Отграничение финансового права от других отраслей советского права

В совокупности общественных отношений, складывающихся в процессе финансовой деятельности Советского государства, имеются и такие, которые регулируются не только финансовоправовыми нормами, но и нормами государственного, административного и гражданского права.

Финансовое право не охватывает своим регулирующим воздействием все отношения в сфере финансовой деятельности государства,

понятие которой шире понятия финансового права как отрасли советского права.

Существенным и определяющим признаком отграничения определенной отрасли права является, как известно, характер регулируемых ею общественных отношений. Раскрывая характер определенных отношений, представляется возможным выявить: а) их специфику и однородность; б) государственное и общественное значение правового регулирования этих отношений; в) способ воздействия на поведение участников данных правоотношений (метод регулирования).

Такой анализ обусловлен взаимосвязью, существующей в реальной действительности между характером общественных отношений и их отражением в правоотношениях, соотношением экономического базиса и правовой надстройкой в общественных формациях.

В этой связи следует отметить, что выдвинутое в ходе дискуссии о системе советского социалистического права положение о дифференциации отдельных отраслей права не только по характеру регулируемых общественных отношений, но и по совокупности ряда других признаков нельзя признать убедительным. Это положение остается неверным даже при наличии оговорки, что «наиболее общий критерий для систематической классификации права по отдельным отраслям лежит в характере самих общественных отношений»1. Те или иные признаки, касающиеся, например, поведения субъектов в определенных общественных отношениях, особенностей юридических фактов ит. д., сами по себе не могут служить основанием для выделения той или иной группы норм в отдельную отрасль права, они устанавливаются как производное от характера и значения общественных отношений, подлежащих правовому регулированию. Это находит свое подтверждение в том, что с изменением значения тех или иных отношений меняется и способ воздействия на поведение их участников (например, применение к определенным нарушителям общественного порядка административных мер воздействия вместо уголовных, замена судебного порядка защиты определенных правоотношений административным и наоборот).

На примере финансового права видно, в какой зависимости находится метод регулирования от предмета регулирования. Если рассматривать, например, обязательные платежи социалистического хозяйства или отношения, возникающие в области аккумуляции сбережений населения, то в этих двух областях, несомненно, имеются разные методы регулирования. В то же время несомненно, что обе они по характеру своему, по содержанию и целям представляют собой одну группу общественных отношений — финансовых отношений, регулируемых одной отраслью права. Метод всегда играет подчиненную роль по отношению к предмету.

При определении границ советского финансового права исходным является тот же самый критерий, который положен в основу установления предмета и понятия финансового права как отрасли права. Этим критерием является характер финансовых отношений как отношений распределения и перераспределения национального дохода, осуществляемых социалистическим государством в процессе его финансовой деятельности. Если налицо имеется этот признак, то юридические нормы, регулирующие данные отношения, следует включить в отрасль финансового права1.

Для определения места финансового права в системе советского права важно установить его связь и границы с государственным, административным и гражданским правом. Установление правильных связей и границ с указанными отраслями может быть применимо и к отграничению финансового права от других соприкасающихся с ним отраслей (трудовое, колхозное право).

В нашей правовой литературе достаточно подробно был освещен вопрос о единстве системы социалистического права в целом и об относительном значении различий, имеющихся между отдельными группами и видами норм внутри данной системы. Поэтому в данной работе нет необходимости подробно останавливаться на том, что при установлении места определенной отрасли права в единой системе советского социалистического права речь идет не о каких-то отгороженных друг от друга отраслях. В системе социалистического права, опирающейся на единую социалистическую систему хозяйства и общественную собственность на средства производства, отрасли права находятся в определенной связи друг с другом.

Советское финансовое право соприкасается с государственным правом, которое является ведущей отраслью социалистического права и закрепляет принципы, общие для всех отраслей: общественное и государственное устройство СССР, основные принципы организации деятельности органов государства.

Советское государственное право закрепляет также принципы и правовые основы финансовой деятельности государства, которые получили свое выражение особенно в ст. ст. 14, 60, 68 и 97 Конституции СССР и являются юридической базой для всего финансового законодательства.

Советское финансовое право, включая эти конституционные нормы, вместе с тем содержит совокупность норм, которые конкретизируют конституционные принципы в финансовом законодательстве и в других нормативных актах, обеспечивая, таким образом, регулирование финансовых отношений в сфере соответствующей деятельности Советского государства.

Конституция СССР и конституции союзных (автономных) республик являются общим источником для государственного и финансового права. Советские финансовые законы, нормативные акты органов государственной власти и управления, в том числе нормативные акты, издаваемые в пределах своей компетенции финансовыми органами (кредитными учреждениями), являются также источником советского финансового права.

Таким образом, государственное и финансовое право находятся в тесной взаимосвязи. Общие принципы государственного права конкретизируются в нормах финансового права, а особенности финансовоправовых норм в той или иной степени выражают всеобщность конституционных принципов.

Анализ финансовой деятельности Советского государства показал, что она, во-первых, выражается как в законодательной, так и в исполнительной и распорядительной деятельности органов государства; во-вторых, отличается своим содержанием как финансовая деятельность, в процессе которой в денежной форме складываются особого рода отношения, нуждающиеся в специальном правовом регулировании.

Советское финансовое право соприкасается также с административным правом.

Административноправовое регулирование касается определенной стороны финансовой деятельности органов государства — организации и осуществления управления в области финансов и кредита. Административноправовые нормы устанавливают организацию финансового (кредитного) аппарата управления, компетенцию его центральных и местных органов, порядок издания финансовых и финансово-плановых актов управления. Административноправовые нормы регулируют определенные денежные (имущественные) отношения, не связанные непосредственно с функцией мобилизации и расходования государством денежных средств (например, административные денежные штрафы, конфискация и реквизиция, переход в собственность государства бесхозяйного имущества, в том числе денежных средств, драгоценных металлов и т. д.).

Советское финансовое право регулирует отношения, связанные с выполнением органами государства, в том числе и специальными органами управления в области финансов и кредита, функции мобилизации и расходования государством денежных средств и финансового контроля.

Административное право обеспечивает законные действия должностных лиц финансовой администрации и вместе с тем создает необходимые условия для правильного осуществления финансовых правоотношений. Так, Министерство финансов СССР и министерства финансов союзных республик, осуществляя свою компетенцию в области финансового управления, постоянно направляют деятельность финансовых органов на совершенствование организации финансового планирования, тесно увязывая его с показателями народнохозяйственного плана, на обеспечение четкой работы всех звеньев финансового аппарата в целях максимального выявления и мобилизации резервов в хозяйстве и осуществления строгого контроля за хозяйственной и финансовой деятельностью предприятий, организаций и учреждений.

Такое постоянное совершенствование государственного финансового управления содействует соблюдению финансовыми органами (участниками финансовых правоотношений) предписаний, содержащихся в финансовоправовых нормах, обеспечивает выполнение задач по образованию и эффективному использованию общегосударственного фонда денежных средств.

Отграничение финансового и административного права по предмету правового регулирования не исключает того, что в зависимости от характера регулируемых ими отношений в сфере финансовой деятельности государства эти отрасли права могут находиться по отношению друг к другу в известном подчинении.

В рассмотренном выше случае значение административного права определилось тем, что оно способствует лучшему осуществлению финансовых правоотношений. В других случаях финансовоправовые нормы имеют подчиненное значение по отношению к административному праву. Например, жалоба или заявление гражданина на неправильные действия финансового органа по взиманию налогов и других платежей подлежит рассмотрению в административном порядке в сроки, установленные законом.

Однако конкретное рассмотрение жалобы или заявления требует применения норм финансового права, направленных на сохранение либо изменение, а в отдельных случаях, возможно, и на прекращение установленных ранее финансовых правоотношений.

Классификация правовых норм по предмету правового регулирования и отграничение на этой основе отраслей права требуют наряду с определением признаков, отличающих одну отрасль от другой, учета имеющихся между ними точек соприкосновения. Особенно тесная связь между отраслями права выступает в случаях, когда нормы двух или нескольких отраслей права объединяются в смешанные (комплексные) институты. Вместе с тем для ряда отраслей права возникает в этой связи общая проблема о подчиненной роли правовых институтов одной отрасли права для другой. Научное и практическое значение этой проблемы весьма велико: правильное ее разрешение должно содействовать дальнейшему совершенствованию системы советского права и кодификации советского законодательства[1].

Наиболее сложным вопросом является разграничение финансового и гражданского права. Отдельные советские цивилисты недооценивают роль финансового права как отрасли. Так, например, Е. А. Флейшиц, подвергая всестороннему анализу кредитно-расчетные правоотношения, устанавливает, что из деятельности Госбанка вытекают лишь административные и гражданские правоотношения[2].

Между тем кредитная система является составной частью единой финансовой системы социалистического государства, обеспечивающей распределение и перераспределение национального дохода страны и повседневный контроль рублем над мерой труда и мерой потребления в социалистическом обществе. Если признать, что кредитная система, как и государственное имущественное и личное страхование, осуществляет функцию мобилизации и распределения государством денежных средств, то отношения, связанные с выполнением этой функции, должны регулироваться финансовым правом. Отрицать наличие отношений, возникающих из деятельности банков в СССР и регулируемых финансовым правом, значит отрицать экономическую роль кредитной системы в распределении и перераспределении национального дохода.

Совершенно правильно отмечает С. И. Вильнянский, что финансовое право — самостоятельная отрасль советского права, предметом ее регулирования являются отношения, возникающие по поводу планомерной мобилизации, распределения и перераспределения государственных денежных средств[3]. Такого рода отношения складываются в процессе осуществления кредитными учреждениями Советского государства своей деятельности в области расчетов, кредитования, оперативного регулирования денежным обращением, кассового исполнения государственного бюджета.

Из деятельности Государственного банка СССР, Всесоюзного банка финансирования капитальных вложений (Стройбанка СССР), органов государственного страхования и государственных трудовых сберегательных касс возникают отношения, регулируемые нормами гражданского права (договор ссуды, договор хранения денежных средств, договор страхования и т. п.). Однако эти органы выполняют функцию мобилизации денежных средств, используемых государством для удовлетворения потребностей всего общества. Поэтому советское финансовое право включает нормы, устанавливающие функции кредитных учреждений и органов государственного страхования, государственных трудовых сберегательных касс, общие положения о кредитовании и расчетах, порядок кредитного и кассового планирования. Гражданским правом же регулируются конкретные отношения, возникающие между банком и хозорганом по поводу ссуды или договора расчетного счета, страховых отношений, отношений между вкладчиками и сберкассами.

При этом необходимо подчеркнуть следующую особенность: если отношения, регулируемые нормами финансового права, выступают здесь как отношения первичные, определяемые функцией финансовой (кредитной) системы по планомерной мобилизации и распределению государством денежных средств, то отношения, регулируемые нормами гражданского права, выступают как отношения вторичные, возникающие в связи с указанной выше основной функцией, присущей кредитной системе социалистического государства[4].

Такое соотношение между финансовым (а также административным) правом и гражданским правом определяется юридической при-

родой банков в социалистическом обществе, которые являются органами государственного управления и юридическими лицами, в кредитных и расчетных отношениях эта юридическая природа банков выступает неразрывно. Государственный банк СССР, например, наделен полномочиями издавать специальные нормативные акты, обязательные для всей клиентуры банка; осуществлять кредитное и кассовое планирование, а также контрольно-регулирующие функции. Это определяет его особое положение в качестве участника кредитных и расчетных правоотношений.

Д. М. Генкин справедливо указывает, что, например, в кредитных правоотношениях Госбанк СССР выступает одновременно как сторона по договору ссуды и в качестве государственного органа. Но он считает, что в этих правоотношениях Государственный банк выступает в качестве государственного органа, выполняющего исполнительно-распорядительную функцию в области кредита1. Нам представляется, что подобного рода правоотношения связаны с выполнением Госбанком своих контрольно-регулирующих функций, обусловленных его ролью по перераспределению временно высвобождающихся из кругооборота денежных средств хозяйства, а также других средств, хранящихся в обязательном порядке на счетах организаций в банке. В данном случае речь идет о деятельности органа государства, выполняющего функцию аккумуляции и использования в форме кредита определенных денежных средств. Поэтому советская кредитная система является органической частью единой финансовой системы социалистического государства.

Прежде чем Госбанк СССР выступает в кредитных правоотношениях как сторона по договору ссуды, возникают финансовые правоотношения по поводу составления и утверждения кредитного плана, его исполнения в соответствии с установленными лимитами кредитования. Этот круг правоотношений по своему содержанию связан с полномочиями банка по выявлению и мобилизации резервов в хозяйстве, контролю за наиболее рациональным использованием основных и оборотных фондов, особенно фондов заработной платы, обеспечению соблюдения режима экономии и другими финансово-экономическими мероприятиями, которые не укладываются в понятие исполнительной и распорядительной деятельности в области кредита.

Точно так же и в кредитных правоотношениях, где Госбанк выступает как сторона по договору ссуды, его права и обязанности как органа государства не являются административными. Они связаны с финансовыми мероприятиями по контролю рублем за всей хозяйственной и финансовой деятельностью кредитующегося в банке хозор-гана. Со времени перестройки кредитно-расчетной работы Госбанка СССР в 1954 году произошло дальнейшее усиление его роли в регулировании кредитных и расчетных отношений, главным образом, в связи с расширением и усилением его контрольно-регулируюших функций как института единой финансовой системы социалистического государства.

  • [1] См. М. М. Агарков, Обязательства по советскому гражданскому праву, «Ученые труды ВИЮН», М., 1940, стр. 109.
  • [2] См. Е. А. Флейшиц, Расчетные и кредитные правоотношения, М., 1956.
  • [3] См. С. И. Вильнянский, К вопросу о системе советского права, «Советское государство и право» 1957 г. № 1, стр. 107.
  • [4] См. «Советское государство и право» 1940 г. № 3, стр. 43; см. также В. К. Райхер, Общественно-исторические типы страхования, М., 1947, стр. 194.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >