Полная версия

Главная arrow Финансы arrow Деньги в национальном и мировом хозяйстве

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

Движущие силы развития товарных отношений

Деньги образуют составную часть товарных отношений. Появление и развитие товара влечет за собой появление и развитие денег. Неразрывная пара «товар — деньги» представляет собой вечную форму движения хозяйственной жизни в условиях рыночной экономики.

Начиная рассмотрение темы денег как встроенного компонента хозяйственной жизни, мы считаем необходимым определиться с объективными принципами, или, если угодно, устоями, на которых будет базироваться это рассмотрение. При этом мы будем исходить из двух непреложных истин, на которые указывается в многочисленных трудах ученых-экономистов и мыслителей-философов.

Первый принцип, или первая истина, состоит в том, что в каждом человеке и в обществе в целом от природы изначально заложено стремление к увеличению своего богатства. Этот принцип является главной движущей силой созидательной хозяйственной деятельности и находится в согласии с принципами устройства всех живых организмов в природе. Всякий живой организм стремится лучше устроиться в окружающей среде, и это подтверждает история эволюции. Человек как созидательное существо стремится лучше устроиться в окружающей среде таким образом, что окружает и обставляет свою жизнь множеством вещей (а в дальнейшем еще и услуг), которые делают эту жизнь более безопасной, благополучной, содержательной и т.д.

Очень важно принимать во внимание при этом, что стремление к увеличению богатства заложено как в человеке, так и в обществе в целом. Как и отдельный человек, общество как социальный организм стремится к увеличению своего богатства. Обоснование этого постулата потребовало бы здесь слишком большого места для цитирования известных мыслителей и теоретиков и сильно увело бы в сторону наше изложение. Поэтому в качестве подтверждения названного свойства общества приведем две иллюстрации — процент за кредит и цена акции. Процент за кредит представляет собой инструмент, посредством которого общество побуждает заемщика использовать полученные в ссуду ресурсы для созидательных целей, т.е. для увеличения богатства. Представим, что было бы, если бы все заемщики — и физические, и юридические лица — обеспечивали возврат кредитов за счет экономии в потреблении — экономя, они бы меньше покупали и меньше давали работы другим, и по цепочке это привело бы к свертыванию производства частично или полностью. Что касается цены акции, то, как доказано в финансовой науке и будет показано далее, — это концентрированная в сегодняшнем моменте будущая прибыль компании. Прибыль компании представляет собой критерий, по которому общество сравнивает и оценивает все виды бизнеса. Чем больше прибыль компании и перспективы ее роста, тем выше цена акции и стоимость компании. Если компания не приносит прибыли, общество ее закрывает.

Второй принцип, или вторая истина, — это равноценность обмена. Поскольку человек в одиночку не может произвести все необходимые ему предметы, он специализируется на создании каких-то одних предметов и предлагает их обществу в виде товаров в обмен на те предметы, которые ему необходимы. В ходе сделки обмена человек стремится получить в обмен на свои товары равноценные предметы. Таким образом, стремление и способность к равноценному обмену представляет собой второе свойство, которым наделен человек как участник хозяйственной деятельности. Обоснование этой способности мы находим у Адама Смита в «Богатстве народов».

Анализ основных положений экономической теории и их соответствия реальной жизни приводит к выводу: прогресс производства на основе общественного разделения труда сопровождается прогрессирующим развитием отношений частной собственности и товарно-денежных отношений, охватывающих во все более полной мере ресурсы, участвующие в хозяйственной жизни. В неразрывной паре «товар — деньги» детерминирующую роль играет товар. Именно возникновение и развитие товарных отношений порождает деньги и дает им энергию развития. Прогресс товарных отношений служит движущей силой прогресса денег. Каждая новая ступень развития денег — это следствие и отражение восхождения на соответствующую ступень зрелости товара и товарных отношений.

Общая тенденция экономического прогресса общества состоит в последовательном превращении всех хозяйственных ресурсов в товары, движение которых совершается посредством купли-продажи на соответствующих рынках, действующих как составные части совокупного национального и мирового рынков. Вначале товаром становятся продукты, затем наступает эпоха, когда товаром становятся факторы производства, деньги и доходы, а следом и сам бизнес — от мелкой лавки до крупной корпорации — превращается в товар.

Товарные отношения возникают и развиваются из частной собственности. Принято считать, что частная собственность появилась внутри первобытной общины и стала причиной ее разложения. Это неоспоримый факт, если выводить эволюцию экономического развития из отдельно взятой общины. Но если принять во внимание, что обмен продуктами хозяйственной деятельности начинался между общинами в виде обмена излишками, то мы должны определить статус собственности на эти излишки как частную собственность каждой из общин и таким образом констатировать существование частной собственности применительно к общине как субъекту этой собственности, в то время как внутри этой общины собственность еще оставалась общественной. Встреча двух общин или их представителей для обмена продуктами — это встреча двух обособленных собственников, выступающих друг относительно друга как частные собственники данных продуктов и совершающих обмен в целях улучшения своего благосостояния. Поэтому, рассматривая хозяйственную жизнь отдельной общины, можно утверждать, что частная собственность приходит в нее извне. Если же рассматривать человеческое сообщество в целом, следует признать, что частная собственность существовала в нем ис-покон веков, изначально выступая в качестве собственности обособленно живущих племен или общин.

Когда первобытный человек ради получения недостающих ему благ обратился вместо их вооруженного захвата к обмену, производство продуктов для обмена стало плодотворной альтернативой разбою. С тех пор производство и торговля начали во все большей степени брать верх над войной как способом получения дополнительных благ и источником роста благосостояния. При этом следует помнить, что захват с помощью вооруженной силы каких-либо продуктов возможен только при условии, если прежде эти продукты были кем-то созданы. Получается, что появление и развитие частной собственности и вытекающих из нее товарных отношений оказалось запрограммировано в способе существования человечества.

Классическая экономическая литература содержит немало ярких описаний зарождения и развития частной собственности. Замечательное описание развития отношений собственности и связанного с этим прогресса общественного производства, начиная с первобытного общества и до становления промышленного капитализма, дал, например, Дж. С. Милль в предисловии к своей книге «Основы политической экономии»[1].

Генератором товарных отношений является общественное разделение труда, которое Адам Смит трактовал как основу формирования и развития рыночной экономики. Прогресс в общественном разделении труда, с одной стороны, усиливает обособленность товаропроизводителей, с другой — влечет за собой прогрессирующее развитие товарных отношений, интегрирующих этих товаропроизводителей в единое хозяйство в масштабах общества.

Считается общепризнанным фактом, что имевшие место в ранней истории человечества два крупных общественных разделения труда: отделение земледелия от скотоводства, затем отделение ремесла от земледелия — создали условия для возникновения частной собственности и регулярного обмена. Одновременно эти глобальные события представляют собой важные рубежи в развитии товарных отношений и денег.

Вначале товарные отношения охватывают только область экономических отношений между обособленными племенами и народами, внутренняя хозяйственная жизнь которых продолжает оставаться организованной на общинной, или коллективной, основе.

Товарные отношения этого периода можно рассматривать применительно к условиям того времени как внешнеэкономические отношения отдельных племен и народов. Затем, по мере появления и развития рабовладельческой и феодальной систем организации жизни отдельных племен и народов товарные отношения проникают во внутреннюю сферу их хозяйственной жизни, шаг за шагом расширяя занимаемое этими отношениями хозяйственное пространство и вытесняя старые хозяйственные уклады. Наконец, в эпоху капитализма товарные отношения приобретают всеобщий характер, втягивая в сферу своего действия движение всех хозяйственных ресурсов.

Подробное описание процесса развития товарных отношений означало бы повторение на этих страницах экономической истории, в достаточной степени известной читателям. Вот почему мы полагаем возможным, рассчитывая на эти знания, заключить, что прогресс производства на основе общественного разделения труда сопровождается прогрессирующим развитием категорий частной собственности и товарных отношений, охватывающих во все более полной мере ресурсы, участвующие в хозяйственной жизни.

Возникнув в далеком прошлом, частная собственность в ходе своей эволюции достигла в XX в. такой ступени, когда массовое владение в форме акционерного капитала объектами хозяйственной деятельности как источниками дохода и роста благосостояния приводит к установлению посредством рыночных механизмов общественного контроля над хозяйственной деятельностью. Неслучайно начиная с 30-х гг. XX в. развиваются общественный контроль и общественное управление хозяйственной деятельностью в форме государственного регулирования экономической жизни. Развитие и взаимодействие стихийных рыночных механизмов и сознательной общественной регламентации хозяйственной деятельности путем ее государственного регулирования является формой ее современного существования и дальнейшего прогрессирующего движения.

Частная собственность порождает противоречие между частными интересами и интересами общества. Товарные отношения служат способом разрешения этого противоречия и средством объединения обособленных товаропроизводителей в экономически организованное общество.

Частная собственность и свобода личности взаимосвязаны. До эпохи буржуазных революций частной собственностью в крупных размерах владели лишь привилегированные классы общества. Мелкими собственниками были городские ремесленники и торговцы, а также те крестьяне, которые оставались свободными. Эпоха буржуазных революций, провозгласившая формальное равенство и свободу личности, открыла исторический этап прогрессирующего развития частной собственности. С утверждением капиталистического способа производства наступает время упрочения института частной собственности и ее развития во все более многочисленных и зрелых формах. Благодаря общему экономическому прогрессу и сопутствующему развитию института собственности происходит постепенное наполнение формального статуса свободы личности все более весомым экономическим содержанием. Забегая вперед, отметим, что появление и развитие акционерной формы собственности вносит принципиально новый момент в содержание понятия собственника средств производства. Переход от эпохи персональной (семейной) частной собственности к акционерной собственности вовлекает во владение производственными объектами все более широкие слои общества и приводит к важным изменениям в системе экономических отношений личности и общества.

Движущей силой развития товарных отношений является противоречие, заключенное в товаре. Это положение было достаточно полно разработано и обосновано в классической экономической теории. Оно восходит к философии Гегеля. Положение о противоречии как внутреннем источнике движения, развития составляет главное в гегелевском учении о сущности. Это положение объясняет движение к прогрессу.

Частная собственность порождает противоречие между частным и общественным трудом, между частной и общественной экономической деятельностью. Частный собственник вначале выступает как обособленный и самостоятельный товаропроизводитель, ведущий натуральное хозяйство. Однако развитие разделения труда заставляет его во все большей степени работать на рынок, вступать в обменные операции. Рабовладельцы, а затем феодалы, ведя натуральное хозяйство, тем не менее выставляли на рынок некоторую часть своей продукции. Средневековые городские ремесленники помимо производства для рынка имели, как правило, еще свое небольшое натуральное хозяйство. При капитализме товарное производство становится господствующим укладом, постоянно расширяется и прогрессирует, вытесняя и устраняя пережитки

прошлых укладов, в особенности — остатки натурального хозяйства. Но натуральное хозяйство в разных дозах уживается с рынком до настоящего времени.

Таким образом, противоречие между личностью (или группой лиц) и обществом в условиях частной собственности трансформируется в противоречие между частной и общественной экономической деятельностью, заключенное в товаре.

Частный труд товаропроизводителей является одновременно составной частью труда всего общества, т.е. общественного труда. Однако здесь необходимо договориться о четкости понятий. Когда речь идет об общественном труде, то имеется в виду общественно полезный труд, т.е. только труд, затраченный на производство полезной для общества продукции. А свою полезность для общества продукция доказывает, только пройдя операцию обмена. Лишь путем обмена выясняется, нужен ли действительно обществу данный продукт и в каких количествах.

Пока изделие не выставлено на рынок, оно остается продуктом частного труда. Но в условиях товарных отношений, затевая производство данного продукта, товаропроизводитель заранее предназначает его для продажи. Его частный труд с самого начала мыслится как часть общественного. Станет ли он таковым фактически, зависит уже не от воли этого товаропроизводителя, а от воли общества, представленного в лице покупателя на рынке. Таким образом, в сфере производства частный характер труда выступает явно, а его общественный характер существует скрыто, как потенциальное свойство продукта. Проявляется это свойство только на рынке, в сфере обмена. Если продукт частного труда не будет реализован на рынке, это означает, что частный труд не будет признан в качестве частицы общественно полезного труда, что общество отвергает его, считая ненужным. Продукт такого труда не представляет ценности для общества, как бы вовсе для него не существует, он ему не нужен. Следовательно, ресурсы и усилия для его производства потрачены напрасно.

Итак, критерием признания частного труда в качестве общественного служит полезность продукта этого труда для общества. Учитывая, что в создании продукта принимает участие не только труд, но и другие факторы производства, можно ввести более широкое определение: критерием признания частной экономической деятельности общественной, т.е. составной частью экономической

деятельности всего общества, служит полезный для общества эффект от этой деятельности.

Благодаря такому подходу выстраивается следующая причинная зависимость. Противоречие между личностью и обществом, порождаемое частной собственностью, разрешается путем развития товарных отношений и таким образом переходит в товар как объект этих отношений. В товаре это противоречие проявляется как противоречие между частным и общественным трудом в широком смысле понятия труд, т.е. между частной и общественной хозяйственной деятельностью. Когда товар поступает на рынок, т.е. в сферу обмена, здесь это противоречие проявляется как противоречие между потребительной ценностью и меновой ценностью, или между частной и общественной полезностью товара. Это последнее противоречие разрешается путем раздвоения товара на товар и деньги.

Разрешением противоречия, заключенного в товаре, служит операция обмена товара на другой товар, а в дальнейшем — на деньги, в ходе которой потребительная ценность товара окончательно отделяется от его ценности. Так рынок решает задачу обеспечения общества в лице покупателей необходимыми ему благами, а производителей этих благ вознаграждает соответствующим доходом.

Итак, необходимость денег вызвана противоречием между меновой ценностью и потребительной ценностью, заключенных в товаре. Противопоставление двух связанных между собой категорий ценности присутствует в рассуждениях всех классических экономистов по поводу теории цены. У А. Смита — это противопоставление потребительной ценности и меновой ценности. У основоположников теории предельной полезности — это противопоставление субъективной полезности и объективной полезности.

Эти две стороны ценности представляют единство противоположностей. Единство потребительной и меновой ценности определяется тем, что это однопорядковые величины. Меновая ценность — это некоторое количество потребительной ценности, измеренное в универсальной величине, принятой для этой цели обществом. В самом деле, если потребительная ценность — это способность товара удовлетворять какие-то потребности, которая служит критерием отнесения его к богатству, то меновая ценность характеризует количество этого богатства.

Меновая ценность — это свойство потребительной ценности, ее количественная характеристика, это ее способность обмениваться на другие потребительные ценности. Иными словами, это то количество данной потребительной ценности, которые индивид, или община, или иная организованная группа людей (скажем, корпорация) согласны обменять на соответствующее количество другой потребительной ценности. Таким образом, обнаруживается, что ценность хотя и является однопорядковой величиной с потребительной ценностью, при этом представляет собой величину сравнительную, т.е. количественную.

Вот здесь и выходит на сцену противоположность потребительной ценности и меновой ценности. Для получения представления о сравнительной ценности продукта необходим объект сравнения. Таким объектом сравнения вначале служит другой продукт, принимающий участие в сделке обмена, а сама сделка обмена образует общественный акт экономической связи индивида с обществом.

Противоположность меновой ценности и потребительной ценности состоит в том, что потребительная ценность характеризует индивидуальные свойства товара как вещи, в то время как меновая ценность выражает его общественное свойство в качестве частицы общественного богатства. По этой причине как меновые ценности все товары одинаковы, хотя как потребительные ценности они все различаются между собой.

Всякий товар выступает для своего владельца как средство обмена. Его потребительная ценность не интересует владельца сама по себе — она служит для него лишь носителем меновой ценности.

Поэтому в качестве меновой ценности каждый товар подобен любому другому товару, в то время как их потребительная ценность различна. Это означает, что как меновые ценности все товары однородны и являются эквивалентами один для другого, несмотря на все различия их потребительных свойств.

Именно так отмечал это обстоятельство Маркс. «Меновая стоимость всякого товара выражается в потребительной стоимости любого другого товара, будь то в целых единицах или в дробных частях этой потребительной стоимости»[2].

Исторически в отечественной и мировой экономической литературе сложилось так, что понятие «потребительная ценность»,

или «потребительная стоимость», — это синоним понятия «полезность».

Пытаясь решить проблему денег в рамках марксистской теории, некоторые отечественные ученые выдвигали понятие «общественная полезность», которое соответствует понятию «ценность», или принятому в русской экономической литературе понятию «стоимость»[3]. Однако попытки интерпретировать понятие стоимости в категории полезности, соблюдая при этом верность принципам марксизма, не дали признанных результатов, поскольку в рамках марксистской теории данная задача решения не имеет.

Именуя потребительную ценность, или потребительную стоимость, полезностью (имея в виду, что оба эти понятия выражают способность вещи или услуги удовлетворять какую-либо потребность человека), мы вправе называть ценность продукта (или его меновую ценность, или меновую стоимость, или, наконец, стоимость, что одно и то же) общественной полезностью. И это полностью согласуется с тем, что ценность представляет собой общественное явление.

Теперь мы можем сказать, что как средство обмена, т.е. как ценность, товар представляет собой общественную полезность, или по-другому — всеобщую полезность. В этом качестве он выступает как часть общественного богатства, заключая в себе соответствующую часть затраченных обществом усилий на производство полезных благ.

Одновременно товар как потребительная ценность представляет собой частную полезность (просто полезность) — некий конкретный набор свойств, способных удовлетворить конкретную потребность. Таким образом, противоречие между частной полезностью (потребительной ценностью) и общественной полезностью (ценностью) есть противоречие между частным и общим.

Как многообразие частных полезностей все товары различаются по своим свойствам в зависимости от их предназначения удовлетворять те или иные потребности, т.е. как полезности они все разные. Как совокупность ценностей все товары одинаковы, поскольку все они являются воплощением общественной полезности, т.е. общественного богатства. Каждый из них есть лишь соответствующая часть общественного богатства.

Противоречие между ценностью (общественной полезностью) и потребительной ценностью (частной полезностью), заключенное в продукте, предназначенном к обмену, есть в то же время противоречие между сущностью и явлением. Действительно, пока продукт не предъявлен к обмену, его ценность (общественная полезность) присутствует в нем потенциально. То, что владелец рассматривает его как средство обмена, т.е. именно как ценность, еще не есть доказательство того, что он действительно таковой является. Пока что он представляет собой вещь, созданную, чтобы служить для удовлетворения определенной потребности какого-то другого лица или других лиц. Но это его качество не подтверждено до тех пор, пока он остается в руках владельца, так как самому владельцу он в таком качестве не нужен, а те, кому он предназначен, еще не стали его обладателями. Только покупка товара другим лицом становится актом признания его общественной полезности.

Итак, всякий товар, т.е. продукт, созданный для продажи, несет в себе как объект общественных экономических отношений противоречие между личностью (или группой лиц) и обществом. Это противоречие представляет собой единство и борьбу противоположностей и выражается как ряд взаимосвязанных и взаимообусловленных противоречий между:

  • • потребительной ценностью (полезностью) и ценностью (общественной полезностью);
  • • явлением и сущностью;
  • • частным и общим (общественным).

Сами по себе эти противоречия разрешиться не могут. Для их разрешения необходимо столкновение данного товара с его противоположностью, в роли которой на стадии примитивного бартера выступает другой товар, а на более высоких стадиях развития — деньги. Средством разрешения противоречий товара служит обмен, сделка купли-продажи, в которой участвуют на одной стороне продавец — владелец товара, а на другой стороне покупатель — владелец эквивалентной ценности. При этом продавец выступает как индивид, олицетворяющий частное начало, а покупатель — как представитель общества, олицетворяющий общественный интерес. Обмен представляет собой акт общественного признания полезного характера производственной деятельности данного индивида (или предприятия) и тем самым разрешает противоречие между личностью и обществом и все следующие за ним противоречия.

Поскольку в этом акте покупатель выступает как представитель общества, факт покупки данного товара означает, что общество в его лице одобрило производственную деятельность личности, являющейся товаровладельцем и продавцом данного товара.

В результате обмена потребительная ценность (полезность) товара отделяется от его ценности (общественной полезности). С развитием обмена и появлением денег товарный мир разделяется на два полюса: на одном помещаются все товары, олицетворяющие теперь потребительную ценность (полезность); на другом им противостоят деньги, которые служат воплощением ценности (общественной полезности).

Все товары теперь становятся разновидностями одного и того же явления. Все они — полезности, предназначенные для удовлетворения разнообразных потребностей, тогда как их общая сущность выражается отныне в деньгах. Товары — это теперь продукты соответствующего назначения, а деньги — это воплощение и мера их ценности как составных компонентов общественного богатства.

Товары, прошедшие обмен, превращаются из потенциальных ценностей в реальные. Пока они не проданы, это были продукты частной хозяйственной деятельности, целесообразность которой оставалась под вопросом. Пройдя сделку купли-продажи, товар становится составной частью общественного богатства, выраженного в деньгах. Частные усилия, затраченные на его создание, признаются как достойная часть общественных усилий, величина которых представлена в денежной форме.

Таким образом, деньги — это:

  • • воплощение ценности, олицетворение общественной полезности;
  • • сущность товаров как ценностей, их общее свойство как составных частей общественного богатства.

Противоположность между потребительной ценностью и ценностью состоит в том, что потребительная ценность (т.е. частная полезность) товара — явление вещественное, а ценность товара (т.е. общественная полезность) — общественное явление.

Частная полезность товара характеризует его материальные свойства с точки зрения его способности удовлетворять определенные потребности людей, тогда как общественная полезность товара характеризует его как часть богатства общества и тем самым

определяет экономические отношения людей в условиях товарного производства.

Когда совершается операция обмена и товарный мир разделяется на два полюса, на мир товаров и мир денег, то на одном оказывается вещественное содержание товарного мира, а на другом — его общественное содержание и значение.

В качестве потребительной ценности товары присутствуют теперь в виде физического набора вещей, материальное бытие которых зримо и осязаемо представлено в них самих. Но в качестве ценности они уже не могут присутствовать в этом виде, так как ценность — это их общественное, а не физическое свойство, т.е. нечто символическое. Это отношение, отделившись от телесной оболочки товара, существует теперь отдельно от него в виде его отражения, его «второго Я», но уже не в сфере вещественной, а в сфере общественной.

Общественный характер ценности требует ее выражения в общественно приемлемой и признанной форме. Ценность в качестве общественного отношения должна существовать не только как мыслительная или словесная категория, но и как общественная субстанция. Вместе с тем поскольку ценность есть общественное отношение, она сама по себе в физическом, вещественном виде существовать не может, т.е. чтобы ценность была адекватно представлена в качестве общественного отношения, необходима некая субстанция, которая приняла бы на себя эту функцию. Именно такой субстанцией и являются деньги. Быть воплощением и представителем ценности — в этом состоит предназначение денег. Деньги возникают и развиваются для того и потому, чтобы воплотить в себе ценность, дать ей возможность быть представленной в качестве самостоятельной сущности, чтобы дать ей адекватную форму выражения и существования в обществе, когда она отделяется от потребительной ценности товара в ходе операции обмена.

Деньги являются общественным бытием ценности, общественной формой ее существования, и в этом состоит их общественный феномен.

Таким образом, если мы хотим дать определение денег в общем, имея в виду деньги вообще как экономическую категорию, независимо от их конкретных форм, мы должны сказать, что деньги — это общественное бытие ценности всех товаров, участвующих в хозяйственной жизни в данном месте и в данное время.

Выступая в качестве представителя ценности товарного мира, деньги на протяжении экономической истории принимали те фор-

мы, которые диктовал достигнутый уровень товарных отношении, т.е. уровень развития рыночной экономики. Однако, несмотря на различие форм, деньги всегда оставались представителем ценности и в этом своем качестве действовали как ее полноценное воплощение.

Каждому историческому периоду соответствует своя преобладающая форма денег. Каждая новая форма денег возникает на базе уже действующей и, только постепенно развиваясь и созревая, вытесняет, наконец, старую, отжившую форму. Когда мы говорим, что каждому периоду соответствует своя преобладающая форма денег, то имеется в виду, что преобладающей она становится, когда соответствующие этому периоду товарные отношения достигают зрелости и охватывают преобладающую часть экономики.

Первый, докапиталистический, период, охватывающий огромный исторический отрезок времени, начинается с возникновения обмена в далеко отстоящие эпохи и завершается становлением капитализма как хозяйственного уклада в передовых по тому времени странах Европы в XVII—XVIII вв. Этому периоду соответствуют торговые деньги, т.е. натуральные, вещественные деньги, прошедшие большой путь развития, начиная от использования в этой роли скота, соли, мехов, рабов, затем меди и железа и завершая, наконец, серебром и золотом.

Второй период — период капитализма свободной конкуренции — утвердился как ведущий хозяйственный уклад уже в середине XVII в. в ряде европейских стран, в первую очередь в Англии, Нидерландах и затем во Франции. В середине XVII в. возникают и утверждаются кредитные деньги, характерные для данного периода. Временными границами второго периода могут служить следующие ориентиры: начало его относится к середине XVII в., а завершение — к началу XX в.

В этот период рядом с вещественными торговыми деньгами (золотом и серебром) появляются и вместе с ними действуют кредитные деньги, возникшие из обязательств, постепенно набирающие силу и оттесняющие золотые деньги. Последние полностью изымаются из внутреннего обращения в начале Первой мировой войны и последовавшие за ней годы.

Третий период, начинавшийся на рубеже XIX и XX вв., продолжается в настоящее время. Он характеризуется дальнейшим развитием кредитных денег и происходящим одновременно с этим распространением акционерного капитала и развитием рынка ценных бумаг, принципиально изменившего содержание и характер

действия товарно-денежных отношений. В течение этого периода происходит настоящий расцвет сферы кредитных денег, и одновременно с этим идет становление рыночного оборота денег в виде различных ценных бумаг, олицетворяющих долговые обязательства и титулы собственности. Становление акционерного капитала завершает стадию формирования фондового рынка и отмечает переход к его динамичному развитию. Одновременно дальнейшее развитие получает рынок кредитного денежного капитала. Оба эти рынка приходят в тесное взаимодействие. На протяжении XX в. в развитых странах происходит интеграция двух этих частей денежной сферы в единый денежный рынок в национальных границах. Забегая вперед, отметим, что в международной сфере образование финансового рынка приходится на последние два десятилетия XX в.

Перечисленные виды денег: торговые и кредитные — объединяются одним понятием — «рыночные деньги». Рыночные деньги возникают стихийно из потребностей рыночной экономики и развиваются в соответствии с ее объективными условиями.

Каждая разновидность рыночных денег порождается требованиями соответствующего этапа развития товарных отношений и проходит вместе с этим этапом весь жизненный цикл, пока не будет заменена новой формой денег, вырастающей из потребностей следующего более высокого и зрелого этапа товарных отношений.

Помимо рыночных денег в истории известны еще государственные бумажные деньги, появление которых происходило не из хозяйственного оборота, а путем их эмиссии государством.

Здесь для ясности следует отметить, что мы ведем речь не о технической стороне эмиссии, когда государство чеканило монету или выпускало разменные на золото бумажные деньги, и не о современной эмиссии бумажных денег государством в развитых странах для обеспечения потребностей денежного оборота. Во всех этих случаях государство просто выполняет общественную функцию, обеспечивая законный статус национальных рыночных денег и гарантируя их от подделки и других злоупотреблений.

Для государственных бумажных денег характерно не только то, что их источником является не хозяйственная деятельность, а эмиссия, но и то, что они выпускаются в обращение с принудительным курсом. В отличие от рыночных денег, обеспеченных товарными ценностями и выступающих их представителями, государственные бумажные деньги — это деньги, выпускаемые правительством исключительно на основе силы его власти, они, как правило, не покрываются реальными ценностями или покрываются не в полной мере.

Деньги как представители ценности не обязательно должны быть товаром в телесной форме, как это имело место в прошлые времена. Более того, следует ясно понимать, что вещественные деньги в виде имеющих собственную ценность товаров действовали в эпоху преобладания торговли как главной формы товарных отношений. В роли денег на этом этапе должен был выступать какой-нибудь товар, собственная ценность которого служила бы природной гарантией равноценности обмена и общественной гарантией устойчивости денежной системы. Для эпохи капитализма, особенно на его промышленной стадии, характерны иные деньги, появляющиеся и развивающиеся вместе с капитализмом. Они представляют собой кредитные деньги, возникающие в виде обязательств, не нуждающиеся в телесной оболочке и с самого начала выступающие как символические деньги, где главное содержание — это числовое выражение ценности товаров, закрепленное и удостоверенное на определенном носителе.

Кредитные деньги с самого начала выступают как обязательства не только в виде соответствующим образом оформленных бумаг, но и в виде простых записей на счетах. В наше время для них широко используются электронные носители. Но от этого природа кредитных денег не меняется.

То же самое относится к деньгам в виде ценных бумаг и их ключевому компоненту — акционерному капиталу. Такие деньги могут быть оформлены и как бумажный документ, и как документарная запись в книге или в памяти компьютера.

В форме кредитных денег их роль представителя ценности проявляется с полной отчетливостью. На стадии промышленного капитализма отделение ценности товара от его потребительной ценности получает свое завершенное воплощение. Теперь ценность товара полностью отделена от его физической оболочки и выступает в отчетливой общественной форме, не нуждаясь более быть прикрепленной к какому-нибудь товарному телу. Она выступает теперь как общественный символ физического товара и в качестве такового функционирует, опираясь лишь на общественную гарантию. Ценность теперь выражается просто числом, достоверность которого подтверждается соглашением отдельных лиц, а также соглашением общества с государством. Последнее от имени общества и на основе данных ему обществом полномочий посредством соответствующего законодательства и установленных процедур гарантирует эту достоверность. То же самое относится к финансовым инструментам как форме денег.

Таким образом, общественная роль денег как представителя ценности означает: все виды рыночных денег — это полноценные деньги независимо от того, имеют они или не имеют телесное содержание. Полноценность денег определяется не их существованием в сугубо вещественной форме, а их предназначением быть воплощением ценности и благодаря этому — способностью в полной мере выполнять те функции, которые диктуются требованиями соответствующего этапа развития товарных отношений.

  • [1] См.: Милль Дж. С. Основы политической экономии. М. : Прогресс, 1980. Т. 1. С. 91-106.
  • [2] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 13. С. 27.
  • [3] См.: Певзнер Я. Л. Дискуссионные вопросы политической экономии. М., 1987. С.163.
 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>