ОТ АМЕРИКИ «САМОДОВОЛЬНОЙ» К «НЕДОВОЛЬНОЙ»: ДЕПРЕССИЯ И ПРОЛЕТАРСКИЙ РОМАН

В начале 1930-х гг. заявило о себе новое поколение писателей, связанных с компартией и рабочим движение. Они представляли пролетарский роман в разных его жанровых разновидностях. Это был прямой отклик на актуальные социальные проблемы, порожденные Депрессией.

Майкл Голд: «Идите влево». Одним из лидеров этого направления был Майкл Голд (Michael Gold, настоящее имя — Ирвинг Гранич), критик и идеолог пролетарской литературы, фигура, весьма влиятельная среди левых. Убежденный коммунист, он не избежал в своих оценках прямолинейности и догматики. Однако в деятельности М. Голда было и немало положительных моментов. Выступал он как прозаик. Широкой известностью пользовался его построенный на автобиографическом материале роман «Еврейская беднота» (Jews Without Money 1930; рус. пер. 1931). В США он выдержал более 30 изданий, был переведен на полтора десятка языков. С большой искренностью и лиризмом показал Голд становление характера своего героя, подростка Майки, в беднейшем еврейском квартале Нью-Йорка — Ист-сайде. В романе проявились эмоциональность, взволнованность писателя, умеющего сострадать своим героям. С особой теплотой пишет он о матери, трудолюбивой, добросердечной женщине, готовой любому оказать помощь в беде. Среди лирических отступлений романа впечатляет обращение героя к ней: «...Я предан бедным людям, потому что я не могу не быть преданным тебе. Я верю в торжество бедных, потому что я знал тебя. Мир должен стать достоянием бедных! Ты, мать, научила меня этому».

Альберт Мальц: «Глубинный источник». Заметной фигурой радикальной литературы был Альберт Мальц (Albert Maltz, 1908—1985). Выходец из состоятельной еврейской семьи, переехавшей в США из Восточной Европы, он получил университетское образование, дебютировал как драматург, отзывавшийся на проблемы «красного десятилетия» (пьесы «Мир на земле», Peace on Earth, 1933; «Темная шахта», Black Pit, 1935; «Рядовой Хикс», Private Hicks, 1935). Признание к Мальцу пришло с публикацией сборника новелл «Такова жизнь» (The Way Things Are, 1938), удостоенного премии О’Генри. Новеллы отличались лаконизмом: автор исходил из конкретной ситуации или эпизода, позволявшего запечатлеть типичные жизненные явления. В центре ряда новелл изображение того, как система наемного труда калечит людей и физически, и духовно. Незабываем одинокий Джек Питкет из новеллы «Человек на дороге» (Man on the Road), заболевший во время работы в туннеле силиконом. Веет горькой иронией от «везения» безработного Блесси, который занял место шофера, погибшего во время взрыва на грузовике, развозившем нитроглицерин («Самый счастливый человек на земле», The Happiest Man on Earth, 1930). Зловещим символом становится огнедышащая печь, где погиб разрезанный стальным брусом рабочий (новелла «Прощай», Good Bye).

Успехом радикальной литературы стал роман Мальца «Глубинный источник» (The Underground Stream, 1940). Его сюжет — обстоятельства похищения профсоюзного активиста, коммуниста Принси тайными агентами профашистской организации «Черный легион». Действие книги, в основе которой реальные факты, запротоколированное с точностью до часов и минут, обнимало всего трое суток, до предела насыщенных драматическими событиями. Удача — образ коммуниста Принси. Потомственный пролетарий, он прошел суровую жизненную школу. Кульминацией романа, построенного на принципе контраста, становится сцена, когда Греб, подручный главы «Черного легиона», фашист, управляющий на заводах Форда, и Принси оказываются лицом клипу: фашист пробует его подкупить, даруя жизнь, и терпит поражение. «Бесстрашных людей не бывает. Вот мой главный козырь!» — этот тезис Греба перечеркивает Принси, делающий свой мужественный выбор.

«Забытые люди» в зеркале романа. Процесс «второго открытия Америки» (Rediscovery of America) проявляется в том, что называли в ту пору «пролетарским романом», открывавшим читателям малоизвестные аспекты американской действительности. Понятие это, бытовавшее в среде левой критики, особенно в начале 1930-х гг., не было четко охарактеризовано, вызывало дискуссии; считалось, что его представляют писатели, стоявшие на антикапиталистиче-ских, близких к компартии позициях. А их в пору Депрессии было немало. Видный социолог Майкл Харрингтон, автор известной монографии «Другая Америка» (The Other America, 1963), писал о проблеме «невидимой бедности» (invisible poor) в стране «неограниченных возможностей». Проблема эта с остротой стояла в 1930-е гг. Бедствующие американцы, а они исчислялись в ту пору многими миллионами, представляли, поистине, «невидимую страну». Неслучайно будущий президент Рузвельт в своих предвыборных речах 1932 г. употребил выражение, ставшее крылатым: «забытые люди» (forgotten теп). Он имел в виду жертв Великой депрессии: бедняков, обездоленных, безработных, брошенных на произвол судьбы. Тех, чье существование игнорировалось обществом.

Вторгаясь в сферу производства и классового конфликта, писатели радикальной ориентации, несмотря на очевидные художественные слабости, создали несколько и заметных произведений. Так, «Земля изобилия» Роберта Кентуэлла (The Land of Plenty, 1934) Robert Cantwell, 1908—1978) стала удачным образцом «коллективного романа», герои которого — заводские рабочие. Альберт Хал пер (Albert Halper) в романе «Словолитня» (The Foundry, 1934) не только живо запечатлел работу типографии, «технологию» производства (что отнюдь не считалось благодарной темой), но и нарисовал колоритные образы хозяев и рабочих. Но наиболее заметным достижением в этой сфере стал роман Джека Конроя (Jack Conroy; наст, имя Джон Уэсли [Wesley], 1899—1980), которому автор дал выразительный заголовок «Обездоленные» (The Disinherited, 1933; рус. пер. 1935, 1983).

В романе отразился жизненный опыт писателя, накопленный «в товарных вагонах, на фабриках и в шахтах», где он испытал на себе, как «изнурительный труд огрубляет и ломает душу, как хроническая безработица может убить веру в себя».

Перед нами история молодого человека в ее «пролетарском» варианте. Герой Конроя — Ларри Доновэн, представитель «другой

Америки». Безрадостное детство в рабочем поселке, скитания по стране, перемена профессий, а после кризиса 1929 г. — безработица, прозябание в городках для бедняков, так называемых «гувер-виллях» — таковы жизненные университеты Доновэна. Постепенно впитывает он азы классового миропонимания, убеждается в неот-торжимости собственной доли от удела миллионов его собратьев трудящихся. Решающим становится знакомство Доновэна с коммунистом Гансом, ветераном рабочего движения в Германии.

И то же время в «Обездоленных» дают о себе знать общие слабые места «пролетарского романа» — и не только американского — в пору его становления. На них обратил внимание М. Горький: склонность к фактографии, налет очерковости, акцент на внешних событиях в жизни героев в ущерб психологической разработке характеров.

В «пролетарском романе» получила освещение и историческая тема. Пример тому — трилогия Джозефины Хербст (Josephine Herbst, 1897—1969): «Жалости недостаточно» (Pity Is Not Enough, 1933), «Расплата близка» (Executioner Waits, 1934) и «Золотая цепь» (Rope of Gold, 1939). В центре ее хроника трех поколений состоятельного буржуазного семейства Трекслеров, процесс распада некогда солидного клана за период от окончания Первой мировой войны до кризиса 1929 г.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >