, следователя, дознавателя разъяснять права, обязанности, ответственность подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, а также всем другим участникам уголовного судопроизводства (ч. 1 ст. 11 УПК РФ). Разъяснение должно производиться, во-первых, сразу после ознакомления участника процесса с решением о признании за ним соответствующего процессуального статуса, а во-вторых, при проведении конкретного следственного и иного процессуального действия с его участием — о правах и об обязанностях в ходе этого действия. Невыполнение лицом, ведущим процесс, этой обязанности может привести к аннулированию процессуального действия и признанию его результатов юридически ничтожными. Неразъяснение судом, прокурором, следователем, дознавателем прав как участникам процесса — физическим лицам, выступающим на стороне обвинения, так и стороне защиты, которые могут и не знать эти права сами, должно рассматриваться в качестве посягательства на принцип равенства сторон, основополагающий для состязательного построения процесса.

Обязанность суда, прокурора, следователя, дознавателя обеспечивать возможности для осуществления своих прав участниками уголовного судопроизводства.

Обязанность в случаях, предусмотренных законом (ч. 3 ст. 11 УПК РФ), принимать меры безопасности в отношении потерпевшего, свидетеля или иных участников уголовного судопроизводства, а также их близких родственников, родственников или близких лиц.

  • [1] Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства. СПб., 1996. Т. 2. С. 41.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >