Полная версия

Главная arrow Финансы arrow Деньги в национальном и мировом хозяйстве

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

Новая концепция оценки состояния платежного баланса

В сфере мировых финансов существует несколько мифов, в плену которых уже давно пребывают научные круги, политические деятели и, конечно, обыватели, ориентирующиеся на их суждения. Один из таких мифов — пагубность дефицита платежного баланса. Справедливости ради следует отметить, что существование этого и

других мифов объясняется пробелами в научной трактовке соответствующих понятий. Так получилось и с платежным балансом США — осуждение его дефицита является одним из постоянных аргументов критиков американской экономической политики. Для прояснения этого вопроса необходимо внести новые положения в концепции оценки состояния платежного баланса.

Для правильной оценки состояния платежного баланса, экономического значения его сальдо как характеристики благополучия экономики страны и ее положения в мировом хозяйстве принципиально важно деление его статей на основные и балансирующие. С точки зрения этих критериев общепринятое сегодня использование сальдо текущих операций в качестве единообразной характеристики состояния платежного баланса любой страны требует специального подхода, в первую очередь применительно к США. Следует исходить из различия положения стран в мировом хозяйстве и вытекающего из этого требования применять к оценке состояния их платежного баланса разных показателей.

Анализ экономического содержания и тенденций развития основных международных экономических операций в платежных отношениях стран капитализма показывает, что основополагающим фактором, определяющим процессы в этой области, является эволюция мирохозяйственных связей, объединяющих отдельные страны в мировую экономическую систему.

Ступени зрелости, которые проходят мирохозяйственные связи в своем развитии, находят отражение в типах платежных балансов, складывающихся на основе определенного уровня мирохозяйственных связей между странами. Структурные соотношения статей платежного баланса имеют черты, характеризующие позиции стран, лидирующих в мирохозяйственном процессе, и стран, следующих за лидером, причем каждой группе стран присущи свои, вполне определенные конфигурации этих структурных отношений.

Следует констатировать, что современное представление платежного баланса, рекомендованное МВФ, — это достаточно полное и в методическом плане весьма совершенное руководство, позволяющее получить, насколько это возможно, близкое к действительности отражение в сводном документе реальных мировых связей страны. Однако для определения на этой основе оценки реального положения страны в мировых платежных отношениях необходимо преодоление некоторых ошибочных стереотипов и введение в научный и практический оборот новых подходов. Необходимо исходить из того, что показатели одинакового рода могут по-разному характеризовать экономики разных стран. То, что для небольшой страны представляет собой негативное явление, подлежащее устранению, для крупной лидирующей экономики может оказаться нормой жизни. Кроме того, принципиальна оценка сущности и значения операций, получающих отражение в платежном балансе, по критерию рыночного или нерыночного характера этих операций. С учетом указанных соображений следует подходить к разделению статей платежного баланса на основные и балансирующие. В результате становится возможным получить объективную оценку значения актива или дефицита платежного баланса и отойти от сложившихся мифов, существенно искажающих реальное положение вещей.

Торговый дисбаланс — дефициты и активы

Еще в XIX в., в период капитализма свободной конкуренции, намечаются те характерные черты структуры мирохозяйственных связей, которые отличают доминирующие страны от их последователей. В частности, Англия, бывшая тогда наиболее промышленно развитой страной и обширной колониальной империей, традиционно имела отрицательное сальдо торгового баланса, которое финансировалось за счет получения выплат из-за границы процентов на ссуженный капитал, дивидендов и колониальной дани. В долговременном периоде для Англии были характерны дефицит торгового баланса, вывоз ссудного капитала и огромный приток доходов от заграничных капиталовложений, финансирующий отрицательное сальдо торговли и вывоз капитала. В кратковременном периоде неравновесие торгового и платежного баланса было тесно связано с промышленным циклом.

Применительно к Великобритании в середине XIX в. дефицит торгового баланса отнюдь не был признаком экономической слабости страны, напротив, он был устойчивой чертой доминирующей в капиталистическом мире XIX в. экономики Великобритании как крупнейшей промышленной державы, свидетельствуя о том, что источниками значительных доходов выступала уже не только торговля, но и главным образом вывоз капитала в ее обширной и сложной системе экономических отношений с колониями.

Другой тип структуры платежных отношений в этот период представляли Соединенные Штаты. К концу XIX в. США имели устойчивый актив торгового баланса, который служил источником средств для погашения внешней задолженности, а затем — для финансирования собственного вывоза капитала. На примере США в последние десятилетия XIX в. мы видим, как активное сальдо торгового баланса становится обязательным отличительным признаком экономики отстающей страны, стремящейся догнать партнеров, занимающих в мировом хозяйстве доминирующие позиции. Вступая в активное взаимодействие со странами, находящимися на более высоком уровне развития экономики и мирохозяйственных связей, отстающая страна в силу законов конкуренции может извлечь выгоду из своего участия в этом процессе, только предлагая на первых этапах в качестве предметов международного обмена больше продуктов относительно простого труда, чтобы получить необходимые ей для развития продукты более сложного труда. Это как раз та ситуация, при которой такая страна может отдавать овеществленного труда больше, чем она получает, и все-таки приобретать при этом необходимые для ее развития сложные товары дешевле, чем она могла бы производить своими силами. Этот избыток труда в форме активного сальдо торговли служит платой за прогресс, купленный на внешнем рынке в виде более сложных и производительных инвестиционных товаров, лицензий и др.

Но и здесь требуются оговорки. Положительное сальдо торгового баланса так же не должно обязательно ассоциироваться с отставанием, как отрицательное — с лидерством. США имели активный торговый баланс с 1883 г., а как устойчивое явление — с 1891 по 1971 г., и за это время их положение в мире, как известно, радикально изменилось. Будучи необходимым условием первоначального этапа активного вступления в процесс мирохозяйственного общения, активное сальдо внешней торговли со временем становится не только источником финансирования платежей доходов иностранному капиталу, выплаты основной части задолженности, приобретения лицензий и других видов передового научно-производственного опыта, но и источником финансирования вывоза валютного капитала, хотя торговлей и движением капитала управляют разные силы.

Существовавшее до 1971 г. почти столетие позитивное сальдо торгового баланса США трактовалось как один из признаков экономического превосходства страны в мировой экономике, и это в значительной мере было оправданным, поскольку до начала 1970-х гг. США на фоне других факторов превосходства выступали также поставщиком большого объема техники и продукции передовых технологий, которую больше никакая страна не производила.

Начало 1970-х гг. отмечено комплексом переломных событий. К этому времени окрепли и далеко продвинулись по пути научно-технического прогресса экономики Японии и ведущих стран Западной Европы. Добавим к этому, что в особенности ФРГ и Япония далеко продвинулись как торговые партнеры США на пути догоняющего развития, они имели устойчивое активное сальдо внешней торговли, а торговый баланс США с этими странами (а также с некоторыми другими) уже давно был отрицательным. Изменение торговых позиций и общего соотношения экономик отмеченных стран стало главной причиной крушения Бреттон-Вудсской валютной системы и введения плавающих валютных курсов, что усилило тенденцию дефицитности торгового баланса США.

Характерно, что в период после Второй мировой войны позитивное сальдо торгового баланса США в научном анализе рассматривалось как положительное явление, которое требовало всесторонней государственной поддержки. В русле кейнсианского учения позитивный торговый баланс одобрялся как источник дополнительной занятости и увеличения ВВП. Была сформулирована теория внешнеторгового мультипликатора, который активно использовался в моделях внешнеэкономических связей для оценки их эффективности.

Примечательно, что разработчики этих концепций, понимая, что позитивному сальдо внешней торговли на стороне США противостоит дефицит у торговых партнеров, не поднимали вопроса о негативном характере дисбалансов как явления мировой экономики. Напротив, положительное значение активного сальдо внешней торговли всячески одобрялось как вклад в решение приоритетной в те времена задачи обеспечения полной занятости и динамичного роста экономики.

Здесь следует сделать важную оговорку. В принятой в 1960-е гг. концепции «четырехугольника» целей государственной экономической политики (полная занятость, динамичный рост экономики, противодействие инфляции и равновесие платежного баланса) присутствовала цель устранения неравновесия платежного баланса. Однако применявшаяся тогда концепция дефицита платежного баланса не мешала существованию торгового неравновесия.

В США со второй половины 1950-х гг. действовала концепция ликвидности, согласно которой проводилось деление статей на основные и балансирующие по линии операций с краткосрочным частным капиталом, а с 1965 г. — концепция официальных расчетов. В рамках этих концепций позитивный торговый баланс обеспечивал актив по текущим операциям, который должен быть компенсирован вывозом долгосрочного капитала. Операции с краткосрочным капиталом обеспечивались в США золотом. Партнеры США проводили выбор основных статей и порядок определения их сальдо, каждого по своей методике. По этим причинам в те времена, когда речь шла о неравновесии платежного баланса, в первую очередь имели в виду сальдо платежного баланса США, поскольку по концепции ликвидности этот дефицит оплачивался золотом. Оплата золотом, которая извечно рассматривалась как окончательный расчет, и в этом случае выступала как последнее средство завершения расчетов, что делало проблему дефицита платежного баланса наглядной и понятной стороннему наблюдателю. Напомним, что в рамках Бреттон-Вудсской валютной системы доллар был единственной валютой, обратимой в золото, и способность США финансировать платежами золотом дефицит своего платежного баланса фактически обеспечивала работоспособность Бреттон-Вудсской валютной системы.

С середины 70-х гг. дефицит торгового баланса США становится устойчивым явлением, и его величина возрастает год от года. По нашему мнению, возникновение дефицита торгового баланса США в эти годы объясняется увеличением размеров экспорта целого ряда стран, развивавшихся по пути экспортоориентированного роста. В эти годы активно наращивали экспорт в США несколько стран одновременно: ФРГ, другие страны Западной Европы, Япония, Южная Корея. Сложилась такая модель положения США в мировой экономике, когда их экономическое и научно-техническое превосходство над капиталистическими партнерами проявлялось не только в форме экспорта передового оборудования, заграничных прямых инвестиций, продаж предметов интеллектуальной собственности и т.п., но и в форме самого большого и самого богатого рынка сбыта, на котором реализация экспорта догоняющих стран служит источником их роста. Думается, эта роль рынка США для торговых партнеров недостаточно оценена до сих пор,

что и объясняет негативную оценку дефицита торгового баланса США.

Последовательные усилия, направленные на построение объективно обусловленной концепции деления платежного баланса на основные и балансирующие статьи, привели к принятию в середине 1970-х гг. принципа рассмотрения сальдо текущих операций как показателя состояния платежного баланса страны. Такой подход не был случайным — он сложился в условиях, когда потерпела крушение Бреттон-Вудсская валютная система, а сменившая ее ямайская система только начала формироваться (Ямайская валютная конференция состоялась в январе 1976 г.).

Экономическое обоснование обособления текущих операций в отдельный блок состоит в том, что эти операции по своему составу связаны с производством. Движение товаров и услуг, доходов от инвестиций, а также государственных и частных трансфертов порождается производственными процессами, составляющими основу хозяйственной жизни. Иначе говоря, текущие операции представляют собой естественный продукт реального сектора национальной экономики. Последовательная проработка учета текущих операций в рамках совершенствования методологии платежного баланса логично привела к их согласованности с системой национальных счетов. Указанная согласованность в настоящее время выражается в том, что сальдо счета текущих операций равно сальдо сбережений и инвестиций страны. Это зафиксировано в «Руководстве МВФ» по платежному балансу[1].

Действительно, на определенном уровне развития капиталистической рыночной экономики производству становятся тесными национальные границы, и происходит перерождение существующей к этому времени внешней торговли из цепи эпизодических сделок в устойчивый встроенный компонент и этап национального воспроизводственного процесса. Как отмечалось ранее, уже к середине XIX в. происходит формирование устойчивых внешних рынков и связей с ними, складываются определенные процедуры операций, порядок расчетов и т.п.

Международная торговля услугами также движется к зрелости: от приложения к торговле товарами — в основном транспорта и страхования — она перерастает в блок самостоятельных операций,

набирающих все более сильный потенциал развития. По мере развития экономики и продвижения прогресса происходят рост и развитие международной торговли достижениями науки и технологий, предметами интеллектуальной собственности, деловыми услугами, услугами образования и медицины. С ростом богатства стран и доходов населения быстро увеличивается в объемах международный туризм, включая деловые поездки за границу, что превращает его в мощный фактор глобализации.

Относительно того обстоятельства, что текущим операциям противостоят операции движения капитала и финансовых инструментов, напрашивается аналогия с делением национальной экономики на нефинансовый сектор, которым принято называть производящий товары и услуги реальный сектор, и на финансовый сектор, в котором происходит движение денежных ресурсов. Складывается такое положение, что в платежном балансе операции движения капитала и финансовых инструментов фактически выступают в роли балансирующих, хотя, как мы далее покажем, это далеко не в полной мере так. Именно в этом месте в трактовке понятия и значения сальдо платежного баланса образовался существенный пробел, вследствие чего возникают ошибочные суждения. Разберемся в том, как следует трактовать сальдо платежного баланса.

Ранее уже отмечалось, что необходимы разные подходы к характеристике значения сальдо внешней торговли, которое является определяющим для баланса текущих операций. Рассматривая на основе этого критерия проблему равновесия или перекоса платежного баланса, мы должны отказаться от единообразного подхода к этой проблеме применительно к разным по уровню развития странам. Тогда мы обнаружим, что дефициты торгового баланса имеются у развитых и развивающихся стран, но значение этих дефицитов для стран одной группы радикально отличается от их значения для стран другой группы. В развитых странах этот дефицит может компенсироваться позитивным сальдо услуг, притоком доходов от инвестиций и трансфертов. Даже если образуется отрицательное сальдо текущих операций, для развитых стран это может составить проблему, но все-таки не столь трудноразрешимую и опасную для благополучия их экономики, нежели дефицит по торговле и текущим операциям у развивающихся стран.

В случае дефицитов баланса торговли и текущих операций платежного баланса развивающейся страны, в особенности страны, относящейся к категории бедных стран, финансирование этого дефицита создает проблему, в решение которой вовлекаются международные финансовые институты, другие международные организации и отдельные страны.

Начнем с того, что автоматический приток капитала в такую страну не происходит. Для урегулирования сложившегося положения она будет нуждаться в международных кредитах, решение о предоставлении которых может потребовать усилий отмеченных выше сторон. Многочисленные примеры подобного урегулирования хорошо известны, поэтому мы не будем рассматривать в этом месте ситуации в конкретных странах. Но здесь нужно поставить вопрос о разной природе кредитов — покровительственном договорном кредите и рыночном, что имеет ключевое значение для понимания и оценки значения международного движения капиталов и кредитов.

Кредиты, которые будут предоставлены бедной развивающейся стране, попавшей в трудное финансовое положение, сопряженное с дефицитом платежного баланса по текущим операциям, носят покровительственный договорный характер. Они не представляют собой свободного международного движения денег под влиянием рыночных сил, которое состоит в поисках надежного и доходного приложения капитала. Само предоставление таких денежных ресурсов и связанные с этим условия — результат переговоров, государственных решений, решений международных институтов, применения специальных процедур, но никак не рыночных сил. Вот что стоит за термином «покровительственный договорный кредит». В этом смысле все государственные кредиты от одной страны к другой — это покровительственные договорные кредиты, все кредиты МВФ и Всемирного банка по специальным программам содействия развитию — это покровительственные договорные кредиты. Все кредиты Парижского клуба — это покровительственные договорные кредиты. Для большей убедительности обратим внимание на то, что предоставление отмеченных кредитов в наше время часто обусловлено предварительным согласованием проблемной страной с МВФ программы оздоровления ее экономики. Только после этого включаются программы ее кредитования со стороны того же МВФ, других международных институтов и стран-доноров. Вспомним знаменитый «вашингтонский консенсус». Кстати, программы оздоровления экономики проблемной страны могут предусматривать в качестве одного из главных положений устранение дефицита внешней торговли и текущих операций ее платежного баланса.

В платежном балансе бедной развивающейся страны с дефицитом текущих операций возможны операции движения капитала также и по рыночным мотивам. Подобные операции могут присутствовать в рубриках прямых и портфельных инвестиций, торговых и банковских кредитов и т.п. Будет также происходить движение официальных валютных резервов. Но важнейшее обстоятельство — получение покровительственных договорных кредитов, которыми финансируется дефицит платежного баланса. Более того, согласование с МВФ программы оздоровления экономики и получение обусловленной этим согласием кредитной поддержки, как правило, служит сигналом для последующего оживления притока капитала в данную страну по другим операциям, отмеченным ранее, включая движение капитала по рыночным мотивам.

При таком положении дел можно считать, что для данной страны деление платежного баланса на основные и балансирующие статьи проходит по линии отделения текущих операций от движения капитала, а в разделе движения капитала решающая роль принадлежит покровительственным договорным кредитам, позволяющим предотвратить или урегулировать кризис платежного баланса. Мы здесь не поднимаем вопрос о государственном долге и возникших в связи с этим мировых долговых проблемах, поскольку это отдельная большая тема мировой экономики. Нам важно обратить внимание на значение покровительственных договорных кредитов в финансировании дефицитов платежного баланса и приобретение ими в ряде случаев системообразующей роли в обеспечении притока иностранного капитала в страну с дефицитом платежного баланса по текущим операциям.

Анализ структуры и размеров операций международного движения капитала в платежных балансах разных по уровню развития стран позволит обнаружить большое разнообразие сочетаний покровительственных договорных и рыночных кредитов и примеров их влияния на движение прямых и портфельных заграничных инвестиций.

Таким образом, мы можем заключить, что для большого числа развивающихся стран характерным показателем состояния их платежного баланса будет сальдо текущих операций, которое компенсируется итогом по статьям движения капитала. Причем важно отметить, что немало стран этой группы имеют положительное сальдо текущих операций и выступают вследствие этого чистыми экспортерами капитала. В ряде случаев возможно формирование у развивающихся стран активного сальдо по статьям движения капитала, и это может происходить по разным причинам: здесь и большие размеры внешнего долга, и кредитование со стороны развитых стран в целях сохранения своих накоплений, и постепенно активизирующиеся операции по притоку заграничного прямого и портфельного инвестирования. Однако для большинства этих стран определяющее значение имеет состояние счета текущих операций, поскольку развивающимся странам принадлежит пока скромная роль в международном движении капитала.

На другом конце спектра находятся США. Как уже было сказано, дефицит торгового баланса возникает у США в 1971 г., который замечателен тем, что в том году произошло крушение Брет-тон-Вудсской валютной системы. Дефицит внешней торговли США в последние несколько десятилетий отнюдь не является следствием каких-либо упущений государственной экономической политики и тем более не является следствием каких-либо изъянов или пороков развития мировой экономики. Напротив, внешнеторговый дефицит — это проявление роли рынка США как мирового стимулятора роста и прогресса. Крупные дефициты торгового баланса США служат подтверждением не только факта, но и масштаба лидирующего влияния экономики США на мировое развитие. При этом, следует помнить, что лидерство экономики США в мировом капиталистическом хозяйстве реализуется по циклическому принципу и по этой причине проявляется не только во времена подъема, но и во времена спада. То есть США тянут своих капиталистических партнеров не только вверх, но и вниз. Это убедительно продемонстрировала практика в годы кризиса 2008—2009 гг. и в последующий период.

Таблица 8.2. Основные показатели платежного баланса США, млрд долл.

Статьи

баланса

2000

2006

2007

2008

2009

2010

2013

2015

Экспорт товаров

+785

+1027

+1153

+1295

+1046

+1288

+1590

+1510

Импорт товаров

-1232

-1861

-1969

-2112

-1563

-1936

-2294

-2273

Торговый баланс

-447

-834

-815

-817

-517

-648

-704

-762

Баланс текущих операций

-416

-811

-731

-673

-420

-470

-379

-463

Окончание табл. 8.2

Статьи

баланса

2000

2006

2007

2008

2009

2010

2013

2015

Вывоз капитала

-560

-1056

-1290

-656

-237

-1025

-553

-225

Приток капитала

+1038

+1890

+2058

+1193

+35

+1245

+906

+395

Чистый приток

+478

+834

+768

+537

+198

+220

+353

+170

Ошибки и пропуски

-61

-18

-41

+144

+225

+235

+28

+268

Итоговый баланс

0

-4,0

-4,0

+4,84

-2,9

+15

-3

-25

Изменения резервов

0

+4,0

+4,0

-4,84

+2,9

-15

+3

+25

Источник: Данные публикаций Бюро экономического анализа (США).

Таблица 8.3. Показатели внешней торговли США с некоторыми партнерами,

млрд долл.

2000

2003

2005

2010

2012

2013

Экспорт США —

всего

772,0

713,1

883,5

1260

1546

1590

Зона евро

115,8

109,9

133,4

173

265,4

262,2

Япония

63,5

50,2

53,4

61,0

70,0

65,2

Китай

16,1

28,3

40,0

85,0

110,6

121,7

Импорт США

всего

1224,4

1260,7

1645,0

1916,0

2335

2294

Зона евро

164,0

187,6

226,4

242

367,1

378,0

Япония

146,5

118,0

137,7

119

150,4

142,1

Китай

100,0

152,4

237,3

357

444,5

459,2

Сальдо торгового баланса

-452,4

-547,6

-761,6

-656

-789

-704

Зона евро

-48,2

-77,7

-93,0

-68,8

-102

-116

Япония

-83,0

-67,8

-84,3

-58,0

-80,4

-77

Китай

-83,9

-124,1

-197,3

-272

-334

-337

Источник: экономические доклады президента США.

Приведенные статистические данные дополняют друг друга и показывают убедительную картину устойчивости торгового дефицита США. Примечательно, что данные из разных источников не-

сколько различаются, и это еще раз иллюстрирует то обстоятельство, что статистические погрешности при составлении показателей платежного баланса США неизбежны.

Таким образом, мы можем заключить, что дефицит торгового баланса США в последние десятилетия XX в. и в начале XXI в. — это проявление экономического превосходства США над своими партнерами в современном мировом хозяйстве как крупнейшего рынка сбыта товаров возрастающей сложности, тем самым обеспечивающего продвижение к прогрессу стран-партнеров. Дефицит внешней торговли США — это результат сложившегося в указанный период международного разделения труда. В таком качестве он образует встроенный структурный компонент экономики США, и в обозримом будущем речь может идти не о его устранении, а об удержании в приемлемых размерах с учетом состояния занятости и других важнейших параметров экономики США. С этой точки зрения все алармистские сентенции о вреде дефицитов для американской экономики, катастрофическом сочетании дефицитов бюджета, торгового и платежного балансов следует признать несостоятельными и относиться к подобным выступлениям соответствующим образом.

Признание дефицита внешней торговли США естественным положением для современной экономики страны требует соответствующей корректировки национальной экономической политики, выработки иных критериев и целей.

Движение капитала в платежном балансе США

Теперь рассмотрим вопрос международного движения капитала в платежном балансе США. В первую очередь следует обратить внимание на то, что оно имело большое значение на протяжении всей истории США, причем это значение менялось вместе с изменением позиции США в мировом хозяйстве. В течение последних десятилетий XIX в. США совершили переход из позиции страны-должника в позицию страны-кредитора к началу Первой мировой войны, и это обычно отмечается в истории мировой экономики как заметное событие, но без оговорки о том, что оно стало результатом действия модели экспортоориентированного роста. В дальнейшем по ходу развития США вышли на уровень страны — мирового торговца и мирового банкира и далее — на позицию мирового инвестора в период между двумя мировыми войнами.

Во второй половине XX в. аналитики при характеристике внешнеэкономической позиции США больше обращали внимание на их позицию мирового инвестора с упором на роль прямых зарубежных инвестиций. Появилось выражение «вторая экономика США», посредством которого авторы пытались охарактеризовать сущность и значение прямого заграничного инвестирования, которое осуществляли американские компании. Казалось, что формирование «второй экономики США» объясняет все процессы, связанные с прямым заграничным инвестированием: цели и мотивы создания компаниями США производственных мощностей за границей, движение порожденных этими инвестициями доходов в США, зависимое положение стран — получателей инвестиций от американских ТНК и больше — от политики США[2].

На фоне столь важного в мировом масштабе явления, как прямые заграничные инвестиции, движение краткосрочного капитала в платежном балансе США в глазах аналитиков приобретало второстепенное значение, которое парадоксальным образом оказывалось связанным с определением сальдо платежного баланса и необходимостью покрывать его вывозом золота ради соблюдения принципа обратимости доллара.

Такая трактовка сущности и роли международного движения капитала в платежном балансе США мешала правильно понять события, происходящие в мировой валютно-финансовой системе, и своевременно принять надлежащие меры по ее реформированию.

Следующим большим заблуждением стала трактовка международной финансовой позиции США как страны — мирового должника, которая вошла в оборот во второй половине 1980-х гг., когда стоимость иностранных финансовых активов в экономике США превзошла по величине стоимость финансовых активов американских инвесторов за границами страны. Поскольку для понимания причин этого явления следовало проанализировать концепцию стратегии экспортоориентированного догоняющего развития, проблемы использования образующихся при этом финансовых ресурсов, проблемы формирования мирового финансового рынка, но ничего из этого еще не было сделано, восторжествовала примитивно бухгалтерская трактовка: раз возник дефицит по блоку накопленной стоимости капитала и финансовых инструментов, значит, США превратились в страну-должника. Сыграло свою роль и подспудное негативное или настороженное отношение многих аналитиков к внешнеэкономической деятельности США (не говоря о тех, кто откровенно считал ее одним из главных пороков): положение страны-должника расценивалось как ситуация, к которой закономерно привели неблаговидные элементы, присущие внешнеэкономической деятельности США.

Трактовка США как крупнейшего мирового должника еще больше укрепилась в наше время, особенно после кризиса 2008—2009 гг., когда США за счет внешних заимствований посредством продажи государственных облигаций вовлекли в финансирование своей переживающей трудности экономики десятки стран, переложив на них почти половину бремени борьбы с кризисом и его последствиями.

Таблица 8.4. Международная финансовая позиция США, млрд долл.

Накопленная стоимость активов

1993

2006

2008

2010

2013

2015

Накопленная стоимость активов, принадлежащих резидентам

США за границейвсего

3055

13 755

19 888

20 315

21 964

23 341

Прямые инвестиции

1028

2856

3699

4429

5366

6978

Портфельные инвестиции,

854

5838

4244

6223

8716

9606

в том числе:

в акции

544

4251

2851

4486

6512

6828

в облигации

310

1587

1393

1737

2204

2778

Прочие инвестиции

1009

3604

5025

5650

4527

3977

Резервные активы

165

220

294

489

936

384

Накопленная стоимость активов, принадлежащих нерезидентам в США, всего

3236

16 295

23 357

22 786

26 541

30 621

Прямые иностранные инвестиции в США

768

2099

2647

2659

3179

6544

Портфельные частные иностранные инвестиции, в том числе:

1336

8672

10 374

6935

8035

16 677

в акции

374

2777

2866

2992

4975

6219

в облигации

962

5895

7508

6935

3060

10 458

Окончание табл. 8.4

Накопленная стоимость активов

1993

2006

2008

2010

2013

2015

Иностранные официальные держатели облигаций

НД

НД

НД

4864

5948

6150

Инвестиции в прочие секторы

229

1026

НД

3542

4513

5062

Превышение обязательств США над активами

181

2540

3469

2471

4578

7280

Нд означает отсутствие достоверных данных. Показатели округлены до целых чисел. Ряд детальных показателей опущен.

Источник: International Financial Statistics.

Односторонняя трактовка США как страны-должника по умолчанию ставит США в один ряд со странами-должниками с неблагополучным положением в экономике. Особая позиция США объясняется при этом их способностью выпускать в обращение значительные суммы долларов, что при роли доллара в качестве мировой валюты делает возможным решать финансовые проблемы страны посредством печатного станка. Однако, убеждены критики американской финансовой системы, рано или поздно такая политика неизбежно должна привести к масштабному кризису, грозящему крушением экономики США. Это широко распространенное в стране убеждение американских экономистов и разного рода деятелей, а иностранными аналитиками это воспринимается как безусловное подтверждение правоты данной позиции. Почему-то упускается из виду, что экономисты США тоже могут ошибаться.

Правильная оценка событий состоит в том, что движение капитала и финансовых инструментов в платежном балансе США следует рассматривать не как средство компенсации дефицита торгового баланса, а как самостоятельное экономическое явление, образующееся в результате естественного хода событий в экономике США и мировой экономике. Это соображение было нами изложено в научных работах еще в начале 90-х гг., но по разным причинам не получило развития.

Когда оценивается роль США в международном движении капитала безотносительно к состоянию платежного баланса, фактически так и происходит — речь идет о самостоятельных экономических процессах, порождаемых потребностями национального хозяйства на определенных этапах развития. Положение меняется,

когда операции международного движения капитала анализируются с точки зрения их места и роли в платежном балансе США — тогда они, так или иначе, привязываются к состоянию баланса текущих операций. Если же исходить из самостоятельной природы движения капитала в платежном балансе США, возникнут основания для новых выводов.

В определенной мере нуждается в пересмотре вопрос движения прямых заграничных инвестиций, хотя считается, что эти процессы хорошо изучены и подробно описаны в современной науке. Ясное дело, что ТНК принимают решения о прямом инвестировании за границей, руководствуясь своими интересами, а не состоянием платежного баланса. Это положение было понятно уже в 1960-е гг., когда теоретики платежного баланса решили включать операции международного движения долгосрочного капитала в число основных статей и выдвинули концепцию базисного баланса.

Как уже отмечалось, по линии прямых зарубежных инвестиций формируется мировой рынок бизнеса, где действуют рыночные условия оценки структур бизнеса, их купли-продажи, методов управления и контроля. В действующем «Руководстве МВФ» прямые заграничные инвестиции определены как категория трансграничных инвестиций, при которой резидент одной страны осуществляет контроль или имеет значительную степень влияния на управление предприятием, являющимся резидентом другой страны[3].

Эволюция прямых заграничных инвестиций — это история продвижения данного вида международных экономических операций от силовых захватов, насильного учреждения или создания подконтрольных иностранному капиталу предприятий в зависимых странах до формирования современного мирового рынка бизнеса всех видов и размеров — начиная с малых и средних предприятий и завершая рынком корпоративного контроля.

Поучительно напомнить, что в середине XX в., когда стали приобретать большие по тому времени размеры прямые заграничные инвестиции США, это трактовалось многими аналитиками как проявление неоколониализма и подвергалось безусловному осуждению. В 1960-е гг. в Западной Европе была популярна книга европейского публициста левого толка Серван-Шрейбера «Американский вызов», в которой политика США по наращиванию прямых заграничных инвестиций, в особенности в Европе, подвергалась острой критике как инструмент установления экономического господства США над остальным миром путем закабаления иностранных экономик, захвата иностранных природных ресурсов, чрезмерной эксплуатации иностранных рабочих и т.п.[4]

В наше время мотивы закабаления больше не звучат в достойных внимания публикациях. Напротив, все сильнее стали слышны мотивы создания привлекательного инвестиционного климата странами, стремящимися модернизировать свою экономику, повысить ее конкурентоспособность в мире и продвинуть ее на более высокий уровень развития. С привлечением иностранного капитала в наше время ассоциируется получение передовых технологий, новых видов продукции, достижений менеджмента, финансовых ресурсов и доступа к мировым рынкам.

В современной трактовке операции прямых заграничных инвестиций должны рассматриваться как международные сделки купли-продажи бизнеса или контроля над бизнесом между национальным покупателем и иностранным продавцом или, наоборот, между национальным продавцом и иностранным покупателем. Мотивами совершения этих сделок могут быть: интересы продвижения зрелого бизнеса за национальные границы, что широко представлено в современной политике ТНК; привлечение иностранных финансовых ресурсов посредством продажи национальных предприятий странами, испытывающими финансовые трудности; привлечение иностранного капитала для модернизации экономики страны и т.п. В теории международной экономики движущие силы заграничного прямого инвестирования рассматриваются в рамках теории цикла жизни продукта, теории монополистических преимуществ, теории ТНК и других теорий этого направления.

0 перерастании процессов прямого заграничного инвестирования в новое качество свидетельствуют публикации специалистов по транснациональным корпорациям. Отмечается новая тенденция в политике ТНК, которая обозначилась в конце XX в. и получила затем свое дальнейшее развитие. Эта тенденция состоит в планомерном создании ТНК глобальной системы производства, которая предусматривает размещение подразделений ТНК в тех или иных странах в соответствии с заранее разработанной концепцией оптимального использования возникающих преимуществ. В значительной степени такая политика ТНК стала возможной благодаря прогрессу информационных технологий, а также теории и практике менеджмента, что сделало возможным эффективное управление глобальными производственными комплексами, охватывающими подразделения, расположенные на территории десятков стран[5].

Таким образом, если прямые заграничные инвестиции вначале выступали источником формирования международного производства под контролем ТНК, то в результате созревания международного производства до уровня глобальных комплексов сами прямые заграничные инвестиции превращаются теперь в производные элементы в стратегии функционирования и развития этих комплексов.

При такой трактовке появление сделок по линии прямых заграничных инвестиций в платежных балансах соответствующих стран выступает результатом вовлеченности каждой из этих стран в мировые рынки структур бизнеса и отражает характер и степень их участия в функционировании этих рынков, где предметом купли-продажи является бизнес как источник созидания богатства и дохода.

Иное дело — портфельные инвестиции и движение различных форм ссудного капитала. Предметом купли-продажи, т.е. товаром, на мировом рынке портфельных инвестиций выступает доход от владения ценными бумагами, торговля которым в последние десятилетия также приобрела глобальные масштабы. Прогресс глобального рынка портфельных инвестиций, как и многих других рынков, в значительной мере обусловлен прогрессом информационных технологий, позволяющих резидентам данной страны приобретать ценные бумаги не только на национальном рынке, но и на мировых рынках в дистанционном режиме и управлять своими портфелями инвестиций лично или через посредство финансовых институтов.

По линии портфельных инвестиций формируется мировой рынок ценных бумаг, где предметом торговли становятся миноритарные пакеты акций, а также долговые финансовые инструменты государственной и частной принадлежности. Напомним, что при покупке акций миноритарные акционеры приобретают долю в бизнесе, и целью этих операций часто является не столько долгосрочное владение этими бумагами в расчете на получение дивидендов, сколько извлечение прибыли из изменений стоимости капитала путем последующей торговли этими акциями. При торговле долговыми финансовыми инструментами предметом купли-продажи являются доход или капитал, в зависимости от стороны сделки, в сочетании с условиями надежности и другими характеристиками облигаций.

Здесь возникает необходимость особого подхода к портфельному владению акциями. В отличие от облигаций, которые изначально выражают стоимость дохода, акции выражают стоимость бизнеса. Однако цель владения акциями в форме портфельных инвестиций выдвигает на передний план содержащееся в них свойство источника дохода. Поскольку портфельный инвестор приобретает их и владеет ими в первую очередь именно в этом качестве, ради получения дохода в виде дивидендов или изменения стоимости самой акции, но не путем активного участия в управлении бизнесом, другие свойства акции отходят для него на второй план. Отмеченные суждения дают основания классифицировать все портфельные инвестиции как международные операции купли-продажи дохода, с одной стороны, и денежных ресурсов в обмен на доход, с другой стороны.

В действующем «Руководстве МВФ» портфельные инвестиции определяются как трансграничные операции и остатки, связанные с долговыми ценными бумагами или ценными бумагами, обеспечивающими участие в капитале, кроме тех, которые включаются в прямые инвестиции и резервные активы[6].

Международное движение портфельных инвестиций в наше время превратилось в область экономической деятельности, которая наиболее чутко реагирует на изменения конъюнктуры, а также общей обстановки в странах современного мира и на мировых рынках. Значительные масштабы притока капитала связаны с формированием благоприятных условий инвестирования в той или иной стране, но в не меньших, а порой в гораздо более крупных масштабах происходит отток капитала при появлении неблагоприятных событий, который может стать причиной кризиса. Мировые финансово-экономические кризисы 1997—1998 гг. и 2008—2009 гг. продемонстрировали эти явления в полной мере.

При попытке оценить радикальные изменения в области международного движения капитала, которые начались после крушения в 1971 — 1973 гг. Бреттон-Вудсской валютной системы, возникает необходимость заново рассмотреть и оценить причины этого крушения, а заодно и реальное значение самой Бреттон-Вудсской системы в истории международных валютно-финансовых отношений.

Попытаемся все-таки разделить две эти задачи и обратимся к характеристике процессов международного движения ссудного капитала в период после крушения Бреттон-Вудсской валютной системы. Важнейшую роль в развертывании международного движения ссудного капитала как самостоятельного экономического процесса сыграли меры по либерализации этих процессов, инициатором которых считаются США, приступившие к проведению такой политики в начале 1970-х гг.

Дело в том, что отказ США от конвертации доллара в золото в августе 1971 г. со всей остротой поставил вопрос: что делать с долларовыми средствами странам, имеющим эти валютные ресурсы благодаря активному сальдо текущих операций в своих платежных балансах? Если прежде эти средства можно было предъявить США для обмена на золото, то теперь требовалась некая подходящая замена. Вначале казалось, что такой заменой станут евродоллары, однако рынок евродолларов не смог поглотить все эти ресурсы, хотя многие аналитики в 1970-е гг. прямо считали рынок евродолларов неестественным образованием, возникшим в качестве оборотной стороны дефицита платежного баланса США. Партнерам США тоже требовалось некоторое время, чтобы перестать стремиться к достижению окончательного расчета по платежному балансу путем операций с золотом и привыкнуть к тому, что существование долговых отношений в результате международного движения капитала — это норма в международных финансовых отношениях, а не отклонение от нее.

Мероприятия по либерализации открыли дорогу для быстрого роста размеров международного движения капитала. Со стороны США это проявлялось наиболее наглядно. Открылись возможности для американских компаний и банков инвестировать в иностранные ценные бумаги и банковские активы. Такие же возможности открылись и для иностранных компаний и банков по отношению к США. Приобретение гособлигаций США перестало быть привилегией иностранных центральных банков, но более всего иностранный частный капитал предпочитал инвестиции в акции и облигации американских компаний.

Важным следствием либерализации международного движения капитала стал быстрый рост международного финансового рынка. Рынок евродолларов стал быстро трансформироваться в рынок евровалют, который стремительно увеличивался в размерах и стал мощной движущей силой глобализации. Появление большого массива нефтедолларов вследствие резкого роста цен на нефть после 1973 г. дало ресурсы для значительного увеличения объема международного банковского кредитования, а также для формирования и роста рынка еврооблигаций. Становление международного финансового рынка завершилось примерно в середине 1980-х гг., а его дальнейшее существование и развитие воспринимается уже как признанная сила глобализации мировой экономики.

Можно утверждать, что свободное международное движение капитала между развитыми странами утвердилось как сложившийся процесс к середине 1980-х гг. Дальнейшее развитие событий связано с динамичным ростом размеров всех сегментов этого рынка, появлением и развитием мировых рынков производных финансовых инструментов, становлением и стремительным расширением процессов секьюритизации в национальных и мировых масштабах. Развитие отмеченных процессов привело к тому, что свободное международное движение капитала на рубеже веков, по крайней мере между развитыми странами, стало устоявшимся экономическим явлением и теперь воспринимается как естественное свойство мировой экономики и одна из главных движущих сил глобализации.

Достижение состояния свободного международного движения капитала означает, что все операции с капиталом (или преобладающая по стоимости часть этих операций) по экономическому содержанию представляют собой сделки, которые осуществляются в режиме рыночных операций купли-продажи, покупатель и продавец выступают как равноправные стороны, цена формируется под влиянием спроса и предложения, и действуют другие факторы, образующие условия международной конкуренции.

Рассуждая об операциях международного движения капитала, следует принимать во внимание, что в последнем «Руководстве МВФ» предусмотрены определенные особенности правил отражения этх операций. Блок движения капитала разделен на две части: одна его часть называется «Счет капитала», другая часть — «Финансовый счет». В счете капитала получают отражение кредитовые и дебетовые проводки по операциям с непроизведенными нефинансовыми активами и капитальными трансфертами между резидентами и нерезидентами. Далее в «Руководстве МВФ» объясняется, что на этом счете регистрируются приобретение и выбытие не-произведенных нефинансовых активов, например, продажа земельного участка посольству или договоров аренды и лицензий, а также капитальные трансферты, т.е. операции, в процессе совершения которых одна из сторон предоставляет ресурсы для инвестиционных целей, но взамен непосредственно не получает ничего, что имело бы экономическую стоимость. Далее «Руководство МВФ» гласит, что сумма остатков на счетах текущих операций и операций с капиталом представляет собой чистое кредитование (профицит) или чистое заимствование (дефицит) в экономических отношениях страны с остальным миром[7].

То, что в экономических исследованиях принято называть международным движением капитала, теперь в платежном балансе получает отражение в финансовом счете. Согласно «Руководству МВФ» финансовый счет отражает чистое приобретение и выбытие финансовых активов и обязательств. С концептуальной точки зрения отмеченный выше показатель суммы сальдо текущих операций и счета капитала равен по величине показателю сальдо финансового счета. Иными словами, финансовый счет показывает, как финансируется чистое кредитование или чистое заимствование в отношениях с нерезидентами. Общее сальдо финансового счета отражает, таким образом, чистое кредитование или чистое заимствование страны в ее отношениях с внешним миром[8].

В контексте нашего рассмотрения выделение особого счета капитала, каким оно трактуется в «Руководстве МВФ», следует принимать в качестве данности и в дальнейшем исходить из того, что международное движение капитала, как его понимают экономисты, получает в платежном балансе отражение в финансовом счете. Действительно, в том же «Руководстве МВФ» указывается, что финансовый счет состоит из следующих компонентов: прямых инвестиций, портфельных инвестиций, производных финансовых инструментов (кроме резервов) и опционов на акции для сотрудников, прочих инвестиций и резервных активов. Особо отмечается, что названные компоненты включают инструменты участия в капитале и паи/акции инвестиционных фондов, долговые инструменты и прочие финансовые активы и обязательства.

Косвенно изложенный в «Руководстве МВФ» подход подтверждает правоту сформулированных нами положений. Только при этом подходе внимание акцентируется на одной стороне сделки — движении финансовых ресурсов. Что перемещение этих ресурсов представляет собой платежи за приобретение дохода или бизнеса как источник дохода, еще предстоит осознать. Тогда мы и сможем рассматривать счет финансовых инструментов как сделки купли-продажи дохода или бизнеса, с одной стороны, и денежных ресурсов в обмен на них, с другой стороны.

Применительно к платежному балансу США все изложенное означает, что в его структуре следует различать два самостоятельных блока операций: блок текущих операций и блок капитала и финансовых инструментов. Эти два блока уравновешивают один другой и платежный баланс в целом при помощи механизма валютного курса. Небольшое корректирующее влияние на валютный курс оказывают изменения величины централизованных валютных резервов, но эти операции в американской практике теперь проводятся редко и не являются систематическими, они носят эпизодический характер и невелики по размерам. Изложенное означает, что в современном платежном балансе США отсутствует деление статей на основные и балансирующие, платежный баласн образуют два блока самостоятельных операций, а его равновесие обеспечивается путем их взаимодействия через механизм свободно колеблющегося валютного курса. Строго говоря, уравновешивающими операциями в платежном балансе США можно было бы считать изменения валютных резервов, но они столь малы и происходят столь редко и бессистемно, что на практике их влиянием можно пренебречь.

Механизм взаимодействия платежного баланса и валютного курса хорошо известен — он проявляется в ходе функционирования платежного баланса данного момента. В каждый данный момент времени соотношение поступлений и платежей образует предложение и спрос национальной и иностранной валюты и формирует валютный курс. Применительно к платежному балансу США это означает, что самостоятельный характер текущих операций, а также движения капитала и финансовых инструментов определяют в каждый данный момент соотношение поступлений и платежей, которое формирует валютный курс.

Известно, что изменения валютного курса оказывают обратное влияние на внешнеэкономические операции. В условиях свободно колеблющегося валютного курса крупная операция по линии международного движения капитала может вызвать заметное изменение валютного курса, а оно, в свою очередь, окажет влияние на текущие и другие операции, которые будут проводиться уже по изменившемуся курсу. Отдельный феномен, который мы рассмотрим далее, представляет собой влияние, которое в составе текущих операций оказывает изменение мировых цен на нефть. В последние два-три десятилетия сложилась отчетливо выраженная зависимость: когда цена нефти повышается, курс доллара падает, и наоборот.

Взаимодействие платежного баланса США и курса доллара представляет собой динамическую систему с обратной связью, в которой непрерывные изменения приводят ее к новому равновесию. Можно попробовать представить эту систему как резервуар, в который по большому количеству труб разного диаметра (операции поступлений) вода поступает и из которого по большому количеству труб разного диаметра (операции платежей) вода вытекает, а возникающий уровень воды в резервуаре (валютный курс) оказывает влияние на силу ее напора в трубах.

Изложенная трактовка означает, что платежный баланс США можно рассматривать как соотношение платежей и поступлений по международным экономическим операциям страны на основе рыночных интересов, когда предметом торговли выступают: вещественные продукты, услуги, бизнес и доход, а также происходит перемещение доходов и денежных ресурсов по другим видам рыночной деятельности и на основе мероприятий государственной политики. Доминирующее значение в платежном балансе США имеют рыночные сделки, а средством их уравновешивания выступают изменения валютного курса.

Однако данные суждения применимы только к платежным балансам США и некоторых других стран, где свободное движение товаров и капиталов через национальные границы является абсолютным или по крайней мере преобладающим принципом ведения международных экономических операций. Для стран, практикующих те или иные ограничения по международным экономическим операциям или сильно отстающих в развитии от лидеров мировой экономики, необходим специальный анализ, чтобы отделить свободные рыночные международные сделки от операций нерыночного характера, например финансового содействия извне.

Собственно, к такому представлению фактически пришел МВФ в шестом издании своего «Руководства по составлению платежного баланса». Предложенная в этом документе форма платежного баланса представляет его в виде двух блоков счетов, которые уравновешивают друг друга: блок текущих операций и блок капитала и финансовых активов. Вернее, если буквально следовать представленной в «Руководстве МВФ» схеме, итоговая сумма счетов текущих операций и капитала уравновешивается итоговым показателем финансового счета с учетом чистых ошибок и пропусков. При таком построении финансовый счет выступает как балансирующий уже по своему положению в структуре платежного баланса. Однако если задуматься над вопросом, какая сила приводит указанные счета к взаимному равновесию, когда каждый из них формируется под влиянием самостоятельных факторов, это неизбежно приведит к указанию на механизм валютного курса в качестве такой силы.

В этом месте необходимо обратиться к проблеме зависимости курса доллара от колебаний мировой цены нефти. Хорошо известно, что зависимость курса национальной валюты от мировых цен на товары характерна для стран развивающегося мира, в особенности для стран, экономика и экспорт которых построены на преобладании одной или узкой группы сырьевых отраслей. Тем не менее в США отмеченная зависимость оказалась настолько сильной и очевидной, что в ходе ее обсуждения в различных выступлениях и публикациях даже не возникло вопроса: как поведение курса валюты высокоразвитой, лидирующей в мировой экономике страны оказалось столь зависимым от изменений цены одного товара, пусть даже стратегического?

Объяснение этого феномена, по нашему мнению, состоит в следующем. Отмеченные выше два больших блока, образующие соотношение поступлений и платежей, состоят каждый из множества операций. В результате их взаимодействия образуется равновесный курс доллара, который трудно покачнуть, изменив какую-либо из многих операций, потому что каждая из них формируется под влиянием мировой конкуренции. В этой обстановке нарушителем равновесия выступает мировая цена на нефть, изменения которой приводят в движение большие массы долларов и сдвигают курс американской валюты. Это похоже на механизм работы лифта, когда вес кабины с пассажирами уравновешивается балластным грузом и для приведения системы в движение достаточно сравнительно небольшого усилия.

Учитывая эти рассуждения, нетрудно проиллюстрировать механизм взаимодействия цены нефти и курса доллара. Современное потребление нефти в мире составляет округленно 90 млн баррелей в день. Примерно половина этого объема поступает по линии экспорта и продается за доллары. Пусть это будет 50 млн баррелей. Тогда при цене 50 долл./баррель в мир ежедневно поступает 50 долл./баррель х 50 млн баррелей = 2500 млн долл., а при цене 100 долл, это будет уже 5 млрд долл. Прибавим еще дополнительное влияние цены на газ, и мы увидим, что столь заметные изменения количества долларов, поступающих в мировой оборот, конечно, влияют на курс доллара. Для справки отметим, что объем товарного экспорта США в 2014—2015 гг. составлял величину, несколько большую 1500 млрд долл, в год, и если считать, что в году 300 рабочих дней, то ежедневно по этой линии 5 млрд долл, приводилось в движение. Как видим, понижательный цикл мировой цены на нефть с осени 2008 г. до весны 2016 г. стал фактором повышения курса доллара в мировом валютном обороте.

Конечно, механизм валютного курса является производной силой от состояния платежного баланса данного момента при всех обстоятельствах, но формирование этого механизма происходит в результате взаимодействия уравновешивающих платежный баланс операций. В результате этих рассуждений мы вновь возвращаемся к содержанию операций международного движения капитала, в основном к проходящим по финансовому счету, и к характеристике этих операций как рыночных сделок или как мероприятий покровительственного договорного кредита. Чтобы не разбирать каждый случай с отдельными странами, следует констатировать, что в диапазоне от стран с полностью рыночным международным движением капитала на одном конце до стран с полным международным движением капитала по линии покровительственных кредитов, прощения долгов, даров, помощи на другом конце возмож-

ны различные сочетания свободно рыночного международного движения капитала с покровительственными кредитами в тех или иных пропорциях. При этом по мере продвижения от одного конца диапазона к другому балансирующая роль международного движения капитала будет нарастать. Тогда, по-видимому, будет правильным считать, что именно операции получения покровительственных кредитов и специальные программы урегулирования внешнего долга (включая прощение долга, помощь, дары и т.п.) выполняют в платежных балансах соответствующих стран роль балансирующих операций. Практика взаимодействия МВФ с развивающимися странами, испытывающими трудности финансирования экономики и платежных балансов, полна подобных примеров.

Таким образом, можно заключить, что по мере продвижения мирового интеграционного процесса происходит изменение механизма уравновешивания платежного баланса за определенный период. В роли балансирующих статей последовательно выступают сначала международное движение монетарного золота, а затем, после крушения Бреттон-Вудсской системы, полного и окончательного утверждения кредитных денег в мировом обороте, — международное движение ссудного капитала в разных видах: от государственных кредитов и программ содействия международных финансовых институтов, а также изменений международных резервов проблемной страны до разного рода частных специальных операций. Когда же страна выходит на такой уровень отношений с внешним миром, что ее платежный баланс становится отражением комплекса свободных рыночных операций, уравновешивающей силой в ее платежном балансе и в каждый данный момент, и в течение любого периода становятся изменения валютного курса. В платежном балансе США данная закономерность получила свое полное воплощение.

  • [1] См.: IMF. Balance of Payments and International Investment Position Manual. Sixth Edition (BPM6). P. 10-12, 264, 283-284.
  • [2] В этом отношении весьма репрезентативны книги И. Д. Иванова, опубликован-ные во второй половине 1970-х гг., где автор ввел в научный оборот большой массив данных об американских ТНК. См., например: Иванов И. Д. Международные корпорации в мировой экономике. М.: Мысль, 1976.
  • [3] См.: IMF. Balance of Payments and International Investment Position Manual. Sixth Edition (BPM6). P. 100.
  • [4] См.: The American Challenge. By Jean-Jacques Servan-Shreiber. London : Hamish Hamilton, 1968.
  • [5] См.: World Investment Report 2007. Доклад о мировых инвестициях 2007. Транснациональные корпорации, добывающая промышленность и развитие. ООН. Нью-Йорк и Женева, 2007. С. 35.
  • [6] См.: IMF. Balance of Payments and International Investment Position Manual. Sixth Edition (BPM6). P. 110.
  • [7] См.: IMF. Balance of Payments and International Investment Position Manual. Sixth Edition (BPM6). P. 12.
  • [8] Cm.: IMF. Balance of Payments and International Investment Position Manual. Sixth Edition (BPM6). P. 12, 133.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>