Наука финансового права и финансовая наука

Особое значение приобретает для советского финансового права вопрос о границах и связях науки финансового права с финансовой наукой.

В буржуазной литературе установились два основных направления: одно — отрицающее возможность выделения финансового права в самостоятельную правовую науку, другое — доказывающее необходимость и целесообразность создания юридической науки, изучающей и разрабатывающей позитивное финансовое право[1].

В послевоенных работах буржуазных ученых делаются попытки с определенных позиций подвести правовую основу под государственные финансы, а именно с позиций дальнейшего усиления полномочий исполнительной власти. Так, например, в работе В. Герлофа указано, что в правовом отношении государственные финансы связаны с административным правом. «С одной стороны, имеется необходимость административноправового обоснования всех действий по изысканию финансовых средств, с другой стороны, многообразная деятельность по изысканию финансовых средств составляет одно из ответвлений управления»[2]. Поскольку административно-правовое регулирование связано с изысканием финансовых средств, финансовое право должно составить часть финансовой науки и поставлять ей необходимый правовой материал[3]. Здесь подтверждается ранее высказанный автором взгляд о том, что «в рамках финансовой науки вполне возможно по форме и содержанию рекомендовать рассматривать финансовую науку в широком понимании, охватывающем и науку о финансовом праве»[4].

Наряду с этим в современной буржуазной специальной литературе (французской и итальянской) финансовое право рассматривается либо как часть административного права, либо как самостоятельная отрасль юридической науки, исследующая институты позитивного финансового права.

Не представляется возможным и необходимым в рамках данной работы рассмотреть в историческом аспекте аргументацию, выдви-

гаемую представителями этих направлений в обоснование своих взглядов на финансовое право и его отношение к финансовой науке. Исследованные нами ранее материалы свидетельствуют о том, что игнорирование классового характера финансового права и глубокий методологический кризис исключили для представителей буржуазной науки возможность объективного познания роли финансового права капиталистических государств и правильного решения вопроса о границах и связях между экономическими и правовыми науками1.

В совершенно ином плане решается эта проблема в социалистических странах. С точки зрения диалектического материализма, познание законов развития общества требует от науки раскрытия не только первичных факторов и причин, обусловливающих закономерность развития материальной жизни общества или общественных идей, теории, политических учреждении, правовых институтов, но и познания их в диалектической взаимозависимости.

Применительно к экономическим наукам, в том числе и к финансовой, это требование означает исследование закономерностей развития данного общественного строя, их влияния на его надстройку, а также воздействия надстройки на ход материального развития общества.

Советская финансовая наука в своих исследованиях исходит из таких факторов, как классовая природа государства и его функции, государственное устройство, финансовая политика Коммунистической партии и Советского государства, правовой порядок, определяющий финансовую деятельность органов государства, построение единой финансовой системы, а также организация управления в области финансов и кредита и т. д.

Но процесс дифференциации и классификации общественных наук создает определенное разделение труда в исследовательской работе, в том числе и в области государственных финансов. В состоянии ли, скажем, финансовая наука проводить исследование особенностей правовых норм и правоотношений, обеспечивающих правомерную финансовую деятельность органов государства? Конечно, нет. В той мере, в какой это требуется для финансовой науки, она должна получить результаты этих исследований в готовом виде от другой, смежной с ней науки советского финансового права.

Точно так же и наука советского финансового права не может в своем исследовании отвлечься от экономического содержания регу-

лируемых финансовым правом общественных отношений. Но наука финансового права не должна превращаться в экономическо-право-вую науку и растворять тем самым право в экономике. Исследуя финансовоправовые проблемы, она должна пользоваться готовыми экономическими положениями, разрабатываемыми финансовой наукой. Это позволяет учесть специфику финансового права, где связь экономики и права выступает более тесно, чем в других отраслях.

Касаясь, например, правовых условий регулирования налоговых отношений, юрист должен исследовать, какое влияние на экономику или на материальное благосостояние граждан-налогоплателыдиков оказывает та или иная норма налогового права, а тем более определенная группа этих норм, содержащаяся в отдельном налоговом законе.

Это положение нагляднее всего подтверждается на примере налоговой реформы 1930 года. Законодатель, обосновывая необходимость введения новой системы отношений и норм их регулирования, мотивировал это тем, что «с ростом и укреплением обобществленного сектора народного хозяйства и резким сокращением частного сектора, с усилением планового начала в народном хозяйстве в целом и в отдельных предприятиях действующая налоговая система перестала соответствовать состоянию и организации народного хозяйства»[5].

В данном случае коренные изменения, происшедшие в материальных условиях жизни советского общества, пришли в резкое несоответствие с налоговой системой, которая в связи с этим тормозила плановое хозяйственное развитие. Влияние старых, отживших норм налогового права сказалось в том, что «множественность налогов и неналоговых видов изъятия средств в бюджет наряду со значительной сложностью их исчисления и взимания создает затруднения в регулировании производства и обмена и, в частности, в проведении политики цен. Сложные взаимоотношения обобществленной промышленности и торговли с бюджетом затрудняют планирование отдельных отраслей и всего народного хозяйства в целом»[5].

Финансовоправовые нормы оказывают активное влияние на планомерное производство и обращение, на распределение и перераспределение национального дохода в целях обеспечения общегосударственных потребностей. Действие этих правовых норм проявляется не только в том, что они регулируют определенные общественные отношения, но также и в том, что влияют на финансово-экономическое содержание этих отношении, а через них и на экономическое развитие в целом. Разумеется, «обратное действие» финансовоправовых норм на экономическое развитие определяется тем, что они сами являются продуктом материальных условий жизни советского общества и подвергаются изменениям в ходе бурного развития производительных сил в нашем обществе.

Для науки советского финансового права крайне необходимо привлечение экономического материала при исследовании правовых вопросов, связанных с финансовой деятельностью социалистического государства.

Установление границ между наукой финансового права и финансовой наукой подводит нас к общей проблеме координирования экономических и юридических наследований советских финансов, создания комплексных работ по важнейшим проблемам в этой области. Сочетание в аналитической работе экономического и правового исследования, несомненно, окажет большую помощь практике и особенно в совершенствовании и кодификации финансового законодательства.

Вопрос о границах и связях финансового права с финансовой наукой приобрел актуальное значение для стран народной демократии.

За последние годы в ряде стран народной демократии вопросы теории финансового права начали занимать все более видное место. Юридическая разработка проблем государственных финансов была вызвана требованиями практики, необходимостью обобщения накопленного опыта правового регулирования финансовых отношений и важностью раскрытия специфических особенностей действия общих закономерностей социалистического строя в финансовой деятельности государства и в финансовых правоотношениях стран народной демократии.

Следует отметить, что в работах польских, болгарских и чехословацких юристов, работающих в области финансового права, особое место занимают исследования финансовоправовых институтов, исходя из учета специфических проявлений общих закономерностей социалистического способа производства. Так, в польском учебнике финансового права получило свое обоснование положение о том, что различные типы государств и присущие им типы финансовой деятельности обусловлены различными историческими общественноэкономическими формациями. «Однако как в рамках определенного типа государства могут быть разные формы государства, так и в рамках данного типа финансовой деятельности могут быть разные формы этой деятельности. В особенности в сфере финансовой деятельности социалистического типа можно выделить финансовую деятельность Советского государства и стран народной демократии»[7].

В болгарском учебнике финансового права, автором которого является проф. С. Ангелов, развивается это же положение и доказывается, что финансам Болгарской Республики присуши характерные черты финансов государства социалистического типа. Вместе с тем в своем развитии они отражают и особенности развития самого народно-демократического государства[8].

Обоснование этого положения имеет важное значение для марксистско-ленинской разработки вопросов теории финансового права стран народной демократии. В основе исторического процесса строительства социализма, коммунизма лежат прежде всего общие закономерности, не исключающие наличия в конкретных условиях каждой страны специфических закономерностей. Руководствуясь этим положением, в работах ряда юристов исследуются общие закономерности и вместе с тем раскрываются особенности отдельных финансовоправовых институтов, действующих в этих странах[9].

Обшей закономерностью для социалистических стран является необходимость товарного производства и товарного обращения, а также денежной системы. Действие этой закономерности определило роль денег как важнейшего экономического рычага государства в деле успешного разрешения исторических и классовых задач диктатуры рабочего класса, развитие финансовой деятельности органов государства и финансовых отношений.

В связи с этим сложилось и развивается финансовое право как отрасль права и отрасль правовой науки.

Научная разработка вопросов финансового права происходит в настоящее время в следующих основных направлениях: осуществляется кодификация действующего финансового законодательства, исходя из принципа единства финансовой системы и роли в ней таких институтов, как бюджет, налоги, кредит, государственное страхование и другие; проводятся исследования отдельных вопросов финансового права, главным образом в плане разграничения финансовой науки и финансового права, а также установления его границ в системе социалистического права; наконец, большое значение имеет издание учебников финансового права.

Развитие научной работы в этих направлениях выдвинуло ряд проблем предмета и содержания науки финансового права, разграничения финансового и других отраслей действующего права, соотношения экономики и права при исследовании финансовоправовых институтов и др. Некоторые из этих вопросов поставлены недавно в нашей литературе проф. Л. Куровским (Польша). Автор считает, что к финансовому праву должно быть отнесено так называемое «расходное право». Он пишет, что «мы склонны отнести сюда право, регулирующее вопросы заработной платы, пенсионного обеспечения, стипендий и т. д. и т. д. Все это весьма спорно, так как трудовое право утверждает, что вопросы заработной платы и пенсионного обеспечения являются его доменом, что в значительной мере справедливо. Однако, если с этим согласиться, тогда финансовое право станет каким-то неполным и довольно произвольным набором вопросов, не поддающихся общему определению»[10].

Проф. Л. Куровский считает также необходимым обсудить и такие вопросы, как выделение в системе финансового права норм, регулирующих отношения в области банкового права (кредитное, валютное и сберегательное), и включение в нее норм, устанавливающих «внут-рифинансовые элементы» социалистических предприятий (система цен, хозрасчет, оборотные средства и т. д.)[11].

Все эти вопросы, поставленные автором, свидетельствуют о назревшей потребности более широкого и творческого обмена опытом между представителями науки финансового права Советского Союза и стран народной демократии, что будет содействовать дальнейшему улучшению теории и практики финансовоправового регулирования.

Творческая разработка проблем финансового права, обусловленная ролью финансовой деятельности, имеет в современных условиях актуальное значение для всех стран социалистического лагеря.

  • [1] См., например, Г. Еллинек, Общее учение о государстве, СПб., 1908, стр. 80—81; Лоренц фон Штейн, Финансовая наука, вып. I, СПб., 1885, стр. 19; A. Wagner, Finanzwissenschaft, 1883, S. 27; G. lese, Cours elementaire de science des finances et de legislation financiere, t. I, 1909, стр. V, VI; И. Озеров, Финансы, «Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона», т. 70, стр. 867.
  • [2] «Handbuch der Finanzwissenschaft», 1952, S. 99.
  • [3] «Handbuch der Finanzwissenschaft», 1952, S. 101.
  • [4] «Handbuch der Finanzwissenschaft», 1925, lief. 4, S. 6.
  • [5] СЗ СССР 1930 г. № 46, ст. 476.
  • [6] СЗ СССР 1930 г. № 46, ст. 476.
  • [7] «Prawo finansowe, praca Sbiorowa», pad red. L. Kurowskieqo, Warszawa, 1955, c. 6.
  • [8] См. С. Ангелов, Финансово право на НРБ, София, 1955, стр. 16; В. Spacil, Financni prawo Cescoslovenske, Orbis Praha, 1959, str. 24.
  • [9] M. Weralski, Finanse j kredit polskiej Rzeczypospolite) Ludowej, w. I, 1957.
  • [10] «Советское государство и право» 1959 г. № 6, стр. 150.
  • [11] Об этом более подробно указывалось нами в рецензии на польский и болгарский учебники финансового права, «Советское государство и право» 1958 г. № 5, стр. 157—
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >